Перед тем, как ты уйдешь. Часть II

      — Ты хорошо его отделал, — удовлетворенно заметил Намджун, глядя в комнату для допросов через стекло в соседнем помещении.       — Кёныль не должен был этого делать — ездить и следить за подозреваемыми, — отрешенно проговорил Чонгук, тоже наблюдая за человеком, удобно устроившимся далеко не на самом комфортном стуле. Кажется, он чувствует себя вполне уверенно, никаких следов волнения.       — Это дает нам лишь след, но доказательств по прежнему нет, — Тэхен в это время прикидывал, как бы гармонично смотрелся его кулак на чужой скуле.       — Да, ты прав, — согласился Нам, продолжая внимательно рассматривать их подозреваемого. — У нас нет возможности взять его ДНК, только если он сам согласится его предоставить. А он вряд ли это сделает. И мы не можем ему ничего предъявить. У нас против него доказательств — буквально ноль целых, ноль десятых.       — Даже если мы добьемся от него его ДНК-проб, — заметил Чонгук, — это нам не даст возможности доказать его причастность к убийствам.       — Почему? — не понял Тэхен.       — Потому что это только докажет, что он напал на Чонгука — ни больше, ни меньше, — ответил за Гука шеф. — Да, там было тело. Но каков шанс, что он не пришел на одну минуту раньше Чонгука? А на Чона напал лишь потому, что испугался, что он и есть тот самый убийца? У него никакой связи с Ли Дэхеном нет.       — Кроме этого, — добавил Чонгук, — уходя оттуда, он забрал всё, что могло бы связать убийство Ли Дэхена с делом мстителя. Ни бутафорской веревки, ни надписи на теле, ни какого-либо предмета в нем. Я ему помешал, и он не успел ничего из своего обычного набора совершить. Даже если нам удастся обвинить его в смерти Ли Дэхена, мы не сумеем связать его с предыдущими убийствами.       Тэхен кивнул. Правосудие настолько неоправданно сложное...       — Пока что мы только проведем беседу, чтобы определить, что он из себя представляет, — заключил Чонгук. — А дальше будем копать. Ну, что, пойдем?       Напарники вышли, а Намджун остался наблюдать за допросом.       — Спасибо, что согласились прийти на повторный опрос, — произнес Чонгук, даже не глядя на подозреваемого, а что-то с увлеченным видом перелистывая и читая в своей папке. Затем он передал эту папку Киму.       — Хотя мое время и безгранично ценно, — не спеша проговорил Кан Сонхи, на лице которого было несколько глубоких царапин и отметин, оставленных ногтями. — Но я, конечно же, понимаю необходимость помощи полиции в поимке того, кто убил моего отца.       При этом Кан Сонхи не обращал абсолютно никакого внимания на Тэхена, полностью поглощенный Чонгуком. Можно было даже увидеть что-то вроде скрытой полуулыбки, когда он рассматривал швы, наложенные вчера на его голову, видимые взгляду синяки, всё еще воспаленные глаза.       Тэхен поставит все деньги этого мира на то, что это он вчера избивал его парня.       Тэ полистал папку, в которой были распечатки телефонного справочника и сделал вид, что информация, которую он там прочитал, по-настоящему его поразила. И это не осталось незамеченным Кан Сонхи, бросившим быстрый взгляд уже на второго, еще более несимпатичного ему детектива. В прошлую их встречу Ким Тэхен хорошенько потрепал ему нервы.       В бытность свою не копом, Тэ подкараулил бы Кан Сонхи после допроса и нанес бы ему точно такие же травмы, как тот — его звездочке.       Ну, хорошо. Не точно такие. А в пару раз сильнее. В пару десятков раз.       Намджун взял с него слово больше такого не делать.       Но Тэхен еще подумает.       Когда-то это сказал Чимин — наказание должно быть прямо пропорционально преступлению. Не больше и не меньше. Но вот в данном конкретном случае Тэхен бы еще с ним поспорил.       — Так чем я могу помочь нашей уважаемой полиции?       Кан Сонхи создавал впечатление солидного молодого человека. В хорошем представительном темно-сером костюме в мелкую полоску, с модной стрижкой, дорогие презентабельные часы на запястье, брендовая обувь.       В первые две встречи он выглядел по-другому — это было в день смерти его отца и сразу же на следующий после этого день. Тогда он старательно (как оказалось), отыгрывал траур и печаль.       Сейчас же перед детективами был уверенный в себе, и даже самоуверенный представитель малого бизнеса их города.       У Кан Сонхи была своя фирма, занимающаяся рекламой и продвижением продукции. Его сестра, Кан Мира́, работала там же.       — Открылись новые обстоятельства. И мы хотели бы кое-что с вами обсудить, — проговорил Чонгук, окидывая собеседника тяжелым взглядом. Он тоже заметил этот откровенный интерес Кан Сонхи к своей персоне, и прекрасно понимал, что это он вчера был на складе.       — И что же это за новые обстоятельства?       — Расскажите о вашем кузене. Юи Хекдже, — сказал Чон, нарочно не отвечая на поставленный ему вопрос.       — Хекдже?.. — тот заметно удивился. — Я не понимаю... А он здесь при чем?       Сонхи недоуменно развел руками в подтверждение своих слов, пока Чонгук сверлил его испытывающим взглядом.       В силу своей прошлой работы любую информацию Тэхен априори воспринимал как дезинформацию. Пока та не докажет, что является правдой.       Что касается Кан Сонхи, то здесь всё было проще простого. Тот постоянно лгал.       Бегающий взгляд. Сонхи сейчас определенно некомфортно. Стандартная психологическая реакция на дискомфорт и неудобные вопросы. Природа заложила в нас инстинктивное желание найти выход из опасной ситуации, и именно таким образом оно и проявляется.       — Смерть вашего отца может быть связана с самоубийством Юн Джун У. Помните такого?       Тот задумчиво почесал нос.       — Если честно, то с трудом.       Прикосновения к лицу. У лжеца всегда чешется лицо. В момент целенаправленной лжи в организме происходит масса химических реакций, вызванных стрессом и другими эмоциями. Они вызывают зуд на лице, и постоянно хочется к нему прикасаться.       — Парень, с которым застали вашего кузена в старшей школе, — напомнил ему Чонгук.       Частое моргание. Обычно человек моргает пять-шесть раз в минуту — каждые 10-12 секунд. Но если он боится, что о его лжи догадаются, то моргает гораздо чаще.       — Ну, конечно! Тот несчастный парнишка... Забыл, как его звали. Извините... Но как мой отец может быть связан с тем случаем?       — А вы разве не знаете? Ваш отец был одним из тех, кто слишком близко к сердцу принял ту ситуацию.       — Нет... Извините. Я в то время был школьником... Знаете, видеоигры, пицца и футбол. Вся та история прошла мимо меня. Мой кузен был немного старше, и мы с ним практически никогда больше положенного не общались... Я был для него малявкой, а он — уже почти взрослым. А потом он уехал из города и всё...       Прикрывает глаза дольше, чем на секунду. Длительное прикрытие век — стандартный защитный механизм.       — Когда вы видели вашего кузена в последний раз?       — Тогда же. Перед тем, как он уехал отсюда. Кажется, это было лет десять назад. Может даже больше.       — У вас есть фотографии Юи Хэкдже или его отца?       — Да нет... Никогда о таком не думал. Возможно, у мамы где-то завалялись... Но я совсем не уверен в этом. Она не любит собирать все эти пылесборники вроде фотоальбомов.       Сжимает губы. Во время лжи мгновенно пересыхает во рту. Если губы настолько сжаты, что побелели — точно врет.       — У вас есть какая-то информация о вашем дяде — отце Юи Хэкдже?       — О чем вы?.. Да я не вспоминал о его существовании много лет! Я абсолютно ничего о нем не знаю.       Часто во время их беседы отрицательно качает головой. Сам же и отрицает сказанное собой.       — Расскажите, где вы были вчера в 15.40.       — Вчера в 15.40? Дайте подумать... С сестрой. Точно. С моей сестрой. Она была очень расстроена из-за смерти нашего отца... Пришлось долго ее утешать.       Взгляд вправо и вверх. Когда правша выдумывает ситуацию, он смотрит вправо и вверх — его мозг в тот момент задействует воображение, а значит, он придумывает ответ. Если бы вспоминал — тогда смотрел бы вверх и влево, как признак обращения к зрительной памяти. Кан Сонхи — правша.       — Готовы ли вы добровольно предоставить полиции тест на ДНК?       Сонхи только насмешливо хмыкнул.       Чонгук задал вопрос о каждом из отрезков всех убийств — и на все из них у него были алиби. Мать и сестра.       Ни одного человека, связанного со всеми убийствами он не узнал, безразлично просмотрев все предложенные ему фотографии.       — Я так хочу помочь найти того, кто убил моего отца... — почти жалобно проговорил он. — Но боюсь, ничем не смогу быть вам полезным.       И извиняюще улыбнулся.       Фальшивая улыбка. Она не отражается в глазах. Когда человек искренне улыбается, вокруг глаз появляются морщинки. У Кан Сонхи их нет.       — Откуда у вас эти отметины на лице?       — Эти?.. Подрался вчера в баре... Не справился с эмоциями, немного перепил, кто-то набросился на меня с кулаками. Тяжело переживать всё то, что случилось... Это очень больно...       Взгляд в правый нижний угол. Правша лжет о своих ощущениях. Если бы говорил правду — посмотрел бы вниз и влево.       — Что за бар?       — Извините, не помню. Одно из тех крошечных пивных заведений в центре. Но знаете, там еще всё время играла та музыка — он нахмурился, вспоминая. — Я еще постоянно слышу ее по радио...       Взгляд четко вправо. Если правша вспоминает о том, что слышал, он будет смотреть в направлении своего левого уха, пытаясь вспомнить звуковую информацию. Когда глаза ползут вправо, то ответ — совершенно охуительная ложь.       — Я правильно понимаю? — подытожил Чонгук. — Вы не видели, не общались со своим кузеном Юи Хэкдже с того самого дня, как он двенадцать лет назад уехал из этого города? Не имеете никакой информации касаемо его отца. Не знаете ничего о Юн Джун У. Не в курсе истории, из-за которой Юи Хэкдже уехал и о том, что в ней непосредственное участие принимал ваш отец. Всё так?       Сонхи утвердительно кивнул. А Чонгук улыбнулся, бросив мимолетный взгляд на папку в руках всё это время молчавшего и наблюдающего за Кан Сонхи Тэхена.       И подозреваемый занервничал еще ощутимее.       На его шее даже проступили красные пятна.       Покраснение. Неконтролируемый рефлекс, вызванный симпатической нервной системой в ответ на стресс — говорит о значительном выбросе адреналина.       — Извините, нам с детективом Кимом нужно выйти.       Он кивнул Тэхену, поворачиваясь к двери.       — Я могу идти? — быстро спросил Сонхи, подрываясь на ноги.       — Пока нет, — остановил его Гук.       — Но у меня дела! — воспротивился тот.       — Полиция будет вам крайне благодарна за содействие, — милым тоном проговорил Чонгук, выходя вместе с Тэхеном из комнаты.             Суперинтендант, зорко наблюдавший за допросом, тут же повернулся к вошедшим напарникам.       — Первый этап прошел хорошо, — похвалил он.       — Теперь подождем, пока он созреет, — согласно кивнул Чонгук.       Все трое некоторое время наблюдали за хмурым Кан Сонхи, который то смотрел на увесистые часы на своем запястье, то заглядывал в свой телефон, то возмущенно оглядывался по сторонам.       — На складе случайно не было еще одного человека? — задумчиво проговорил Тэ.       — Не могу сказать... А что?       — Не тянет он на мегамозг. На того человека, которого описал доктор Ли. Портрет Кан Сонхи совершенно не вяжется с заключением Тэмина. Излишне самовлюбленный. Много лжет, и это видно. Слишком вспыльчивый. Плохо выдумывает на ходу. Некоторые вещи ему приходилось вспоминать. Тэмин же сказал, что наш убийца — высокоорганизованный, хладнокровный, с высоким интеллектом и хорошо развитым воображением.              Чонгук помедлил, переваривая слова напарника.       — Считаешь, графолог прав и убийц двое?       — Да. И перед нами — тупой исполнитель. А тот, кто дергает за ниточки — некто за кадром.       — Юи Хэкдже?       — Вполне вероятно.       — Кузены сошлись и спустя двенадцать лет решили отомстить всем причастным к суициду Юн Джун У? — с сомнением протянул Намджун. — Вы же понимаете, что это притянуто за уши? Какой триггер? Почему они вдруг ни с того ни с сего решили это сделать сейчас?       — Триггер точно есть, — уверенно ответил Тэхен. — Мы пока его не знаем.       — Хорошо. Работайте и держите меня в курсе, — суперинтендант ушел, стараясь не опоздать на телефонное совещание с министерством.       Уже в кабинете напарники провели срочную летучку, к которой присоединились унылый Квон и патрульный Юн.       — Ли Дэхен был задушен. Задушен руками, — Тэ нехотя, но принял на себя роль старшего в их опергруппе. — Детектив Чон испугал убийцу, нарушил все его планы. Поэтому у нас ни послания, ни официальной связи с предыдущими преступлениями. Записей камер видеонаблюдения нет — все камеры были отключены. Причем, отключил, видимо, их сам Ли Дэхен.       Чонгук кивнул.       — Скорее всего, ему пообещали какую-то непыльную работенку — как и Чан Сушиму. Вот он в преддверие приезда заказчика и отключил все камеры.       — У нас пока нет имен двух других друзей Чан Сушима, — заметил Тэ.       — Пак Бёнчхоль?       — Говорит, что не был хорошо знаком с ними. Знал только их клички.       — Мог соврать, — фыркнул унылый Квон.       Тэхен посмотрел на их доску. Список подозреваемых вновь изменился. 1. Кан Сонхи 2. Юи Аясе 3. Ким Сокджин              — Может, уже уберем Сокджина из этого списка? — предложил Чонгук.       — Только потому, что он — ваш лучший друг, детектив Чон? — ехидно полюбопытствовал унылый Квон. — Его отпечатки пальцев никуда не делись с места убийства Пак НаРы. — "Это ненадолго", — подумал Тэхен. Завтра Сокджин сможет уже полноценно вернуться домой. — И мне всё еще непонятно, почему вы идете против правил и отказываетесь объявить его в розыск.       — В отличие от Кан Сонхи и Юи Аясе, — сухо произнес Гук, — у него нет мотива, нет связи ни с одной из жертв и на некоторые из преступлений есть алиби.       Саркастичный хмык детектива первого участка был лучшим ответом на то, что он думает о словах Чона. 26.10 — Ави Сакаи (?) 27.10 — Кан Сонхо 28.10 — Пак НаРа 29.10 — Чан Сушим 4.11 — Ли Дэхен       — Почему такой разрыв в датах? — Кёныль указал на список жертв. — Значит ли это, что теперь он снова будет убивать нон-стоп?       — Вполне вероятно, — Тэхен задумчиво куснул губу, тоже, как и все здесь, рассматривая доску в поиске закономерностей и возможных ответов. — На кости домино было 3+5. Если это график намеченных преступлений, тогда это значит три убийства без Ави Сакаи, и еще пять, начиная с Ли Дэхена.       — Или же пять точек значили пятидневный перерыв, — метко заметил патрульный.       Чонгук встал со своего места и подошел ближе к доске. Наверное, надо выпить что-то от головной боли. А то допрос Кан Сонхи, который, скорее всего, вчера избивал его, отозвался монотонной и зубодробильной мигренью.       — Если ты прав, и убийц двое. Кто может быть его сообщником? Умнее и хладнокровнее Кан Сонхи?       — Юи Хекдже, Юи Аясе, его сестра, мать, — перечислил возможные варианты Тэ. — Хотя я никак не пойму, какое вообще дело Кан Сонхи до Джун У? Он может быть в этом замешан, только если работал в паре с Юи Хекдже, который и может гореть желанием отомстить. Напрямую Кан Сонхи очень далек от Юн Джун У.       — Да, с мотивом у нас загвоздка... Какие самые распространенные причины убийств, патрульный Юн? — по привычке спросил Чонгук Кёныля, на мгновение забыв, что после этого дела тот больше никогда не будет работать в полиции.       Кёныль, молниеносно об этом подумавший, бросил беспомощный взгляд на унылого Квона, затем всё же ответил:       — Секс, власть, деньги.       — Правильно. Преступления чаще всего совершаются на почве секса и/или любви, желания быть выше остальных, а также из-за финансовых вопросов. Если Юи Хэкдже — преступник, его мотив — любовь. Но если преступник Кан Сонхи, я не понимаю, что его могло связывать с твоим братом, чтобы спустя двенадцать лет взяться за месть.       Кёныль опустил голову — он тоже этого не понимал.       — Ты два раза общался с его сестрой и матерью, — обратился Гук к напарнику. — Могут они быть убийцами?       — Мать однозначно нет — слаба, ведомая, собственного мнения никакого. Из тех, кто "бьет — значит любит". Она ни в каком виде не подходит под портрет доктора Ли.       — А сестра?       — А вот сестра... Ничего не могу о ней сказать. Когда мы с тобой их опрашивали в день смерти Кан Сонхо, она сначала плакала, а затем заперлась в своей комнате. На следующий день, когда мы опрашивали ее вместе с Кёнылем в участке, она была в медицинской маске — потому что будто бы перед этим простыла, и опять-таки постоянно плакала.       Губы Чона тронула легкая улыбка.       — Кажется, у нас появился еще один кандидат в подозреваемые.       — Брат и сестра убили отца, отрезали ему пенис и голым повесили на кресте? Занятно... — пробормотал унылый Квон.       — Возможно, отец это заслужил, — проговорил Тэхен. — Итак, что мы о них знаем?       — Кан Сонхи 26 лет, Кан Мира́ 29 лет, оба местные, — принялся рассказывать Кёныль доступную им информацию. — Оба уехали из родительского дома. Три года назад открыли в городе собственное рекламное агентство. Вроде успешное. Мира́ училась в Национальном университете Чонбук в Чонджу. Причем, поступила туда по стипендии. Очень умная. Окончила факультет бизнеса и экономики, диплом с отличием. Сонхи без высшего образования. О личной жизни обоих ничего не известно.       — Следовательно ввиду последних событий плотно занимаемся этой парочкой, — заключил Тэхен. — Мы с детективом Чоном берем на себя Кан Сонхи, вы — Кан Мира́.       Дальше Тэ прошел в допросную, где всё еще находился максимально раздраженный Кан Сонхи.       — Я могу идти?? — подорвался он на ноги, едва увидев Кима.       — Конечно, — Тэхен подарил их подозреваемому милейшую улыбку.       — Это возмутительно! Вы вызвали меня с самого утра, задавали странные вопросы, продержали здесь без дела еще час! Значит, теперь так работает полиция?!       — Простите за это... — мгновенно извинился Тэ. — Это всё мой напарник, — спустя паузу заговорщицки проговорил, открывая дверь и пропуская Сонхи вперед.       — А что с ним? — тут же поинтересовался тот.       — Аа... — Тэ махнул рукой. — Вчера облажался по-крупному. Свое табельное оружие посеял. Неудачник. Шеф на него за это так орал... С поста руководителя группы снял. Вот он и злится. Примите наши глубочайшие извинения за задержку.       — Конечно! Без проблем, — Сонхи не сумел сдержать довольную улыбку.       "Придурок, — подумал Тэ. — Если он — тот самый мегамозг, то я — английская королева".       Тэхен на всякий случай перезвонил доктору Ли Тэмину и еще раз уточнил насчет психологического портрета убийцы, который тот ранее составил. Но Тэмин подтвердил свое первоначальное заключение о высокоинтеллектуальном и хладнокровном преступнике.       Когда Тэ уже хотел поблагодарить, попрощаться и отключить вызов, тот добавил:       — Тэхен, хочу попросить тебя кое о чем.       — Я вас слушаю, доктор.       — Это не срочно. Но как только у тебя будет время, можешь подъехать в мой офис?       — Что-то с Чимином? — быстро спросил Ким.       — Я буду ждать тебя.       И дальше длинные гудки.       Офигевший Тэ так и остался стоять с включенным телефоном.       И что это было? Почему Тэмин отказался объяснить всё сейчас?       Что произошло с Чимином?       Постаравшись запихнуть беспокойство о друге как можно дальше, и надеясь, что слова "это не срочно" значат, что опасность не настолько высокая и может немного подождать, он написал Оракулу сообщение.

Крутой Коп [13:05]:

Будь готов

Крутой Коп [13:05]:

В 14.20 заберу тебя у дома

  Чимин [13:05]: Наконец-то!🥰🥳🎉 Чимин [13:08]: Что мне надеть?? Чимин [13:08]: Что Сахарочку понравится??? Чимин [13:08]: Аааа!!!! Чимин [13:08]: 🤯 SOS!!

Крутой Коп [13:10]:

Расслабься

Крутой Коп [13:10]:

Сахарочку ты понравишься

Крутой Коп [13:11]:

В любом виде

Чимин [13:11]: А если он уже забыл Чимин [13:11]: Как я выгляжу?? Чимин [13:11]: 🙄😟🤧       Тэ мученически вздохнул и подошел к столу Гука.       — Мне нужно будет отлучиться, — сообщил он мгновенно помрачневшему напарнику. — Я постараюсь приехать к концу дня. Намджуна я уже поставил в известность. Ты как?       — Да, без проблем... — Чонгук постарался не показать, насколько сильно он не хочет, чтобы Тэхен уезжал. Да еще и непонятно куда. — Предупредишь, если задержишься, хорошо?       — Конечно.       Так как поцеловать здесь свое любимое волшебство не представлялось возможным, Тэ легонько щелкнул напарника по носу.       — Не стесняйся светиться, потому что ты — солнце.       Пока губы Чонгука расплывались в довольной улыбке, Тэхен, махнув рукой на прощанье, быстро вышел из комнаты.

***

      До Кванджу Тэхен добрался быстро — кажется, в этот раз он даже установил свой собственный приятный рекорд — 38 минут. Еще чуть-чуть, и он сможет состязаться с Ким Сокджином в уличных гонках.       Он быстро преодолел нужные километры по красивейшему городу, ставшему благодаря знаменитому восстанию символом борьбы народа за свою демократию, и вскоре уже подъезжал к дому Чимина и Юнги.       Оракул ждал его возле своего парадного, нетерпеливо выстукивая модными утепленными ботинками по асфальту.       И не один.       Тэ ощутил это тепло внутри — он никогда не сомневался в Сокджине.       — Решил вам в силу своих возможностей помочь, — проворчал судмедэксперт, забираясь в теплый салон внедорожника Кима.       У Тэхена была назначена встреча с Чон Хосоком на 15.10 недалеко от места проведения обмена.       Там Чимин с Хосоком останутся ждать хороших вестей, а Тэ вместе с Сокджином и группой спецназа под видом людей из банды Сон Рéно отправятся на встречу.       Если всё пройдет нормально и обмен продлится недолго, Тэ вернет Оракулу его Сахарочка, отвезет Сокджина домой и даже успеет забрать Чонгука из участка после окончания рабочего дня. Возможно даже, что Гуки с командой сумеют к этому времени нарыть нечто интересное о тех мутных брате и сестре Кан, которые вполне могли стоять за убийством собственного отца.       Чон Хосок уже ждал их в обусловленном месте — в заброшенном заезде в парковую зону. Вот только был он почему-то совершенно один.       Интуиция никогда не обманывала Тэхена. И сейчас она, задумчиво ухмыльнувшись, сообщила: "Кажись, полный пиздец".       Судя по всему, он не успеет забрать Чонгука после работы домой.       Пушистый зверек по имени "песец" пожаловал в гости.       — Худшим моим решением было довериться крысе из разведки!       Тэ крепко обеими руками держал Хосока за воротник его строгого пальто и мечтал придушить его этим же воротником.        Хосок же совершенно открыто смотрел на него в ответ, и казалось, совсем не был обескуражен этой вспышкой гнева.       Потому что заслужил ее.       Чимин и Сокджин стояли возле машины и насторожено наблюдали за происходящим.       — Это то, что от меня не зависело, — ровным голосом повторил Хосок. — Чон Бонхва узнал, что я помогаю тебе и сообщил об этом отцу. И отец отменил все мои действия, приказы и решения. Я здесь один и неофициально.       — Обмен, мать твою, через 28 минут!! А у нас нет людей, оружия... У нас ничего нет! И главное — у нас нет снайпера! Даже если я поеду один, их снайпер уложит меня в секунду!       — У тебя есть я, — максимально спокойно сказал Хосок. — Распоряжайся мной по своему усмотрению.       — Чем мне интересно поможет крыса, которая никогда не держала в руках оружие?? — сцепив зубы бросил Тэ, наконец, отпуская Хосока.       — Ты не поверишь, но я окончил ту же академию, в которой учился и ты. И у меня высокий уровень владения оружием. Который я постоянно поддерживаю.       — Вау. Чел, который раз в месяц ходит в тир, собирается противостоять вооруженным до зубов бандитам.       Хосок нервно передернул плечами, а затем быстро поправил свое пальто.       — И я не буду тобой рисковать, — добавил немного погодя Тэхен.       — Вызови Чонгука, — подал голос Чимин.       — Нет! — одновременно возразили и Тэхен, и Хосок.       — Я справлюсь, — убедительно сказал Хосок, заглядывая в глаза Кима. — Я полноценно заменю Гуки.       — Может, перенесем обмен? — предложил молчавший до этого Сокджин.       Тэ отрицательно покачал головой.       — Нет. Если мы сейчас не заберем Юнги, мы больше никогда его не увидим. Сато второй раз на это не пойдет.       Он несколько минут раздумывал.       — Позвони своему связному с Сато, — в конце концов сказал Тэхен Хосоку, когда до обмена оставалось 19 минут. — Скажи, что Сон Рéно в ярости — он узнал, что Сато готовит засаду. А Сато по любому готовит засаду. Скажешь, что Сон Рéно уже похуй на Шугу — единственное его желание — это отомстить Сато за обман. Если в течение сорока пяти минут не произойдет обмен в другом случайном месте, он с особым удовольствием вспорет живот доктору и пришлет Сато его кишки в качестве подарка. Извини, — добавил он, бросив быстрый взгляд на Сокджина.       — Да без проблем, — пробормотал тот.       — С обеих сторон только по одной машине, не больше пяти человек в каждой, включая заложника. Пусть твой связной вместе с их связным рандомно выберут точку встречи в радиусе десяти километров от этого места. Они не успеют и не смогут посадить снайперов — а это самое главное.       Хосок задумчиво кивнул, соглашаясь с планом Кима.       Пока он звонил своему связному, Тэхен повернулся к Сокджину.       — Помнишь, я играл с тобой в смертельную рулетку?       — Пфф... — фыркнул тот. — Как такое забыть?       — Я снова это сделаю. Но в этот раз пистолет будет полностью заряжен. Боевыми патронами.       Судмедэксперт вскинул на него свой офигевший взгляд.       — Да ты с ума сошел!!       — Не забыл, что я рассказывал тебе о своем пистолете? — спокойно продолжил Тэ, не обращая внимания на возмущение Кима. Он достал из-за пояса свой Glock 17. — Если нажимать, не прикладывая силу, система застопорится и не даст произвести выстрел. Если разговор сложится таким образом, я проверну это еще раз, чтобы напугать Сато. Я нажму курок до половины. У тебя только одно задание — не пугаться и не шарахаться. Всё, о чем я тебя прошу — доверься мне. В этот раз мы избавимся от Сато навсегда. И ты сможешь, в конце концов, свести эти тату и его имя. И сможешь спокойно жить дальше. Я клянусь тебе, Сато больше никогда тебя не тронет. Ты веришь мне?       Сокджин, помедлив, кивнул.       — Это будет как в кино? В пустыне две машины, два заложника, все с оружием... И заложники будут переходить от одной группы людей к другой?       — Именно. Видишь, ты уже всё знаешь. Но ты не пойдешь к Сато. Ты всё время будешь возле меня. От самого начала и до самого конца. Что бы ни случилось, не двигайся со своего места и будь по правую руку от меня. Разве что... Может быть форс-мажор. Если услышишь как я крикну: "Джин!", срывайся с места, не оглядывайся и беги к внедорожнику. Передняя пассажирская дверь будет открыта. Чимин сразу же сорвется с места. Он плохо водит, но гнать по пустынной бездорожной местности сможет. Уезжайте и не оглядывайтесь назад. Чимин привезет вас сюда же. Ждите двадцать пять минут. Запомнил? Двадцать пять минут. После этого садись за руль уже ты и гоните отсюда к тому перекрестку, что у двадцатого шоссе, — Тэхен развернул карту и указал точное место. — Там есть автомойка. Она давно не работает, но заехать внутрь можно. Припаркуешь машину в одном из отсеков и наберешь Чонгука. Расскажешь ему обо всём. И дальше в точности следуй всем его инструкциям. Понял?       У Сокджина в глазах отражалась постепенно образовывающаяся паника, и Тэхен быстро добавил:       — Представь, что всё это — лишь очень реалистичная игра. В ней нет ничего настоящего. И тебе нечего бояться. Всё, что ты должен делать — следовать четким инструкциям. И всё. Это ведь несложно, правда?       — Нет... — негромко проговорил судмедэксперт.       — Твои инструкции: быть возле меня, если услышишь от меня слово "Джин" — бежишь к машине. Всё.       Сокджин взглянул на сидящего на земле растерянного Чимина и кивнул.       — Я понял. Я справлюсь. За меня можешь не переживать. И делай, что должен сделать.       — Если вдруг... — Тэхен сделал паузу. — Если вдруг что, передай Чонгуку... Он и так всё знает. Разве что... Есть такой человек — Ли Раим. Пусть он поможет ему собрать урожай. Тот старый и уже не справляется. А работы там еще до фига. Теперь точно всё. Прошу только об одном — доверяй мне. Согласен?              Сокджин еще раз кивнул.       К ним подошел Хосок, открыл карту в своем телефоне и показал новое место встречи.       — Отлично, — оценил Тэ. — Выезжаем через десять минут. У нас недостаточно людей. Но мы сделаем вид, что еще один человек сидит в машине. Там тонированные стекла, видно не будет. Немного приоткроем окна — будто тот, кто внутри, держит людей Сато на прицеле. Чимин за рулем, на обмен выйдем я, Хосок и Сокджин. Мы с Хосоком скроем лица за масками. Чимин.       Он бросил брелок с ключом от внедорожника Оракулу. Тот поймал его, поднялся на ноги и тут же направился к машине.       — Что? — не понял Хосок.       — Чимин очень плохо водит. Но умеет. Пусть пока потренируется.       Некоторое время все трое наблюдали, как внедорожник неровно ездил по кругу.       — Пиздец, — отметил Сокджин. — Нам всем пиздец.       — Зачем ты вообще его с собой взял? — напряженно проговорил Хосок, не отводя взгляда от лобового стекла, пытаясь в его бликах увидеть водителя. — Здесь же опасно. Он может пострадать.       — Ты когда-нибудь пробовал противостоять Оракулу? — Тэ усмехнулся. — Это заведомо провальное дело. Он выест твой мозг чайной ложечкой, оттопырив мизинчик. Были там, знаем, больше не хотим. Он желал сразу же увидеть своего Сахарочка, в ту же минуту, как того освободят, поэтому он и здесь.       Хосок рассеяно кивнул.       Чимин, еще минут пять поупражнявшись, выключил зажигание и вышел из машины, а Хосок смотрел на него смотрел...       Они виделись впервые после того допроса.       Оракул готовился к встрече со своим Юнги, поэтому максимально принарядился. И выглядел — миллион из ста. В короткой отливающей синим кожаной куртке, в черных джинсах скинни с боковыми швами и большими карманами, удачно вырисовывавших его стройные ноги, и в высоких черных ботинках.       И Хосок не мог отвести от него глаз, жадно впитывая в себя этот образ. Зная, что потом еще не одну тысячу раз будет воскрешать его в своей голове.       Тэ, наблюдая за ним, заметил:       — Не пались так явно. Чимин не в курсе.       — Дай мне хотя бы эти несколько мгновений, — раздраженно отмахнулся от него Хосок.       Тэхен закатил глаза.       — Может, мне вам еще и свидание организовать?       — А ты можешь?       Тэ окинул его максимально тяжелым взглядом.       — Чимин, ты же помнишь брата Чонгука? — громко обратился он к другу.       Оракул взглянул на Хосока, будто тот был камышовой бородавчатой жабой, в то время как Хосок, встретившись с ним взглядом, сначала жутко побледнел, а затем — покраснел, чем заслужил ироничный хмык со стороны Кима.       — Как забыть! Мефистофель! — презрительно бросил Чимин, демонстративно отворачиваясь.       Тэхен взглянул на свои наручные часы и выставил таймер.       — Господа, выдвигаемся.       "Да пребудет с нами сила", — словно мантру, мысленно пропел Чимин, садясь на место водителя.       "Нам пиздец", — повторил про себя Сокджин, залезая в машину на заднее сидение.       "Надо завести кота", — размышлял Хосок, забираясь на сидение к Сокджину.       "Я опоздаю, и в этот раз Чонгук точно меня прибьет", — думал Тэхен, садясь на пассажирское, рядом с Оракулом.       Они прибыли на место обмена — к полуразрушенному складскому помещению давно нефункционирующей фабрики в абсолютно пустынной местности — первыми, но выходить из машины не спешили.       — Значит так, — Тэ давал финальные установки перед началом операции. — Ты, Сокджин — не отходишь от меня ни на шаг, ни на что не реагируешь и молчишь. Хосок, ты — только наблюдатель. Держи в руке пистолет и прими максимально грозную позу. В разговор не вступай. Чимин — не выключай зажигание, если форс-мажор — мгновенно дави на газ, как только Сокджин будет внутри. Машина бронированная, так что не бойся — она выдержит, если будут стрелять.       А они будут.       — Самое важное, чтобы они привезли Юнги, — негромко сказал Чимин, пальцы которого, держащиеся за руль, потихонечку от волнения начинали мелко дрожать.       — Порядок спасения, — продолжил разнарядку Тэхен, — в порядке убывания. Сокджин, Чимин, Хосок, Юнги, я.       — Почему это я — самый важный по спасению? — с видимым неудовольствием заметил Сокджин.       — Потому что ты — единственный гражданский из нас всех. И по-хорошему, тебя здесь вообще не должно было бы быть. Так что я должен тебе уже две услуги.       — Три! — быстро возразил судмедэксперт.       — Хорошо, три, — согласился Тэ. Главное, чтобы всё прошло хорошо...       Он проследил за большой тонированной пуленепробиваемой машиной, мягко подъехавшей и остановившейся прямо напротив них, оставив между автомобилями зазора метров десять.       — Вероятно, я продешевил... — пробормотал Сокджин, ощущая, как в горле пересохло, словно в самой засушливой пустыне из всех возможных на этой Земле, а внутренности стянуло настолько тугим узлом, что вздохнуть свободно не представлялось возможным.       Ему казалось, что морально он был абсолютно готов, но стоило ему увидеть Сато, вальяжно выбравшегося из машины, как паника своими липкими противными щупальцами полностью его окрутила.       "Я не смогу! Я не смогу!!" — суматошно билось у него в мозгу.       — Дыши, — сказал Тэхен, мгновенно запеленговав его близкое к ужасу состояние. — Не отходи от меня ни на шаг, не говори. И главное: доверяй мне. Ты доверяешь мне?       Он поймал мечущийся взгляд несчастного Сокджина.       — Да...       — Скажи это полностью, — настоял Тэ.       Сокджин попытался вдохнуть полной грудью. Раз, два, три... Он больше не тот безмолвный бесправный парнишка. Он взрослый, он сильный, он умный, он выносливый. Он — хороший достойный человек. Он давно перерос этого негодяя. У него есть Намджун, который его любит. У него есть обожаемая им работа. У него есть Чонгук. У него есть жизнь, которая ему нравится и которой он дорожит. Он справится. И всё будет хорошо.       — Я тебе верю. Да.       — Полностью.       Сокджин шумно выдохнул.       — Я тебе верю, Тэхен.       Тэ кивнул.       — Отлично.       Из машины вывели человека со связанными за спиной руками. На голове у него был плотный черный мешок.       — Это Юнги? — Тэхен повернулся к мгновенно оцепеневшему Чимину.       — Я не знаю... — прошептал тот. — Он похожего роста... Одежду такую не помню...       — И всё же? — настойчиво переспросил Тэ.       — Я не знаю! — нервно крикнул Чимин. — Я не знаю...       — Хорошо, — решительно произнес Тэхен, — будем играть теми картами, которые у нас на руках. Иными словами, хуевыми картами. Выходим.       Тэхен и Хосок натянули маски на лица, Чимин, так и не выключавший мотор, в готовности поместил руки на руль.       — Я не закрываю свою дверь, — сообщил Тэ Сокджину. — Если что — дверь открыта. Ты просто нырнешь сюда. А ты, Чимин, в ту же секунду дашь по газам.       В противоборствующей группе было пять человек — все они вышли из своей машины и стояли полукругом.       И в очередной раз Тэхен подумал о том, как же много значит Сокджин для Сато, который двадцать лет не сводил его имя со своего запястья и даже сам приехал на обмен, чего никогда не делал, будучи большим и страшным боссом. И согласился на их условия, выдвинутые в последний момент. Ох, как же ему не терпится получить в свои руки Ким Сокджина...       Тэхен изначально действовал по всем правилам ведения войны. Он знал уязвимость соперника и бил по этой уязвимости. Джин — давняя болевая точка Сато. Ему пришлось отказаться от него ради другой выгоды. Но вернуть Сокджина — это та самая навязчивая и до недавнего времени несбыточная мечта кровавого бандита.       Как только Сато увидел Сокджина, его глаза тут же загорелись довольным огнем. Видимо, он до последней минуты боялся, что это — какая-то обманка, и Сокджин на обмен не попадет.       — Можешь так не радоваться, урод, — пробормотал Чимин. — Ты его не получишь. Вишенка тебе его не отдаст.       Он всё вглядывался в связанного человека и к своей возрастающей злости не мог определить — это его муж или кто-то левый?..       Сокджин стоял рядом с Тэхеном, Хосок — чуть поодаль с заряженным и наведенным на Сато оружием.       Тэхен и Сато о чем-то говорили, но Сокджин ничего не слышал. "Это всё — игра, ненастоящая реальность", — говорил он себе, пялясь только на верхнюю пуговицу на пальто Сато в виде серебряного черепа с задорными глазенками.       Это только кажется, что в критической ситуации ты будешь вести себя по-геройски. В реальности же, когда эта критическая ситуация случилась, ты застыл и думаешь только о том, скорее бы всё закончилось.       Нет, герой здесь — Тэхен, который как ни в чем ни бывало ведет переговоры. Хосок, которого это дело вообще не касается, но он прикрывает Киму спину, настежь открывая свою.       Сокджин постарался не двигаться и не дышать, когда Тэхен резко приставил свой пистолет к его виску, и холодное дуло беспардонно наметило для себя точку входа.       Он поднял взгляд, с каким-то отстраненным удовлетворением увидев панику в глазах Сато. Значит, план Тэ работал.       Тэхен почти нажал на курок, и Сато протестующе что-то крикнул.       Сокджин продолжал отсчитывать мгновения до того, как всё закончится.       Но затем что-то случилось, потому что один из людей Сато вскинул свой пистолет и выстрелил в Хосока.       Тот, подрезанный пулей, безвольно рухнул на землю.       — Джин!! — врезалось в его голову голосом Тэхена.       Он тут же развернулся, бросившись к машине. Успев перед этим увидеть, как целая обойма была выпущена в Кима, и тот завалился назад.       Кажется, Сокджину вслед стреляли, но он делал всё так, как говорил ему Тэхен.       Он запрыгнул внутрь внедорожника, и бледный Чимин тут же дал по газам.       В полном молчании они добрались к точке сбора, где еще совсем недавно их было четверо, а теперь — только двое.       Чимин кое-как припарковался и выключил зажигание.       Сокджин взглянул на часы на приборной доске.       Тэхен говорил прождать здесь двадцать пять минут.       — Брат Чонгука погиб? — немного погодя произнес он то, что билось ужасным фактом в его мозгах, не отводя глаз от большой стрелки часов и при этом практически не моргая.       — Думаю, да, — негромко проговорил Чимин, не снимающий рук с руля и глядящий только вперед, хотя перед глазами всё жутко расплывалось.       — А... Тэхен?       Чимин ничего не ответил.       "Как я скажу обо всём этом Чонгуку?.." — беспомощно подумал Сокджин.       Они безмолвствовали, пока часы секунда за секундой не отсчитали точку дедлайна.       — Двадцать пять минут прошло, — деревянным голосом сказал Сокджин.       Чимин уронил голову на руль.