Глава 8. Дракон!
19 июля 2025 г., 08:39
Сегодняшний день, как Марфа была уверена, будет таким же как и предыдущие до. Она будет избегать Уизли и Грейнджер, слушать ядо-излияния Снейпа, восхищаться мастерством профессора Флитвика, скучать на гербологии, делать вид, что слушает МакГонагалл и совершенно не обращать внимания на Дамблдора. Да, это был бы отличный и — самое главное — обычный для неё день! Но! Везде есть это дурацкое и совершенно неуместное «но!». И именно из-за этого «но», Марфа во все глаза смотрела на дракона, — поправка — дракончика, в руках Хагрида вместе с Грейнджер и Уизли у него в хижине.
— Эт… Это… — у Поттер даже слов не могло найтись, как описать эту ситуацию.
— Дракон! — воскликнула Грейнджер и со звездами в глазах, которые она пыталась скрыть за бровадой возмущения, смотрела на дракончика.
— Кру-уто! — протянул Уизли даже не пытаясь скрыть своего восхищения. У него в глазах был алчный блеск.
— Ути-пути, мой хороший, — тем временем Хагрид, совершенно не обращая внимания на ошарашенных первокурсников, был где-то в своём мире и теперь сюсюкался с дракончиком, а тот в свою очередь уж очень хотел поджарить Хагриду лицо.
Поттер вздохнула, потом выдохнула. Затем зажмурилась, но когда она открыла глаза картина перед ней не изменилась и дракончик все еще был на руках Хагрида. Оглядев комнату, Марфа увидела, что Грейнджер вот-вот начнёт какую-нибудь свою праведную речь, а у Уизли тряслись и то и дело, тянулись руки к дракончику.
— Хагрид! — а вот и праведная речь началась. — Это дракон! Да, он сейчас маленький, но он вырастет! У тебя хижина деревянная и когда он дыхнет огнём, — все-таки это дракон, а они как правило дышат именно огнём — твой дом сгорит до тла, а вместе с ним и близлежащие земли. Хочу напомнить, что рядом школа и могут пострадать школьники! А так же мирные граждане, которые живут в Хогсмиде! Ты должен отправить его куда-нибудь, подальше от школы! Немедленно!!!
— Н-но… Он же такой маленький, — проговорил Хагрид грустным голосом. — А если с ним что-то случится? А вдруг браконьеры? Или охотники? Норберт только вылупился, он ещё совсем маленький и не сможет вдали от меня.
— Норберт? — приподняла бровь Марфа. — Ты уже дал ему имя?
— Конечно. — серьёзно кивнул Хагрид. — Он же не может быть безымянным. К тому же, он считает меня своим родителем и это естественно, что я дал ему имя. Вам же родители тоже дали имя, даже до вашего рождения они уже думали о вашем имени. Почему мой ребёнок должен быть без имени?
— Хагрид, это дракон, а не ребенок. — проговорила Марфа, так словно говорила с ребёнком.
— Верно, Хагрид! — тут же подключилась Грейнджер. — Норберт — дракон! Что будет если министерство узнает о нем? Ты не сможешь вечно его скрывать, а Дамблдор не сможет вечно помогать. Ты подумал, что у директора будут большие проблемы? Он может лишиться своей должности или вообще отправиться в тюрьму за сокрытие!
— Но… Норберт же совсем ещё малыш! — воскликнул Хагрид крепче сжимая дракончика в своих объятиях. — Ему сейчас везде грозит опасность. Куда же… Как же…
— Мой старший брат, Чарли, работает в Румынии, — вдруг заговорил Рон. — Он там работает дресировщиком драконов и я могу ему написать, а они с командой заберут Норберта в заповедник, где о нем будут заботятся.
— А вдруг старшие драконы будут его обижать? Или ему там не понравится? — забормотал Хагрид и ещё сильнее стал сжимать дракона. Норберту это явно не понравилось о чем он и поспешил сообщить подпалив ещё сильнее бороду Хагрида. — Он же совсем-совсем маленький.
— Хагрид, Норберт — дракон. — констатировала факт, в очередной раз, Грейнджер. — Ему будет явно лучше среди своих.
— Но… Ну… Хорошо, — все-таки сдался Хагрид и опустил голову. Марфа была уверена, что он сейчас расплачется и словно в подтверждение её мыслей, полувеликан стал всхлипывать.
— Ну-ну, Хагрид, — Гермиона попыталась утешить полувеликана, но тот продолжал плакать и обнимать дракона. — Я уверена, что в заповеднике Румынии ему будет лучше. У него там могут появится друзья.
— И потомство! — воскликнул Уизли. — Только представь, ты сможешь его навестить и узнать радостную новость, что ты дедушка.
Марфа в это время отчаянно пыталась понять как её в это втянули и как она позволила себя втянуть. Потому что, то что она видела больше похоже на дурдом.
— Отлично, — сказал Рон. — Тогда я напишу Чарли и он с друзьями заберут дракона так, что никто не узнает о нем.
— Вы ведь понимаете, что это контрабанда? — спросила Марфа. — Это не законно. Лучше всего обратиться в Министерство и попросить их перевести дракона в Румынию. Или попросить Дамблдора обратиться в Министерство, так как детей никто слушать не будет.
— Марфа! — возмутилась Грейнджер. — Если Дамблдор обратиться в Министерство, то пойдёт расследование и Хагрид попадёт под огонь, а Норберта вряд-ли отправят в Румынию! К тому же Хагрида, как и Дамблдора, могут лишить должности и отправить в тюрьму! Лучше уж отправить дракончика через брата Рона, чем неизвестно кого и гадать, все ли сработало.
— Хорошо, — пожала плечами Марфа. — Но я в этом не участвую.
— Но… Но нам нужна будет твоя помощь! — воскликнула Гермиона.
— В чем? — скептически подняла бровь Поттер. Её помощь тут явно будет не нужна. Во-первых, Рон напишет письмо своему брату и попросит его забрать дракона. Во-вторых, Грейнджер и Хагрид будут следить за драконом пока Чарли Уизли не заберёт его. Причём тут она?
— Твоя мантия-невидимка может помочь нам остаться не замеченными, ведь нам не надо чтобы нас кто-то увидел. — проговорил Рон, даже не поворачивая головы в их сторону, так как пытался разгодать что это за вид дракона у Хагрида вылупился.
— Мантия. — проговорила Марфа и в её голове пошёл мыслительный процесс. Она никому не показывала и не рассказывала о мантии. Даже её факультет о ней не знал, так откуда знают они? — О какой мантии идёт речь?
Взгляды, которыми её одарили, были полны недоумения и, в случае Грейнджер, страха. Марфа точно помнит, что никому из этих двоих она не говорила о мантии, в принципе как и другим ученикам или профессорам. Мантия-невидимка, которая досталась её отцу от его отца, а до этого от её пра-дедушки, была ничем иным как семейным секретом и тайным артефактом. Конечно так было до того как она попала в руки Джеймса Поттера, но Марфа точно знала, что о мантии, тогда, было известно только трём самым близким людям, которым Джеймс в то время доверял. Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю, с которым она к сожалению не была знакома лично, но слышала о нем достаточно. Так откуда эти двое знали, что мантия вновь вернулась в руки Поттер?
— Н-ну… Мы… Эм… — Грейнджер заикалась и не могла придумать, что сказать. В это время Уизли молчал и старался казаться меньше, если вообще не прикинуться невидимым.
— Т-так ты же сама нам об этом рассказала. — попытался было хоть как-то оправдаться Уизли, но наткнулся на горящий — обещающий все кары небесные — взгляд Грейнджер и смолк.
— Я? Когда? — приподняла бровь Марфа и в упор посмотрела на рыжего.
— Великий Мерлин! — вдруг воскликнула Грейнджер, тем самым переведя все внимание на себя. Даже внимание Хагрида, который до этого не обращал на них никакого внимания, так как был занят пытаясь накормить дракончика мафинами, которые он сам приготовил. — Время уже позднее! Скоро объявят отбой и нам надо поторопиться в наши гостиные, а то достанется от профессоров. Доброй ночи, Хагрид. Мы завтра придём.
И не дав вымолвить Уизли и слова, она вытолкнула его из хижины лесничего. Сам Хагрид лишь успел им крикнуть в догонку пожелания спокойного сна, прежде чем дракончик вновь забрал все его внимание. Тем временем Марфа провожала две детские фигуры и думала. Ей не нравилось то, что складывалось в уме. Уизли, — она была готова поспорить на все деньги рода, — явно были на стороне Дамблдора и играли под его дудку, но что с этого имеет Гермиона Грейнджер? Девочка-магглорожденная, которая воспитывалась среди магглов и о магии знала лишь из сказок, пока не попала в магический мир узнав, что сама является волшебницей. Что могла предложить Девочка-магглорожденная такому магу как Дамблдор, что он включил её в свои планы? И то что девочка не является одной из шахматных фигур старика, Марфа была уверена. По крайней мере Грейнджер была важной шахматной фигурой для Дамблдора, в отличии от того же Уизли. Почему Марфа так думает? Она видела, как старик смотрел на Грейнджер. Одобрение, настольгия, теплота, иногда настороженность, но чаще всего любовь и понимание. Почему Дамблдор смотрел на Грейнджер так, будто та ему что-то напоминает? Или может кого-то?
Вздохнув, Поттер поняла, что она ничего не понимает, да и время правда позднее. Нужно вернуться в замок, в свою гостиную, до объявления об отбое, а то и правда влетит от Филча и профессоров. Почему её третья жизнь такая запутанная?
— Доброй ночи, Хагрид. — проговорила Марфа и вышла из хижины, направившись в сторону замка.
***
Утро следующего дня было, на удивление простым. То есть за ней никто не бегал и не задавал вопросов, не пытался читать нотации, не звал поиграть в квиддич или шахматы и т. д. Если честно, у неё было стойкое ощущение, что её избегают и Марфа очень обрадовалась этому. Впервые с её поступления в Хогвартс, Грейнджер и Уизли оставили её в покое по собственному желанию. — Ты сегодня на удивление расслаблена. — проговорил Терри Бут за обедом. — Это как-то связанно с тем, что тебе не пришлось сидеть рядом с Уизли или Грейнджер на уроках? Мне показалось, что они избегаю тебя. — Возможно ты прав, — улыбнулась Марфа. — Я обведу этот день в календаре. Уизли и Грейнджер оставили меня в покое. Хотя я уверена, что либо к вечеру, либо к завтрашнему утру, все будет как обычно и я вновь буду прятаться от них. Бут хохотнул и продолжил есть молча. Марфа же тоже решила оставить разговоры и доела свой обед, но у неё было стойкое ощущение направленных на неё взглядов. Что со стороны преподавателей, что со стороны гриффиндорского стола. Ей даже не нужно было гадать кто смотрел на неё. Снейп — вечно злой, обиженный и недовольный. Дамблдор — ожидающий, немного снисходительный и довольный. Квиррелл — ненавидящий. Со стороны Гриффиндора естественно Уизли и Грейнджер. Первый как всегда завистливый и злобный, а вторая ожидающая и высокомерная. Предсказание Марфы не сбылось, ни вечером, ни на следующее утро. Грейнджер и Уизли избегали её три дня, будто она чумой зараженная. Даже на уроках, когда были уроки Гриффиндор-Рейвенкло, они старались садиться от неё как можно дальше. Поттер это несомненно радовало, так как она наконец смогла вздохнуть спокойно и подумать о том, как бы связаться с поверенным рода Поттер, а так же Блэк. Но больше всего её интересовал поверенный рода Певерелл. Она не была знакома с поверенным рода Поттер, так как в этой жизни ни разу не была в банке, а в прошлое бытие Альционой не имела права на встречу с поверенным другого Рода. К тому же, каждые сто лет поверенный менялся, в зависимости от желания нового главы поменять поверенного или нет и единственное, что Марфа знала о поверенном в прошлом, это то, что его имя Грибхупк. Карлус Поттер очень высоко ценил его и относился уважительно, ведь этот поверенный работал на благо рода Поттер ещё при пра-деде Карлуса. Почему следующие лорды не посмели сменить поверенного, остаётся загадкой и Карлус об этом не рассказывал, а она и не допытывалась. Поверенный рода Блэк тоже был для неё загадкой. Она знала Дорогура, так как тот был поверенным рода Блэк при её отце Арктурусе, но после… Возможно Орион сменил поверенного, а может и оставил старого гоблина на его месте. Честно говоря Дорогур ей никогда не нравился. Поверенный рода Певерелл единственный кого она знает, так как в прошлом она не стала менять повереного и им остался Ториль, глава общины. Точнее они просто оставили все как есть и даже не поднимали эту тему. В этот раз она тоже хотела бы оставить Ториля на его месте, так как они в прошлый раз хорошо сработались и она ему доверяла. К тому же он единственный, кто знал о её перерождении в прошлом и возможно в этот раз тоже будет знать, так как быть поверенным детей Госпожи и при этом ничего о них не знать просто нелепо. Да и работа на детей Вечной Невесты оставляет свой след…***
— Марфа! — с двух сторон, под локотки, Поттер схватили два урагана которых она стоически пыталась избегать и которые избегали её эти три дня. Три блаженных дня, когда она отдыхала от их навязчивости. — Пошли. Пошли-Пошли! Быстрее! Девочка даже рта раскрыть не с умела, так как её сразу же повели в Астрономическую башню. Она хотела бы оглянуться и попросить кого-то о помощи, но вспомнила, что в этот раз задержалась в библиотеке — закрытой секции, куда первокурсникам вход запрещён — и теперь в каридорах никого не было, а отбой уже давно объявили. Когда же они оказались в башне, то Марфа увидела, что там уже стоит Хагрид и грустными глазами смотрит на дракончика — Норберта — громким шопотом говоря ему как себя вести в заповеднике. Честно говоря Марфа не могла не сравнить Хагрида с курицей-наседкой. Дурной Дуэт, сразу после того как они поднялись в башню, отпустили её и отошли, смотря в окно. — Почему я здесь? — спросила Марфа раздраженным голосом. Её это уже и впрямь порядком достало. Грейнджер и Уизли совершенно не принимают слово «нет» и абсолютно её не слушают или не хотят слушать. Марфа честно склоняется ко второму варианту. — Мы же хотим спасти Норберта от браконьеров, а здесь мы потому что Рон получил письмо от Чарли и сегодня дракона заберут. — проговорила Грейнджер. Честно говоря, она и ответила на её вопрос, и уклонилась от ответа. — Я рада, что Норберт не попадёт в руки браконьеров. Не сомневайся, Грейнджер, — ответила Марфа сохраняя невозмутимы вид лица. — Но я спросила, почему вы меня сюда притащили? Хотя я, вроде, говорила вам, что не собираюсь в этом участвовать! — Ну-у… — тут Рон зачесал затылок и неловко улыбнулся. — Чарли очень хочет познакомится с моей лучшей подругой и я сказал, что ты будешь здесь. Вот. В этот момент, Марфа почувствовала сильное желание проклясть кого-нибудь. Кого-нибудь рыжего и тупого, как Рон. А так же упрямого и высокомерного, как Грейнджер, которая смотрела на неё снисходительно и улыбалась. Точнее скалилась. — Верно, Чарли хочет с тобой познакомится, так как ты лучшая подруга Рона, его младшего брата. — проговорила Грейнджер и Марфе не понравилось то, как она произнесла слово «подруга», будто там был какой-то двойной смысл. Вдохнув и выдохнув, Марфа уже хотела что-то сказать, как Хагрид показал на что-то в окне и Рон подбежал посмотреть, при этом чуть не вывалившись из окна. К сожалению Грейнджер была рядом и потянула за край его одежды, так что рыжий не умер от падения с высоты. Через несколько минут, Чарли и его друзья приземлились на крышу башни и стали ждать, пока Хагрид попрощается с дракончиком. — Прощай, Норберт… — срывающимся голосом выдавил из себя Хагрид. — Мамочка никогда тебя не забудет. Смотреть на эту картину, было так будто тетушка включила свою любимую мелодраму. Мило и слёзно, но в тоже время странно. Странно от того, что Хагрид прощался с дракончиком как будто тот и правда был его родным ребёнком. Пока Хагрид прощался с дракончиком, к Марфе подошёл рыжий парень в одежде из кожи дракона и с длинными волосами, завязанными в хвост на затылке. — Привет, — улыбнулся он. Его голос был спокойным, а глаза искрились. — Марфа Поттер, верно? Я, Чарли Уизли, старший брат Рона, а ты, как он указал в письме, его лучшая подруга. — Верно, моё имя Марфа Поттер, — проговорила Марфа. Она не доверяла ни одному из представителей семьи Уизли. — Но мы с твоим братом не так уж и близки, как он хотел бы. Чего не скажешь о его дружбе с Гермионой Грейнджер. — Хм… — не определённо протянул Чарли. Они посмотрели на то, как Грейнджер и Рон вместе помогают Хагриду, а за тем как Гермиона шлепает Рона по руке. — Возможно, ты права. — Эти двое не разлучны с тех пор как поступили в Хогвартс. — продолжила Марфа. — У них очень особенная связь. Да и я слышала, как Рон говорил о том, что ваша мама очень любит Гермиону. Чарли ничего на это не ответил, но то как его прищуренные глаза следили за младшим братом и его подругой. Старший рыжий понял о чем она говорила, но по его лицу было ничего не понять. Был ли он причастен к… Ко всему, что здесь происходит? Знал ли он о планах директора и какую роль играет во всем этом? — Чарли! — вдруг позвали рыжего. — Нам пора, иначе не успеем до рассвета. — Иду! — отозвался рыжий. — Что ж. До встречи, мисс Поттер. Когда Чарли Уизли прошёл мимо неё, её глаза расширились от удивления, но прежде чем она успела у него спросить, он уже улетел со своими друзьями и драконом, а они остались. Хагрид, будучи расстроен растованием, ушёл первым. Возможно заливать своё горе огневиски или ещё чем. — У нас получилось! — воскликнул Рон. — Мы смогли отправить Норберта и теперь у него будут дети, а там… — Рональд! — осадила Грейнджер мальчишку. — Не ори! Вдруг нас кто-то услышит? — Согласна, Уизли, — кивнула Марфа. — Отбой был уже давно и теперь надо думать как вернутся так, что бы нас не заметили. — А чего тут думать? — удивился Рон. — Мантия-невидимка и нас никто не видит. — Уизли, — сощурила глаза Марфа и практически стала шипеть от раздражения. — Ты считаешь, что я ношу мантию каждую минуту с собой? И мне все же интересно, откуда вы узнали о мантии если я никому о ней не рассказывала и не показывала. Так откуда же вам известно о ней? — Марфа, — включилась в разговор Грейнджер, так как Уизли стал мяться и стоило Поттер повернуть голову в сторону Гермионы, как она наткнулась на наконечник палочки. — Это как понимать, Грейнджер? — теперь голосом Поттер можно было заморозить саму преисподню. — Мы давали тебе шанс, Поттер. — выплюнула Грейнджер. — Очень много шансов. Ты ни одним не воспользовалась. Знаешь как противно притворятся твоей подругой? Постоянно звать тебя куда-то, пытаться сблизиться. Это было противно! — Если уж так противно, то почему делала? — спросила Марфа. — Потому что так было надо, — ответила Грейнджер и Марфа только сейчас увидела в её глазах искорку безумия. — Так было надо во имя общего блага. Тёмный лорд вернётся и ты должна будешь остановить его. Ты же избранная, «Девочка-которая-выжила». — Не знаю вернётся он или нет, но одно я знаю точно, Грейнджер, — проговорила Марфа и незаметно сжала свою палочку в кармане юбки. — Я сломаю твою палочку, так же как и палочку Рона. Позже, вы ответите на мои вопросы. — Да что ты. — усмехнулась Гермиона. — Слишком много самоуверенности, Поттер. — Посмотрим. — проговорила Марфа, а за тем резко вскинула руку с палочкой. — Экспелиармус! Застынь! Грейнджер даже не успела что либо сказать, как тут же из её руки вылетела палочка и оказалась в руке Марфы, а за тем Рон и Гермиона упали на пол не в силах пошевелиться. — А теперь, как я и сказала ранее, вы ответите на мои вопросы. — проговорила Марфа склонившись над дуэтом. — Что здесь происходит?! — в башню влетела МакГонагалл. У неё был вид так себе. Растрепанные волосы, серый шёлковый халат и белые тапочки. Позади неё стоял удивлённый Малфой…
