Ты бы мог дать мне в кровати, но даёшь задания на парах

      Наконец, этот день настал.       Свидание с Казухой.       О, да.       За два с половиной часа до того, как встретиться с Каэдэхарой, Скарамучча уже стоял рядом со спальней, пока его друг отдыхал, развалившись на кровати, при этом лениво зевая каждые несколько минут, слушая, как брюнет разговаривает то ли с ним, то ли сам с собой.       — Что ему может понравиться? Нет, вообще… мне нужно быть сексуальным или?.. Нет, я, конечно, и так ничего, но... черт. Как ты думаешь, это просто свидание или свидание с продолжением?       — А тебе как хочется? — сонно спросил рыжий.       Темноволосый задумчиво вздохнул, через несколько минут отвечая:       — Если мы… если мы позже потрахаемся, создаётся впечатление, что мы только ради секса на свидание шли… но я…       — Хочешь себе романтичное свидание? — предположил Тарталья, на что Скарамучча, чуть смутившись, будто его поймали на чем-то постыдном, сказал:       — …Да.       Чайльд только страдальчески вздохнул. Скоро его дорогому другу предстоит столкнуться с пониманием, что фаза «розовых соплей» началась и у него. Что только делает с людьми литература, удивительно!       — Оденься как-то, — задумчиво начал рыжеволосый, — Стильно, э-э…       — Пиздец, а я как раз раздумывал над тем, чтобы мусорный пакет на себя натянуть, спасибо, что просветил.       — Да подожди, я думаю. Стильно… романтично… ладно, нет, я понятия не имею.       Скарамучча только страдальчески выдохнул.

***

      Стоя рядом с фонтаном, брюнет в ожидании сжался. Его сердце нетерпеливо билось громким стуком, и он и вправду… очень ждал Казуху. Нет, то есть, он пришёл на полчаса раньше при том, что опаздывать — это его стихия, но он хотел увидеть Каэдэхару как можно раньше. Он чувствовал себя настолько счастливым просто от мысли, что они увидятся сейчас, хотя они делают это практически каждый день, и это было… странно, потому что они секс партнёры, и, вероятно, блондин даже не видит в нем что-то… большее, чем человека, с которым можно заняться сексом… и уже через год он уедет… они снова расстанутся, поэтому Скарамучча не должен быть… таким… радостным просто из-за упоминания его имени.       Темноволосый поджал нижнюю губу, пряча руки в карманы.       — Ты снова пришёл раньше меня? — послышался голос сзади брюнета и, Господи, Скарамучча узнал бы его даже среди тысячи.       Резко повернувшись, брюнет широко улыбнулся, потому что Казуха. Казуха, Казуха, Казуха! Они с ним! На свидании!       — Все в порядке, я недолго ждал, — со скупой улыбкой ответил темноволосый.       Долго.       Каэдэхара в ответ на это искренне усмехнулся, и, Господи, это не была его раздражающая улыбка, это была и вправду милая, очаровательная, самая красивая улыбка, которую посвятили ему, Скарамучче…       — Мы… куда мы пойдём? — резко выдохнул студент, теряясь, — А… то есть, мы можем… сначала…       — Скарамучча.       — А?       — Ты когда-то был на свиданиях? — поинтересовался преподаватель, и на его устах, о нет — та самая дьявольская ухмылка, которая годится только для БДСМ сессий, — Ну, кроме того, на которое ты вынудил меня пойти шантажом.       — Это не шантаж, это было выгодное предложение! — оскорбился брюнет.       — Вот оно что. Буду иметь в виду. Так был?       Скарамучча замолчал, потому что… ну… было немного стыдно признаться, что человек, который перетрахался с половиной Инадзумы…       — Ты ни разу не был на свиданиях?       Брюнет смущенно пожал плечами, отводя взгляд.       — Это что, так заметно? — буркнул себе под нос голубоглазый.       Казуха, казалось, удивленно приподнял брови, но уже спустя секунду улыбнулся.       — В таком случае мне льстит, что я стану тем, с кем ты впервые пошёл на настоящее свидание.       Скарамучча почувствовал, как румянец появляется на щеках. Настоящее свидание. Они сейчас…, то есть, они и вправду как влюбленная пара. Возлюбленные…       Он сейчас умрет от испытываемых ощущений, честное слово.       — Пошли пройдёмся, — позвал его блондин, на что студент только послушно зашагал рядом.       Сердце билось в бешеном ритме, и темноволосому явно надо было успокоиться, потому что он не может сделать ничего, ему даже сказать нечего, его лицо горит, но как, мать вашу, как он вообще может успокоиться, если рядом Казуха, ему хочется утопиться в холодной воде, иначе он просто взорвется. Почему он может отсосать Каэдэхаре, но стоит им просто стоять рядом, он уже словно под наркотиками?       Нет, все, спокойно, глубоко дышим, все в порядке! Он сможет. Супер! Он слишком хорош, чтобы у него не получилось просто ровно стоять рядом с блондином, окей?       Скарамучча резко поднял голову, повернувшись к литератору, что только весело скосил взгляд на голубоглазого.       — Как… как ты провел эту неделю? — попробовал спросить брюнет, на что преподаватель только хихикнул, отвечая:       — Ты представить даже не можешь… один из моих студентов решил мне отсосать под моим столом, честно, у меня такое было впервые. Шокирующая неделя, безусловно.       О. Ну.       Справедливо.       — Какой студент у тебя… развратник.       — Я ему передам.       Скарамучча весело фыркнул, наконец расслабляясь:       — Надеюсь, он не будет очень оскорблён.       Каэдэхара захохотал, закатив глаза, после чего резко меняя тему:       — Ты хочешь перекусить? Или сходить в какое-то конкретное место?       — Да нет вроде, — пожал плечами брюнет, — Мне просто нравится проводить время с тоб…       Темноволосый резко замолчал. Это… такое можно говорить человеку, который просто секс партнёр?..       — Тс-с, Скарамучча, все в порядке, — успокоил его литератор, завидев, как поменялось чужое выражение лица, — Мне тоже нравится проводить с тобой время.       Студент тупо моргнул, и совсем лёгкий румянец снова дал о себе знать.       — А… мы же просто… занимаемся сексом, я ведь не могу…       — Когда ты приглашал меня на свидание, думалось мне, что ты приглашаешь меня на свидание, а не на встречу сексуальных партнёров, — вздохнул Казуха.       — Нет, я… свидание, я приглашал тебя на свидание! Потому что ты мне нравишься, то есть, я и вправду хотел… просто свидание… — начал оправдываться Скарамучча, и это выглядело и вправду мило, потому что… он выглядел слишком волновавшимся, когда доказывал, что ему просто хотелось погулять вместе, без какого либо разврата или чего-то такого.       У Казухи защемило сердце от такого вида. О Боже, почему Скарамучча такой запредельно очаровательный?       — Я понял, я понял, — быстро прервал студента блондин, — У нас настоящее романтическое свидание, потому что я нравлюсь тебе, а ты мне, и то, что мы просто секс партнеры — не важно, хорошо?       Романтическое свидание… с Казухой… он нравится Казухе… и даже если они просто секс партнеры…       ОГосподиБожеспасиисохрани.       Глядя на лицо студента, что выглядело так, будто он собирается прямо сейчас сесть и заплакать от счастья, Каэдэхара усмехнулся. Через секунду он схватил чужую руку, сплетая пальцы, после чего, потянув руки вверх, показал брюнету:       — Видишь? Мы можем…       К несчастью (или к счастью), договорить он не успел — Скарамучча, вероятно, не выдержал испытываемых ощущений и притянул Казуху к себе, с жадностью впиваясь в чужие губы, при этом не намереваясь разжать руки, делая наоборот — сжимая ладонь блондина с ещё большей страстью, после чего резко отстраняясь.       В голубых глазах темноволосого переливаются искры, ему кажется, что он влюблён. Блондин был слишком… слишком. Держаться за руки с Казухой — это выше его сил. Ни один человек не вызывал в нем такую гамму эмоций, как делает это Каэдэхара. Скарамучча чувствует себя таким маленьким на фоне этих чувств, потому что они не помещаются в нем, Господи, у него впечатление, что эти чувства уже начинают исходить от него, и каждый человек во всем Тейвате знает, какую невероятную любовь сейчас ощущает брюнет, потому что не заметить её невозможно, она везде. Он думает о Каэдэхаре 24/7, он засыпает — думает о Казухе, просыпается — думает о Казухе, он может взять и начать записывать все, что ощущает, и тогда это превратилось бы в книгу, где тысячи страниц. И тем не менее ни одно слово не сможет описать точнее то, что скажет его сердце, потому что это невозможно описать. Ему хочется целовать Казуху вечность, думать о нем, держаться за руки и абсолютно все, что только можно, ему хочется плакать от счастья.       — Если я как-то раз упаду в обморок, — убито выдохнул Скарамучча, встречаясь с удивленным взглядом красных глазах, — Это будет по твоей вине.       Брюнет и вправду чувствует себя размазанным этими чувствами, потому что они убивают его своим бесконечным потоком.       — Ты и вправду очарователен, — нежно усмехнулся Казуха, — …Только в обморок не падай, пошли.       Глядя на то, как самый прекрасный человек во всем мире с улыбкой тянет его куда-то за руку, он ясно осознал то, что готов сейчас пойти с ним хоть на другой конец планеты.       Ну, все. Конечная станция достигнута.       Он абсолютно точно оказался бесконечно сильно влюблен.