Веера и чувства

- Вы заставляете меня теряться, Ричард. Юный Окделл взглянул удивленно - не таких слов он ждал, появляясь в кабинете эра. - Возвращаться с прогулки с таким унылым лицом, как у вас - преступление, - продолжал Алва. - Но я никак не пойму, в чём причина. Насколько мне известно, ваша прогулка на сей раз не сопровождалась никакими неприятными встречами. Ричард слегка порозовел. - Откуда вы... - Я же обещал, за вами будут присматривать, - небрежно махнул рукой Алва. - Хосе вышел отсюда пять минут назад. По его словам, господина Штанцлера вы на этот раз не навещали. Встречи с господином Колиньяром тоже не было. Да и быть не могло, ибо сейчас он находится в Эр-Сабве и, насколько мне известно, спешно готовится к собственной свадьбе, - Алва усмехнулся. - Госпожа обер-прокурор всё же иногда бывает невероятно сурова, верно? Единственное, о чём Хосе упомянул - по дороге сюда вам встретился капитан Арамона. Я понимаю, встреча не самая лучшая, но впадать в такое уныние... Вы давно не в том положении, чтобы всерьез воспринимать слова этой винной бочки, какими бы они ни были. Ричард вдруг жарко покраснел. - Монсеньор, я вовсе не... Просто капитан Арамона напомнил мне кое о чём. - И о чём же? - с искренним интересом спросил Алва. К его удивлению, Ричард вдруг вздохнул и опустил глаза. - Унар Ричард, - фигура Арамоны вдруг возникла в узком коридоре, ведущем к кельям. Конечно, начальник Лаик был снова пьян. Да к тому же, разозлен очередной выходкой "Сузы-Музы". А зачем доискиваться кто это был, если под рукой есть ненавистный Окделл? - Я вижу, вы и не думаете заботиться о своей репутации здесь, в Лаик. И это, в общем, правильно, кто из дворян захочет взять в оруженосцы сына мятежника? Арамона вдруг схватил его за руку. Дернул к себе - и Ричард вдруг оказался зажат между каменной стеной и оплывшим телом, щедро распространявшим запах пота и вина. Мутный взгляд Арамоны шарил по лицу смущенного донельзя Ричарда, брюхо всё сильнее вжимало в стену, не давая шевелиться. Сначала Ричард испугался, что пьяного Арамону не держат ноги, но падать он явно не собирался. Его губы вдруг искривились в плотоядной усмешке, обдавая Ричарда новой волной тинтового перегара. - Тебе просто не позволено щеголять таким смазливым личиком! - дрожащие пальцы замерли в опасной близости от щеки Ричарда, и тот дернулся, пытаясь увернуться. - Пустите! - И глаза блестят совсем как у него, - то ли со злостью, то ли с удовлетворением произнес Арамона. - Твой отец был тем еще гордецом. Но тебе, Окделл, следует быть повежливее с твоим будущим эром. - Что? - Ричард оцепенел, забыв вырываться. - Я уже решил. Я сам возьму тебя в оруженосцы. Конечно, я птица не того полета, чтобы позволять себе такую роскошь, но кто возразит, если доблестный капитан Арамона подберет то, что и Леворукому не сдалось, не говоря уж о Лучших Людях? А у меня найдется для тебя работа, Окделл. И не только в доме. Ты же понимаешь, что твоя главная обязанность будет совсем другой? В глазах Арамоны плескалась смесь винного дурмана, ненависти, и чего-то еще, грязного и низкого, о чём Ричард мог лишь смутно догадываться, но от чего тянуло бежать прочь без оглядки. Вот только бежать было некуда. - Он что-то сделал тогда? - голос Алвы был тихим. Подозрительно тихим. Ричард мотнул головой, продолжая изучать взглядом морисские узоры на ковре у себя под ногами. - Нет. Он сказал, что оставит самое... самое сладкое на потом. На вечер Фабианова дня, когда... - Так. Ну, тем вечером ты уже находился здесь. И будешь находиться ближайшие три года. И Арамоне это прекрасно известно, - пальцы Алвы отстукивали что-то быстрое по подлокотнику кресла. - С чего он решил заявить о себе сегодня? - Я собирался зайти в книжную лавку и просто столкнулся с ним. Я не знаю, откуда он взялся, но он просто схватил меня за руку. Кругом никого не было, и... - Эта свинья угрожала тебе? - взгляд Алвы, казалось, метал молнии. - Он сказал, чтобы я не обольщался, что вы, монсеньор, подобрали надорского поросенка только ради забавы, и скоро вышвырнете меня на улицу, не дожидаясь окончания трех лет, ведь я едва ли окажусь лучше, чем Джастин Придд. - Тварь! - рыкнул Алва. Пальцы уже не стучали, а царапали подлокотник - вот-вот полетят щепки. Ричард, наконец-то поднявший голову, смотрел на эра почти с ужасом. - Впрочем, это меня даже не удивляет. А вот то, что ты, Ричард, хотел умолчать об этом... Ты мой оруженосец. И вся та грязь, что распространяет Арамона, ложится и на меня, ты понимаешь это? - Простите, - прошептал Ричард, желая провалиться сквозь землю. Алва вздохнул, поднялся из кресла и, в один шаг подойдя к оруженосцу, требовательно взглянул ему в глаза. - Если случается какая-то неприятность - ты должен говорить мне о ней сразу, Дикон. О любой, какой бы мелкой ты ее ни считал. Ты понял меня? - Да, монсеньор. Впредь я постараюсь не сталкиваться с капитаном Арамоной, обещаю. - Ты собрался прогуливаться в глухих переулках и объезжать стороной каждый трактир? - усмехнулся Алва. - Это не выход, Дикон. Впрочем, не волнуйся, выход мы найдем. Одно я могу тебе пообещать, благородный надорский вепрь не станет утехой для Свина. Ричард слегка вздрогнул: - Монсеньор, вы... - Что? - Алва вдруг усмехнулся. - У Арамоны в Лаик другой клички и не было никогда. Ладно, довольно. Полагаю, Хуан уже готов подавать ужин. Добрая трапеза лечит все печали и невзгоды! Это слова самого Хуана и, знаешь, я с ними не спорю. Отправляйся за стол. Мне надо отдать одно небольшое распоряжение, а потом я к тебе присоединюсь. - Слушаю, монсеньор, - Ричард еще не успокоился, но проверить на себе истинность слов Хуана явно был не против. Выйдя из кабинета вслед за оруженосцем, Алва направился прямиком на конюшню. - Пако! Ночью мне предстоит небольшая поездка. Оседлай коня. - Моро оседлать прикажете? - с готовностью отозвался Пако, и тут же чуть не шарахнулся, такой зловещей показалась ему усмешка соберано. - Нет. Моро сегодня отдохнет. Оседлай-ка лучше вот ее, - с этими словами Алва остановился возле стойла, где меланхолично жевала сено толстая коротконогая лошадь пегой масти. - Эту? - Пако удивленно воззрился на соберано, но перечить не посмел и коротко кивнул. Рокэ же пошел поужинать - он обещал Ричарду, что присоединится к нему, и не собирался нарушать свое слово. А вот после ужина он поручил Дику разбирать книги в большой библиотеке особняка под присмотром домоправителя. Хуану же было поручено не выпускать из дома оруженосца. Но тот и не рвался никуда, сегодняшней встречи со Свином ему хватило. Тут, за стенами особняка на улице Мимоз он чувствовал себя в безопасности. Небольшой маскарад не повредит, - думал Алва, собираясь на вечернюю прогулку в одиночестве. Немного светящейся краски... плащ с ободранным низом, в конюшне у Пако валяется для всяких работ. Шляпу с большими полями. Кто подумает на королевского фаворита, что он способен на унарские шуточки? Впрочем, у него есть алиби. Только поверят ему, а не старому пьянице, который пытался унизить и... Ладно, больше к унарам Свин не приблизится. В темном переулке капитан остановился, чтобы допить тинту прямо из бутылки. Как раз ее там осталось на донышке. И услышал странный звук... будто шла лошадь без одной подковы. А потом пригляделся. И от ужаса едва не свалился с седла. Навстречу шла самая настоящая Пегая Кобыла, а на ней верхом... Ой, лучше не смотреть! Еще уведет за собой! Это же выходец! Разве лицо обычного человека может светиться таким мертвенным светом? Капитан затрясся, заорал дурным голосом в надежде на спасение. Но горожане лишь покрепче заперли двери и ставни домов. Если на улице что-то и творится, то им, простым людям, туда соваться незачем. Есть городская стража, вот пускай они и спасают несчастного, попавшего... да Создатель ему в помощь! Алва подъехал ближе, отрезая путь к отступлению. Свин вывалился кулем из седла, его коняшка шарахнулась в сторону. Да, правду говорят, что выходцы приносят с собой могильный холод! Арамону трясло, как в ознобе, зубы стучали. Фигура в седле вытянула руку, указывая на стремительно трезвеющего Арамону. - Ты, - жуткий хриплый шепот отразился от стен переулка, кажется, многократно усиливаясь. - Я выбрал тебя. Скоро, совсем скоро... Еще несколько десятков бутылок, и ты присоединишься ко мне. Мы отправимся в путь вместе. Я знаю это, я слежу за тобой, а ты... Ты смеешь тянуть руки к мальчишкам, вчерашним унарам! Жуткое шипение прорезало воздух. - Скоро я припомню тебе всё, - фигура низко расхохоталась. - Мальчишки приходят и уходят, а у нас с тобой впереди - вечность! Тут Свин издал нечеловеческий не то писк, не то хрип. Самому ему казалось, что он призывает на помощь и кричит во весь голос. А затем очень дурно запахло, толстая туша безвольно привалилась к забору. Алва понял, что больше ему тут делать нечего. Пегая кобыла повернулась и неспешно поплелась из переулка. Спектакль одного актера окончен. Зритель остался "доволен" и весьма впечатлен. И не он один. Утром кардиналесса прочла доклад от своих подчиненных и узнала, что капитан Арамона находится в состоянии помешательства. Он все время бормочет о каком-то мертвеце, шарахается от людей. И что он был найден в переулке неподалеку от Лаик. - Допился - подытожила Квентина, - придется искать нового наставника для унаров. - Монсеньор, вы немного бледны сегодня, - решился заметить Ричард за завтраком. - Правда? - Рокэ сверкнул улыбкой, несмотря на бледность он выглядел очень довольным. - Что ж, может быть. Пожалуй, мне стоит провести этот день дома. Да и вам тоже, Ричард. В городе сегодня сплошная суета и сплетни! - Сплетни? - удивился Ричард. - Ну да! Разве вы не слышали? Ее Преосвященство должна предоставить Ее Величеству список кандидатов на пост нового начальника Лаик... - Нового?! - Ричард чуть не подавился. - А что со старым? - О, - изящно махнул рукой Алва. - Был найден агентами Ее Преосвященства нынче ночью в совершенно непотребном виде и, кажется, не вполне в здравом рассудке. На мой взгляд, этого давно следовало ожидать. С такой-то страстью к вину! - Вы хотите сказать, он сошел с ума? - Ричард ушам своим не верил, еще вчера Арамона безумцем не казался. - О, не волнуйтесь. Уверен, он скоро вылечится. Его супруга спешно возвращается в столицу, уверен, уж она знает средства от разговоров о ревнивых мертвецах, стремящихся утащить в Закат! Алва был уверен, что Луиза Арамона согласна с этим утверждением. Так же, как и Ее Величество, которой точно весь день будет не до встречи со своим фаворитом. И особенно с этим была согласна поедающая в своем стойле честно заслуженный овес немного сонная, но вполне довольная пегая кобыла.