Брошенный монстр

      Мягкий, жёлто-оранжевый свет пробивается сквозь прикрытые веки, заставляя лежащего на постели парня вздрогнуть и приоткрыть глаза.       — Незнакомый потолок... — тихо отвечает он бежевой потолочной плитке, смотревшей на него откуда-то сверху. Голос показался ему незнакомым - мягкий, лишённый привычного хрипа, напоминавшего шуршание песка. Коротко кашлянув, он переводит взгляд вниз, наблюдая больничную койку, тонкое белое покрывало и свои собственные руки, лежащие поверх него. Худые и длинные, напоминающие паучьи лапы, с ярко выраженными и венами и тонкой, посеревшей от долгого заточения кожей. Из левого предплечья куда-то вверх уходила трубка капельницы, а на правом запястье расположилось небольшое устройство, напоминавшее смарт-часы. На прямоугольном экранчике, раз в пару секунд изменяясь, мерцали значения пульса, давления и сатурации крови.       Кажется, это больница. По описанию вроде подходит. Он жмурится, пытаясь вспомнить последние события, но чем сильнее он силился вспомнить, тем более густая пелена тумана застилала его голову. Бросив затею вспомнить подробности, он решает осмотреть место, где находится — перед его взглядом медленно проплывает окно, прикрытое полупрозрачными жалюзи, сквозь которые и пробивался разбудивший пациента свет, шкаф с бумагами, выкрашенная под дерево дверь в палату, небольшой стол с записями, мужчина, читающий книгу, стойка с капельницей... Стоп. Мужчина?       — Доброе утро, — приветствует проснувшегося незнакомый посетитель, откладывая в сторону книгу, — Нет-нет-нет, не вставай! Тебе нельзя двигаться. Ты ранен.       Парень в белом больничном халате, уже собиравшийся резким движением встать, останавливается, дёргающимся взглядом рассматривая странного посетителя, что жестом показывал, что лучше вернуться на место. Он неохотно возвращает голову на подушку, внимательно рассматривая мужчину. Перед ним сидел азиат среднего роста, узкий в плечах, одетый в чёрные узкие брюки и белую рубашку. На серьёзном лице с широким разрезом губ красовался тонкий нос, очки и проницательные чёрные глаза. Длинные, чёрные как смоль волосы были убраны в тугой хвост, доходивший чуть ли не до талии сидящего.       — Давай знакомиться. Меня зовут Рю Сан, я — психолог. А как зовут тебя? — голос мужчины звучит ласково, всем своим звучанием показывая свою безопасность и доброжелательность. Однако что-то вызывало подозрения.       — Рю Сан... — пациент облизывает сухие губы, будто пробуя новое для себя имя на вкус, — а меня зовут Первый. По крайней мере, Отец всегда так меня называл.       Глубокие и зоркие глаза Рю быстро замечают на шее собеседника татуировку из нескольких символов. "RB—01".       — Хорошо, давай пока буду называть тебя также. Расскажи немного о себе. Сколько тебе лет, чем ты любишь заниматься? — в руках Рю появляются блокнот и шариковая ручка.       — Хм... В последний раз мне было восемнадцать. Я люблю рисовать.       — Что ты имеешь в виду под "последним разом"?       — Последний раз, когда Отец водил меня гулять на улицу. Ох... — ответы Первого звучат неуверенно, слегка стянуто. Казалось, ему трудно подбирать слова для каждого предложения.               — Я вижу, что тебе трудно отвечать на вопросы. Давай тогда ты будешь задавать, а я попробую ответить. — коротко записав что-то в блокнот, предлагает Рю.       — Что... Произошло с Отцом и мной? Почему я ранен? Что мне теперь делать? У меня же нет... Вообще ничего.       — Начнём по порядку. Что произошло — мне неизвестно. Где конкретно тебя нашли — тоже, я знаю лишь что там были развалины какого-то сооружения. Так как ты совершеннолетний, Фонд Помощи выделит тебе временное общежитие и питание, пока ты не найдёшь работу и не сможешь сам зарабатывать себе на жизнь. Но на многое от Фонда не рассчитывай, попавших в трудную жизненную ситуацию не так уж и мало, — голос Рю звучит сочувствующе, — а пока что ты будешь здесь, пока врачи не восстановят тебя полностью. Ещё тебе предстоит много бесед со следователями, и разумеется со мной. А насчёт того, что у тебя ничего нет, то в этом ты ошибаешься. У тебя есть жизнь, которую ты сумел сохранить при инциденте, и ещё — это.       Психолог берёт со стола небольшое устройство, наподобие того, что уже находилось на руке найдёныша, но без экрана - просто тонкий чёрный браслет. Устройство выглядит довольно старым, потёртым - кое-где повреждённым.       — Что это? И у тебя есть такой же? И как вы поняли, что эта штука принадлежит мне? Я никогда её не видел, — склоняет голову пациент, позволяя Рю надеть на свою руку браслет.       — Это - Идентификатор. В нём содержится информация о тебе - имя, данные о здоровье, твои деньги и так далее. Мы поняли, что он твой, по совпадению ДНК. Но есть один нюанс.       — Дайте угадаю. Его носил совершенно другой человек, — пациент смотрит серыми радужками прямо в чёрные зрачки Рю.       — Не только. Владелец мёртв уже двадцать лет, а тело бесследно исчезло. Поэтому к тебе будет очень много вопросов от полиции — психолог сильно выделяет голосом слово "очень", — но пока можешь не беспокоиться. Ничего плохого с тобой не случится. Кстати... Тебя зовут Итан Блэр. И это неправда, ведь так?       "Итан" молча кивает, смотря на отблески в очках Рю взглядом слепой рыбины.       — Как насчёт имени "Райли"? Говорят, так называют тех, кто всегда может выбраться из передряги.       Оба мужчины одновременно улыбаются, смотря друг другу в глаза. Улыбка Рю мягкая, отеческая. Райли улыбается по-детски, обнажая ряд острых и мелких зубов.       — Я — Райли Блэр. Приятно познакомиться, Рю Сан.       Дверь за Рю закрывается с лёгким щелчком, провожаемым взглядом белых глаз.

***

      — Он недоговаривает.       — Разумеется. Ты тоже.       — Справедливое заявление. Как думаешь, его прикажут ликвидировать?       — Почему же? Закон гласит, что на территории Городов не должно быть двух генетически идентичных людей. А он такой пока один.       — Ну, значит придётся нашему новоявленному Райли как-то адаптироваться. Насколько я помню, племянник Вики живёт в том же общежитии. Сколько ему?       — Семнадцать. Да и вряд ли их согласятся заселить в одну комнату...       — Главное, чтобы было кому приглядеть за "котёнком".       Один из голосов принадлежал Рю, второй же — женский, высокий и твёрдый — был голосом судмедэксперта, следователя и по совместительству хорошей подруги Виктории Бладмейд — Крис Гало. С виду хрупкая, невысокая девушка с непослушными светлыми волосами и ярко-алым взглядом, она была известна как жёсткий и требовательный специалист, который выполняет задачу при любых условиях. Сейчас оба стояли на балконе третьего этажа больницы, смотря на заходящее солнце и стряхивая вниз табачный пепел. Их совершенно не смущал висящий прямо над балконной дверью знак с перечёркнутой сигаретой.       — У меня нехорошее предчувствие, Рю. Как будто этот пацан вовлекает нас во что-то, чем должны заниматься спецы из Столицы...       — Скорее всего так и есть. У синтетиков нет души, а этот выглядит как полностью чувствующий. Мне нравится.       — Только не говори, что твои наклонности просыпаются при виде беспомощных парней сразу после потери всего в жизни. Ты психолог, тебе такое по работе не положено, — с усмешкой язвит Крис, щелчком сбрасывая окурок вниз и рассматривая свой короткий чёрный маникюр.       — А вот это было обидно, знаешь ли. Как будто не у тебя тут по-настоящему странные наклонности, — Рю шутливо толкает Крис в плечо и бросает окурок по ветру, — пошли отсюда. Нам он сейчас ничего больше не расскажет.       Яркими оранжевыми лучами солнце проводило уходящих с балкона, заливая последним светом расстилавшуюся на многие сотни метров россыпь многоэтажек, парков, спальных кварталов и торговых центров. Этот город, наводнённый делами и заботами, словно муравейник, поначалу даже не заметил того, что в нём появился ещё один человек.

***

      В Третьем Отделе было тихо. Как и почти всегда - Город и правда был довольно мирным для второго по населению во всём Государстве. Может быть, потому что люди здесь жили спокойные и не бедные, а может... Потому, что здесь находился Центр Подготовки Сил Безопасности. Молодые люди стекались сюда со всех концов света, чтобы пройти курс обучения и стать настоящей элитой, устраиваясь после обучения на работу в Службу Мгновенного Реагирования, одним из отделов которой сейчас заправляла Виктория - тоже выпускница из этого заведения - или в другие государственные учреждения, которые также всегда нуждались в людях, подготовленных к любой внештатной ситуации и как никто другой справляющихся с угрозами. Впрочем, Центр приносил не только пользу. Практически каждый серьёзный преступник, для нейтрализации которого требовались огромные ресурсы Сил Безопасности, являлся выпускником Центра или хотя бы пробовал в него поступать. Это учебное заведение приносило в мир сильных героев и опасных злодеев, но всё же с точки зрения Главы и Государства пользы от него было куда больше.       Виктория отрывает свой взгляд от выкрашенного в "элитный" по мнению городских депутатов матовый чёрный цвет пятиэтажного учебного корпуса Центра и с кислым выражением лица смотрит на Крис. Следовательница сидела на краю рабочего стола Виктории, болтая босыми ногами и нахально улыбаясь рядом ровных белых зубов.       — Уже пять лет не могу привыкнуть к твоим появлениям... Стучать пробовала? — недовольно бурчит капитан Бладмейд, вытаскивая и размещая под пресс-папье смятые задницей Крис бумаги.       — Я своих не сдаю. А вообще, я к тебе по делу, — заявляет незваная гостья, позволяя Виктории освободить документы из позорного плена, — Лао запросил доступ к архивным делам и послал меня, потому что ты уже месяц не отвечаешь на его сообщения. Ты ведь понимаешь, что блокировать и рабочий номер тоже — это неправильно с точки зрения служебной этики? И потом, он сожалеет.       Виктория ударяет рукой по лицу, издавая звук, напоминающий рык заёбанного медведя, после чего тянется за смартфоном.       — Ладно. Но только до первой пьянки. Я не хочу снова слышать о том, что и где он бы вытворял в мою честь.       — Как мило! Я очень рада, что ты так быстро согласилась восстановить контакт с коллегой, — Крис показательно аплодирует, затем протягивает руку и гладит Викторию по фиолетовым волосам.       — Эй! Не трогай! — Виктория хмурится и хватает загребущую лапу, уже успевшую вытащить из густой шевелюры пластикового "крокодильчика". Крокодильчик грустно смотрел на хозяйку прилепленными игрушечными глазами.       — Ладно уж. Рум свободен. Его же Рум зовут? — отпуская заколку и мягко высвобождая руку, вопрошает Крис.       — Да, это Рум, — со смехом отвечает "серьёзный и не приемлющий цирка" капитан экстренной службы и вновь позволяет крокодильчику занять своё место в убранных волосах. У Виктории и правда была привычка давать имена всему вокруг, над чем не упускала случая посмеяться Крис. Только на памяти блондинки у неё была заколка по имени Рум, комнатный цветок Игорь Третий и несколько сумок, носивших общую фамилию Бэггинс. И со всех "компаньонов" на мир смотрели игрушечные глаза, но это уже было дело рук самой Крис.       — Кошку завести хочу... Только кто её кормить будет? Меня же дома нет почти никогда... — устало тянет Виктория, позволяя себе опустить голову на руки и уткнуться лицом в стол. Крис предпочитает не комментировать, вновь положив руку на голову подруги, уже не показывавшей признаков сопротивления.       — Ты вообще спишь? Как ни посмотрю, ты либо здесь, либо где-то шарахаешься по работе.       — Я должна подавать пример. Алис... Леону. Всем ученикам Центра. Городу.       — Ты не обязана подавать пример каждый день и час. На тебя не всегда смотрят глаза и камеры.       — И сейчас я позволяю себе побыть чуть-чуть слабее, чем обычно. Посидишь сегодня со мной? — голос Виктории из-за рук звучит приглушённо, но в нём всё равно слышится дрожь. Крис медленно качает головой, смотря за тем, как спина Виктории вздымается в такт её дыханию.        — И зачем себя истязать ради всего этого... — со вздохом слезает со стола Крис и мягко касается чёрного браслета Идентификатора, подходя к открытому окну, — увидимся у тебя, Мисс Работа!       Виктория тяжело поднимает голову и оглядывается на Крис, наблюдая как её тело медленно становится полупрозрачным и лёгким, теряя очертания. Контроль плотности тела... Достав из сумочки зонтик, Крис раскрывает его, деловито оглядывается по сторонам и вылезает в окно, напоследок помахав Виктории, которой оставалось лишь наблюдать, как её подруга раскрывает зонтик и, подхваченная ветром, улетает куда-то в сторону. Ей ещё предстояло заполнить несколько отчётов, хоть и рабочий день давно уже был окончен.