Не?любовный треугольник

Время безжалостно справедливо. Оно расставляет по местам мысли и обнажает чувства. Или их отсутствие. Сонми не замечает, когда они с Сынхёном начинают отдаляться друг от друга. Он реже звонит, чаще бывает занят. Она чаще устает, реже улыбается. Скучает по нему всё больше, а видит всё меньше. Она делает вид, что ей всё равно, ей есть, чем заняться и без него, но втайне ждёт: шершавого со смешком голоса, ласкового «зайка», усталого «Ты свободна вечером? Я приеду?». Она к ним привыкла. Привязалась. Яркое лето закончилось, и осень накрывает Сонми грустью и меланхолией. Редеющие встречи приносят обманчивое, призрачное тепло. Девушка не знает, где и с кем ТиОуПи пропадает по вечерам теперь, когда она с головой ушла в работу, но вряд ли он изнывает от одиночества. Скорее всего, у него есть другие. Не одна даже – их много, разных. Доказательств у Сонми нет, но интуиция настаивает, и здравый смысл с логикой её поддерживают. Однако ожидаемой и закономерной ревности нет; вместо неё на языке – желчь и яд, а в груди – уязвленное самолюбие ледяной глыбой. По большому счету, Сонми сама точно не знает, чего хочет от Чхве Сынхёна. Впускать его и наделять слишком большим значением в своей жизни девушка не торопится. С ним хорошо, но этого не достаточно. Их встречи никуда не ведут. Большое светлое чувство так и не занялось от робкой искорки взаимного влечения, и даже всего Сынхёна оказывается недостаточно, чтобы заткнуть душевные дыры и заполнить выжженную пустоту, оставленную уходом Хёнсу. Он больше не спасает, но Сонми упрямо отказывается признать очевидное. … То, что в её жизни оказывается неожиданно много Квона Джиёна, девушка замечает далеко не сразу. Тот строчит ей сообщения десятками за вечер. Перепрыгивая из чата в смс-ки, они переписываются часами, и Сонми даже приходится ставить телефон на зарядку, чтобы тот не сел раньше, чем они с Джиёном обменяются взаимными «Спокойной ночи». У них тысячи тем для обсуждения, они болтают обо всём и ни о чем, и, наверное, поэтому у неё почти не остается времени, чтобы всерьез беспокоиться о местонахождении и компании Сынхёна. … – солнц, какая погода будет завтра? – сонбэ, метеослужба по другому номеру. – тебе жалко, что ли? (( – у тебя же интернет под рукой, глянь сам %) я не могу сейчас – просто выбери (( грр! – ясно, безоблачно, тепло. ГРР! – О:-) @}->– ? … – ты вчера меня обманула! Я вымок до нитки! >_< – сонбэ, телефон доверия тоже по другому номеру. – &!@# хы! Если я заболею, будешь меня лечить – ты в японии, сонбэ – вот именно! >< учи японский!!! – прогноз был для сеула – xD ничего не знаю. у меня уже в горле першит, и температура поднимается. бери билет и дуй сюда @_@ – ложись спать, быстрее выздоровеешь) – ты засранка Т_Т вернусь в корею, приду ругаться – приходи, сонбэ, я по тебе соскучилась <3 – айщ!.. козявка! ^ ^ … – солнц, чем занимаешься? – читаю :) а ты чего не спишь? – *скучно* гулять пойдем? – сонбэ, второй час ночи на дворе… – да не сегодня, сегодня уже не успеем, я еще даже не дома ( – О_О %) а пора бы… у тебя завтра съемки. – вытащи меня отсюда, солнц Т_Т меня не отпускают – приятного вечера, сонбэ. расслабься и получай удовольствие ))) – ты жестокая >_< я тебя совсем не так воспитывал! (( – :D позвони хёну, он тебя спасет – кто бы его спас сначала ((( … – солнц, я цаловаться хочу ^ ^ – ))) целуйся, кто не дает? – я с тобой хочу *^ ^* – с вами говорит автоответчик ))) – голову открутить этому автоответчику >< – низзя, он хороший :-Р не надо голову <3 – вот и я о том же! голову не надо, а целоваться – надо! – )) да будем целоваться, будем – )^_^) я выезжаю! – ты в японии, сонбэ – а, точно. блин. вылетаю? ^ ^ – не сегодня) – -_- тебе хоть иногда бывает стыдно? – бывает, сонбэ, каждый раз. честно )))) – вот почему я не верю? ТТ … – мы с хёном пили вчера ( – все живы? )) – да, но лучше бы я сдох (( – я думала, вам не привыкать ;) весело хоть было? – обхохочешься xD жаль, что тебя не было – думаю, вчера тебя это мало волновало :-Р – О:-) тебе бы там всё равно не понравилось *^ ^* … – солнц, как тебе трек? ты послушала? я его за день вчера свел – послушала )) тебе как, впечатлениями честно поделиться, или чтобы приятно было? – подожди, я подумаю… – :)) – стоп, что?! нет, ЧТО?????!!!! – О:-) – >_< что это за ответ?! я обижусь! – О:-) – я с тобой не разговариваю! @@!&%$!!! … – я с тобой вообще не разговариваю! ((( … – ты почему не реагируешь? ((( я же вижу, что ты в сети! … – ты обиделась? ( … – ты спишь? ТТ … – спокойной ночи, солнц? ^ ^ – спокойной ночи, сонбэ )) … – солнц, пить будешь? – только не сегодня (( я труп – а целоваться? можешь вообще не двигаться, я сам приеду ^ ^ – сонбэ… О_О – вот слушай, хватит мне сонбэкать) я Джиён. дарю. гордись и пользуйся xD – какая честь для меня, ваше величество ))) вы уверены, что не пожалеете о вашей неслыханной щедрости? :D – солнц, дошутишься, покусаю :Р а вообще, я смотрю, ты ожила, эпопеи строчишь. цаловаться? – %) спокойной ночи, сонбэ – пойдем завтра пить хоть. сто лет тебя не видели ( зазвездилась, совсем о нас забыла, козявка! – я тоже соскучилась ))) Сонми кажется, они разговаривают по-настоящему – так легко представить Джиёна: как он кривит губы или вытягивает их трубочкой, как возмущенно округляет глаза или жмурится от смеха, как хмурится негодующе или смотрит с хитрецой. Сонми как наяву видит, как Джи Ди смеется, получая её ответы. Эти вечера долгое время составляют главную часть её жизни. Сынхён давно не пишет, вместо этого он звонит – «Ты где? Я сейчас за тобой приеду» – и приезжает. Вытаскивает её из общежития на ночь глядя и везет кататься по ночному городу, а потом – к себе. Она старается скрыть от одногруппниц подозрительно счастливое лицо, но, кажется, не особо успешно. По возвращении получает от лидера на орехи, просит прощения и обещает, что это не повторится. А потом ТиОуПи приезжает снова, и Сонми опять сбегает. Джиён пишет тонны сообщений, Сынхёну достаточно одного звонка. Сонми ругает себя за то, что поступает низко по отношению к Джи Ди, её захлестывает стыд, когда она, спускаясь по ступенькам – к Топу, поджидающему внизу, продолжает строчить ответы Джиёну. Бывает, она отправляет последнее на вечер сообщение уже в машине, когда тяжелая горячая рука ласково гладит её по бедру. Сынхёна это, похоже, не волнует. Он лишь коротко спрашивает: – Джи Ди? – Да, – от стыда у неё даже голос садится. А парень чуть поджимает губы и просто кивает. Будто это не имеет значения. Сонми не понимает, откуда берется эта неловкость перед Джиёном за то, что она встречается с Топом. Гораздо логичней было бы переживать о самолюбии Сынхёна, переписываясь при нем с его лучшим другом, но это ей даже не приходит в голову. ТиОуПи – большой мальчик, сам разберется со своим эго, а вот Джиёна ей хочется уберечь от разочарования. И вроде бы нет причин для этих чувств, ведь они с Джи Ди только друзья – даже меньше, по сути, – но Сонми так стыдно, будто она ему изменяет. Одно дело, когда они ходят куда-нибудь втроем, и они с Сынхёном притворяются оба. Угрызения совести, поделенные на двоих (если, конечно, у ТиОуПи они вообще присутствуют как понятие), перенести легче. Другое дело, когда она целый вечер переписывается с Джиёном, и он мил и очарователен, зовет встретиться и погулять – «можем даже с Сынхёном», а ей не хочется выходить из дома, она вымотана или хочет спать. «Прости, сонбэ, у меня был сумасшедший день. давай в другой раз?» Джи Ди всегда соглашается. Не обижается, не дуется; каждый раз – «да без проблем, солнц. отдыхай», с обязательной попыткой через неделю-полторы – «гулять пойдем?». Он принимает её отказы с поразительной лёгкостью – видать, ему, по большому счету, всё равно, и хоть Сонми убеждает себя, что так даже лучше, так – правильно, внутри что-то обидно царапает. Но стоит позвонить Сынхёну – и ни усталость, ни плохое настроение не способны удержать девушку в домашних стенах. Сонми отдает себе отчет в том, что её чувства всё больше похожи на зависимость, но ТиОуПи уже отравил её кровь и разум. Сопротивление бесполезно, когда капитуляция обещает наслаждение. Сонми так долго убеждает себя, что её устраивают свободные отношения и что без любви вполне можно обойтись, что наконец начинает в это верить. Она заменяет тоску по любви жаждой близости мужского тела и притворяется перед самой собой, что этого достаточно.