Время быть счастливой...

-Ты сошёл с ума! — Джинни подскочила, оттолкнув руку Фреда, — Четыре года! Тебя не было четыре. года! Ты знаешь, что пережила наша семья?! Только из-за того, что ты сбежал, Фред!  Джинни раскраснелась, её руки то поднимались, то опускались в такт её словам. Она была в гневе. В гневе на своего брата, который  забывшись в горе позволил им потерять его, в гневе на Гермиону, которая тихо страдала, закрывшись в себе. Она злилась на чёртову войну, расколовшую их семью. Но больше всего она злилась на саму себя. Себя…такую слепую, эгоцентричную и никчёмную, ведь она-Джинни-позволила всему этому случиться. Гермиона едва слышала её тираду. Усталость огромным снежным комом накатилась на её голову, глаза.  -Ты скинул, просто скинул на нас бизнес… Посмотри на неё! Что ты с ней сделал? Она легла под Рона, а перед этим хотела умереть …и я хотела умереть, да, все хотели умереть!.. Мы думали ты мёртв, Фред.Я… Я так хочу тебе верить. . Она отвернулась и громко вздохнула: — У меня конференция.  Надеюсь до завтра, ты осмелишься сказать, где ты на самом деле был или хотя бы сформируешь правдоподобную версию. Она ушла. Фред сидел неподвижно, и лишь желваки на его скулах показывали всю степень его раздражения. — А ты мне веришь? Гермиона вздрогнула. До сих пор она молчала, забыв  о своём же присутствии. Ей хотелось сказать, что она верит, но что-то мешало. — Я не знаю чему верить… -Всему. Ты знаешь, я никогда тебе не врал, никогда. Всё это время …Чёрт!  Я хочу тебя вернуть. Он говорил с жаром, каждое его слово её изголодавшееся сознание впитывало словно губка. Он вернул ей чувства. Вновь подарил воздух, свет, цвета, вкусы и запахи, звуки и эмоции, каждое его слово возвращало её к жизни. Геримона поднялась к нему на встречу, смотрела на него, его изогнутые в гримасе мольбы брови, двигающиеся губы. Да, он снова спас её, вернул к жизни. Но вместе со всеми эмоциями он вернул её гнев. 1997 год В ход шло всё: ручки, книги, перья, подушки, ваза. Ваза чуть не попала в цель, тем самым напугав своего направителя. Чудом увернувшийся парень, ошеломленно смотрел сначала на осколки, а потом на свою гневную возлюбленную. Карие глаза горят и сверкают, на бледных скулах проступил румянец, вьющиеся пряди, выбившиеся из кос, задорно колыхались, а джинсовая юбка задралась  немного оголяя бедро. Такая Гермиона его пугала. Страшно пугала тем, насколько сильно она его возбуждала . — Я должен отчитаться? Или ты меня сразу убьёшь? — Он усмехнулся и начал медленно приближаться к девушке. -Не подходи ко мне! Подлец, паскудник! — вместе со словами в юношу летели предметы- А я дура, идиотка! Знала же твою подноготную! — Да , не изменяю  я тебе  с Анжелиной, мы с ней друзья! Он подошёл к ней практически в плотную, упираясь грудью в конец палочки девушки. — Не смей. мне.врать. Я видела вас своими глазами в Хогсмиде. Я тебя приглашала, а ты сказал, что не хочешь. Ты обманул меня… вы вместе зашли в «Сладкое Королевство». Скажешь, у меня галлюцинации?! — Гермиона, какое сегодня число? -Двенадцатое февраля. Ты ещё скажи, что попросил у неё помо… Боже, я дура. Девушка опустилась на кушетку: — Прости. Я не должна была… — Нет, — Он сел пред ней на колени, вглядываясь в её лицо — это я виноват. Прости, что заставил тебя усомниться. Мог бы и Джорджа или Джинни попросить помочь. Девушка подняла на него глаза, пара непрошенных слезинок сразу же были пойманы пальцами Фреда. — Я истеричка… — А я гей. Они тихо засмеялись. Фред приподнялся на коленях, нежно её целуя. Он перебирал её губы, слегка оттягивая и покусывая, а затем отстранившись лишь на миллиметры,  прошептал: -Я никогда тебе не врал и не буду врать… Ты-единственный человек, с которым я хочу быть полностью честным. — Ты —задница, Фред Уизли. Как ты можешь так нагло вернуться и спрашивать меня об этом? После всего. После стольких лет. Агх! Чего ты хочешь от меня? Чего ты хочешь услышать?  Что я люблю тебя? Я кинусь к тебе, мы сольёмся в страстном поцелуе и все проблемы будут не важны? Прошло то время, когда я могла себе такое позволить.  Гермиона медленно поднялась, не отрывая от него глаз. Фред сделал шаг к ней: -Гермиона… — Не смей! — она отскочила за кресло и вытянула дрожащие руки вперёд, — не подходи. Ты знаешь , я не смогу… В комнате повисло молчание. Им столько надо было сказать, что не понятно с чего начинать. Гермиона всматривалась в его лицо и пыталась понять: любит ли она его. Конечно, всё это время она думала о нём ежедневно, не было возможности разлюбить. -Ты хоть представляешь, что я пережила? Ты бросил меня. Бросил. Я понимаю у тебя был стресс, но не у тебя одного! Мне казалось, что нашей любви достаточно, чтобы удержаться, а оказалось… — Я дал обещание. Я не могу тебе рассказать. -он горько усмехнулся-Ты не понимаешь. . — Да, Фред, я не понимаю.  Так объясни мне. Он покачал головой. Девушка опустила от головы руки и вышла из-за кресла. Она нагнула голову в бок, и слова, сорвавшиеся с губ её, напомнили шелест. -Мы в дерьме… ты понимаешь? -её глаза расширились от осознания- Господи, Рон…он возненавидит меня! Фред нахмурился и направился к девушке: — Он переживёт…и если что я не виню тебя. .за ваши отношения. Гермиона резко обернулась и фыркнула: — Меня это не интересует. А сам-то, хочешь сказать ушёл в монастырь. — Ну в какой-то степени, можно сказать и так.-произнёс он уменьшая расстояние между ними. — Ты ещё смеешь шутить?! — Нет, я серьёзно. Гермиона, меня не интересует с кем ты спала или нет я прос… Треск! Его голова откинулась в сторону, место пощёчины   начало краснеть. Фред устремил свой  изумленный взгляд  в её яростный. — У меня никого не было кроме тебя, придурок- сказала, как выплюнула. Гермиона опустила ладонь, наполняющуюся сотнями иголок, и с изумлением заметила, что расстояние между ними просто исчезло. Их тяжело вздымающиеся грудные клетки разделяли миллиметры. В комнате резко стало жарко, сердце заколотилось с неимоверной скоростью. Она чувствовала, как    свинцовый воздух вливался в лёгкие, так и не отдавая кислород. Приходилось с усилием выталкивать его обратно. Его глаза. . . Смотрели на неё. Он видит её впервые, она тоже. Коленки и кончики пальцев дрожат. Организм сходит с ума однозначно. Такихардия? Паническая атака? Любовь? Безумие. Повинуясь необъяснимому порыву, они столкнулись в поцелуе.   Он не был нежным и трепетным. Он был безумным, порывистым и резким. Тот самый поцелуй на грани любви и ненависти, тот самый поцелуй со вкусом  крови и шоколада. Их языки столкнулись, переплетаясь и толкаясь. Гермиона прикусила и оттянула нижнюю губу Фреда. Мужчина рыкнул ей в рот и подхватил на руки. Девушка обхватила ногами его талию. В следующую   секунду затылок и спину пронзила лёгкая боль, тут же сменившаяся наслаждением. На пол полетели женский халат и мужская рубашка. Они не хотя разорвали поцелуй, тяжело дыша. Смотря друг на друга горящими глазами. -В спа… аль…нь…ю? — обрывчато спросила она. Фред лишь кивнул. Хлопок трансгрессии и…это вышло случайно. Они оказались над кроватью. Секунда полета вниз, но время замедлилось. Гермиона успела рассмотреть всё до мельчайших подробностей: пряди тёмно-рыжих волос, лёгкая горбинка носа, крохотная родинка у века, розовые приоткрытые губы, каштановые брови, медленно подымающиеся  ресницы и два голыбых озера с расширенными зрачками, наполненные восхищением. Удар об кровать и время вернулось. Фред перекотился, теперь он сверху. Они продолжили целоваться. Руки девушки изучали его торс, пресс и потянулись к ширинке. Ремень не поддавался, пальцы не слушались и соскальзывали. Наконец вредный аксессуар полетел в сторону, брюки за ним. Фред изучал каждый сантиметр её тела. Руки, талия, живот, щёки, его пальцы были везде. Он прочувствовал каждое ребро, дотронулся до подвздошных костей. Пальцы нащупали нижнее белье. Послышался треск кружева. Фред провел дорожку из поцелуев до её ключиц.  Затем резко захватил в рот левый сосок, дразня и покусывая его. Правый он зажал между пальцев. От неожиданности Гермиона резко вытянула воздух носом и выгнулась. Она и забыла, как любит это. Фред поднялся над ней. Открытой, тяжелодышащей, с раздвинутыми ногами и туманнымы глазами. Тыльной стороной ладони он погладил её бедро и вошёл. Шелест простыней, его тяжёлое дыхание, её стоны и шёпот: -Хочу. -Моя… -Да-Да! -Навечно… -Мой. -Я. -…тебя. -…люблю… Всё смешалось и непонятно кто и что говорил. Но уже и неважно… *** Смеркалось за окном. Гермиона и Фред  лежали под одеялом и смотрели друг на друга. Он задумчиво перебирал её кудри, кончиками пальцев дотронулся до виска, провел по скуле и остановился у контура губ. -Гермиона. -М? -Я не могу рассказать …но ты можешь посмотреть. Девушка захлопала ресницами, не понимая что он имеет ввиду. -Легиллеменция? Он кивнул. Губы сжаты в тонкую линию. Фред несколько раз вдохнул и выдохнул, расслабляясь и затем расспахнул глаза. Оставляя себя без защиты. Раскрывая портал в его душу. Он в её власти.