Спаси меня

      Брейден собрала вещи и, по-видимому, успокоенная тем, что Питер не столкнётся с возмездием со стороны Арджентов, уехала на следующий же день. Питер в этом сомневался. Крис и Виктория понимали, что Кейт нужно было убрать (очень помогло то, что она направила пистолет на собственную племянницу), однако были и другие Ардженты. И фанатики вроде Кейт не появляются сами по себе. Тем не менее, Питер был уверен, что, что бы ни случилось, он, стая и их разношерстные союзники справятся.       А пока ему нужно восстановить дом (и стаю). Как там говорится? Лучшая месть — это жить лучше других? Питер хотел попробовать, поглядеть, каково это. Он пригласил Алана Дитона на собрание стаи, а затем предложил ему возобновить свои обязанности эмиссара стаи Хейлов. Дитон дал согласие. Кажется, наконец-то всё становится на свои места.       Через два дня после смерти Кейт Джон Стилински явился в лофт с пакетом кексов в одной руке и папкой бумаг в другой. — Вот твоё водительское удостоверение, — сказал он Питеру, — и страховая карта, и ещё кое-что, что тебе пригодится. Ты не пропал без вести. Тебя перевели в больницу Портленда, а документы куда-то потерялись. Проклятая бюрократия. А теперь ты снова в сознании. Поздравляю.       Питер поглядел на своё новое удостоверение личности. — Спасибо, Джон.       Лицо шерифа пересекло какое-то сложное выражение. — Ну отблагодарить ты сможешь меня в ноябре, когда я снова буду избираться. — Можешь рассчитывать на мой голос, — пообещал Питер. — Уж надеюсь, — ответил Джон и печально покачал головой. — Как Стайлз? — не вытерпел и наконец спросил Питер. — Уже в школе, — ответил Джон. — Я запретил ему связываться с чем-либо опасным до конца его жизни, поэтому, уверен, он проигнорирует меня и будет регулярно ошиваться здесь, как назойливая муха. — Не вижу в мухах ничего плохого, — Питер поднял брови.       Джон пристально посмотрел на Питера. — Просто... просто пригляди за ним, пожалуйста. Он смелый, но не думает головой. С него станется вбежать в горящий дом, — и вздрогнул.       Неудачный выбор слов. — Я знаю, — сказал Питер. А ещё он знает, что лучше не пытаться давать обещаний, которые не можешь сдержать. Питер вспомнил фотографию Джона, его жены и малыша Стайлза, что висела на стене их дома. Это человек прекрасно знал, как хрупок мир, каким мимолетным может быть счастье, и безопасность, и надёжность. Быть в чем-то уверенным нельзя. Не в этом мире. Не в этой жизни. Всё здесь слишком ненадёжно. — Мир опасен, Джон. Хотел бы я пообещать тебе, что ничто никогда не причинит ему вреда, но не могу. Но сделаю всё возможное. Я встану между ним и опасностью, если сумею.       Джон кивнул и медленно выдохнул. — Лучше и не скажешь, да?       И Питер решил, что да, наверное.

***

      Утром пятницы Питер еще пытался уснуть, когда, за мгновение до того, как знакомое тело упало рядом на кровать, его разбудил знакомый же запах. — Стайлз, — проговорил Питер с закрытыми глазами и улыбкой. — Просыпайся, Серый Волк, — ответил ему Стайлз.       Питер открыл глаза. Стайлз улыбался ему так, будто не было ничего странного в том, чтобы забраться на кровать взрослого мужчины и развалиться рядом с ним. А что вообще может быть странным для такого человека, как Стайлз Стилински?       Он был одет в джинсы и футболку с короткими рукавами, фланелевую рубашку он не надел. На левом запястье повязки больше не было. Шрам там был тоньше, чем остальные, чище и новее. Из-под правого рукава торчал бинт. Взгляд Питера задержался на нем, и его охватило чувство вины.       Стайлз тыкнул его в рёбра. — Дерек готовит блины. — Тогда понятно, почему я проснулся в эпизоде ​​«Сумеречной зоны», — оборотень сощурился, глядя на Стайлза. — Разве ты не должен быть на учебе? — Так я учусь, — ответил Стайлз. — Изучаю блины. — Комиссия в колледже оценит.       Стайлз фыркнул и потянулся. — Вообще-то, я пришёл пригласить вас с Дереком на сегодняшнюю игру. Угадай, кто вернулся в команду? Ну на скамейку запасных, но, будем честны, ближе к полю мне всё равно не подобраться, если только кто-то из команды не попадёт в ужасную аварию или что-то в этом роде.       Питер поднял брови и несколько приятных мгновений размышлял об этом. — Не калечь никого из команды, Питер, — строго сказал ему Стайлз, прежде чем тот успеет что-то предложить, а затем засмеялся.       Оборотень сам не был уверен, что это предложение было бы шуткой. Наверное, хорошо, что Стайлз этого не понимает. Питер сомневался, что этот мальчишка вообще сможет обуздать свои порывы, даже если догадается, что Питер для него сделает. Как далеко он пойдет, как глубоко его затянет. В конце концов, у одного из них должен оставаться моральный компас. И точно не у Питера.       Стайлз пошевелился, его тёплое длинное, стройное тело прижалось к Питеру. Питер обнял его рукой и пробежался пальцами по коротким волосам. Стайлз не стригся с тех пор, как они повстречались. Либо он намеренно отращивал волосы — что, кстати, Питер одобряет, — либо просто ленился стричь, и ему было всё равно, что он сейчас выглядит как Чиа Пет.       Питер повернул голову и уткнулся носом в щеку Стайлза. Стайлз поднял подбородок, позволяя Питеру глубоко втянуть запах у горла. Его запах успокаивал волка, как ничто другое. Питер представил, как вновь закрывает глаза и засыпает с лежащим рядом Стайлзом. Безмятежно.       Стайлз, разумеется, разрушил эту фантазию в секунду из-за своей неспособности заткнуться даже на пять минут. Это не действовало Питеру на нервы, как могло бы. Как раздражал бы кто угодно другой. — Значит, ты придешь на игру? — спросил Стилински. — Да. — Хорошо. Потому что будет весело. Или жестоко, — Стайлз широко открыл глаза. — Скотт, возможно, случайно пригласил Эллисон посмотреть, как он играет. С Крисом. — Этот пацан умрет от отравления аконитом уже через неделю, — вздохнул Питер. — Заткнись. Это же романтично. У них история, прям как у Ромео и Джульетты. — Ты ведь знаешь, чем кончилась эта пьеса?       Стайлз фыркнул. — Конечно, знаю. И буду очень зол, если выяснится, что я Меркуцио. — Саркастичный умник, лучший друг влюбленного главного героя? — Питер задумался. — Я вижу сходство. — Тогда я постараюсь не ввязываться ни в какие дуэли, — пообещал Стайлз.       Питер погладил его по волосами. — Хороший мальчик.

***

      В середине дня Питер и Дерек вернулись в старый дом.       Питер наблюдал за тем, как Дерек бродит среди почерневших руин, взбирается по ступеням крыльца, обхватывает руками обгоревшие рамы, приседает, чтобы коснуться обугленных половиц. Он как будто пытался вызвать призрак дома, обратившись к его обломанному скелету; как будто пытался заставить свою память преобразить реальность, очистить это место от смерти.       Для Питера произошедшие события были свежи. У него не было шести лет, чтобы смириться с такой страшной утратой, как эта. Он никогда не смог бы сделать то, что Дерек делает сейчас. Никогда ему не найти покоя в ​​обломках. Чем раньше бульдозеры снесут дом и отстроят заново, тем лучше.       Питер едва мог глядеть на свой дом. Поэтому стоял к нему спиной и разглядывал лес.

***

— Ой, да ладно! — крикнул судье с дикими глазами тренер по лакроссу, когда раздался свисток. — Ты что, серьезно? Лейхи, вернись сюда, черт тебя дери!       Стайлз должен был сидеть на скамейке запасных, но пробрался на трибуны. — Это он, — сказал Стилински, наклонившись к Питеру. — Парень, о котором я тебе говорил.       Питер вопросительно поднял брови. Стайлз заговорил тише и толкнул его плечом. — Для стаи.       Питер изогнул брови еще больше. — Который жульничает и только что назначил пенальти другой команде? — Как будто ты бы честно играл, — пробормотал Стайлз.       А это аргумент.       Питер глядел на мальчишку, который сорвал шлем и которого ругал тренер. На удивительно красивом лице юноши — высокомерное выражение; он выглядел так, будто хотел наорать на тренера в ответ и, может, даже ударить его пару раз. Это адреналин от игры или что-то еще? Питер доверял мнению Стайлза. Он верил, что дома с тем пацаном что-то происходит. Поле для лакросса — единственное место, где он мог подраться. — Ну? — спросил Стайлз.       Питер вспомнил, как Стайлз сказал, что считает его уёбком. Это изменится, если Питер пригласит его в стаю. — Я подумаю об этом, — ответил Питер. — Круто, — сказал Стайлз. — А ещё есть у нас девочка с эпилепсией... — Стайлз, — предупредил Питер, — у меня не приют для несчастных подростков. — Круто, — повторил Стайлз, но его глаза сияли, и Питер понял, что он еще не закончил. — О, смотри, это Крис и Виктория! — он махнул Арджентам, которые шли вдоль ряда к местам, что заняли для них Эллисон и Лидия.       Питер поймал взгляд Криса. Это никогда не перестанет быть неловким. К счастью, Питер относился к тому типу людей, которые получают извращенное удовольствие от чужого смущения. Эллисон махнула Стайлзу в ответ. Лидия подчеркнуто — нет. — Мне что, разбить машину и этой девушки? — вполголоса спросил Питер.       Рот Дерека, сидящего рядом, растянулся в ухмылке. — Нет, — ответил Стайлз. — Она не может помахать мне на людях, потому что все думают, что я продинамил её на танцах. Джексон подошел к ней и сказал, что, поскольку она одна, он, так уж и быть, сжалится и снова будет с ней встречаться, — Стайлз ухмыльнулся. — Каждый раз, когда я слышу эту историю, становится все эпичнее. Думаю, она до сих пор носит его яйца в своей сумочке. Так что, хоть на людях она должна меня ненавидеть, оказалось, я типа сделал ей одолжение. Завтра у нас с Эллисон работа над проектом. Кажись, мы случайно стали друзьями или типа того. — Тайными друзьями? — лукаво спросил Питер. — Чувак, в старшей школе тяжко, — сказал Стайлз. — И вообще, приедет Скотт. Если это будет похоже на групповое занятие, а не на свидание Скотта и Эллисон, Крис и Виктория с меньшей вероятностью начнут планировать убийство Скотти. — Похоже, ты все продумал, — Питер улыбнулся. — Абсолютно, — Стайлз усмехнулся, а потом чуть не упал на трибуну, когда тренер крикнул, чтобы он вернулся на скамейку запасных.

***

      Питер возненавидел своего архитектора.       Наверное, он его убьет.       Ему было все равно, какой вуз окончил этот идиот, он не хотел сраный зеркальный пруд в доме. Он не хотел, чтобы дом напоминал пятизвездочный отель. Он хотел чувствовать себя как дома.       Дерек проявил себя искусным посредником в переговорах между Питером и архитектором. Через некоторое время в конце концов был утвержден проект, который устроил Питера.       Когда подъехали бульдозеры, Питер увел Дерека обратно в лофт, и они сильно-сильно напились.

***

      Стайлз сидел на кухонном столе, потягивал газировку и барабанил каблуками по шкафчику, наблюдая за тем, как Питер готовит пиццу. Приготовление пиццы с нуля казалось Стайлзу увлекательным занятием. Питеру думалось, что Стилински искренне верит, что они бывают только в засаленных коробках.       Дерек, Скотт, Эллисон и Айзек растянулись перед телевизором и смотрели какой-то дурацкий фильм. Стайлз должен быть с ними (дурацкий фильм выбрал он), но Стайлза тянуло к Питеру. Стая это приняла. — Между ними что-то происходит, — заговорщически прошептал Стайлз, пока Питер нарезал оливки. — Конечно, — сказал Питер. — Они встречаются. — Дерек и Айзек встречаются? — Стайлз ахнул. — Почему мне никто не сказал? — Чего? — Питер чуть не отрезал себе большой палец. — Я думал, ты о Скотте и Эллисон.       Питер во многом доверял мнению Стайлза. Во многом. Потому что Стайлз умен, сообразителен и хитер, а еще ему шестнадцать. То, что Дерек и Айзек близки, ничего не значило. Они волки, это во-первых. Волки тактильны. Айзек тоскует по старшему брату, а Дерек по своим братьям и сестрам. Стайлз уже не в первый раз путает братскую любовь с чем-то гораздо менее невинным. Экспонат A: Сверхъестественное.        Питер всё равно будет приглядывать за ними. Просто на всякий случай. — Быть того не может, — сказал он Стайлзу.       Стайлз фыркнул, а затем потянулся, чтобы украсть оливку. — Я закончил читать книгу. — М-м-м?       В горле Стайлза, когда он проглотил, что-то щелкнуло. — Твой якорь я, Питер?       Питер замер, держа нож над оливкой. На мгновение его сердце забилось так громко, что он решил, что его беты точно расслышат его сквозь звуки взрывов из фильма. Он тихонько положил нож и повернул голову, чтобы посмотреть на Стайлза. — Да, — сказал он. — Ты. — Хорошо, — Темные глаза Стайлза были широко раскрыты. — Хотя я не совсем понял, что это значит. — Это значит, что ты держишь меня здесь, где мне и место.       Стайлз долго молчал. Казалось, что целую жизнь. Затем его рот скривился в улыбке, и он сделал быстрый вдох. — Пошути о поводке и пожалеешь об этом, — ласково предупредил его Питер.       Улыбка Стайлза смягчилась, и он протянул руку. Питер взял ее и позволил Стайлзу притянуть его к себе. Он встал между ног Стайлза и легко обхватил его стройное тело. Стайлз положил голову Питеру на плечо и повернулся лицом к его горлу. Его дыхание обожгло кожу оборотня.       Питер провел рукой по позвонкам Стайлза и закрыл глаза.       Наверное, он мог бы стоять так вечность. — Мне не нравится слово «якорь», — наконец тихо произнес Стайлз. — Заставляет думать, что я тяну тебя вниз. — Спускаешь с небес на землю скорее, — чуть слышно проговорил Питер. Это было странно. Стайлз шумный, неуклюжий и полон неистовой энергии. И все же он умиротворял Питера, как не могло ничто другое с тех пор, как он вышел из комы. Кто-то вроде Стайлза, с его суетливыми мыслями, неумением усидеть на одном месте и полным отсутствием контроля над импульсами, не должен так успокаивать. И все же это так, они рядом, и им тихо.       Питер чуть отклонился назад, а Стайлз, мигая, посмотрел на него, затем поднял подбородок, обнажая горло. Его глаза на свету переливались золотом, совсем как у бет. Питер наклонил голову, чтобы обнюхать горло Стайлза, и именно в этот момент Стайлз повернул шею. Он приник к губам Питера, и тот, пораженный, застыл. Затем Стайлз обхватил своими длинными пальцами шею Питера сзади, не давая шелохнуться, и теперь никак нельзя было притвориться, что это было случайностью. — Пожалуйста, — прошептал Стайлз в губы Питера. — Блять, пожалуйста.       От него пахло слезами, унижением и чем-то, что глубже. Горше. Питер отступил, большим пальцем проследил шрам на щеке Стайлза. — Стайлз, нет. — Это из-за того, что со мной случилось? — шепотом спросил Стайлз. — Из-за того, что сделала стая альф? — Ничто из того, что они сделали, никогда не заставит меня не хотеть тебя, — ответил Питер, вновь проводя пальцем по шраму. Он любит этого юношу. Это ведь не секрет? Это случилось так незаметно, что Питер не знал, когда именно, но это не было секретом. — Но тебе шестнадцать. — Серьезно? — Стайлз прищурился, будто пытался распознать ложь. — Это что, единственное, что останавливает тебя взять меня силой прямо сейчас? — Ну это, а еще нужно засунуть пиццу в духовку, — сказал Питер. Он обхватил щеку Стайлза одной рукой. Другая была на спине, Питер растирал ею тепло меж лопаток, чтобы заверить прикосновениями: этой шуткой он не хотел оскорбить.       Стайлз издал рваный смешок и уронил голову Питеру на плечо. И что-то забубнил Питеру в футболку. — Что-что? — осторожно спросил Питер.       Стайлз слегка приподнял голову, ровно настолько, чтобы слова вырвались наружу: — О боже, Питер. Тебе лучше быть начеку, потому что, когда мне исполнится восемнадцать, я приду за тобой!       Это самая интересная угроза, которую Питер когда-либо слышал, это точно. Он рассмеялся и заглянул в янтарные глаза Стайлза. — Стайлз...       Глаза Стайлза округлились, он выглядел таким беззащитным. Именно эта двойственность бесконечно завораживала Питера. Стайлз был так уязвим, но Питер знал, что вдобавок он упрям, как мул, в нем был стержень из холодной стали, и он никогда не уступит Питеру.       Всего несколько недель назад Питер не мог представить себе будущее. А теперь он не мог представить ни дня без этого раздражающего мальчишки.       Питер ухмыльнулся. — Дождаться не могу, лапуль.