Мёртвые голуби

Время перевалило за полночь. Арсению кажется, что оно буквально перевалилось через их подоконник и устроилось на кухонном столе рядом с Антоном, услужливо подавая ему переполненную пепельницу. Шаст медленно болтал ногой, роняя пепел в чашку с остывшим кофе. Несмотря на его усталый вид, было понятно, что сегодня Антон не уснёт, поэтому Арс не торопил его. Честно говоря, он всё ещё надеялся, что Антон поговорит с ним о произошедшем. Хотелось бы знать, какие движения мысли в его голове вызвали записи Таис. Просто, чтобы убедиться, что он справляется, что он в порядке… Антон шумно вздохнул, сбрасывая оцепенение, и спрыгнул со стола. Поставил чайник и закрыл окно — стало холодно. — Я не знал, что он умер, — проговорил Антон, наконец нарушая тишину, — Мать ни разу не говорила о нём с тех пор, как он ушёл. Арс сосредоточенно нахмурился. — Мне сложно поверить, что Андрей из её записей и мой отец — один и тот же человек, — тихо продолжил Шаст, — В моём детстве он не пил слишком много. По крайней мере, я такого не помню… Он был отчуждённым, всегда занимался своими делами, сейчас мне кажется, что он не только не любил меня — он ненавидел всех, кто его окружал. — И себя самого? — предположил Арсений. — Да, наверное, так. Гул закипающего чайника не мог в полной мере заполнить тишину на кухне, но справлялся с этой задачей, кажется, даже лучше, чем их голоса. — Таис нашла тебя специально, — утвердительно проговорил Арсений, — Из записи понятно, что ей что-то было нужно от тебя. Антон неопределенно дёрнул плечом. — Может быть… Не знаю. — Антон, она поступила в академию, чтобы добраться до тебя, — настойчиво повторил свою мысль Арсений, — Это должно быть важно! — Моё «похищенное счастье» вовсе не было счастьем — вот, что важно, — глухо отозвался Антон, — Ничего не стало бы лучше, если бы он остался. Почему Таис ненавидела его больше всего на свете? — Видимо, он был плохим отцом, — недовольно пробубнил Арс. — И плохим отчимом, — согласно кивнул Шаст. Они замолчали. Чайник щёлкнул, тихо выпуская в потолок клубы пара. Антон отвлекся, чтобы заварить чай, а Арсений продолжил мысленно прокручивать в голове услышанные записи. Было в них что-то ещё, что беспокоило его. — Как думаешь, что стало с Машей? — С кем? — не сразу понял Антон, — А, с Машей… Не знаю, поссорились, наверное. Не похоже, чтобы она умерла или переехала… Почему тебя это волнует? Арсений пожал плечами. — Просто… У каждого игрока должна быть страховка — кто-то, кто удержит от падения, если всё пойдёт не по плану, — он опустил голову, глядя на собственные ладони, — Остаться совсем одному — страшно и как-то… неправильно. Антон поставил перед ним на стол чашку горячего чая. — Понимаю, о чём ты, — мягко проговорил он, опуская ладонь на его плечо, — но не уверен, что это нас касается. — Мы могли не ввязываться во всё это с самого начала и всё шло бы своим чередом, но теперь это не может нас не касаться. Ты был её страховкой, Антон. Теперь я не могу отделаться от мысли, что присвоил себе одному то, что могло спасти и её тоже. Шаст тихо хмыкнул и пожал плечами. — Не могло, — отрезал он строго, — Я не вещь, Арс, и не обязан никого спасать. «Но меня спас, » — про себя заметил Арсений. — Ты — другое дело, — Антон буквально ответил на его мысли, — Если бы я и был страховкой, Арс, на мне были бы твои инициалы. Арсений замер, затаив дыхание, но Антон сказал это абсолютно спокойно, как самую простую истину, и, видимо, посчитав тему исчерпанной, отошёл к другому концу стола за своей чашкой. — Кстати, ты не обратил внимания, куда делся Людвиг? — спросил он, усаживаясь на стул и подбирая ноги под себя. — Думаю, он уехал домой, — предположил Арсений, — пока мы сидели на лестнице. — Ладно, — кивнул Антон, — Надеюсь, с ним всё в порядке. — Напиши ему, — вдруг попросил Арсений. Антон удивлённо поднял брови. — Зачем? — Он много знает о Таис, — протянул Арс, задумчиво отпивая из чашки, — Может, поможет нам найти Машу? — На кой чёрт нам Маша, Арсений? — возмущённо усмехнулся Антон. — Потому что люди склонны искать опору, — серьёзно отозвался Арс. Антон посмотрел на него с улыбкой несколько секунд и всё же взялся за телефон. Несмотря на позднее время, им ответили почти сразу. Людвиг не задал Антону ни одного уточняющего вопроса, но и его просьбу удовлетворить не смог. «Таис не называла мне этого имени, Антон. Так что я могу только сказать тебе номер школы, в которой она училась. Может, там тебе удастся найти интересующую информацию». — Наше детективное приключение продолжается, Арс, — сообщил Антон, откладывая телефон, — Людвиг знает лишь, что Таис закончила гимназию №56, а дальше дело за нами. Сейчас посмотрю адрес… — Не надо, — глухо прервал его Арсений, — Я знаю, где это. Учился там в младших классах, — пояснил он, чувствуя себя неловко под вопросительным взглядом Антона.

***

У Арсения зубы сводит, если честно, от одного вида этого здания. Он почти забыл этот период своей жизни – надо же было судьбе опять так жестоко над ним посмеяться! — Настолько плохое место, Арс? — участливо поинтересовался Антон, шагая с ним рядом, — Почему ты здесь не прижился? — Дело не столько в месте, — напряжённо отозвался Арсений, — Просто я был тогда тряпкой. — Не говори так, ты был ребёнком, — возразил Антон. — Ну, да. Маленькой такой тряпочкой, — нервно усмехнулся Арсений. Они поднялись по ступеням на крыльцо и зашли в здание. На вахте на них не обратили никакого внимания – может, потому что шагали они уж слишком уверенно. — Смотри, — Антон кивнул на стенд с фотографиями, — Это выпускные классы? Арсений остановился присматриваясь. — Похоже, что да, но как нам это поможет? — Мы будем знать кого искать, — Антон многозначительно постучал пальцем по виску и направился к стенду. Фотографии разной степени свежести плотно покрывали стену. Три самые свежие висели с правого края, в столбик. Антон скользнул взглядом по лицам на снимках, но не успел дойти ещё и до середины, когда Арсений коснулся пальцем одного из лиц, привлекая его внимание. Таис смотрела с фотографии равнодушными, пустыми глазами и криво улыбалась уголком рта. Арсений окинул взглядом её одноклассников, будто надеясь угадать среди них Машу. Бесполезно – все они одинаковые, за сочетанием черт и форм их лиц он совсем не может разглядеть живых людей. — Одиннадцатый Б, — прочитал Антон на узкой бумажной ленточке под фотографией, — Классный руководитель: Елена Павловна Белова. — Я узнаю кабинет, — кивнул Арсений, направляясь к вахте. Антон посмотрел ему вслед. «Куда нас всё это приведёт, Арс? Я больше не чувствую себя хозяином собственной жизни. Когда это закончится?» Елена Павловна оказалась ещё не старой, но какой-то «бледной» личностью. Раньше Арсений с удовольствием величал таких людей слабыми. Сейчас уже всё равно. — Здравствуйте, у вас есть минутка? — очень приветливо и энергично спросил Антон с порога. Учительница подняла на них взгляд, торопливо пытаясь понять, что им могло от неё понадобиться. — Меня зовут Антон, а это Арсений, — продолжал Шаст, — Мы хотим поговорить с вами о вашей ученице из выпуска прошлого года — Таис, помните? — улыбнулся Антон. Елена Павловна судорожно скользнула глазами по кабинету, но в классе уже никого не осталось и найти оправдание, чтобы избежать разговора, не удалось. — Таис? — переспросила она в жалкой попытке потянуть время, — Конечно. Помню. Арсений почувствовал, что в повисающих паузах женщина может догадаться спросить «с какой, собственно, стати она должна отвечать на их вопросы?», поэтому поспешил снова сбить её с мысли. — Тогда может вы помните и Машу? Выстрел наугад — абсолютно не факт, что Маша училась в том же классе. — Помню, они так долго дружили… — Вы могли бы рассказать нам о них? — аккуратно попросил Антон. — С ними что-то случилось? — забеспокоилась Елена Павловна, — Вы из полиции? Арсений удивлённо поднял брови. «Вот это предположения». — Нет, что вы, — поспешил успокоить её Шаст, — Мы просто работаем вместе с Таис над проектом в университете. Нам нужно собрать информацию о ней, а ей — о нас. Такая командная работа, знаете, помогает понять другого человека и людскую природу в целом. Арсений заметил, что Антон как-то разошёлся. Заметит ли Елена Павловна, что он несёт какой-то бред? — На кого вы учитесь, Антон? — неуверенно переспросила женщина. — На психолога, — не моргнув глазом соврал Шаст. — Расскажите нам о Таис, пожалуйста, — напомнил Арсений. — Да… Конечно, — учительница снова нервно скользнула взглядом по стенам, постукивая пальцами по столу, — Таисия всегда была очень решительным человеком, — она замялась, — может, потому она так и не нашла своего места в нашем коллективе. — В чём это проявлялось? — уточнил Антон. — Тая постоянно конфликтовала с окружающими, — как бы нехотя призналась Елена Павловна, — Она всё время пыталась сражаться со всем миром, хотя у нас в классе были замечательные ребята и они бы могли поладить, если бы Тая не была такой резкой… — Маша была на её стороне? — спросил Арсений. Антон бросил на него короткий взгляд, его немного удивляло упорство, с которым Арс возвращался к этой теме. — Мне… Мне кажется, она старалась держаться в стороне, — запинаясь пробормотала женщина. — От конфликтов? — уточнил Антон. — От Таис. — Вы сказали, что они дружили, — заметил Арсений. — Я… Я не знаю, — снова заволновалась Елена Павловна, — Подростки такие люди, которые не спешат делиться своими переживаниями со взрослыми. Я не знаю как именно они общались в то время, но мне всегда казалось, будто Таис решает всё за них двоих. Иногда это особенно бросалось в глаза. Таис довольно замкнутый и скрытный человек, но Маша рядом с ней… казалась немой. Женщина замолчала, перебирая в пальцах пишущие принадлежности на столе. — У вас не осталось случайно номера Маши? — после недолгой паузы спросил Арсений, молясь не спугнуть эту наэлектризованную и неустойчивую откровенность. Елена Павловна задумалась на секунду. Арсений скрестил пальцы. — Да, кажется, я звонила ей по поводу пропусков. Родители никогда не брали трубку, — торопливо проговорила женщина, отыскивая в ящике стола свой телефон. Очень резким и угловатым почерком она написала номер на клочке бумаги, протянула листок Арсению и нерешительно замерла в последний момент. — Не знаю, будет ли это уместно, — с сомнением пробормотала она. — Всё будет хорошо, — с небрежной уверенностью прервал её Арс, аккуратно выдёргивая номер из её пальцев. — Спасибо, что уделили нам время, Елена Павловна, — улыбнулся Антон, — До свидания. Женщина проводила их тревожным взглядом, но ничего больше не сказала. — Что думаешь? — хмыкнул Антон, как только они вышли из кабинета. Арсений покачал головой. — Ещё немного и у меня бы тоже начали дрожать руки, — хмыкнул он, — Жаль, мы, наверное, лишили её сна на ближайшую неделю. — Не преувеличивай, — отмахнулся Шаст, — она забыла о нас, как только закрылась дверь. Они спустились на первый этаж и, больше не задерживаясь, вышли на крыльцо. Антон нашарил в кармане зажигалку и выбил из пачки сигарету, но Арсений выдернул её у него изо рта раньше, чем Шаст успел её зажечь. — Ты много куришь, умрёшь раньше меня, — беззлобно пригрозил Арсений. Антон, на удивление, не стал спорить, а просто убрал сигареты обратно в карман и вдохнул поглубже прохладный воздух. — Ты стал выше? — спросил он, косясь на Арсения из-под полуприкрытых век. — Если ты о чувствах, с какими я переступал этот порог, то да, — спокойно кивнул Арсений, — Мир меняется. Даже воспоминания изменяют форму, в них больше нет страха. — Это всё потому, что я рядом, — прыснул Антон, — Да? — Разумеется, — в тон ему отозвался Арсений, усмехаясь.