Спаси меня

      Питер не поклонник пыток, особенно когда пыткам подвергается он. Но он рычал и выгибался, когда Кейт вычерчивала на его груди кровавые полосы одним из своих сверкающих ножей, потому что она этого хотела. И Питер даст ей то, чего она хочет, лишь бы она больше не включала электричество. Пока Кейт забавляется болью Питера, к Стайлзу она не подойдет. — Смотри, — сказала она Эллисон, вонзая острие ножа меж рёбер Питера. — Смотри.       Она протолкнула лезвие, и Питер издал рёв. Эллисон была бледна, глаза застилали слезы ужаса, а сердце бешено билось в груди. Но она дочь своих родителей. Чувству страха ее не сломить.       Кейт вынула лезвие, и кровь Питера стекла по её запястью.       Питер устал. Аконит делал его слабым. С каждым разом исцеление занимало всё больше и больше времени, это начинало надоедать. Питер, скованный цепями, тяжело дышал. Кейт переключила свое внимание на Дерека. — Кейт, — простонал Дерек, когда та воткнула в его живот нож. Питер вдруг подумал, а не стонал ли он так же отчаянно, когда они трахались.       Кейт рассмеялась, и Питер решил: да, именно так и стонал. Этот болезненный отзвук того, как он когда-то стонал под ней, как напрягался, умолял и звал её по имени, доводил Кейт до восторга. Дерек тоже это понял. Когда Кейт вытащила нож, младший Хейл зарычал, и в этом звуке была ненависть. И боль.       Конечно, ненависть Дерека была овеяна чувством предательства, которого Питер никогда по-настоящему не сможет понять. Кто знает, какие нежности шептала она ему когда-то, чтобы он решил, что любит её, что может ей доверять? Кто знает, что сейчас творится в голове у Дерека, здесь, в том месте, где из-за неё погибла его семья? Дерек ненавидит Кейт, но и себя он ненавидит тоже.       «Это не твоя вина, Дерек», — может быть, Питер думал так только потому, что был слаб и испытывал боль, а его инстинкты побуждали утешить бету, который ощущал то же самое. А может, и нет. Дерек совершил ошибку. Питеру это знакомо. Было время, когда ему хотелось, чтобы Дерек пострадал за то, что натворил. Но теперь, когда эта фантазия осуществилась, Питер понял, что заблуждался. Дерек — его племянник. Дерек в стае. И никто не смеет причинять ему такую ​​боль.       Питер повернул голову, чтобы взглянуть на Стайлза. Глаза паренька были открыты, но Питеру казалось, что тот до конца не осознаёт, что происходит. Это можно было бы счесть за подарок судьбы, если б Питеру не было нужно, чтобы Стилински был сосредоточен. Чтобы он мог пригнуться и укрыться, как только план вступит в силу и начнут лететь пули.       Что должно произойти с минуты на минуту. — Погляди-ка на себя, сладкий, — сказала Кейт Дереку. — Ой. Ты должен благодарить меня. Я избавлю тебя от страданий. Не нравится? Разве это не лучше, чем застрять со своим сумасшедшим дядей и человеком-секс-игрушкой, которые зовут себя стаей?       Дерек заскулил и попытался увернуться от ножа. — Боже, мне за тебя стыдно! — Кейт засмеялась. — Это всё, что осталось от великой стаи Хейлов? Талия, наверное, переворачивается в гробу!       Питер глухо зарычал. Кейт сказала Питеру и Дереку прийти одним. За кого она их принимает? За идиотов? Она всерьёз думает, что нет никого, кто бы им помог.       В подвале было пять входов. Четыре из них — туннели. Питер утешался тем, что в этот самый момент Брейден ползет по одному из тех туннелей. Крис Арджент шел по другому. В третьем пробирался сквозь тьму Алан Дитон, держа наготове транквилизатор. А Джон Стилински сейчас должен быть в четвёртом туннеле. У Питера, может, больше не такая большая стая, но он в состоянии собрать армию. Пятый вход был прямо над ними и завален руинами.       Питер услышал биение сердца Скотта, когда тот подошел ближе. Дерек зырачал, и его глаза сверкнули синевой, когда Кейт провела по его груди лезвием ножа. За ним потянулся кровавый след.       Эллисон двигалась тихо, но быстро. Она Арджент, это точно. Она стащила нож из чемодана Кейт ещё до того, как Питер увидел, что она делает. А потом ткнула им в спину Кейт. «О, девочка, — хотелось сказать ей Питеру. — Целься всегда в артерию. В битве насмерть ты не получишь очки за старания».       Однако Кейт тоже была Арджент, и она всю жизнь тренировалась быть готовой к любой угрозе. В этом она была так же инстинктивна, как и оборотни, которых она ненавидела. Лишь только уловив движение, Кейт обернулась, и, ее лицо исказила гримаса боли и удивления. Эллисон нанесла удар, но удар неглубокий. Слишком. — Предательница! — выдохнула Кейт, оборачиваясь с ножом в руке. Другая рука потянулась к пистолету в набедренной кобуре.       Эллисон споткнулась, и её нож со звоном упал на землю. Дерек рванул вперед. Его ноги были скованны цепями, но он смог сдвинуться на несколько дюймов. Достаточно было слегка толкнуть Кейт, чтобы она отшатнулась в сторону. Этого не хватило, чтобы помешать ей встать на ноги, выхватить пистолет и прицелиться в грудь племянницы. — Я пытаюсь спасти тебя, Эллисон! — Ты спятила! — Они монстры! — воскликнула Кейт. — А ты сумасшедшая! — прокричала в ответ Элисон. — У меня есть одно правило, Элли, — Кейт сняла пистолет с предохранителя. — Если ты не со мной, ты против меня.       Питеру не стоило бы удивляться, что Кейт собирается погубить свою плоть и кровь. Жаль, потому что Эллисон Арджент явно ему не враг, но он никак не мог это предотвратить. И, как всегда, Питер углядел способ обратить это в свою пользу. Теперь ему не придётся спорить с Крисом, так? Наверное, можно будет попросить Криса подержать Кейт, пока он потрошит её. Потому что смерть дочки уничтожит Криса, сведёт с ума от ярости. И Питер сумеет эту ярость использовать.       Слёзы текли по лицу Эллисон. — Ты сумасшедшая, — сказала она. Бедной девушке больше нечего сказать. — Сумасшедшая.       Губы Кейт скривились в подобии улыбки. — А ты предатель.       Она подняла пистолет и направила его Эллисон в лицо. Оглушительный рёв эхом разнесся по подвалу и пробрал Питера до костей. А затем потолок взорвался потоком обуглившихся досок, пыли и грязи, и на пол спрыгнул обратившийся Скотт МакКолл.       Он как раз вовремя.

***

      Кейт развернулась и выстрелила.       Раз.       Два.       Скотт отшатнулся от выстрела и приземлился на корточки. Глаза у него были золотые, а морда волчья. Он зарычал, и в этом надломленном звуке слышалась боль. От него пахло кровью, горячим металлом и аконитом. Он встал между Кейт и Стайлзом, но глазами бегал от Кейт к Эллисон. Инстинкты подсказывали ему защищать людей, но он не сможет защитить обоих.       Питер услышал доносящуюся из туннелей стрельбу. Затем послышались резкий хлопок и шипение чего-то, что могло оказаться светошумовой бомбой; свет под дверью в подвал замерцал, как в стробоскопе. Это либо Крис, либо Брейден. Дерек изо всех сил боролся с кандалами.       Эту дверь необходимо открыть. Эта дверь должна открыться прямо сейчас, потому что Скотт не сумеет спасти двух людей сразу. И потому что Питер знает, что кто-то вроде Кейт Арджент не уйдет без боя. Она постарается убить всех, кого сможет.       Питер рвался из цепей. Острые края кандалов резали запястья. Кейт выстрелила в Скотта, и он вскрикнул. Удар выстрела отбросил его на землю, и в этот момент между Кейт и Стайлзом не оказалось ничего.       Нет.       Эллисон (боже, кто, чёрт возьми, эта девушка?) бросилась на Кейт сзади в ту секунду, когда та сделала выстрел.       Этого мало.       Стайлз что-то тихо всхлипнул, когда его ударили, и повис на цепях.       Мир Питера окрасился алым.

***

      Раньше он сходил с ума от притяжения луны. Тогда у него не было якоря, и луна утаскивала его в тёмные бурные воды собственного безумия.       А сейчас...       Сейчас он чувствовал, что лишился якоря вновь. Сейчас он переживал чистый прилив ярости, раскалённой и вспыхивающей подобно сверхновой. Она дика, стихийна и не обуздана. Она способна выжечь дотла целые галактики.       Цепи не сдержат безумия.

***

      Питер сорвался с цепей. Всё, что произошло дальше, доходило до него вспышками. Это была некая залитая багровым картина, в которой каждая панель раскрывала какую-то новую кровавую деталь.       Первый человек, вошедший в дверь, был одним из охотников Кейт. Он был первым, кого убил Питер. Охотник совершил ошибку, когда подошёл слишком близко: Питер выкинул руку вперед и притянул его к себе. Оборотень разорвал его горло когтями и бросил мокрое красное сопротивляющееся тело на пол.       Всё случилось в мгновенье.       А потом Питер направился к Кейт.       О, теперь она у него. Всё её внимание приковано к нему.       Кто из них здесь самый крупный хищник?       Питер расправил плечи и оскалил в рычании клыки.       Им давно пора это выяснить.

***

      Ломаясь человеческие кости издают приятный звук. Кейт лежала у его ног. Питер не дал этой сучке ни шанса.

***

      Брейден освободила Дерека от цепей. Когда она освободила и Стайлза, Дитон его подхватил. А затем в комнату вошел Джон. Его форма была забрызгана кровью, а выражение лица исполнено ужасом. Крови было много. Пол был устлан телами. Скотт ещё шевелился, ещё живой. Стайлз... Питер услышал биение его сердца, но не поверил ему.       Сейчас оно казалось ему очень слабым.       Как же так вышло, что нечто настолько хрупкое стало его якорем?

***

      Был ещё один охотник. Питер заметил этого человека краем глаза. В одну секунду его лицо есть, а в следующую его уже нет. Кровь и мозги брызнули на стены. Брейден перезарядила пистолет.

***

      Крис Арджент приставил дуло ко лбу своей младшей сестры, и та рассмеялась.       Она смеялась.       Но смеяться ей осталось недолго.

***

— Скотт? — во мраке руки Эллисон дрожали бледными мотыльками. Бледно-алыми мотыльками. — Боже. Скотт?       Так странно было видеть, как руки Арджент нежно касаются складок волчьей морды. Дитон опустился на колени рядом с ними и приступил к работе.

***

— Крис. Крис, ты же не серьёзно! — она всё смеялась. Тонкая полоска крови тянулась от виска, выглядывая из-под волос. — Крис!       Крис мгновение, нахмурив брови, глядел на неё, а затем сделал шаг назад и опустил пистолет. Повернул голову, поймал взгляд Питера и кивнул на Кейт. Еле заметный, но важный жест.       Это разрешение.       Она вся твоя.       Не то чтобы Питеру нужно было ебучее разрешение Криса или кого-то ещё, но выражение лица Кейт, когда та осознала, что собственный брат буквально бросил её на растерзание волкам, дорогого стоил.

***

      Когда Питер пришел в себя, на его морде засыхала липкими пятнами чужая кровь, а её сладкий густой медный привкус ощущался во рту. Остекленевшие глаза Кейт глядели на него с залитого кровью пола. Питер разорвал ей горло клыками, не оставив от него ничего, кроме обнажившихся хрящей.       Питер провел когтями по её груди и подумал о том, каково было бы сломать ей ребра и вырвать её ещё тёплое сердце. От этой сладкой фантазии обострились все чувства, но в конце концов внимание Питера привлекло другое сердце.       Тук-тук-тук.       Стайлз.       Питер повернул голову, стал искать его и вновь нацепил на себя человеческую маску. Стайлз лежал на окровавленном полу, а над ним склонился отец. Одна рука младшего Стилински была вытянута, указательный палец торчал чуть дальше остальных. Питеру вспомнилась рука Адама, с робостью ожидающего прикосновения, на полотне Микеланджело. Глаза Стайлза лихорадочно блестели. Его щека покоилась на холодном каменном полу. Его лицо было испачкано в чужой запёкшейся крови, а на левом плече растекалось тёмное пятно, как чернила на промокашке.       Питер глядел на это, а Джон прижимал к ране скомканную тряпку. Стайлз прошипел: — Ай, папа, блин!       Это были не последние, отчаянные слова умирающего мальчика. Питер опустился на колени рядом со Стайлзом. — Скотти в порядке? — спросил хриплым голосом Стайлз и вытянул шею, чтобы посмотреть.       До них донесся голос Дитона: — Он в порядке.       Питер протянул руку и переплел пальцы с окровавленными Стайлза. — А ты? — Папа сказал, что это царапина, — сказал Стайлз. Ухмылка на его лице не сочеталась с пустотой в глазах. — Мы победили, Питер? — Да, Стайлз. — О, хорошо, — сказал Стайлз. — Тогда я закрою глаза ненадолго, потому что вид крови вызывает у меня желание... — и опустил веки.       Питер с трудом держался, чтоб не зарычать, когда Джон поднял сына на руки и зашагал с ним к выходу. Всё правильно. Джон должен унести своего сына отсюда.       У Питера такой возможности не было.

***

      Джон отвёз Стайлза в больницу. Эллисон и Скотт жались друг к другу на заднем сиденье внедорожника Криса Арджента. — Скотт, — позвал Питер, и Скотт, вывалившись из машины, поспешил к нему.       Дитон и Крис наводили порядок в туннелях и подвале. Крис делал это, думал Питер, потому что чувствовал себя ответственным. Отец воспитал его верным солдатиком, поэтому, когда мир подводил, оказываясь не только черным и белым, Крис прислушивался к своей совести. Он всегда опирался на свою фамилию, на Кодекс и на жёсткую мораль, которая, как подозревал Питер, сломается, стоит только надавить.       Питер не понимал, почему помогал ему Дитон. Надо будет спросить. Вот только помоется, исцелится и переоденется в чистое, так спросит. Питер не доверял Дитону с тех пор, как очнулся.       Может, это было ошибкой.       Потому что никто не предал его сегодня.       Ни Дитон, которого Питер так и не смог разгадать.       Ни Брейден, которая впуталась в это ради денег.       Ни Джон, который его совсем не знает.       И ни Крис, который предпочёл отступить и позволить Питеру сделать то, что должно.       Питер похлопал Скотта по плечу. — Спасибо, Скотт.       Скотт выпрямился и с серьёзным видом кивнул. — Альфа.       Питер позволил себе улыбнуться. — Но теперь, когда Кристофер знает, что ты оборотень, ты определенно захочешь держаться подальше от Эллисон.       Скотт вздрогнул и бросил обеспокоенный взгляд на внедорожник Криса.       Питер прислушивался к шагам Дерека, когда тот приближался к нему сзади. Племянник остановился немного в стороне, сзади. Встал прямо, как и подобает бете, инстинктивно защищая спину альфы.       Однако это не единственный проснувшийся инстинкт.       Питер обернулся, сделал шаг навстречу и заключил удивлённого Дерека в объятия. Дело тут не в обмене запахами. Они оба перепачкались кровью, чтобы этот контакт вызвал что-то, кроме тревоги. Это просто объятие. Дерек напрягся, а затем его плечи опустились, и он расслабился. — Дело сделано, — сказал Питер племяннику. — Это была не твоя вина, и теперь всё кончено.       Они обнимались, кажется, очень долго. Но будто бы этого мало.

***

      Когда наступила полночь, Питер очутился в коридоре Мемориальной больницы Бейкон Хиллс. Он шел на запах Стайлза, в его палату. Стайлз спал, свернувшись калачиком на боку, его раненая рука свисала с кровати. Кажется, это не очень удобно. Питер осторожно вытащил подушку из-под головы Стайлза и просунул свою руку.       Стайлз тихонько и недовольно замычал во сне и засопел, как щенок. — Что? — тихо спросил Питер. — Думал, что я оставлю тебя без подушки? Своего любимого бету?       Он осторожно подложил под голову Стайлза подушку, которую взял в его комнате. Затем наклонился, поцеловал юношу в лоб и оставил его спать.