Спаси меня

      Шериф был на работе, а Стайлзу нужен взрослый. Вот дословное сообщение, которое получил Питер: «Мне нужен взрослый!!!!!!!!!!!!!!!» Кучи восклицательных знаков было достаточно, чтобы Питер захотел отказаться просто из вредности, но это же Стайлз. Он не придумал, как отказать Стайлзу. Ну, может, не совсем так. Когда Стайлз захочет вытворить что-то опасное, Питер сможет вырубить его за один удар сердца. Ну а если Стайлз замыслит что-нибудь нелепое, тривиальное или незначительное? Против этого Питер был бессилен.       Ничто другое не могло объяснить того, почему он стоял в магазине и наблюдал за тем, как Стайлз нервно перебирает вешалки с рубашками. — Они все одинаковые! — Они не одинаковые, — уверял его Питер. Кто вообще покупает костюм по частям? Но, когда он предложил Стайлзу сшить что-нибудь на заказ, тот посмотрел на него так, будто у него выросла вторая голова. — Ты предпочитаешь классический воротник или воротник-стойку? — Мне просто нужна рубашка, — лицо Стайлза в недоумении скривилось. — С рукавами и всё такое. Почему так сложно?       Он прав.       Ему нужен взрослый.       Спустя час и краткий инструктаж по стилям воротников они сидели на фуд-корте. Голова пухла. Искусственный свет был слишком ярок, сотни запахов разной дешевой еды были отвратительны, а музыка — преступление против вкуса. Зато у Стайлза теперь были брюки, рубашка и галстук для школьных танцев. Он отказался от пиджака, потому что, как он сказал, когда, блин, ему ещё понадобится костюм? Питер подозревал, что это решение было связано не только с бюджетом Стайлза, но и с другими практическими соображениями. Стайлз расправлялся с бургером и картошкой фри. Миссия была успешно завершена.       Стайлз отхлебнул газировки и продолжил историю, которую начал рассказывать ещё в магазине. Что-то о каком-то пацане, которому стало плохо в автобусе. Он описывал всё так, будто это весело, и, судя по тому, как его рот растягивался в ухмылке, а глаза округлялись от восторга, так оно и было. — В общем, если вкратце, тренеру надоело, что Джареда постоянно тошнит в автобусе, поэтому он сказал, что разрешит мне снова попробовать себя в команде. Он правда хочет выгнать Джареда. И я знаю, что могу играть лучше, чем Джаред. А ещё меня не укачивает.       Питер поднял брови. — Ты хочешь вернуться в команду?       Стайлз пожал плечами. — Думаю, да. Ну, конечно, Джексон — мудак, как и некоторые другие парни. Но есть парочка нормальных, тем более Скотт — второй капитан. Джексон не высовывался с тех пор, как вы разбили его тачку, так что я смогу с ним разобраться. — И, полагаю, команда сможет воспользоваться твоими навыками ниндзя. — Завали! Я не так уж плох. К тому же пора мне попытаться вернуть в свою жизнь что-то нормальное, верно? Вроде как дела налаживаются. И я же не могу просто тусоваться с тобой каждый день. — Я не возражаю, — сказал ему Питер.       Стайлз фыркнул, как будто решил, что это ложь. — Ну да.       Питер пропустил это мимо ушей. Он не хотел поставить Стайлза в неловкое положение, сказав правду. Ему на самом деле нравилось проводить время со Стайлзом, и не только потому, что Стайлз — член стаи. А потому что Стайлз забавный, он не боится сказать что-то не так и много смеётся. Такой мальчик не стал бы общаться с монстром, не так ли?       Вот в чем суть на самом деле.       Питер чувствовал себя не таким уж плохим, когда Стайлз рядом с ним.

***

      Питер должен был догадаться, что запрет Стайлзу использовать Скотта в плане сближения с Эллисон Арджент, вопрос уже решённый. Питер только подъехал к дому Арджентов однажды вечером (информация, которую он собирает, могла оказаться незначительной, но ему нравилось стоять в темноте и фантазировать, как он сожжёт это дом, а ​​изнутри будут кричать Крис со своей семейкой), когда вдруг уловил очень знакомый запах.       Питер беззвучно прыгнул на крышу гаража и направился к окну Эллисон Арджент. — ...и... — услышал он знакомый голос безрассудного дурачка, — Дэнни даже не би!       Наверное, это был конец одной из типичных тирад Стайлза о том, что его жизнь — отстой, предназначенной исключительно для того, чтобы развлечь других. Эллисон засмеялась, а затем тихонько сочувственно охнула. — Дэнни не смог бы получить больше номеров девушек, чем ты. — Смог бы! — воскликнул Стайлз. — Я почти уверен, что смог бы, но понятия не имею, что он с ними сделает после этого!       Питер подобрался ближе к окну. Он нагнулся и заглянул в комнту. Стайлз и Эллисон сидели на полу, вокруг них были разбросаны учебники и бумага. А, они делают домашнее задание. Питеру пришлось бороться с собой, чтобы не зарычать на умышленное неповиновение Стайлза. И из-за опасности, которой он подвергает себя.       В дверь спальни постучали.       Виктория Арджент улыбалась, но в этой улыбке не было тепла. — Время ужинать. Эллисон, твой друг останется? — Нет, спасибо, миссис Арджент, — весело ответил Стайлз. — Сегодня я готовлю папе ла́занки. Это польское блюдо. Я понятия не имею, что делать, но разве можно сделать что-то не так с капустой и лапшой?       Неловкая улыбка Виктории стала натянутой. Стайлз поднялся на ноги, собрал учебники и сунул в свой рюкзак. — Увидимся завтра, Эллисон!       Питер услышал урчание двигателя и прижался к стене дома за мгновение до того, как фары прорезали темноту. К дому подъехал внедорожник, и из него вышел Крис Арджент.       Папочка дома. — Чудной этот мальчик, — очень тихо проговорила Виктория, чтобы Стайлз, когда спускался вниз, не услышал, но слова все равно дошли до ушей Питера. — Мам! — возмутилась Эллисон. — Он милый. И хороший друг. — Просто друг? — Боже, да!       Ах, домашние разборки. Как мило. Питер отклонился от окна, когда услышал, как открылась входная дверь. — Здравствуйте! — выпалил весело Стайлз. — Вы, должно быть, отец Эллисон. — А ты Стайлз, — сказал Крис.       Воцарилось неловкое молчание. Неловкое даже для Криса, хотя молчание — его конёк. Питер услышал, как подошва обуви Стайлза застучала по полу. — Я узнал тебя по фото, — продолжил Крис после. — Я был в поисковой группе. — О, точно. Это, — сердце Стайлза забилось быстрее, а его запах немного скис. — Гм, спасибо, что, эм, за то, что искали меня. — Рад, что ты добрался до дома, — хрипло проговорил Крис.       Он не был бы так рад, думал Питер, если бы знал, что Стайлз теперь стал частью стаи Хейлов. Питер расправил плечи и растопырил пальцы. Когти чесались, хотели вытянуться. — Я тоже, — у Стайлза, когда он сглотнул, сжалось горло. — Было приятно познакомиться с вами, мистер Арджент. — Будь осторожен, Стайлз.       Питер почувствовал облегчение, когда Стайлз вышел из дома Арджентов и дверь за ним закрылась. Оборотень беззвучно спрыгнул с крыши и покрался по темноте за Стайлзом.       Стайлз даже не вздрогнул, когда Питер оказался рядом с ним. — Я же говорил тебе не приближаться к Арджентам.       Стайлз рылся в рюкзаке в поисках ключей от машины. — Нас с Эллисон объединили для задания. Я тут не при чём.       Питер скривил губы и тихо зарычал. — Давай даже не будем притворяться, что это придумал не ты, Стайлз.       Стайлз пожал плечами и прокрутил ключи на кончике пальца. — Ты хочешь узнать, что я выяснил, или нет? Спойлер: это не имеет ничего общего с историей США. — Что ты узнал? — Тётя Кейт приедет в среду, — сказал Стайлз и помрачнел лицом. — Эллисон не видела её много лет, потому что её отец поссорился с остальными членами семьи. Эллисон не знает, как долго она будет здесь. И её родители очень странно к этому относятся. — В среду, — негромко повторил Питер.       Они подошли к джипу. Стайлз припарковал его в переулке. За мусорным баком. — Серьёзно? — спросил Питер. — Что? Как будто я собирался припарковать его прямо на улице, когда знал, что ты будешь следить? — Стайлз, — Питер наклонился вперёд и схватил его за запястье, поднес его близко к своему лицу, чтобы считать его запах. — Я альфа. Слушайся меня.       Этот тон мог подействовать на Дерека или Скотта, но на Стайлза нет. Он вырвал руку, расправил плечи и выпятил подбородок. — Я хочу помочь! Я могу помочь! Я могу пойти туда, куда ты не можешь! — А я тебе говорю: не надо!       Стайлз хмуро посмотрел на него и хлопнул по капоту джипа. — Почему, чёрт возьми, ты просто не используешь меня? Я справлюсь, Питер! — А какого хрена ты так упорно пытаешься доказать? — требовал ответа Питер, повышая голос.       Стайлз вздрогнул и застыл. Его грудь быстро вздымалась и опускалась. — Стайлз, — Питер вздохнул. — Что ты пытаешься доказать?       Стайлз, казалось, сдался. Он отвернулся от Питера и нагнулся к джипу, уткнувшись лбом в руки. — Я справлюсь. Я не слабак. Я сильный. Сильный.       Эту боль Питер не сможет забрать. Но всё равно положил ладонь на плечо Стайлза. Потер большим пальцем верхний позвонок. Наклонился и потерся щекой об ужасную стрижку Стайлза. — Ты на грани, лапушка?       Юноша даже фыркнул от этой нежности. Наверное, он принял это за сарказм. — Но я же не один такой?       Питер ненадолго закрыл глаза и улыбнулся. — Нет.

***

      Колокольчики, когда Питер толкнул дверь в ветеринарную клинику, звякнули. Когда он вошел внутрь, Алан Дитон разговаривал с женщиной, державшей птичью клетку. Взгляд Алана остановился на Питере, затем вернулся к взволнованной женщине. Его сердце даже не пропустило удар.       Питер и попугай подозрительно поглядели друг на друга, а затем Питер стал рассматривать корма. О, что это тут? Подкормка для хорошего настроения питомца. Хейл задумался, не содержит ли она собачий эквивалент диазепама. Может, незаметно подсыпать его в мюсли Дерека?       Дитон закончил с женщиной и попугаем и, когда они ушли, запер за ними дверь. — Питер, — невозмутимо произнес Дитон. — Что тебе нужно? — Книги, — сказал Питер. — Полагаю, у тебя где-нибудь завалялось несколько томов об эмиссарии. — Несколько, — подтвердил Дитон. — Интересует что-то конкретное? — Нет, — ответил Питер. — Может, что-нибудь из истории стаи. Что-то обобщённое, но не слишком скучное. Учебник про оборотней, может. Что-то вроде того, что было бы полезно для человеческого члена стаи, совершенно не понимающего, что он вообще делает, но тем не менее испытывающего неутолимое желание вмешаться.       Дитон поднял брови. — Я посмотрю, что смогу найти. — Ещё мне нужен номер, — сказал Питер, — нашей общей подруги.

***

      Полнолуние было близко, и желание бежать нарастало ноющей болью в костях. Ему словно тесно в собственной коже. Пальцы без причины сжимались, когти так норовили вырасти, а дёсны чесались, выпуская клыки. — Я знаю этот взгляд, — сказал Стайлз, открывая дверь Питеру. — Бэмби сегодня придется несладко.       Питер сверкнул глазами. Дом Стилински пах обжитым. Местами здесь немного пыльно, местами затхло — Стайлз совсем недавно закинул пару потных носков за диванные подушки, — но было уютно. Зевая и прикрывая рот рукой, Стайлз указал Питеру на кухню. — Папа на работе, — сказал Стилински. — А ты чо шатаешься тут в такой час? Разве ты не должен быть дома и следить за тем, чтобы у Скотта и Дерека не разболелись животы, оттого что они обожрались кроликов? — Уверен, что они справятся и без меня. А вот ты... — Питер поставил пакет на кухонный стол и указал на него. — Я принёс тебе кое-что. — Это вафли? — с надеждой спросил Стайлз. — С какой это радости я принёс бы тебе вафли? — А с какой это радости ты вообще мне что-то принёс? — возразил Стайлз и осторожно открыл пакет. — Ебануться.       Питер не сомневался, что книги придутся ему по нраву, несмотря на ненависть Стайлза к домашним заданиям. Питер знал, что эта ненависть у Стайлза возникла, из-за того что задание было ограничено заданной темой и он не мог пуститься в миллион разных увлекательных лирических отступлений. Стайлз не умел работать в строгих рамках. Стоило лишь позволить ему исследовать то, что он хочет, и его было не остановить.       Стайлз опустился на стул и пододвинул к себе первую книгу. — Она вообще на английском? — Это называется спенсерианское письмо, Стайлз. Даже дети в состоянии освоить его. — От одного взгляда на него у меня пальцы сводит. — Это история стаи, — сказал Питер. — Вот что я хочу, чтобы ты узнал. — Это просто способ заставить меня забыть о выполнении задания с Эллисон, что ли? — спросил Стайлз. — Это способ помочь тебе понять своё место, — сказал Питер. — Ты абсолютно прав, что я не могу запугать тебя и заставить подчиниться. У нас с тобой никогда не будет таких отношений, как у меня с бетами. Иерархия стаи для людей не инстинктивна. Этому нужно учиться, — он постучал пальцем по книге. — Так учись.       Глаза Стайлза чуть сощурились. — Знаешь, Питер, ты запутал меня своим «понять своё место». Угадай, где я это уже слышал?       Волк Питера зарычал. — Угадай, — неустрашимо повторил Стайлз. — Нет. — Вот именно, — сказал Стайлз.       Питер не осознавал, что когти вытянулись, пока они не вонзились в ладони. Заструилась кровь. — Мне нужно, чтобы ты был в безопасности.       Выражение лица Стайлза мгновенно сменилось. Появилась какая-то холодность. Кровь отлила от лица. — Я не ребёнок! — хриплым голосом проговорил он. — Я не твой ребёнок! Калеб мёртв, помнишь?       Питер услышал внутри черепа шум, похожий на рёв океана, который заглушал всё остальное. Питера будто обухом по голове ударило. Пришлось схватиться за край кухонного стола, чтобы не упасть. — Блин. Прости, — Стайлз так и застыл. — Питер, я даже не знаю, что это была за херня, ладно? — Это было похоже на дешёвую попсовую психологию, — ответил Питер. — Я ожидал от тебя большего. — Я тоже, — Стайлз сглотнул.       Питер вздохнул и покачал головой. Он бросил последний взгляд на Стайлза, на книги; подумал, что же это было такое у него в голове. Что бы, черт возьми, это ни было, оно могло произойти. — Всё равно прочти. Тебе понравится.       Он был уже почти у входной двери, когда услышал, как бежит за ним Стайлз. Питер обернулся, и Стайлз бросился к нему, прижал к стене. Хоть он был человеком, но заскулил, как щенок, и прижался лицом к плечу Питера, и дыхание его сбилось. — Прости, — прошептал Стайлз. — Прости.       Питер провел ладонью по голове Стайлза, почувствовал, как кожу кольнул ёжик волос. Потом взглянул поверх головы Стайлза на стену, где висела фотография в рамке. На ней был Джон, на несколько лет моложе и беззаботнее, каким Питер его никогда не видел. Он обнимал темноволосую женщину. На коленях у женщины сидел маленький ребенок. Все трое смотрели в камеру, как будто понятия не имели, что их ждёт.       Ничто так не ранит, как прошлое.

***

      Кейт Арджент — самый опасный убийца из всех, кого знал Питер.       За неделю до её приезда в город Питер позвонил второму самому опасному убийце из всех, кого он знал. — Питер Хейл, — сказал убийца. — Я думала, ты умер. — А я думал, умерла ты, — парировал Питер. — Но если нет, то я хотел бы предложить тебе работу. — Пятьдесят тысяч. — Ты ещё даже не знаешь, что это за работа. — Мне не нужно. Пятьдесят тысяч. — Я дам шестьдесят, если ты будешь здесь к выходным. — Буду, — она завершила вызов.       Питеру всегда нравилась Брейден.