Тысячелетняя ведьма из рода Певерелл

      Гоблин, прочитав пергамент, после того как Марфа передала ему результаты проверки, чуть ли не руки тер от предвкушения открывшихся перспектив. Он сразу же стал усиленно о чем-то думать и просчитывать в своей голове. Ему не терпелось поговорить с этим удивительным юношей, но он не мог бросить остальных гостей-клиентов и потому ему придется по умерить свой пыл.       — Вы очень удивительный молодой человек, юноша, — проговорил Гоблин и пока Дадли пытался понять о том, почему гоблин так высказался тот переключился на остальных. — Кто следующий?       — Пусть маленькая мисс пойдет следующей, — проговорил Генрих и кивнул в сторону девочки.       — Вы согласны, Мисс? — спросил Гоблин и Генрих вновь посмотрел на них с вопросом в глазах. Конечно гоблины вежливы и обходительны, но этот гоблин ведет себя слишком вежливо и обходительно с Марфой.       — Конечно, Хранитель, — улыбнулась Марфа. — Я не против пойти следующей.       Гоблин кивнул и положил пергамент на стол, после чего передал девочке иглу. Марфа смело проткнула иглой палец и капнула три капли крови на пергамент, после чего стала ждать, когда появятся символы, а за тем и слова. Когда все это проявилось, Марфа взяла свой пергамент и принялась читать.

Марфа Альциона Певерелл (Марфа Магнолия Поттер) — маг,

четвертое поколение.

Дата рождения — 31 октября 980 года.

Род — Певерелл, Леди и Глава.

Побочные ветви — Род Поттер — Старшая в роду.

Род Блэк — Старшая в роду.

Род Слизерин — Старшая в роду.

Род Гриффиндора — Старшая в роду.

Род Мракс — Старшая в роду.

Вассалы — Род Бернард, Род Принц, Род Прюэтт, Род Буржуа,

Род Эронс, Род Гвейн, Род Арнольд,

Род Грид, Род Браун, Род Брэд…

Статус крови — чистокровная,

четвертое поколение.

Отец — Игнотус Хорес Певерелл — маг, третье поколение.

Статус — мертв.

Мать — Алия Ивона Певерелл, урожденная Клауди — маг, второе поколение.

Статус — мертва.

Дядя (Линия отца) — Антиох Эрих Певерелл — маг, третье поколение.

Статус — мертв.

Тетя (Через свадьбу) — Женевьева Джоанна Певерелл, урожденная Пирруа — маг, третье поколение.

Статус — мертва.

Дядя (Линия отца) — Кадмус Орис Певерелл — маг, третье поколение.

Статус — мертв.

Тетя (Через свадьбу) — Николетта Офелия Певерелл, урожденная Аркадия — маг, первое поколение.

Статус — мертва.

Дары Рода:

Некромантия — не развит, заблокирован (Смерть).

Малефик — не развит.

Врожденные дары:

Ритуалистика — не развит.

Артефакторика — не развит.

Магия Крови — не развит.

Демонология — не развит.

Зельеварение — не развит.

Магические вмешательства:

Ритуал — Neuropastum Автор — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.

Снят — Хелой Певерелл (Смерть).

Инородные магические вмешательства:

Осколок души — Томас Марволо Реддл «Волан-де-морт» — крестраж.

Статус — недееспособен (стазис)

Зелья в крови:

Доверие — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Рональд Биллиус Уизли, Гермиона Джин Грейнджер, Милдред «Молли» Уна Уизли, Артур Джордж Уизли. — выведен из организма.

Ненависти — Северус Тобиас Снейп, Томас Марволо Риддл (Волан-де-мортом). — выведен из организма.

Помутнение сознания — выведен из организма.

Привязанности — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Милдред «Молли» Уна Уизли, Гермиона Джин Грейнджер, Рональд Биллиус Уизли. — выведен из организма.

Прочая информация:

Родственники:

Род Певерелл — (-)

Род Блэк — Арктурус III Регулус Блэк — маг, пятое поколение.

Статус — мёртв.

Мелания Лидия Блэк, урожденная Макмиллан — маг, пятое поколение.

Статус — мертва.

Лукреция Вега Блэк, по замужеству Прюэтт — маг, шестое поколение.

Статус — мертва.

Орион Альфард Блэк — маг, шестое поколение.

Статус — мертв.

Вальбурга Каллидора Блэк — маг, шестое поколение.

Статус — жива.

Сириус Орион Блэк — маг, седьмое поколение.

Статус — жив.

Регулус Арктурус Блэк — маг, седьмое поколение.

Статус -???

Беллатрикс Друэлла Блэк, по замужеству Лестрейндж — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Андромеда Араминта Блэк, по замужеству Тонкс — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Нарцисса Кассиопия Блэк, по замужеству Малфой — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Род Поттер — Карлус Гарретт Поттер — маг, пятое поколение.

Статус — мертв.

Дорея Айола Поттер, урожденная Блэк — маг, пятое поколение.

Статус — мертва.

Флимонт Атикус Поттер — маг, пятое поколение.

Статус — мертв.

Юфимия Седрелла Поттер, урожденная Блэк — маг, пятое поколение.

Статус — мертва.

Джеймс Карлус Поттер — маг, шестое поколение.

Статус -???

Лилиан Жасмин Поттер, урожденная Эванс — маг, первое поколение.

Статус -???

Генрих «Генри» Абрахам Поттер — маг, шестое поколение.

Статус — жив.

Марселла Одри Поттер, урожденная Гарсия — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Джоанна Лилиан Поттер — маг, седьмое поколение.

Статус -???

Джексон Сириус Поттер — маг, седьмое поколение.

Статус -???

Эрик Дориан Поттер — маг, седьмое поколение.

Статус -???

Марисоль Эльма Гарсия-Поттер — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Сильвия Оттавия Гарсия-Поттер — маг, седьмое поколение.

Статус — жива.

Состояние здоровья:

Здорова.

       Марфа невидящим взглядом смотрела на пергамент. Ее глаза снова и снова перечитывали пергамент с проверкой крови, надеясь найти там отличие от первоначального текста, но все оставалось в прежнем состоянии и знаки вопроса под именами Джеймса, Лили и Регулуса никуда не девались. Она молча передала пергамент гоблину и тот тоже стал его читать, а потом посмотрел на Марфу очень бледным взглядом.       — Свяжитесь с отделением банка в Британии, — приглушенно проговорила Марфа. — Сообщите о моем скором визите, но о причине визита не говорите. Отправьте им пергамент с результатами моей проверки крови. Пергамент отдать лично в руки поверенному Роду Певерелл и никому более.       — Я сделаю все о чем тут было озвучено, Леди, — поклонился Гоблин.       — Что происходит? — спросил Генрих, заметив перемену в движениях и взгляде гоблина и племянницы. — Что случилось? Причём тут вымерший Род Певерелл? Неужели объявился наследник? Могу ли я тоже посмотреть пергамент?       — Нет! — резко ответила Марфа, но потом смягчилась. — Не можете. Пока что. Сначала нужно во всем разобраться. Вам не о чем волноваться, Мистер Поттер.       — Марфа? — обеспокоенно спросил Дадли. Он ни разу не видел такой взгляд у Марфы. Будто само пламя горит в ее взгляде и сожжет все, до чего сможет коснуться. — Что-то случилось?       — Нет, Дадли, — улыбнулась Марфа, но Дадли видел, что эта улыбка так и не коснулась глаз его сестры. Дальше что-то спрашивать Дадли не стал, так как он понимал, что сколько бы он не просил дать ответ Марфа не ответит, по крайней мере пока они в компании этого Поттера.       — Хорошо, — кивнул Дадли. — Тогда мы можем отправиться обратно в номер отеля? Родители наверное сейчас с ума сходят от волнения.       — Ты прав, Дад, — сказала Марфа. — Нам и правда следует вернуться к тете и дяде. Мистер Поттер, вы можете остаться и пройти проверку крови, но уже без нас. Нам следует вернуться. Хочу поговорить с Дядей и Тётей о Дадли.       — Мисс… — хотел было что-то сказать Генрих, но потом покачал головой. Что-то ему подсказывало, что он получит ответы на крутящиеся в его голове вопросы. Надо только подождать и не торопиться. — Хорошо, мисс Поттер. Хранитель-злата, прошу прощения, но я не буду проходить проверку сегодня. Загляну к вам в следующий раз, возможно даже моя жена захочет тоже нанести вам визит вместе с нашими детьми. Оплату за процедуру можете снять с моего личного счета.       — Как вам будет угодно, дорогой гость, — сказал Гоблин. — Я переговорю с вашим поверенным об оплате.       Генрих кивнул и вместе с детьми, пошёл на выход вслед за гоблином. В его голове до сих пор крутились вопросы, но, как он и чувствовал, Поттер решил пока подождать с выяснением. К тому же ему не давал покоя вопрос о Певереллах. В Британию вновь вернулись потомки этого рода? Или у тетушки Альционы были дети о которых никто не знал? Кто же тогда был её мужем? Или тетушка действовала через контракт о не притязании на детей? Казалось бы проверка крови должна была ответить на многие вопросы, но лишь ещё больше их создала.       — Мистер Генрих Поттер, — обратилась Марфа к старшему.       — Да, Мисс? — спросил Генрих.       — Когда вы доставите нас в наш номер, вам следует пойти домой сразу же и переговорить с женой. — проговорила Марфа и видя, что Генрих хочет задать вопрос, она его перегнала, ответив: — Я отвечу на ваши вопросы завтра, а пока мне нужно поговорить с Тётей и Дядей.       — Хорошо, мисс. — кивнул Генрих.       Марфа кивнула на ответ Поттера и они вышли из банка распрощавшись со своим сопроваждающим, после чего вернулись на маггловскую улицу, где нашли укромный уголок скрытый от глаз и перенеслись обратно в Рим. Пока-ещё-Поттер, думала о том как бы начать разговор с Верноном и Петуньей, так как знала, что этот разговор перевернёт для них многое. К тому же, Марфе стоило решить, как много следует рассказать семье Дурслей? Она знала, что чем больше знаешь, тем сильнее опасность, но и от сокрытия информации опасности не меньше, а то и больше.       — «Что мне делать в этой ситуации?» — задумалась Марфа. Возможно Петунье и Вернону она могла сказать полу-правду, а Генриху и его жене правду? Но тогда это было бы не справедливо по отношению к людям, которые её растили и любили как родную, хотя учитывая как Лили и Джеймс поступили с ними, были не обязаны заботится о ней. И вообще могли бы её ненавидеть до конца дней, изводя девочку, но те этого не сделали, а пытались быть ей семьёй. Потому полу-правда тут не подходит. — «Эх, будь, что будет.»       Генрих оставил их возле отеля, где они остановились, хотя он хотел довести их прямо до номера, но Марфа не дала ему этого сделать отправив его к жене, что бы к завтрашнему вечеру он пришёл с ней и они обсудили дела насущные. Дадли все это время был молчалив, так как до него похоже только дошло, что он все-таки маг и судя по проверке крови оснавал новый род. У него было такое лицо, будто кто-то открыл ему самую страшную тайну на свете.       — Марфа… — прошептал Дадли растерянным голос, стоило им войти в номер отеля и закрыть за собой дверь. Вернон и Петунья до сих пор спали.       — В чем дело, Дад? — спросила его Поттер, повернувшись к нему.       — Я только что осознал… Я… У меня ведь… Я — маг? — Дурсль младший не мог подобрать слов, но в конце концов он прошептал свой вопрос.       — Да, Дадли, ты — маг. — ответила Марфа после минутного молчания.       — Но как… Я имею ввиду…       — Иногда, Госпожа Магия наделяет достойных не-магов своим даром. Кому-то достаётся малая часть её дара, например: Предвиденье, Целебные руки, Золотой Язык и многое другое, а кто-то обретает полный дар с магическими способностями, как ты. На все воля Магии, Дадли. — пожав плечами сказала Марфа и в конце улыбнулась. — Ты произвёл впечатление на Магию и она наградила тебя.       Тут у Дадли полились слезы и он стал всхлипывать. Марфа тут же забеспокоилась и стала его утешать, а сам мальчик лишь сжался в комочек в её руках. Девочка не могла понять, что происходит с её кузеном и из-за чего у него случился нервный срыв, но понимала что ему нужно выплеснуть эмоции от полученной информации. Да и ей самой нужна была передышка, после того как она узнала результаты своей проверки крови.

***

      Через добрых полтора часа, когда Дадли уже стал икать от слез и своей истерики, Марфа позволила себе отстраниться от него и взглянуть ему в глаза. Она все ещё успокаивающе держала его руки, но тот лишь продолжал икать и не смотрел ей в глаза.       — Дадли, — тихо прошептала она и погладила его руки большими пальцами своей рукой. — Дад, посмотри на меня.       Мальчик лишь ещё сильнее отвёл от неё взгляд. Он был рад, — конечно же рад! А как иначе? — что стал волшебником, но он никогда бы не подумал о том, что им — волшебником, то есть — можно стать даже в его возрасте. Дадли привык считать, что в их семье чудеса творит Марфа и его это устраивало. В конце концов, мужчины должны кулаками махать и зарабатывать на благо семьи, а женщины хранить домашний очаг и быть местом уюта в доме, даже если они и могут творить магию. Дадли привык защищать Марфу от хулиганов и ему было стыдно за некоторые моменты в их детстве, что сейчас казались каким-то пережитком прошлой жизни, но у Дадли все равно возникало чувство, будто он делает для Марфы не достаточно. Особенно теперь, ведь…       Пусть все считали его неразумным ребёнком, он видел какой была его семья до того как Марфа вдруг внезапно изменилась. Её постоянные истерики, бьющаяся сама по себе посуда и её магия, пугала родителей до дрожи и они старались вести себя с ней не слишком жестоко, но и не слишком мягко. Мама однажды где-то узнала, что чтобы лишить ребёнка лишней энергии, то нужно чтобы он много времени проводил двигаясь и не важно, игры это или работа по дому. Тогда она пременила этот метод к Марфе, заставив тогда ещё четырехлетнюю Марфу работать по дому и, что удивительно, это сработало. Девочка так уставала, что у неё не было сил устраивать истерики или применять магию, что родители решили и дальше заставлять её работать. К семи годам Марфа умела делать все дела по дому быстро, но это всегда сводилось к тому, что она считала своих родственников монстрами и ненавидела их. К тому же, работа в жару под редким палящим солнцем Британии в саду Петуньи Дурсль было то ещё испытание. Он много раз задавался вопросом, почему не нормальную дочь его тёти подкинули им и почему родители не сдали её в детский приют, но потом эта мысль от него ускользала и как-только Марфа появлялась в поле его зрения ему всегда хотелось её как-то подставить перед родителями, соседями, друзьями или просто обычными прохожими, пока однажды это не сыграло с ним злую шутку.       Они были в школе и вовремя обеда один из друзей Дадли решил немного «поиграть» в их любимую игру, а любымым объектом для игр всегда была Марфа. И вот, Марфа Поттер появившаяся в поле их зрения вновь стала объектом шуток, игр и задирок. Девочка тогда как обычно начала истерить, кричать и плакать, дабы привлечь к себе больше внимания и у неё это как всегда получилось, только у людей была не та реакция которую ожидала девочка и вместо защиты или сочувствия она всегда сталкивалась с ранодушием и усмешками. Потому когда Марфа начала кричать, многие стали обзывать её и кричали ей заткнуться, а потом случилось это.       В тот день у Дадли был плохой день. Во-первых, мама забыла положить ему дополнительный обед, как это она обычно делает. Во-вторых, отец не оставил ему корманные деньги на игры после школы и в-третьих у него с самого утра болела голова, из-за чего он был более агрессивен чем обычно, а уж когда его кузина начала визжыть и истерить его боль только усилилась и он с силой, больше чем нужно было, толкнул её. Все было бы нормально, если бы она упала на пол, но Дадли и его друзья поймали Марфу на лестнице и каждый об этом забыл, потому когда девочку толкнули, она покатилась с лестницы и Дадли отчётливо помнит звук удара головы о железные перила. Все вдруг стали кричать, суетиться и сновать туда-сюда, но Дадли мог смотреть лишь на кровавое красную жидкость, что вытекала из головы девочки. Он мог лишь в ужасе смотреть на неподвижное тело кузины на изножье лестницы и думать только об одном: «убил.»       После этого, события происходящие после, для него были как в тумане, но он отчётливо помнил ту жидкость и лежащее тело внизу. Казалось после этого его мир перевернулся с ног на голову, а потом все вернулось на круги своя. Все будто забыли о том, что Дадли сделал с Марфой или что девочка чуть не умерла, ведь удар ей пришёлся около виска. Матери и отцу тоже было все равно, что их сын в свои не полные семь лет чуть не стал убийцей. Конечно тогда он не знал, что был близок к этому, но со временем стал понимать, что так продолжатся не может и решил полностью игнорировать существования дочери его покойной тёти. Он решил забыть о том, что у него есть кузина, он заставил себя думать, что в его доме не живёт ещё один человек. И это работало на протяжении года, а потом Марфа вдруг изменилась. Прекратились истерики, крики и слезы, лишь холодный пронзительный взгляд и тихий голос, ровная осанка и уверенная поза, а так же полностью контролируемая магия.       В их семье все стало вдруг тихо, что родители сами стали забывать о том, какой была Марфа. Девочка стала более вежливой и учтивой, перестала смотреть на Дурслей волком и даже иногда сама вызывалась помочь Петунье на кухне или в саду. Она помогала Дадли с учёбой, особенно с теми предметами из-за которых у него были постоянные проблемы. В школе тоже стало тише и приятнее находится, ведь Дурсля-младшего больше не дёргали, что бы он урезонил свою кузину которая постоянно лезла в драки и любила как-то пошутить над учителями или другими учениками. Даже друзья Дадли заметили эти перемены и первое время были настроены скептично, потому продолжали задирать Марфу, но после того как она не поддалась на провокации и спокойно с ними поговорила, а потом и извенилась за свои некоторые моменты, те стали с ней общаться. Так и пролетели те четыре года и Марфа стала неотъемлимой частью их семьи, их жизни. И перемены происходящие сейчас, немного пугали Дурсля-младшего.       — Дадли, — прошептала Марфа, сидя на полу прислонившись к двери. Петунья и Вернон до сих пор спали, а они вдвоём сидели около стены и разговаривали.       — Мх-м? — промычал Дадли, но голову с колен кузины не поднял. Ему было хорошо, вот так вот лежать и наслаждаться ощущением её рук в своих волосах.       — Помнишь наш разговор? Тот который состоялся три года назад?       — Помню, Марфа, — кивнул Дадли. Он помнил его, ведь именно тогда он стал воспринимать Марфу скорее как сестру чем кузину.       — А помнишь, что мы тогда пообещали друг другу?       — «Даже если от тебя отвернуться все, я буду рядом с тобой. Вот моя клятва!» — процитировал Дадли, те слова.       — Верно, Дадли, — кивнула Марфа. Тогда, она впервые увидела Дадли не избалованным и капризный ребёнком, а взрослым парнем, ведь то, что он тогда чуть не убил свою кузину сильно повлияло на него. — «Даже если мир ополчится на тебя, я помогу тебе его уничтожить. Вот моя клятва!»       Так они и просидели около стены, на полу. Дадли лежал положив голову на колени кузины, а она гладила его по голове прислонившись спиной к стене. Ни один из них не шевелился до самого утра, пока рассвет не стал пробиваться сквозь стекла окон.       Сама Марфа в это время думала о том, что ей придётся раскрыться перед Верноном и Петуньей, так как скрывать то, что она прожила две жизни и живёт уже третью, будет гораздо сложнее и сложнее, особенно теперь, когда она встретила Генриха…