Тысячелетняя ведьма из рода Певерелл

      Приближалось Рождество. Как-то проснувшись, Марфа обнаружила за окном белые хлопья снега падающие с неба. На улице уже прилично выпало снега и теперь многие дети выходили поиграть в снежки или просто поваляться в снегу, пока их не загонят в замок старосты или учителя. Правда и те, и другие, делали это достаточно редко и лишь потому, что видели, что дети уже достаточно замерзли и скоро их зубы покрошатся если они продолжат стучать ими друг об друга. К тому же, с приближением Рождества прибавилось и летающих сов, что приносили почту в школу, но из-за снежной бури бедным животным было плохо видно куда лететь и потому чаще всего они куда-то или в кого-то врезались. Конечно большую часть столкновений с совами пережил затылок Квиринуса Квирелла, который после четвертого или пятого раза, зарекся выходить на улицу до конца Рождества или пока дети не уедут на рождественские каникулы.       Бедный Хагрид же, наоборот был готов днями и ночами сидеть на улице, лишь бы увидеть очередную пролетающую сову, так как в снежную бурю было летать не легко и те совы, что все-таки прилетали, были на грани смерти. Сам же Хагрид был на грани истерики из-за состояния животных, но он быстро приходил в себя, когда видел как плохо бедной сове.       Сама Марфа тоже получила несколько писем от тети и дяди, а так же от кузена. Они все поздравляли ее с наступающим праздником и выражали надежду, что она приедет на каникулы. Особенно очень настойчиво об ее приезде спрашивал Дадли, так как у него был какой-то подарок для нее и она с нетерпением ждала, когда же его увидит. Да и ей самой очень хотелось увидеть Петунью, Вернона и Дадли, так как у нее тоже были для них подарки. Тетушке она подготовила семена одного растения, которому не нужна подпитка магией, к тому же оно вырастет в любимый цветок посадившего. Дяде она очень долго думала, что подарить и в итоге решила, что нет ничего лучше чем найти самый вкусный сорт кофе, так как он мог пить его литрами, если бы не тетя, которая все зерна кофе и саму кофемашину куда-то спрятала. Дадлику она в качестве подарка хочет преподнести несколько волшебных сластей и амулет-оберег. Честно говоря, последнее в качестве подарка будет у всех, так как Марфа решила перестраховаться. У неё были дурные предчувствия и она решила их не игнорировать, так как потом цена может быть велика. Она бы не хотела вновь платить за игнорирование.       — Всех с наступающим рождеством! — объявили старосты их факультета как-то утром и использовали магию, что бы вызвать искры.       Гостиную Рейвенкло оглушил шквал аплодисментов и смеха. Каждый первокурсник был рад рождеству, ведь это означало, что они скоро увидят своих родных, но были и те, кто оставался на каникулы в школе. Эти дети были в основном из неблагополучных семей или те, чьи родственники уехали на рождество куда-то.       Сама Марфа уже предвкушала счастливые дни проведённые с тётей и дядей, а так же кузеном. Она уже давно собрала чемодан и была готова отправиться в свой родной город. Насколько она знала, ее тетушка как обычно свой фирменный пирог с шоколадом и орехами, а так же сделает мясо в сливочной заливке. Только подумав об этом у девочки начинали течь слюнки и закатываться глаза, как только она вспоминала о вкусностях, что тетушка готовила. Петунья Дурсль нечасто готовит такие колоритные блюда, так как года два назад прочитала в какой-то статье о вреде жира и посадила всю семью на диету, а так же заставила всех заняться каким-то видом спорта. Просто для души. Так Дадли Дурсль, в свои неполные десять лет, увлекся борьбой и фехтованием. Вернон Дурсль в основном гольфом. Петунья решила выбрать йогу и бальные танцы, в основном ей нравился венский вальс. Марфа же выбрала фехтование и бальные танцы, но и с тетей по утрам занималась йогой.       — Поттер, — к девочке подошел староста и отвлек ее от воспоминаний о вкусных блюдах ее тети. — Ты говорила, что хочешь уехать домой, но твоего имени в списке отправляющихся нет.       — Что? — моргнула девочка. — Как это нет? Я неделю назад его еще вписала в список и наш Декан забирал список. Он даже подходил ко мне и спрашивал: уверена ли я, что хочу уехать. Я ему сказала, что хочу встретить рождество с родственниками.       — Да, Декан всегда так делает. — кивнул головой староста. — Ему нужно знать не врут ли дети, так как, сама понимаешь, не все родители и родственники благодушно воспринимают информацию о том, что их ребенок «не такой». Значит ты не передумывала?       — Нет, — покачала она головой. — Я хочу поехать домой на рождество.       — Тогда нужно узнать у Декана, — ответил ей староста. — Я узнаю и потом скажу.       — Хорошо, спасибо. — кивнула девочка.       Когда староста ушел, Марфа задумалась. Она еще в первые дни объявления о том, что все желающие могут поехать домой на каникулы, вписала свое имя в список уезжающих, а теперь ей сказали, что ее имени нету. Ей все больше и больше не нравилось то, что происходит вокруг нее. Сначала маги, ошивающиеся около дома ее родственников. Потом эти странные поползновения сов на ее дом, а за ними и Хагрид. Снейп, бросающий на нее то взгляд полный ненависти, то полный непонятной тоски. Осколок идиота-Тома, что живет в ее голове и непонятно как туда попавший. Дамблдор, что постоянно сверкает глазами полные ожидания чего-то. Дурной-дуэт из Уизли и Грейнджер, что постоянно набиваются к ней в лучшие друзья и подозревающие, что один из преподавателей хочет ее убить. Сумасшедший бладжер на осенней игре между факультетами, пытающийся ее убить. Странная Парвати Патил. А теперь еще и ее нету в списках желающий отправиться домой, хотя она свое имя туда вписала и Декан этот список забрал, что бы передать заместителю директора. Еще и Квирелл странно себя ведет, после того случая с бладжером.       — «Почему я не могу насладиться жизнью маленькой девочки?» — задалась вопросом, а потом покачала головой. Она и правда не может, хотя бы потому что она не «маленькая».       Ещё неделя перед праздниками пролетела незаметно и вот, все ученики собрались домой, а Марфа, со своей везучестью в этой жизни, оставалась в замке как некоторые дети. Декан пришёл к ней на следующий день, после того как она поговорила со старостой, и сказал, что директор сообщил о её решении никуда не ехать. Она возмущалась и говорила, что не меняла своего решения, но к сожалению исправить уже ничего было нельзя и Поттер должна была остаться в школе. К сожалению для Марфы, она выяснила, что Рон тоже остаётся.       Рыжий постоянно пытался где-то её подловить. Потянуть её играть в волшебные шахматы или в плюй камни, но Марфа постоянно сбегала от него, особенно ей это удавалось, когда она, однажды утром, нашла «подарок от анонима» Мантия-невидимка была завернута и подписана, что её отец отдал кому-то на хранение семейный артефакт и теперь его отдают ей. Так, она однажды набрела на комнату с зеркалом. Взглянув в это зеркало, она чуть не расплакалась. За её спиной, в отражении зеркала, стояли её родные. Отец Игнотус, мать Алия, близнецы Салазар и Селена, их дети и вторые половинки, её муж и её дети. Там так же стояли Орион и Лукреция, по которым Марфа тоже скучала. Она так же видела Карлуса Поттера и его жену, Джеймса и Сириуса, а так же остальных членов семьи Блэк. Они все стояли за её спиной, в её более взрослом виде, — лет двадцать — и улыбались ей, но когда она обернулась то никого не увидела.       Её взгляд упал на раму от зеркала и она поняла в чем дело. Зеркало Еиналеж — зеркало желаний. Оно показывает сокрытые желания человека, стоит ему только взглянуть в него. При этом, зеркало было опасно тем, что чем больше в него глядишь, тем сильнее теряешь связь с реальным миром становясь заложником своих желаний. Марфа знала об этом зеркале из книги, так как оно было изобретено после её смерти как Марфы Певерелл. Где-то через два или три века после её смерти. Может даже больше, так как она просто пробегалась глазами когда искала информацию о философском камне. Она даже не помнит, кто создавал зеркало, но опасность этого созданного артефакта она запомнила.       Было сложно отрывать взгляд, как и уходить, но она приходила ещё и не раз. Она приходила и смотрела на счастливые лица своей семьи, вспоминала, каково это иметь семью. Каково быть счастливой и беззаботной. Так продолжалось неделю, пока рядом с ней не появился Дамблдор.       — И так, ты снова здесь, Марфа, — он стоял у неё за спиной и глядел в зеркало, но потом отвле взгляд и взглянул прямо на неё.       — Профессор? — удивилась Марфа. Она не ожидала его тут увидеть и уж точно не ожидала, что он застанет её здесь. В таком положении. — Я… Я не видела вас, сэр.       — Странно каким близоруким делает человека невидимасть, — сказал с улыбкой Дамблдор и у Марфы по спине пробежал холодок. Что-то ей не давало покоя в этой улыбке, будто она сделала то, что от неё ожидали. Ей не нравилось это чувство.       — Итак, — директор подошёл ближе и не продолжил говорить, пока не встал совсем рядом. — Ты, как и сотни других, до тебя, обнаружил источник наслаждения скрытый в зеркале Еиналеж.       Марфа лишь отвела взгляд и вновь посмотрела в зеркало. Её взгляд был немного расфокусирован, но она ответила.       — Я знала, что оно так называется и знаю о его свойствах, — пробормотала она, все ещё глядя в зеркало. В зеркале Салазар дёрнул Селену за рукав и та в отместку ударила его по руке, из-за чего у Марфы на губах заиграла легкая улыбка. — Просто… За столько лет увидеть семью, это…       — Словно в сказку попасть? — продолжил Дамблдор, смотря на ученицу. В душе он радовался, первая часть плана начала действовать как надо.       — Да, — выдохнула Марфа, словно с плеч свалился груз. Она не знала как сказать, но и не могла проговориться о своих жизнях. О своей семье и о том, что она догадывается о настоящей личине этого старика. — Да. Я их не помню, но моя мама была красивой, а отец был сильным.       — Верно, — кивнул Дамблдор и казалось в его глазах появился туман воспоминаний. — Они оба были выдающемися волшебниками. Умны, сильны, красивы. Идеальная пара.       — «Вот только, они все равно не смогли избежать своей участи, как и не смогли понять твоих планов,» — подумала Марфа, но от слов Дамблдора на её губах появилась улыбка и она прошептала: — Спасибо.       Некоторое время, они пробыли в тишине. Марфа смотрела в зеркало и видела свою семью такой, какой бы она могла быть. Игнотус и Алия, держались за руки и улыбались ей. Салазар и Селена стояли радом с ними, а рядом с близнецами были их вторые половинки. Годрик как обычно улыбался своей улыбкой полной белых зубов и подмигиваю ей, будто рассказал хорошую шутку или страшный секрет о котором известно им. Ровена улыбалась мягкой улыбкой и качала головой, кидая взгляд на Годрика. Адольфо, её милый Адольфо, смотрел на неё влюбленными глазами и улыбался. Её дети и племянники смеялись с Годрика и Ровены, так как знали, что если Годрик что-то натворит его будут ругать две женщины. Селена и Ровена, последняя на правах кузины Годрика.             — Даже зная о свойствах этого зеркала, ты все равно приходила сюда. — вдруг прокрался в её голову голос и она вспомнила, что не одна. Повернув голову в сторону директора, девочка лишь кивнула головой. — Позволь узнать, откуда же ты узнала о зеркале?       — В книге по древним артефактам. — проговорила Марфа. — Там многое написано.       — Зачем же тебе нужна была эта книга? — вновь спросил Дамблдор, сверкая глазками из-под очков.       — Я… — Марфа помедлила с ответом, но потом все же нашла, что сказать. — Я слышала, что мой дед, Карлус Поттер, был артефактором и решила поискать информацию о нем или об артефакторике. Так я и наткнулась на книгу по артефактам и прочла про зеркало Еиналеж.       — Хм, — Дамблдор задумчиво погладил бороду, а за тем хмыкнула и повернул голову вновь к Марфе, так как за время её объяснения смотрел в зеркало. — Понятно. Что ж, завтра зеркало перенесут в другое помещение, Марфа, — продолжил он. — И я прошу тебя больше не искать его. Но если ты когда-нибудь еще раз натолкнешься на него, ты, я очень надеюсь, будешь готова к встрече с ним. Будешь готова, если запомнишь то, что я скажу тебе сейчас. Нельзя цепляться за мечты и сны, забывая о настоящем, забывая о своей жизни. А теперь, почему бы тебе не надеть эту восхитительную мантию и не вернуться в спальню?       Марфа ещё раз взглянула на зеркало, в котором её близкие махали ей, и поднялась с пола. Она взяла мантию и посмотрела на директора, прежде чем надеть её и уйти.       — Профессор, — позвала она директора и тот посмотрел на неё в ответ, снова отводя взгляд от зеркала. — Что вы видите? В зеркале?       — Я? — переспросил Дамблдор и его взгляд метнулся к зеркалу, прежде чем он сосредоточил внимание на Марфе. — Я вижу себя, держащего в руке пару толстых шерстяных носков.       Марфа недоуменно посмотрела на него. Если честно, в данный момент она подумала, что этот старик сошёл с ума.       — У человека не может быть слишком много носков, — пояснил Дамблдор. — Вот прошло еще одно Рождество, а я не получил в подарок ни одной пары. Люди почему-то дарят мне только книги.       Уже в спальне Марфа поняла, что Дамблдор не был с ней честен. Но с другой стороны, она этого ожидала когда задавала свой вопрос. Ей просто нужно было видеть лицо, во время его ответа и она это получила. Эмоции, которые отобразилось на лице Дамблдора говорили о многом, но не давали точного ответа. Боль, гнев, удовлетворение, смирение и многое другое. Этот человек был не так прост, но его маска, доброго и чудоковатого дедушки треснула в момент её вопроса и его ответа, дав возможность хоть капельку заглянуть в душу.       Засыпая, Марфа примерно знала, что ей предстоит сделать на летних каникулах. Первым делом она уговорит родственников на поездку в отпуск. Желательно подальше от Британии, за границу. Без неё. А потом она займётся всем остальным, так как ей не придётся волноваться о тетушке, дяде и кузене. Но это будет летом, а завтра она сначала избавиться от свитера, который ей прислала на рождество её племянница по второй жизни Милисент Пруэт или, как теперь её все называют, Молли Уизли. Дочь её сестры Лукреции, что вышла замуж за Уизли и стала носительницей клейма «Предатель Крови». Ей ещё так же предстояло выяснить, почему её племянница Милли, маленький свет своих родителей, вдруг сбежала из дома и спуталась с Уизли. Но это будет потом…