Не?любовный треугольник

… Приходит весна, яркая, многоцветная, жизнерадостная, волнует молодую кровь. Разливает томление по венам, пробуждает мечтательность и тягу к любви – жажду жизни. По утрам, когда у неё есть время, Сонми прибегает на спортивную площадку в паре кварталов от дома. Её личное, не так давно найденное «место силы». Сегодня она тоже там, заряжается красотой и свежестью пробуждающегося утра, разгоняет остатки сна в разомлевших мышцах, напитывается силой отдохнувшей за ночь земли-матушки. Она бежит по серому асфальту дорожки, радуясь пружинящим мышцам, вливающемуся в тело студёному воздуху, шуршанию кроссовок по шершавому покрытию. Предутренний холодок пощипывает разгоряченную кожу, посветлевшие карие глаза горят радостью, душа поёт. Ещё полчаса проходит в энергичной бодрящей зарядке, и Сонми улыбается первым любопытным лучам солнца, ныряющим к ней сквозь просветы в кроне дерева. По пути к снарядам она останавливается и присаживается на корточки, чтобы полюбоваться сверкающей на траве росой. Как красиво!.. Алмазная россыпь капель на упругой зелени, высокое чистое небо, полупрозрачный серп тающего месяца, сияющее солнце и свежесть, свежесть, свежесть! Больше всего Сонми любит заключительную часть утреннего ритуала: после пробежки, растяжки и силовых упражнений она забирается на самый верх комментаторской вышки и оттуда, словно паря над землёй, смотрит на далёкие горы, на убегающие пестрым ковром островки-массивы частных домов, на гордые ряды многоэтажек – мир, в котором она живёт. Девушка подставляет лицо согревающимся лучам и бодрому ветерку и, мысленно благодаря Создателя за эту прекрасную страну и землю, отдыхает душой… После таких сеансов единения с природой Сонми возвращается спокойной, умиротворённой и улыбающейся и начинает новый день энергично и радостно. С приходом весны ей всё чаще хочется бегать и прыгать, беспричинно смеяться и веселиться. Вечерами, когда выпадает такая возможность, она с удовольствием устраивает прогулки пешком или на велосипеде, любуясь оттенками спящего неба, разглядывая затейливые созвездия фонарей и фар, слушая звуки ночной жизни вокруг или негромко напевая любимые мелодии. В такие моменты её душу наполняют умиротворение и любовь ко всему сущему. Однажды вечером, когда воздух напоен запахом цветущих деревьев, нежность к миру переливается через край, и разворачивается девичья душа, бескрайняя, радостно-сияющая. Чувство восторга переполняет Сонми, и она, тихо смеясь от неудержимого счастья, шепчет: «Я люблю тебя! Где бы ты ни был, я люблю тебя. Я люблю тебя!» Она сама не знает, кого зовёт, к кому обращается, но эти слова рвутся из груди молитвой-заклинанием, и она их не сдерживает. День за днём, исподволь, сама того не замечая, Сонми потихоньку меняется. Она по-прежнему ищет себя. Как умеет. За что-то себя прощает, за что-то корит и хочет мчаться просить прощения у тех, кого обидела по глупости и нежеланию смотреть на мир и чувства прямо. За что-то ей нет прощения, и это она тоже находит. Принимает, болея душой и устремляя искреннее раскаяние к тем, с кем обошлась несправедливо. У неё были причины думать и поступать так, как в итоге вышло, но сейчас, когда все эти причины подстерлись из памяти, потеряли остроту и важность, она понимает, только-только начинает понимать, как сильно ранила людей вокруг, как многого лишала себя, думая, что поступать «как надо», вернее и лучше, чем как подсказывало ей сердце. Изменить прошлое ей по-прежнему не по силам, но Сонми больше не хочет предавать ни себя, ни свою душу, а потому набирается сил и мудрости, чтобы глядеть на мир смело. Неизвестно, насколько эти найденные новые убеждения, насколько новая она хороши и правильны – возможно, такая она причинит людям ещё больше боли – но Сонми готова рисковать. Пробовать. Идти вперёд. Принимая себя такой, какая она есть, с достоинствами и недостатками, с упрямством, слепотой и желанием сбегать и устраивать себе передышку, чтобы собраться с мыслями, когда что-то идёт не так, как она ожидала. Вернуться в старую раковину она всегда успеет. Впрочем, нет, тут же понимает Сонми и улыбается, обратно дороги нет. Идти вперёд страшно, но лучше набивать шишки и видеть, что где делаешь не так, чем всю жизнь прятаться подобно премудрому пескарю… и упускать то яркое, увлекательное, ценное, что эта жизнь предлагает. … – давай встретимся и поговорим?) – давай не будем?) Сонми с улыбкой качает головой. Сынхён поразителен. Неисправим. Поистине, его упорство достойно восхищения. Они оба знают, что ТиОуПи в любой момент может к ней приехать, в студию или к дому – без разницы. Он знает, где её найти, и знает, что они увидятся: Сонми никуда не денется, выйдет к нему, если он приедет. Они оба это знают. Именно поэтому Сынхён и не приезжает. Не хочет давить на неё и навязывать свою волю. Он уважает её чувства и желания. Несмотря на отказы Сонми – не просто встретиться, но, по сути, принять его чувства – Чхве Сынхён остаётся в её жизни. Этот человек не умеет сдаваться. В глубине души она проникается к нему уважением. Бывшие грусть, чувство вины и боль переплавляются в задор и улыбки, невозмутимая настойчивость ТиОуПи кажется трогательной и смешной. И Сонми смеётся. В основном, от радости. Смех лечит душу. Лучше, чем слёзы. А Сынхён заставляет её смеяться всё чаще. Её личный терапевт для души. Умница. Симпатия и смутная благодарность к нему постепенно вытесняют прочие чувства, и редкие беседы с ним доставляют Сонми всё больше удовольствия. Иногда она почти ждёт его сообщений. Время от времени она спрашивает про остальных ребят. Про Джиёна среди них – тоже. Её чувства к лидеру «Big Bang» изменились, выросли, стали мягче, спокойнее, светлее. Мысли о нём больше не рвут ей душу, но наполняют её безмятежной лаской и пылкой благодарностью. Она ни о чем не жалеет. Сынхён отвечает спокойно и коротко – всё хорошо. Он всегда отвечает на её вопросы. Это Сонми всегда в нём ценила – внимание к тому, что её волнует или интересует. Когда у Топа есть новости о товарищах по команде, он делится ими, рассказывает о том, что Ёнбэ работает над соло-альбомом; что Сынри получил роль ещё в одной дораме; что у Дэсона в июне благотворительный концерт. Что у Джиёна появилась постоянная девушка. Сынхён упоминает об этом вскользь, когда рассказывает, как они всей компанией ходили в клуб в прошлый раз. Он не вдается в подробности, но Сонми они и не нужны. Главного достаточно. – давно пора)) я очень рада за сонбэ. может быть, стоит передать через тебя поздравления? – если что и стоит, так это поздравить его лично. Джи был бы рад тебя видеть. и я тоже :) – я подумаю :-Р На душе легко и празднично. Сонми не понимает, откуда столько чистой радости от мысли, что Джиён встретил человека, который сможет любить его и заботиться о нём; откуда столько благодарности к незнакомой девушке за то, что она оказалась настолько прекрасной, что её полюбил Джи-Дрэгон. Сонми переполняют тепло и нежность. Ей хочется крепко обнять Джиёна, погладить его по голове и сказать, что он заслуживает огромного счастья и огромной любви, и что она за него, за них очень рада. Квона Джиёна невозможно не полюбить, узнав его ближе. Сонми по себе знает. … А весна зовёт и кружит голову. В Сонми просыпается желание быть красивой. Быть привлекательной и соблазнительной. Она покупает себе красивую одежду, пробует новые ароматы, меняя их вместе с настроением: то чувственный и томный, то изящный и свежий, то нежный и лёгкий. Она улыбается, по утрам нанося капельки душистой воды на кожу, и ей кажется, что она становится неуловимо другой. Житейское женское волшебство. Одно это уже украшает её, зажигает лукавые искорки в ярких глазах, изгибает губы в кокетливых улыбках, делает голос нежнее и мелодичней. Сонми влюбляется в жизнь, в мир вокруг, в людей, которые его населяют, и в себя саму, как часть этого мира. Она тоже хочет любви. Хочет новых отношений – романтичных и страстных, уважительных и серьёзных. Хочет парня, с которым ей будет комфортно, уютно, интересно; с которым захочется проводить время вместе, делиться мыслями и мечтами, шутить и вести серьёзные разговоры. С которым захочется гулять, целоваться, заниматься любовью. Кипит горячая кровь. Сонми хочется любить, думать о ком-то дни и ночи напролет, переживать волнение и трепет, упиваться близостью с желанным человеком, шептать милые глупости и смеяться такому же шёпоту на ухо. Ей хочется сходить с ума от счастья от каждой пойманной улыбки и падать в бездну отчаяния, если улыбок нет. Хочется жить и дышать полной грудью, принимая не только лучшие и светлые минуты, но и те, от которых в груди темно и горько. Ведь они тоже – часть жизни, непременное условие её равновесия, оборотная сторона медали. Сонми хочет всё. Она слишком долго закрывалась от жизни, так что теперь с жадностью впитывает всё, что та предлагает. И слишком непредсказуема и чудесна эта жизнь, чтобы утверждать, что в ней что-то невозможно. Сонми открывает для себя огромный дружелюбный мир, полный самых разных, интересных и замечательных людей. Мужчины и парни окружают её вниманием, и ей это нравится. Сонми наслаждается огоньками в глазах, ухаживаниями, комплиментами. Она соглашается пообедать-поужинать в компании коллег, охотно участвует в разговорах и обсуждениях, возвращает былую популярность у тех, кого раньше избегала. Она не кокетка, располагает к себе не флиртом, а улыбкой, обаянием, хорошим настроением и душевным участием к людям. А ещё Сонми пишет взахлёб – стихи, музыку, песни. Её тексты больше не о разбитом сердце и утрате доверия, они о сбывающихся мечтах, о надежде на новые встречи, о счастливых случайностях и разгорающихся чувствах. Она дарит себе – и слушателям – истории о взаимной влюблённости, о долгожданных поцелуях, о взглядах, от которых трепещет и замирает сердце. Она создаёт новые вселенные и заполняет их радостными жизнеутверждающими фантазиями. В какой-то момент Сонми понимает, что внутри у неё что-то изменилось. Что-то большое и важное. Она не боится жизни, как раньше. Ей нравится узнавать новое и решать задачки, которые та ей подкидывает для получения опыта. Когда её что-то тревожит, или она чувствует, что запуталась, Сонми мысленно подбадривает себя: «Главное, не бойся. Это не смертельно. Может быть больно или вредно, но не смертельно. Это просто очередная учебная задачка. Решай её, как умеешь. В следующий раз, с учетом опыта, ты сделаешь это лучше». И в жизни её поселяются лёгкость и радость. … А потом появляется Он. Ким Тэ Пён. Талантливый гонщик, ушедший из больших гонок и посвятивший себя тренировке юных звёзд. Он на двенадцать лет старше Сонми, разведён и невообразимо спокоен и уравновешен. Настолько, что Сонми порой кажется, что Тэ Пён к ней равнодушен. Однако то, что мужчина после работы приезжает к зданию «YG», где она тренируется, и ждёт её по три-четыре часа, отсыпаясь в машине, убеждает её в обратном. … – Ты ничего не забыла? – Например? – Оставить мне свой номер телефона. – Ты же говорил, что обычно не продолжаешь знакомства, начатые с поездки на машине. – Обычно не продолжаю, – подтверждает Тэ Пён и пристально смотрит на девушку. Уголок губ ползёт вверх в лёгкой усмешке. – А ты со мной совсем знакомиться не хотела. Сонми смеётся. Не хотела, да. Что ей делать с таким взрослым мужчиной? – Не хочешь, чтобы я тебе звонил? – спрашивает он напрямик. – Почему же, звони, – она протягивает ему листок с цифрами, вырванный из карманного блокнота. – Мне будет приятно. Можем ещё как-нибудь погулять. С тобой интересно. Тэ Пён улыбается. – Снова под дождём? – Как получится. Спасибо за вечер и за приятную прогулку. Сонми не думала, что он позвонит. Неожиданное знакомство и сблизившая их с Тэ Пёном прогулка (скорее пробежка до его машины) под внезапно начавшимся ливнем были слишком необычными, чтобы повлечь за собой продолжение. Однако Тэ Пён позвонил на следующий же день. И через день. И ещё через день. Он появился легко и непринуждённо, как ветер. И так же непринуждённо остался. … Тэ Пён возит Сонми ужинать – иногда на природу, в парки подальше от центра города, или кататься на недавно открывшейся ледовой арене – и на коньках он стоит намного лучше неё. Он учит её фигурному катанию, терпеливо, уверенно и настойчиво. Приносит горячий чай, когда Сонми мёрзнет, и сок, когда ей жарко. Дарит странные экзотические цветы, которых девушка никогда не видела, и духи, которыми она не пользуется. Сонми забавляют эти отношения. Ухаживания взрослого мужчины для неё внове, и они отличаются от ухаживаний её сверстников или даже – она отгоняет мысль о сонбэ – парней постарше. С Тэ Пёном безумно интересно. «Тебя хочется как любовницу, но такие девушки, как ты, созданы, чтобы стать женой. Ты заслуживаешь серьёзного и бережного отношения, а далеко не каждый мужчина готов взять на себя такую ответственность». Он взвешенно и обстоятельно рассуждает об отношениях мужчин и женщин – абстрактно и на примере собственной истории; объясняет Сонми многое из того, что ей интересно, но в силу небольшого опыта узнать было не у кого; терпеливо отвечает на её бесконечные «а вот допустим, если…» и спокойно реагирует на вопросы о повадках других мужчин. Он не давит и не торопит, просто через день-два приезжает к ней и везет гулять и разговаривать – как ей нравится. С ним Сонми теряет счёт времени. … – Привет, милая. Ты сегодня на работе? – голос в трубке звучит глуховато. Сонми встревоженно хмурится. – Да, я сегодня задерживаюсь. Как ты себя чувствуешь? У тебя голос звучит странно. – Простыл немного. Ничего страшного… – Тэ Пён не успевает договорить, как его перебивает чуть хрипловатый смех. – Ты тоже? – «Тоже»? – удивляется мужчина. – Ты тоже??? Вот так совпадение. Тебе же нельзя болеть. – Я и не болею. Так, немножко. Это скоро пройдет. Онни пичкают меня всякой всячиной. Когда Сонми выходит из здания «YG», гораздо позже обычного, чёрный спортивный автомобиль уже ждёт её неподалеку от входа. Удивлённая, она садится в машину. – Ты же болеешь, – мягко укоряет Тэ Пёна Сонми, – тебе отдыхать надо. Зачем ты приехал? Несмотря на защитную медицинскую маску, видно, что он улыбается. Взгляд его полон нежности. – Я бы не приехал, если бы ты не сказала, что тоже прибаливаешь. Не хотел тебя заражать. Но раз ты себя неважно чувствуешь, и я тебя уже несколько дней не видел, решил хотя бы подвезти до дома. Его «я скучаю по тебе» звучит почти неслышно. Сонми берёт его за руку и на мгновение благодарно сжимает. Забота Тэ Пёна, часто неожиданная, но всегда своевременная, греет ей сердце. Однако Сонми не торопится сближаться с ним. Она даже не подает руки, если мужчина хочет помочь ей перешагнуть лужу или крупные ветки во время прогулки, но Тэ Пён лишь улыбается и пожимает плечами. Что бы она ни делала, он не обижается. Всегда оставляя ей право выбора, он позволяет Сонми быть собой. При нём она не старается казаться лучше, чем есть на самом деле, не пытается объяснять то, чего сама не понимает; не мучает себя угрызениями совести по поводу того, что не соответствует портрету идеальной девушки... и безоглядно наслаждается этой недоступной ей раньше свободой. Когда её принимают такой, какая она есть. Когда она нравится мужчине такой, какая она есть. «Я сильно привык к тебе. С тобой так хорошо, что это даже пугает. Но больше всего меня пугает возможность потерять тебя, хотя я знаю, что однажды нам придётся расстаться. Я не хочу даже думать об этом». Сонми не знает, что на это ответить. Она благодарит Тэ Пёна улыбкой. Она не влюблена в него. В те дни, когда Тэ Пён не звонит или не приезжает, её душа остаётся спокойной и безмятежной. Сонми не чувствует болезненной зависимости от его присутствия или внимания. Но когда он рядом, ей с ним очень хорошо. А Тэ Пён терпеливо ждёт, целует ей пальцы и кормит фруктами с рук. Улыбается редко, но почти всегда – ей. Он долго не целует её. Сонми не позволяет к себе приблизиться слишком быстро, но мужчину это, кажется, совершенно не волнует. Он даёт Сонми столько времени, сколько ей нужно, чтобы привыкнуть к нему, довериться и разрешить подойти ближе. Он терпелив, и это окупается сторицей. Проходит время, и он целует её лицо – с такой нежностью и бережностью, словно губами касается хрупких лепестков. «Никогда не думал, что буду счастлив от одного того, что девушка позволяет мне целовать её губы. Я уже забыл, что такое бывает. Драгоценная, ты возвращаешь меня в юность». А когда Сонми, много позже, забывшись, машинально отвечает на очередной поцелуй Тэ Пёна, у мужчины так дрожат руки, что приходится припарковать машину на обочине. Он сидит молча и ещё долго целует её запястья, пока она, смеясь и краснея, объясняет, что это вышло случайно, что это еще ничего не значит, что она ещё не готова отвечать на его поцелуи постоянно. Правда, проходит время, и она отвечает, охотно, с нежностью. Тэ Пён тоже хорошо целуется. Сонми везёт на таких мужчин. Ким Тэ Пён учит её главному – принимать нежность, восхищение, желание, не считая, кто кому сколько должен. Он учит её выражать свои желания и хотения – словами, телом, взглядами. Нежелания – тоже. Сонми знает, что у этих отношений не будет логического конца – о том, что после развода у него нет намерения жениться на ком-либо ещё, Тэ Пён сообщает в самом начале – намного раньше, чем девушка решает что-либо для себя, но, как ни странно, её это успокаивает. Она хочет серьёзных отношений, но не прямо сейчас и не с ним – однозначно. Однако иногда Сонми ловит себя на том, что скучает по нему. В другой раз она молча смотрит на телефон, мысленно уговаривая, чтобы раздался звонок от Тэ Пёна. Она улыбается, покупая маленький флакон туалетной воды, которой он пользуется – Сонми открывает его, когда хочется почувствовать присутствие Тэ Пёна рядом. Ей очень нравится этот запах, мужественный и неуловимо возбуждающий. Наблюдая за ней, Тайхи смеется: «Наша детка влюбилась!» Сонми краснеет, бурчит что-то смущённое в ответ, смеётся тоже. Но ничего не отрицает. … Наступает август. Восемнадцатого Сонми целый день не находит себе места – всё не может решить, поздравлять ей Квона Джиёна с днём рождения или нет. Она наизусть, без лишних напоминаний помнит о его празднике, но прошёл почти год, как они не общались, и, учитывая, как они расстались, девушка не знает, стоит ли напоминать ему о своем существовании. – Что случилось? – спрашивает Тэ Пён, заметивший её рассеянность и неуловимую нервозность во время ужина. – У давнего друга сегодня день рождения, а я всё не могу решить, поздравлять его или нет, – признаётся Сонми с лёгкой извиняющейся улыбкой. – А в чём проблема? – тёплый тон сообщает о полном внимании и готовности помочь. – Мы очень давно не общались, – объясняет девушка, машинально разглаживая салфетку кончиками пальцев и не отрывая от неё глаз. – Мне кажется, это будет неуместно. – Почему? – не понимает Тэ Пён. – Если вы хорошо ладили до этого, я уверен, он будет рад тебя слышать. Лично я бы обрадовался, – он улыбается. – Даже если бы ты позвонила мне через год молчания. Сонми тихо смеётся и гладит его по руке, выражая свою признательность. – Мы с ним расстались не очень красиво. Я его обидела, очень сильно, хоть и нечаянно, по глупости, – делится она. Голос звучит спокойно, на губах лёгкая улыбка, но глаза так и не поднимаются от салфетки. – Ты не пробовала поговорить с ним после этого? Объяснить, что ты не хотела его обидеть, например. – Нет, – качает головой Сонми и улыбается. Чуть сожалеюще. – Почему? Ей нравится привычка Тэ Пёна задавать наводящие вопросы так, что в ходе разговора она сама приходит к выводам, до которых сама бы ни за что не додумалась. Он учит её думать самостоятельно, ненавязчиво, последовательно, терпеливо. Сказывается опыт тренера-педагога. – Сначала не знала, что ему сказать, а потом… показалось глупым поднимать вопрос такой давности, – подумав, Сонми признаётся: – Наверное, я просто боялась, что он меня так и не простил. Он ведь тоже ни разу не попытался поговорить со мной. – То есть, вместо того чтобы узнать, есть ли у вас хотя бы какой-то шанс сохранить добрые отношения, ты самостоятельно решила, что нет, и, даже не попытавшись, выбросила важного для тебя человека из жизни. Но выбросила не до конца, иначе не терзалась бы сомнениями, поздравлять его или нет. Я ничего не упустил? – Тэ Пён подводит итог с такой непринуждённостью, что вызывает смех у Сонми. Сжатая до двух предложений история целого года её жизни без Джиёна звучит нелепо. – И что дальше? – устроив подбородок на сцепленные руки, Тэ Пён олицетворяет предельно вдумчивое внимание. – И что дальше? – Сонми озорно копирует его позу и интонации и ждёт ответа. Тэ Пён улыбается. – Сама подумать не хочешь, любительница готовых ответов? – Я целый год думала, – чуть язвительно щурит глаза девушка и небрежным взмахом пальцев показывает безуспешность своих попыток. – Значит, ещё не предел, раз до сих пор не определилась. А если серьёзно… – взгляд мужчины серьезнеет, из него исчезают следы шутливости. Сонми любит наблюдать за этой метаморфозой, знает, что сейчас услышит что-то ценное. – Милая, в жизни не так много людей, за которых действительно стоит бороться. Но. Раскидываться дорогими тебе людьми и отношениями глупо – встретить их не так просто. Будь я на твоём месте – просто в качестве примера – я бы использовал этот повод, очень неплохой повод, заметь, чтобы помириться с человеком, который мне дорог. Кому-то нужно сделать первый шаг. Это непросто, но необходимо. А если окажется, что человек уже давно о тебе не вспоминает – тоже неплохо. По крайней мере, в следующем году уже не нужно изводить себя по поводу, поздравлять его или нет. Кроме того, сразу станет ясно, чего стоили эти отношения, и кому они были дороги. Всего один шаг, а пользы вон сколько, – в тёмных глазах зажигаются знакомые огоньки, и Тэ Пён беззаботно принимается за еду, давая понять, что «лекция» окончена. – Это лишь моё мнение, милая, решать всё равно только тебе. Ты умная девочка, разберёшься. Сонми ещё долго раздумывает над его словами, ворочаясь без сна. Само по себе поздравление – мелочь, его можно отправить из простой вежливости, но ей не хочется, чтобы Джиён воспринял это именно так. После долгих колебаний она решает не омрачать праздник дорогого человека неуместными нежелательными ассоциациями (мало ли) и ничего не пишет. Для первого шага она подберёт другой повод. Тэ Пён прав – этот вопрос давно требует ясности. … А на следующий день её будит сообщение, исполненное притворного негодования: «Ким Сонми, неужели ты правда забыла о моем дне рождения?! Я вчера целый день прождал, думал, у тебя достаточно совести, чтобы поздравить сонбэ. Оказалось, совести у тебя нет :-Р Нехорошо. Значит, так: в Сеуле я буду свободен в конце сентября, сходим куда-нибудь. Тебя нужно срочно перевоспитывать. Пивом. Чтобы ты вспомнила своего старого доброго сонбэ и больше не забывала. GD». Сонми не верит своим глазам, когда перечитывает сообщение с короткой подписью. Джиён? Написал? Ей? Может быть, это сон? Она ведь столько думала о нём вчера, немудрено, если… Короткий щипок за ногу и острая боль от возмущенной жестоким обращением конечности убеждают Сонми в том, что она не грезит. А значит… Джиён. Написал. Ей. Он подумал о ней. Он её помнит. Он не держит на неё зла. Она столько времени пряталась от всего, что с ним связано, столько бежала непонятно от чего, а он взял и позвал вернуться. С его всегдашней очаровательной непосредственностью. Сонми не замечает, как расплывается в широченной счастливой улыбке. «Кому-то нужно сделать первый шаг. Это непросто, но необходимо… – всплывают в голове слова Тэ Пёна, и девушке хочется взвизгнуть от радости. – …сразу станет ясно, чего стоили эти отношения, и кому они были дороги». Квон Джиён оказался мудрее и сильнее – он первым протянул ей руку. Снова. Некоторые вещи со временем не меняются. Великодушие и беззаботность довольного жизнью человека чувствуются в каждой строчке сообщения Джи Ди. Сонми не интересует, почему он столько времени молчал, почему вдруг решил написать, почему ведёт себя как ни в чем не бывало. С Джиёном всегда всё просто: он написал – она счастлива. Всё остальное – детали. «Прости, сонбэ. Я не забыла. С прошедшим днём рождения тебя! Встретиться – отличная идея :) Буду ждать». Её слова сдержанны от смущения, но душа переливается радугой. Она бы обняла Джиёна, если бы он был рядом. Чёрт, да она на радостях, наверное, задушила бы его в объятиях! Нечаянно. Сонми прыскает со смеху, представив эту картину. Пожалуй, всё же хорошо, что сонбэ здесь нет сейчас. Ей нужно как-то уместить в себе это захлёстывающее душу ликование – они могут снова общаться! Двойное «сонбэ» в сообщении – не случайность и не намёк. Это предложение Джиёна. Сонми согласна. Она на всё согласна, лишь бы у неё снова была возможность хотя бы изредка пересекаться с ним. Хотя бы просто переписываться. Хотя бы раз в столетие. Пусть он только будет. Она больше не хочет его терять. Но в конце сентября они не встречаются. Из-за выступлений и съёмок нового клипа Джиён задерживается в Лос-Анджелесе, а когда он возвращается в Корею, Сонми уже улетает в Японию. … Одним осенним вечером Тэ Пён привозит Сонми к себе домой, и там оказывается всё готово для романтического ужина: высокие свечи, тяжёлая вишнёвая скатерть, прозрачные фужеры рядом с бутылкой вина, фрукты. Сонми сразу всё понимает. Она помогает накрыть на стол, и пока разогревается заранее приготовленный Тэ Пёном ужин, с интересом рассматривает многочисленные награды и сувениры, выстроившиеся на полках. Она была у Тэ Пёна уже пару раз, но сегодняшний вечер особенный. Сонми это чувствует. Они не торопятся. Поздний ужин плавно перетекает в задушевную беседу. Сонми отказывается от вина, и Тэ Пён с улыбкой, говорящей, что он это предусмотрел, наливает ей чай и достаёт из холодильника её любимые пирожные. От вида сладкого Сонми радуется, как ребёнок. В какой-то момент и пирожные, и разговор перестают иметь значение – Тэ Пён смотрит на Сонми красноречивым взглядом и читает в её глазах согласие. Разрешение. – Ты доела? Пойдём? – и получив в ответ кивок и улыбку, он берёт Сонми за руку и ведёт её в спальню. Она волнуется, но прикосновения Тэ Пёна, уверенные и неторопливые, успокаивают её и внушают доверие. Его поцелуи возбуждают и дразнят. Тэ Пён не причинит ей боли. Он внимателен и нежен. Он хочет подарить ей удовольствие и явно знает, как это сделать. Ей не страшно. Сняв с него рубашку, Сонми скользит ладонями по его телу – гладкая горячая кожа, выпуклые мышцы груди, крепкий живот. Перед ней – взрослый мужчина, не мальчик, и ей любопытно всё, до чего можно дотянуться. Её не останавливают ни стыд, ни смущение, этот мужчина ей нравится. Он волнует её. Сонми трогает его, чуть сжав нижнюю губу зубами, и Тэ Пён с глухим полустоном-полурыком вжимается в её тело всем собой. Сладко. От возбуждения кружится голова. Она не прячется от его губ, рук, взглядов. Он не торопится, раздевает её медленно, покрывая поцелуями и неразборчиво шепча воспламеняющие кровь признания. Когда Тэ Пён добирается до её юбки, Сонми спотыкается и прислушивается к себе. Понимание приходит неожиданно – она возбуждена и полна желания, но не к нему, а вообще. Это физиологический голод молодого тела, давно обходившегося без близости, а не сумасводящее желание к именно этому мужчине. Она представляет, как он войдет в неё через считанные минуты, и понимает – нет, она этого не хочет. Заниматься с ним сексом не хочет, а для занятия любовью в ней не хватает любви. Постель помогает Сонми определиться со своими чувствами. Да, она увлечена Тэ Пёном, очарована даже и вполне ему доверяет. Но не любит. А спать с ним лишь потому, что телу хочется сладкой мужской тяжести... Сонми прислушивается к себе снова. Нет, просто секса она не хочет. Он ни к чему не приведёт. В этих отношениях – нет. Тэ Пён не вызывает в ней ни оглушающей нежности, ни ослепляющей страсти. Интерес, благодарность, приятное волнение – да, но их недостаточно. Сонми не боится и не отпихивается – она в кои-то веки слушает свои желания. И сообщает о них, как Тэ Пён и учил её всё это время: она обнимает его лицо ладонями, ловит его затуманенный взгляд и, дождавшись, пока мужчина сфокусируется на ней, молча, но выразительно качает головой. «Нет». «Остановись». «Я не хочу». Может быть, она слишком привередлива и сама не знает, какой мужчина в итоге ей нужен, но принятое решение ценить свои чувства и не предавать собственные душевные порывы придают Сонми сил. Она верит, что когда встретит «своего» мужчину, обязательно его узнает. Размениваться на заведомо обречённые отношения она не хочет. – Если ты изначально не собиралась со мной спать, не стоило так возбуждать меня. Останавливаться на таком этапе довольно болезненно, – спокойно, без тени злобы или упрёка, говорит Тэ Пён, садясь на край кровати. Он не злится, он сообщает ей факты, сдержанно и терпеливо, словно объясняя урок непонятливому ребёнку. Его железное самообладание и хладнокровие с самого начала поражали и восхищали Сонми. Тэ Пён взрослый и прекрасно ориентируется в мире отношений мужчин и женщин. Он выше мелочных обид и упрёков. – Прости. Я не собиралась издеваться и останавливать тебя на полпути. Правда. Я думала, что тоже хочу этого, – как можно искреннее объясняет свои чувства Сонми, – но, судя по всему, ошиблась. Ты злишься на меня? – она заглядывает ему в глаза, но злости там нет. – Нет. – Ты разочарован? – продолжает она допытываться, не в силах расшифровать выражение лица Тэ Пёна. – Нет. – А что тогда? – Сонми, всё в порядке. Я рад, что ты способна разобраться в том, чего хочешь, а чего нет. У тебя есть право отказаться, так что не надо делать виноватое лицо. Было бы, конечно, лучше, если бы ты сообщила мне раньше, но ничего страшного. Не хочешь – так не хочешь, заставлять тебя или упрашивать я не собираюсь, – он встает с кровати и, подняв с пола свою рубашку, не торопясь надевает её. – Если хочешь, можем это обсудить. Хотя, – он внимательно вглядывается в лицо девушки, – мне кажется, обсуждать тут нечего. Ты уже всё для себя решила. Я прав? – Думаю, да, – тихо, но твёрдо признаёт Сонми. Она благодарна Тэ Пёну за то, что он понял её без лишних слов и избавил от ненужных объяснений. И в то же время от его проницательности ей немного не по себе. – Отвезти тебя домой? – спрашивает Тэ Пён, уже полностью одетый и собранный. Будто ничего и не было. – Да, пожалуйста. Всё-таки она не может заставить себя спать с тем, кого не любит. Не хочет. Не собирается. … – Дальше ты сама разберешься, – говорит он ей на прощание, провожая до подъезда. Будто подводит итоги. – Ты умная девочка. У любого другого эти слова прозвучали бы холодно и обиженно, раня Сонми и вызывая грызущее чувство вины. Но не у него. Тэ Пён всего лишь сообщает о том, что видит в ней достаточно сил и ума, чтобы она справилась сама, не полагаясь ни на кого – и на него в том числе. Там, где у других прозвучало бы «ты сама во всём виновата», у него звучит «я в тебя верю. Ты готова к самостоятельной жизни». Тэ Пён показал ей, насколько она может быть дорога и привлекательна для мужчины. Он научил её многому важному и прежде всего – возможности любить и уважать в себе женщину. Он подарил ей уверенность в собственной ценности и показал, что «хочу» – это не страшно. Это естественное продолжение отношений между мужчиной и женщиной. И когда она встретит того, кто ей нужен, всё окажется легко и просто. Сонми рада, что встретила его. Конечно, она привязалась к Тэ Пёну, и ей будет очень не хватать его, но они оба понимают, что их отношения себя исчерпали. Его миссия как учителя выполнена. Они расстаются на доброй ноте, и Тэ Пён говорит, что не забудет о ней, потому что она удивительная. «Если захочешь со мной встретиться, просто позвони, я приеду. Даже через год». Они прощаются с улыбкой, по-дружески, без надрыва и слёз. Так, словно в будущем их ждёт ещё много встреч. Тэ Пён приезжает ещё раза два. Когда в телефоне перестают появляться его звонки, Сонми даже не удивляется. У отношений со взрослыми мужчинами свои правила. Просто очередная учебная задачка. Больно и грустно немного, но не смертельно. В следующий раз, с учётом опыта, она справится лучше.