***
— Тарталья, иди нахуй, я занят. — Я же погулять хотел, — недовольно взвыл на том конце друг, — Бля, ну и иди к черту. — Ага, большое спасибо, взаимно, — ответил брюнет, сбрасывая трубку. Сегодня у него вечер-кино, поэтому ничто не сможет отвлечь его от этих планов, даже если начнётся зомби апокалипсис — идите к черту! — Скарамучча, я ушла! — крикнула с коридора Эи, на что её брат сразу же отозвался: — Ты куда?! — Мы с Казухой договорились по… Темноволосый молниеносно спрыгнул с кровати, через несколько секунд оказываясь в коридоре: — Можно я с тобой?! Девушка вздохнула, качая головой: — Прости. Настроение у голубоглазого моментально поубавилось. Кончики губ еле заметно приспустились, но он проигнорировал это, как и противное чувство, что в последнее время слишком часто появлялось у него, отвечая: — А. Ладно. Надеюсь, вы повеселитесь. Парень развернулся, уходя обратно, но сестра остановила его, вздохнув: — Скарамучча… прости, серьёзно. У нас просто есть дела, и… — И я там нахер никому не сдался, — закончил Скарамучча, а затем выдавил из себя улыбку, — Все в порядке. Иди. Эи ещё некоторое время постояла, не зная, что делать, но в итоге ушла, оставляя брата одного. Брюнет лег на кровать, поворачиваясь к окну. Ему было обидно. Он… черт, темноволосый помнит их первую встречу. Казуха очень красивый. Чарующая улыбка, элегантность, что просвечивается в его образе, то, как он реагирует на голубоглазого… Каэдэхара ему нравился. Очень. Если обычно Скарамучча может встретить интересных, симпатичных или ещё каких-то людей, давая им ярлык «неплохо», то блондин приковывал к себе взгляд. И дело даже не совсем во внешности. Он просто… какой-то… блять, ну офигенный что ли! То есть, он и вправду понравился ему больше, чем кто-либо, но… Брюнет ненавидел себя за это. Он не имел права чувствовать это после того, что для него сделала Эи, но он ревновал. Его сестра и Казуха виделись так часто, но вот сам темноволосый… за три месяца они виделись 4 раза, может. И то, один из них это пятиминутная встреча, пока Каэдэхара ждал его сестру в коридоре. Но ведь голубоглазый видел, что нравится блондину, почему?.. Или, возможно, он вообще все себе сам придумал… — Нет, идите к черту, — буркнул Скарамучча, — Я сильный и независимый, мне никто не нужен. Фильм. Вечер-кино… так, чтоб мне посмотреть… Следующие почти три часа проходят восхитительно — сюжет завораживает, поэтому настроение у парня поднялось так же быстро, как и опустилось. Довольный тем, как потратил свое время, брюнет выключил телевизор, разминая затёкшие за время просмотра суставы, как вдруг услышал, что входная дверь открылась. Темноволосый вышел в коридор, улыбаясь сестре. — Ну как? Хорошо провели время? Возможно, ему все ещё было обидно, но долго злиться он просто не мог, тем более он не особо то права на это имел. — А? Да, конечно, — расслабленно усмехнулась сестра, раздеваясь, и голубоглазый уж было открыл рот для того, чтобы рассказать о том, какой восхитительный фильмец он посмотрел, так и замер, наблюдая за тем, как темные волосы Эи легонько пошатываются от движений девушки, на долю секунды открывая место чуть ниже шеи, но тут же мигом его закрывая, возвращаясь на свое законное место. Засос. Там был засос. — А ты как провел время? — спрашивает Райдэн, уходя в ванную, но брат её даже не слышит. Она была у Казухи. И вернулась с засосом. Три часа она была у него и… Нет. Нет, они… они ведь друзья… стойте… Неужели все то, что Скарамучча ошибочно посчитал за интерес к его персоне, было просто минимальным уважением к нему, как к брату Эи? Неужели они встречаются? Казуха и Эи встречаются. Они вместе. Они любят друг друга. Они любят, а Скарамучча… — Блять… — шепотом произнес брюнет. Не было никакой симпатии. Он вряд ли вообще всрался Каэдэхаре. Он все это время любил его сестру, в то время как темноволосый занимался… Отвратительно, отвратительно, отвратительно, блять, нет! Эи любит Казуху! Голубоглазый чувствовал себя хуже дерьма. Ему было обидно, ему было стыдно, ему было плохо. Сестра растила его, помогая не сдохнуть до совершеннолетия, а её брат в это время представлял парня, которого она любила, трогая себя, он… Пока Скарамучча ждал встречи со светловолосым и думал о нём часами, красноглазый в это время мечтал об Эи. Конец. Максимум, которого может достичь подросток — то, что Казуха будет считать его за семью. Брат любимой девушки. Брат жены. Сука, да брюнет ни разу не рассматривал Каэдэхару, как… он нравился ему как парень, а не… На что он вообще рассчитывал? Он только в десятый переходит, а Казуха уже четвёртый курс заканчивает... О Господи... «Я омерзительный. Извращенец. Постыдное уеб...» — Скарамучча, что ты… Что с тобой? Нежные руки сестры схватили его за лицо, сверля его беспокойным взглядом. — Вы с Казухой встречаетесь? — тупо спросил темноволосый, выглядя при этом настолько потрясено и расстроенно, что стало стыдно за самого себя. Наверное, Эи ревнует своего парня, ведь её родной даже не пытался скрывать, что тот нравится голубоглазому, тем не менее, она все равно терпит его… — А… — девушка потеряно замолчала, — Да. Прости, я… — Почему нельзя было сразу мне сказать? Почему вы соврали? Твою мать… Чувство обиды было слишком сильным. Оно будто съедало живьём, было чертовски больно, он даже не знал почему. Потому что родная сестра не доверилась ему? Потому что мечты про Казуху так и останутся мечтами? Да на кой черт его вообще настолько сильно волнует Каэдэхара! Почему?! Какого хрена это вызывает настолько много эмоций, настолько сильную боль, почему это все происходит?.. — Прости, я отлучусь, — чуть хрипло ответил парень, уходя обратно в комнату. Эи так и не попыталась его остановить. Только тихое «прости» сорвалось с её губ, но его, увы или к счастью, никто так и не услышал…***
— Привет. — Здравствуй. Эи и Казуха встретились на набережной. Последний назначил встречу, сказав, что им стоит поговорить, и с горем пополам девушка смогла освободиться от дел, чтобы встретиться с парнем. Сейчас они стояли рядом друг с другом, некоторое время продолжая молчать, но все-таки брюнетка, не выдержав, сказала: — Ты знаешь, как я не люблю ждать. Переходи сразу к теме. — Да, ты всегда нетерпелива, — улыбнулся Каэдэхара, из-за чего получил убийственный взгляд в свою сторону, — Хорошо, ладно. Тогда так: нам стоит расстаться. Темноволосая с интересом вздёрнула бровь. Нет, ей не было ни капли грустно и она была уверена, что блондину так же — в их отношениях не было любви. Это просто был двухсторонний опыт и ощущения, построенные на взаимной дружеской симпатии. Так что да, ни о какой любви или влюблённости здесь и речи быть не может, так что и грустить тоже незачем. — Почему? — Я уезжаю в Ли Юэ. Девушка молчала, а затем кивнула: — Конечно, в таком случае мы больше не пара. Что тогда насчёт дружеских отношений? Светловолосый улыбнулся: — Найдётся ли в твоем графике время для того, чтобы говорить иногда со мной? Не забывай, я тоже начну работать. — Ты, как всегда, все обдумал, — уголки губ совсем немного приподнялись, — Да. Кажется, у нас не будет времени на это. Они молчали. Каждый задумался о своем, как вдруг Райдэн произнесла: — Скарамучча расстроится. Красноглазый заметно напрягся, а затем сказал: — Мне жаль. — Все в порядке. У него отвратительная память, мне кажется, что он вскоре забудет тебя. Слова больно резанули по сердцу, но Казуха проигнорировал это. — Ты знаешь, — вдруг начала откровенничать девушка, — Мозг Скарамуччи стирает все болезненные воспоминания. Он даже не помнит, что с ним было, когда узнал о смерти родителей. Когда он понял, что мы состояли в отношениях, он расстроился. Что не говори, по нему видно, что ты ему нравился. Поэтому имей в виду — он забудет тебя не потому, что ты что-то не особо важное для него, а потому, что с тобой связаны некоторые болезненные воспоминания. Возможно, это не очень-то и поможет, но просто имей в виду. В ответ на это Каэдэхара только удивлённо кивнул. Что за откровенность? Все равно они больше не встретятся. Мир слишком большой, чтобы появилась вероятность того, что судьба вновь сведёт их. Все последующее время они гуляли. Вспоминали всякое, смеялись и грустили. Возможно, романтических чувств и не было, но они все ещё были друзьями. Напоследок они только крепко обнялись, после чего разошлись. Всю дорогу домой Райдэн провела в тишине. Дверь открылась тихо. Заходя домой, Эи увидела свет на кухне, из чего сделала вывод, что брат не спит. Через несколько минут они уже встретились взглядами. Скарамучча готовил чай, а вот сестра вежливо отказалась, садясь на один из стульев. — Мы с Казухой расстались. Брюнет замер. Сначала он просто удивился, но позже на смену удивлению пришло удовлетворительное тепло, и, черт, он ненавидел себя за это, его сестре, наверное, грустно, а он… — И как ты себя чувствуешь? — спросил подросток, надеясь, что его голос звучит максимально соболезнующе. — Все хорошо, — успокоительно кивнула Эи, — Мы, в общем то, даже не любили друг друга. — А?.. В смысле не… — потеряно произнес парень, забывая о чае, — Стой, подожди, а почему вы вообще расстались? — Он уезжает в Ли Юэ. Небольшая радость, что поселилась в нем на несколько секунд, растаяла вновь. Снова он чувствует себя отвратительно. Черт возьми… это значит, они больше не увидятся? Они снова станут незнакомцами друг для друга… Больно. Почему? — А, — тихо ответил Скарамучча, — Понятно. Надеюсь, там его ждёт успех. Райдэн только вздохнула, не зная, как помочь брату. Поднимаясь со стула, она невзначай сказала: — У судьбы нет причин сводить посторонних. Если потребуется, то вы ещё встретитесь. Дверь закрылась, оставляя брюнета наедине со своими мыслями.