Не?любовный треугольник

Time will tell us when to start over again /Время подскажет нам, когда начать заново/ Alex Band. “Start Over Again”

… «С Днем варенья, солнц ^_~. Успехов и счастья. Оставайся такой же весёлой, очаровательной и прекрасной, какой я тебя знаю. Как справляешь?» В строке «Отправитель» красуется «GD», и Сонми, получив это сообщение с утра пораньше, улыбается. День обещает быть чудесным. Она не знает, в Сеуле ли Джиён сейчас. В последнее время – а впрочем, не всегда ли? – он очень занят: работает над сольным альбомом, мотается на выставки в Европе, встречается с друзьями на другом конце света – его носит по миру, как оторванный листок. В её жизни Джиён появляется метеором из ниоткуда. Не сообщая о своих отъездах, не предупреждая о возвращениях, он мелькает в её днях набегами, случайными приездами, неожиданными приглашениями выбраться куда-нибудь вдвоём. Его никогда нет рядом по-настоящему. День рождения – один из любимых праздников Сонми. Несмотря на пасмурное небо и пять утра на будильнике, она вскакивает с постели с широкой улыбкой. Традиционный миёккук* и аккуратный нарядный тортик со свечками уже ждут её, когда она заходит на кухню. Небольшие подарки и сердечные поздравления от Ючжин с Тайхи, звонки от родных и близких, открытки с тёплыми пожеланиями от друзей, сообщение от Джиёна и пришедшее за ним через несколько минут поздравление от Сынхёна украшают в остальном обычный рабочий день и поднимают настроение именинницы до небес. На вечер Сонми планирует поход в кино с девчонками – как раз вышла любовная мелодрама, которую она ждала с начала года. Ючжин смеётся, нарочно долго раздумывает и в итоге даёт добро, а значит, попкорн с колой, сладкий картофель и остроумные комментарии по ходу фильма им троим обеспечены (и никто, кроме весов-предателей, не расскажет их тренеру об этом маленьком преступлении). Определившись с «праздничной программой», Сонми пишет Джиёну, что они с девочками идут на последний сеанс в кино. Он не отвечает. Это нормально. Теперь они, бывает, обмениваются сообщениями с разрывом в часы, а то и сутки. Сонми не обращает на это внимания. Долгий год без единого сообщения от Джи Ди научил её терпению и благодарности за одно его присутствие в её жизни. Тем более, порой и Джиёну приходится ждать её ответов часами – как сегодня. Это нормально. Когда им хочется услышать друг друга поскорее, они просто звонят. Уже поздно вечером, когда Сонми прихорашивается перед зеркалом, дожидаясь, пока соберётся Тайхи, её телефон расцветает новым сообщением: «Солнц, спускайся, я внизу. Отвезу вас в киношку». Сонми смотрит на своё отражение и видит ямочки на щеках от широкой улыбки. Да, это Джиён. Мастер устраивать сюрпризы. Значит, он всё-таки в Сеуле. Крикнув онни, чтобы выходили быстрее, Сонми за считанные секунды слетает вниз по лестнице и рушится в широко распахнутые объятия смеющегося Джиёна, чуть не впечатывая его в полированный бок роскошного Роллс Ройса. Когда парень крепко обнимает её и шепчет на ухо: «С днём рождения, солнц», Сонми чувствует, как у неё щиплет глаза. От счастья. Отстранившись, она легонько пихает Джи Ди в плечо и, шмыгнув носом, ворчит: – У меня из-за тебя подводка потечёт. Он понимающе улыбается и обнимает её за плечи. Бесконечно тепло. – Это мелочи, солнц, это всё мелочи, – а потом отпускает Сонми и ныряет в салон за чем-то на заднем сиденье. – Держи, именинница, это тебе, – он протягивает ей небольшой изящный букет из белоснежных роз с вкраплениями нежно-розовых анемонов и тонких колосков-метёлочек лаванды и рассыпающую в свете фонарей радужные искры подвеску для телефона из прозрачных камней в завитках жёлтого металла-пламени. Феникс. Джиён улыбается: – Орлов я тебе дарить больше не буду, тебя теперь и так не поймаешь, а вот феникс тебе очень подходит. Пусть приносит тебе счастье. – Спасибо, сонбэ. Какой же он красивый… – растроганно шепчет Сонми, чувствуя, что никакая сила не удержит её макияж на месте, если Джиён продолжит в том же духе. Быть ей пандой в свой день рождения. Она слышит его усмешку и улыбается тоже, поднимая на него сияющий взгляд. – Поможешь прицепить его? – она протягивает Джиёну подаренную вещицу и свой телефон. – Пожалуйста, – улыбается обезоруживающе. – Я уже не хочу с ним расставаться. Тот хохочет. – Вот козявка! Сначала заставила меня ломать голову над подарком и мотаться за ним по городу, а теперь я его ещё и вдевай. – Только ты знаешь, как правильно обращаться с этой красотой, – подлизывается Сонми, с затаённой улыбкой наблюдая, как лидер «Big Bang», шипя короткие проклятья в адрес производителей телефонов и дизайнеров шнурков для подвесок, сражается с неподатливым аксессуаром. – Ты поменял машину? – любопытствует она, отвлекая внимание Джи Ди от призывания небесных кар на чужие головы. – Где твой резвокрылый белый друг? Продал, чтобы купить мне подарок? Джиён весело фыркает, и Сонми хихикает, довольная тем, что шутка удалась. В последнее время она часто дразнит Джиёна в личных беседах и по телефону, лишь бы услышать, как он смеётся. Никак не может наслушаться музыкой его смеха. Как бы приторно это ни звучало. – Дома резвокрылый друг, не беспокойся. Я тебя ещё на нём покатаю, – обещает Джи Ди, и в глазах девушки загораются огоньки предвкушения. Он уже несколько раз катал её, и от скорости, что развивал итальянский суперкар, у Сонми захватывало дух. – А этого я взял на вечер. Твоим онни не хватило бы места в моём Ламборгини. Когда-нибудь Сонми найдёт ответ на вопрос, почему даже от самых простых слов Джиёна ей порой хочется плакать. Он умеет заботиться. Это проявляется даже в таких мелочах: выкроить время и не просто приехать отвезти её в кино, но и подумать о её лучших подругах, позаботиться о том, чтобы им тоже было удобно. Ючжин и Тайхи, заметившие Джи-Дрэгона рядом с их счастливо улыбающейся макнэ, тактично прячутся в подъезде, пока Сонми, обеспокоенная их отсутствием, не начинает их вызванивать. Они покидают своё укрытие, многозначительно переглядываясь, а перед тем как сесть в машину, хитро улыбаются и подмигивают Сонми, вызывая у девчонки весёлый заливистый смех. Она счастлива. Очень-очень счастлива. Джиён довозит девушек до кинотеатра и, извинившись, признаётся, что у него ещё дела, поэтому он не сможет составить им компанию. Дождавшись, пока Ючжин с Тайхи выйдут из машины, он задерживает Сонми, прикоснувшись к её пальцам и, быстро поцеловав её в щёку, поздравляет с днём рождения ещё раз. – Будь счастлива, солнц. Это главное. Сонми улыбается добрую половину сеанса, пряча лицо в душистом нежном ворохе цветов и вместо просмотра фильма думая о Квоне Джиёне. Уникальный человек. Всё-таки она была права: не любить его невозможно. … Ворвавшись-вернувшись в её жизнь в один зимний полдень, Джиён обосновался там так, как будто никуда не уходил. Вернулись звонки, общение по чату, редкие, но весёлые и всегда желанные встречи-посиделки-разговоры. Сонми до сих пор иногда кажется, что это лишь дивный сон, который начался с одного простого «Привет. Это Джиён. У тебя есть минутка?». … – Привет. Это Джиён. У тебя есть минутка? – произносит долгожданный знакомый голос в трубке с лёгким, будто бы неловким смешком. Сонми слушает его, закрыв глаза, и не может перестать улыбаться. Она не считает, сколько времени прошло. И так знает – много. Она не удивляется его звонку, только радуется очень. Мечтая об этом звонке целый год, Сонми боялась, что от волнения растеряется, лишится дара речи или наоборот начнёт нести чушь, но взметнувшаяся в душе радость подсказывает верные слова: – Здравствуй, сонбэ. Очень рада тебя слышать, – и улыбка в её голосе резвится счастливой золотой рыбкой. – Ты свободна завтра вечером? – сразу переходит к делу Джи Ди. – Давай поужинаем? – Прямо завтра??? – скорость, с которой он возвращается в её жизнь, обезоруживает. – А что? Ты занята? – Не больше, чем обычно, просто... – Хочешь ещё от меня побегать? – понимающе усмехается Джиён, шумно выдыхая в трубку. – Я от тебя не бегаю! – чуть возмущённо смеётся Сонми. Это нечестно. Можно подумать, она единственная, кто молчал столько времени. – Вот и не бегай, – весело соглашается Дракон. – Всё равно бесполезно. Действительно – бесполезно. В назначенный день Сонми опаздывает на встречу, и звонок застаёт её в полуквартале от знакомого кафе-бара. – Солнц, я понимаю, что девушке положено опаздывать, но где ты? – чуть насмешливо интересуется трубка голосом Джиёна. – С тобой всё в порядке? – Я, да, я уже бегу, сонбэ, прости, – задыхаясь от быстрого шага, она торопится успокоить его. – Я уже близко, сейчас буду. – Не беги, на улице скользко, – спокойный уверенный тон позволяет сбавить шаг и перевести дыхание. – Я тебя жду, так что не торопись. Осторожнее на дороге. Джиёна Сонми замечает, когда тот поднимается ей навстречу. Она узнаёт его по улыбке, и в груди тёплым пушистым котёнком сворачивается нежность. – Солнц, – недоверчиво-восхищённо выдыхает Джи Ди, проводя руками в воздухе сверху вниз, словно говоря «вы только посмотрите на эту красоту». – Здравствуй, сонбэ, – Сонми занимает место напротив и улыбается чуть вопросительно, заметив, что «сонбэ» застыл у края стола, как изваяние. – Ты только увидел меня, и уже хочешь сбежать под каким-нибудь предлогом? – когда она нервничает, её чувство юмора принимает весьма своеобразные формы. Однако эта нелепая фраза неожиданно удачно разбивает скованность и неловкость момента и задаёт непринуждённый тон всему вечеру. Рассмеявшись, Джиён мотает головой и усаживается на место. Сонми с удовольствием замечает, как от звука его смеха в груди рождается знакомый трепет. – Я просто не ожидал. Как же ты похорошела… – восхищённый карий взгляд не отрывается от неё, разглядывает изумлённо и радостно. – Дивно выглядишь, солнц. Ты всегда была красавицей, но сейчас… От тебя просто глаз не отвести. Что он и делает. Его слова отзываются волнующим теплом и щекочущим под рёбрами счастьем. Убрать с лица улыбку, яркую, радостную, глупую, Сонми не удаётся Может быть, нужно было всячески демонстрировать обиду и уязвленное самолюбие в отместку за то, что Джиён не вспоминал о ней целый год, а потом появился как ни в чём не бывало. Может быть, нужно было требовать от него объяснений, оправданий и возмещения морального ущерба. Может быть, нужно было оставаться холодной, колючей и неприступной, пока он не вымолит прощения на коленях. Сонми смешат одни мысли об этом. Она не собирается ничего от него требовать и ничего ему предъявлять. Возможно, ей любопытно, что произошло, где Джиён был и чем занимался целый год, но, научившись уважать свои чувства, Сонми осознала и ценность чужих. Она не будет лезть ему в душу. Захочет сонбэ, сам расскажет, не захочет – значит, её это не касается. Квон Джиён не из тех, кого можно заставить. Он позвонил – она рада. Они увиделись – она счастлива. Этого достаточно. … Сонми привыкла видеть Джи Ди красивым, стильным, всё знающим и везде успевающим. Сильным и цельным, без единой трещинки-слабости. Этаким парнем-мечтой, супергероем из девичьих фантазий. А сейчас она видит усталые морщинки, которых стало чуть больше, залегшие под глазами тёмные круги, видит обычную повседневную одежду (можно только догадываться, чего Квону Джиёну, иконе стиля и признанному моднику, стоило решение одеться «как все», чтобы стать как можно более незаметным) и светлую улыбку и думает, что супергерои – в общем-то, тоже люди. Замечательные, чудесные люди, в чём-то превосходящие средних обитателей Земли, а в чём-то, возможно, гораздо более уязвимые и хрупкие и требующие заботы и бережного обращения, чем самый обычный средний смертный. Дракон, сидящий перед ней, лишённый своего природного свэга, пафоса и сцены, один из них. Он явно вымотан, и хороший полноценный отдых для него, судя по виду, сейчас не роскошь, а первостепенная необходимость, а он разыскивает её, устраивает эту встречу и тратит на это свой, может быть, единственный более-менее свободный вечер. Милый упрямец. Сонми не знает, откуда взялись эти мысли, почему и когда в её глазах с Джи-Дрэгона слетела аура богоподобного, но... ей нравится. Нравится, что он перестал быть тем идеалом, к которому она не могла приблизиться и которого была недостойна. Нравится, что он стал молодым привлекательным мужчиной, который ждал встречи с ней. Всё и правда изменилось. Она изменилась. … – Ну, рассказывай, как ты без нас жила-была. Втиснуть в одно предложение всё, что произошло за столь долгое время, кажется Сонми невозможным, поэтому она ограничивается ответом, который подходит больше всего: – Хорошо, сонбэ. – «Хорошо, сонбэ», – передразнивает её Джиён и смеётся. – По тебе видно, что хорошо. Вот так и бывает: дают тебе хубэ на воспитание, ты их учишь, привязываешься к ним, переживаешь за них, а они потом уходят и думать о тебе забывают. Могла хотя бы сделать вид, что тебе нас не хватало, – он вдруг хлопает себя по губам и смотрит на Сонми с весёлым ужасом. – Чёрт, я как старая квочка, которую бросили повзрослевшие дети! Они оба хохочут. – Тебе идёт, сонбэ, – дразнит Сонми сквозь смех и признаётся уже искренне: – А мне и правда вас не хватало. Я очень скучала. Джиён улыбается, хитро глядя на неё из-под длинной чёлки. – Я тоже, солнц. Уж-ж-жасно. Давай после ужина погуляем? У тебя есть время? Ему явно не хочется расставаться с ней. Даже дураку ясно. … Пока Сонми пьёт свой кофе, Джиён смотрит на её губы. Девушка чувствует, как изнутри её заливает жаркая волна, но старается улыбаться непринуждённо. – Что случилось, сонбэ? – У тебя тут… – он показывает на свои губы кончиком пальца, – сливки. Облизывается. – О, – улыбается Сонми и берёт салфетку, – спасибо. Она вытирает губы и замечает неуловимо разочарованный взгляд Джи Ди. – Что? – смеётся-дразнится: – Надо было не так? Джиён прищуривается, явно готовясь сказать что-то едкое, но в итоге лишь усмехается: – В другой раз. Человек-загадка. Это что, предложение? Угроза? Обещание? Внутри порхает-щекочется стайка бабочек. Джи Ди весь вечер флиртует с ней, вполне откровенно и недвусмысленно, и Сонми не может понять, всерьёз он или нет. Этот Джиён гораздо более игривый, чем тот, из прошлого, но, возможно, теперь он такой, и дело вовсе не в ней. Однако его забота по-прежнему остаётся настоящей. Сонми это чувствует. … – Кстати. Я весь вечер слушаю твоё «сонбэ». Ты так не хочешь иметь со мной ничего общего, что теперь вообще не собираешься звать меня по имени? – вопрос звучит шутливо, но карие глаза смотрят остро и внимательно. Вопрос задан явно не из праздного любопытства. Впервые за весь вечер Сонми смущается и опускает глаза. – Я думала, ты сам этого больше не хочешь, – негромко отвечает она. – Думала, ты так обижен на меня, что в жизни больше не разрешишь мне называть тебя Джиёном. – На что я должен был быть обижен? На то, что хотел тебя до безумия и не смог сдержаться, когда ты предпочла другого? Неплохое описание того, что произошло. Значит, он всё-таки решил затронуть эту тему… Сонми объяснила бы, что не было там никакого «другого», но это всё настолько далеко в прошлом, что уже не имеет никакого значения. И для Джи Ди тоже, она уверена. – Я поступил по-свински, солнц. Ты же не обязана была отвечать мне взаимностью, даже если мне этого очень хотелось. Я тогда с катушек слетел, наговорил тебе лишнего. Поздновато, конечно, сейчас об этом, но я был неправ и несправедлив, – Сонми не может отделаться от мысли, что в этот момент, когда Джиён признаётся в собственной слабости, его лицо выглядит особенно мужественным. Парадокс. – Надеюсь, ты давно забыла о моём идиотизме, – неровно улыбается он, прикусывая уголок нижней губы. Очаровательное зрелище. Длинновато для обычного «прости», но Сонми не против. – И ты меня прости, пожалуйста, – тихо, но искренне произносит она, на мгновение коснувшись его пальцев. – Я была очень жестока с тобой и вела себя эгоистично. – Не спорю, – уголок его губ приподнимается в хитрой ухмылке. – Что ж, раз мы всё выяснили… – Джиён протягивает ей руку поверх стола. – Мир? – Мир, – улыбается Сонми, крепко пожимая тёплую цепкую кисть. И одним словом они оставляют безумный год с его вопросами, терзаниями и сомнениями позади. С Джиёном до сих пор так просто. … – Ты мне только сразу скажи, – неожиданно заглядывает ей в лицо Джиён, когда они уже идут гулять, – меня снова ждёт знакомство с твоим парнем? – и, заметив полный напускной укоризны взгляд, невинно поправляется: – С другом. Всё-то он помнит… Сонми не знает, хороший это знак или нет, но в очередной раз просто дразнит его. С предельно невозмутимым выражением лица: – Если тебе так хочется, я могу это устроить. Несмотря на удержавшуюся улыбку, лицо Джи Ди омрачает едва заметная тень. Сонми прикусывает губу, скрывая рвущееся наружу хихиканье. Ей приятен этот красноречивый признак – чего бы то ни было. Джиёну не нравится мысль о том, что у неё есть парень, и в душе у Сонми поднимается безотчётное ликование. – Только тебе придётся подождать, пока я найду кого-нибудь на эту почётную роль, – непринуждённо, словно раздумывая вслух, бросает она и, прибавив шагу, уходит вперёд – позволяя Джиёну справиться с лицом во второй раз. Не может сдержать собственную, широкую лукавую улыбку. Джиён догоняет её и ловит руку за запястье, останавливая. Сжимает ровно на столько, чтобы Сонми поняла – это прикосновение не случайное, и следит за её реакцией, чуть прищурившись. – Солнц. – Да, сонбэ? – Не исчезай больше, – в голосе его есть что-то неуловимо просительное. Сонми смотрит на него удивлённо. Что значат его слова? – Тебя слишком долго не было. Это дополнение ничего не проясняет, а тёплый тон голоса Джиёна и вовсе сеет смутную надежду. Не поддаваться, не верить, не очаровываться становится всё трудней. Но разве Сынхён не говорил, что у Джи Ди есть постоянная девушка? Чужой мужчина – для Сонми табу. Она не хочет повторения истории с Таби с изменённым актёрским составом. – Я никуда не ухожу, сонбэ, – мягко улыбается она, открыто глядя в глаза Джиёну. – Ты знаешь, где меня найти. Я всегда была там. Он отпускает её руку и кивает. В его взгляде что-то мелькает, но Сонми не успевает разобрать выражения его глаз – Джиён смаргивает слишком быстро. И улыбается чуть-чуть слишком широко. – Отлично. Его отношение к ней изменилось, Сонми весь вечер отчетливо чувствует это. В словах, взглядах, прикосновениях Джи Ди проскальзывает нечто неприкрыто мужское. Внимательное. Прощупывающее почву. Джиён ни на чём не настаивает, ничего не предлагает, но и не скрывает того, что Сонми ему нравится. Он откровенно флиртует с ней, мило и ненавязчиво, но нужно обладать поистине богатым воображением, чтобы принять это за простое дружеское расположение. Сонми думает, что лучше сразу расставить все точки над «и». Один маленький вопрос, и станет легче. Она поймёт, в каком направлении двигаться. Поймёт, насколько можно верить ухаживаниям игривого Дракона. Пусть это будет некстати. Пусть самонадеянно. Пусть Джиён даже посмеётся, поняв, чем вызван её интерес. Всё пусть. Ей необходимо знать. На этот раз уже она ловит и сжимает его запястье. Карие глаза распахиваются так широко и вспыхивают такой сумасшедшей радостью, что у Сонми перехватывает дыхание. Почему он… так?.. – Сонбэ. Джиён тихо смеётся, прижимая к губам тыльную сторону свободной ладони: – Дубль два, зеркальная версия? – но руку не отнимает, смотрит внимательно и тепло. С надеждой. – Сонбэ, – повторяет Сонми, набираясь храбрости и чувствуя, как противно поджимается в животе от страха. Может быть, не стоит так торопиться с вопросом и портить этот вечер? Они ведь только встретились, они не виделись так долго… Она не хочет его терять. Джиён делает крохотный шаг ближе и, чуть наклонившись, заглядывает ей в лицо. – Солнц, – негромкий ободряющий голос, – не надо так нервничать. Говори спокойно. Сонми кидает на него короткий благодарный взгляд и, кивнув, опускает глаза. Делает вдох. И встречает сосредоточенный на ней карий взгляд решительно и прямо. Была не была. Вперёд. Это важно. – Сонбэ, у тебя же есть девушка, с которой ты встречаешься, – и голос её звучит полувопросительно-полуутвердительно. Сонми сама не уверена, спросить она хочет или напомнить. Она выпускает руку Джи Ди, но не сводит с него широко распахнутых глаз. Не хочет ничего пропустить. – Как ты узнала? Наш сплетник макнэ поделился? – Джиён даже не пытается сделать вид, что не понял, к чему её вопрос. – Да нет, я сама. С недавних пор ясновидение практикую, – выдавать свой источник информации Сонми не намерена, и Джиён это тоже понимает. Подыгрывая ей, он уважительно кивает, чуть поджав губу, а потом наклоняется к её уху и заговорщическим полушёпотом сообщает: – Солнц, тебе явно стоит попрактиковаться ещё. Твои прогнозы опаздывают на несколько месяцев. Я давно уже холостой, – он опаляет её красноречивым взглядом и выпрямляется. – Вот так-то. Сонми неловко трёт лоб, очевидно смущённая и поднятой темой, и тем, как повернулся разговор. Ясновидение ей бы и вправду пригодилось – чтобы избежать именно таких моментов. Внимательно наблюдающий за ней Джиён замечает её растерянность и, сжалившись, растягивает губы в намёке на улыбку. – Расслабься, солнц. Все живы. Мы расстались без драм и трагедий, так что всё нормально. – Но… – Ты правда хочешь поговорить об этом? – с лёгким нажимом уточняет Джиён, и Сонми энергично мотает головой: – Нет. – Я тоже. Он не отрицает и не отнекивается. Не скрывает и не юлит. Он отвечает на её вопрос. Оригинально, как и всё, что он делает. … Вечер неминуемо подходит к концу. Приходит пора прощаться. Придерживая дверь такси, Джиён стоит рядом с Сонми, близко-близко. Он коротко касается взглядом её губ, и у неё сердце уходит в пятки. Колотится-трепещет заметавшимся колибри. Неужели он собирается?.. Прямо сейчас? На первой же встрече??? Сонми, кажется, дышит через раз, но запах Джиёна всё равно дурманит и кружит голову. Как же не хочется расставаться… – Позвони, как доедешь. Чтобы я не волновался, – напутствует Джиён, отступая в сторону, и, дождавшись, пока она сядет в такси, осторожно закрывает пассажирскую дверцу. Сонми мысленно смеётся над собой и своим разыгравшимся воображением. Размечталась, фантазёрка. Через полчаса, не дождавшись её звонка, Джиён звонит ей сам. – Солнц, у тебя всё в порядке? Ты доехала? Сонми улыбается его заботе, вспоминая, как однажды он «провожал» её разговором по телефону до самого дома. Интересно, помнит ли он об этом?.. Интересно, догадывается ли он, как ей не хотелось уезжать сегодня? – Ещё нет, сонбэ. Но минут через пять буду дома, мы уже подъезжаем, так что спа… Он её не дослушивает, командует с притворной строгостью: – Всё равно позвони. Через пять минут жду. И отключается. Забавный. Заботливый. Чудесный. Через пять минут Сонми послушно набирает его номер. Смеётся в трубку: – По-моему, это странно, но ладно. Вот теперь я доехала, сонбэ, всё хорошо. Спасибо тебе за приятный вечер. Я была очень рада видеть тебя. – Опять «сонбэ», – ворчит Джиён, но в его голосе слышится улыбка. – Что с твоей памятью, солнц? Это же так просто: Джи-ён. На сегодня я тебя прощаю, но до следующего раза потренируйся, – он молчит несколько мгновений, а потом произносит, чуть понизив голос: – Я рад, что ты пришла. Доброй ночи, солнц. Спи сладко. Их первая встреча могла бы стать дружеской, лишней, прощальной, однако… Она оказалась слишком похожей на свидание. ----------------------------- * Миёккук – «именинный» суп из морской капусты.