Любовь из хаоса

— Да ладно, просто возьми, — Хуа Чэн ещё раз тряхнул рукой, в которой держал бутылку колы. — Ничего, что..? — Се Лянь только нерешительно указал на неё, держа в руке термокружку. На часах было около шести часов утра, но в университете было достаточно оживлённо, так как сегодня первый день срезов, и у большинства они были указаны на раннее утро. Конечно, так как для того, чтобы сдать свои мини-экзамены, нужно было разбивать всю группу на компании по пять человек, чтобы было легче контролировать списываемость. Никто не знал, как быстро его позовут в кабинет — будет он среди первых счастливчиков, которые после поедут домой отсыпаться, или же будет в числе последних, сидящих тут до вечера за зубрёжкой. Кофе был буквально необходим, чтобы не сойти с ума. Однако стоило бы ему сесть за конспекты, чтобы подготовиться, его бы клонило в сон, именно поэтому многие студенты пользовались хитрым способом энергетика из кофе и колы. Однако, если поначалу этот метод использовали только единицы, то сейчас уже обнаружилось, что автомат с колой просто пуст, а на улице злобная метель, что только от мысли о том, чтобы выйти наружу, у него начинал нервно дёргаться глаз. — Спасибо, — Се Лянь едва кивнул, забирая остаток колы. Ему бы хватило этих пол литра напитка, так как это была идеальная консистенция, чтобы держать свой организм в тонусе какое-то время. Быстро перелив содержимое бутылки в термокружку со льдом, он достал из кармана три стика кофе и аккуратно высыпал их в пенящийся напиток. Оставалось только быть осторожным, чтобы не запачкать одежду, а то уж химические реакции внутри кружки были посильнее тех, что в обычной банке газировки. Та самая философия, из-за которой они ещё неловко вместе шагали к кабинету. Подойдя ближе, они заметили своих друзей — Хэ Сюаня и Цинсюаня — стоящих у подоконника. Подойдя ближе, они также заметили термокружки в их руках, а также флягу, скорее всего, с коньяком. Цинсюань ненавидел этот напиток за просто так, но в кофе добавлял достаточно часто. Видимо, они тоже приготовили себе энергетик, а чтобы не переживать лишний раз, добавили в него немного коньяка, что позволит расслабиться. Навеселе, словно ничего и не случилось, Цинсюань несколько часов продолжал втягивать в себя напиток, совершенно не скрывая от ближайших друзей, что этот прекрасный день кажется ему таковым только из-за количества алкоголя в крови. У Се Ляня даже появилось подозрение, что они немного переборщили с коньяком, и что Цинсюань будет в полном неадеквате, когда придёт его очередь писать срез, однако он не слишком отличался от привычного поведения — смеялся, цеплялся к окружающим с дебильными шутками, в частности, больше всего от этого страдал Хэ Сюань. Однако, со стороны казалось, что тому вообще плевать — в одном наушнике он слушал лекции господина Пака, сидел на корточках, упираясь в стену спиной, и просто парил свою электронку прямо здесь. Однако это не мешало ему посмеиваться с некоторых шуток назойливого друга. Хуа Чэн же проявил недюжинное старание в подготовке. Сидя рядом на полу он старательно перечитывал конспекты, делал новые пометки и повторял термины вслух. Се Лянь сидел с другой стороны окна, и тоже на полу, однако выглядел куда собраннее и серьёзнее, однако, по сути, делал то же самое — читал конспект, пытаясь уложить его в своей голове вместо мыслей о той несчастной коле. С одной стороны, было неожиданно приятно — и он не понимал, почему. А с другой… Как два разных типа отличника, и в свете их дискуссионной работы, не должны ли они поддерживать максимум нейтральные отношения? Однако это не мешало ему быть благодарным. Если бы Хуа Чэн тоже считал, что их отношения должны быть максимум нейтральными, чтобы сохранить боеспособность дискуссии сегодня вечером, то он непременно бы сделал всё, чтобы не заметить расстроенный взгляд Се Ляня и его обречённый вздох, а также то, как он винит себя в том, что поленился, и что не пошёл в магазин раньше, или ещё возле общежития. Однако он считал иначе. Кола у него всё равно оставалась, кроме того, он человек запасливый, и у него всегда с собой есть минимум три-четыре банки энергетика. И как же это было хорошо! Часы шли медленно, но своим чередом. Постепенно людей стало ещё больше, напряжение так и росло, но в конечном итоге сначала позвали Хэ Сюаня, через несколько часов Цинсюаня. В надежде что профессор сжалится над ними, Се Лянь и Хуа Чэн сидели с двух сторон батареи, и ждали своего часа, однако он никак не наступал. А вот что точно наступало, так это конец энергетика и начало сонливости. Стоило ему начать ловить себя на мысли, что его голова предательски скатывается в стороны, как Хуа Чэн просто молча протянул банку энергетика. — О, не стоит, — воспитание Се Ляня сразу же дало о себе знать. — Если не пить часто, то эффект может быть хорошим, просто возьми, — каждый раз его приходилось уговаривать, и это выглядело забавно. — Ты уверен, что не будет проблем? — У меня ещё две банки осталось, так что бери, — он снова тряхнул рукой. — Я отдам тебе деньги, — коротко сказал Се Лянь, прежде чем взять протянутое, он уже было потянулся к рюкзаку, когда Хуа Чэн потянул его за край рукава. — Не надо, просто возьми, иначе ты просто исключаешь возможный вариант запуска энтропии, — словно в шутку сказал он, беззаботно улыбаясь той самой улыбкой, которая позволяла ему всё — нахально развалиться на задних партах, опоздать и улыбнуться учительнице, чтобы она всё-таки немного «подтаяла». Се Лянь чуть сдавленно улыбнулся в ответ, аккуратно беря банку в руки. Он сразу заметил, что Хуа Чэн взял банку также и для себя, так что было бы не так неловко пить подаренный напиток. Честно говоря, он редко когда прибегал к тому, чтобы пить даже кофе с колой, а энергетик так и вообще пил впервые в жизни, хотя многие его сверстники постоянно пили этот напиток, некоторые даже употребляли его как воду, что он, конечно, за норму не считал. Часто ли он видел Хуа Чэна с энергетиком? Он точно не помнил, и не понимал, почему вообще должен. — Чтобы эффект проявился, нужно немного физической активности, — заявил Хуа Чэн внезапно, поднимаясь на ноги. — Тебе ещё долго? Он слегка наклонился, стараясь на замечать сбитый с толку и удивлённый взгляд. — Ну, ещё половина, — Се Лянь взболтнул напиток рукой. — Тогда, можешь, пожалуйста, посторожить мои вещи, я пойду разомнусь? — тот снова улыбнулся. Чувствуя обязательства перед ним за проявленную заботу, он тут же кивнул — не сложно же, ничего нового делать не придётся. К тому же, когда он сам выпьет свой напиток, Хуа Чэн уже вернётся и тоже проследит за их вещами до его возвращения. Пока что удивление сыграло свою роль, поэтому он не так чувствовал сонливость, как всего несколько минут назад. Однако всё равно постарался допить напиток поскорее, хотя на вкус он был не очень приятным, что также прикладывало свой плюс к его бодрости. Ещё одна группа учеников отправилась на срез, а Се Лянь лишь скучающе наблюдал за закрытой дверью, даже немного жалея, что его не позвали сейчас. Стоило ему заметить, что рядом кто-то появился, он слегка оглянулся в сторону, чтобы убедиться, что это Хуа Чэн. Сделав последние глотки, он лишь коротко ответил на его вопрос о том, позвали ли новую партию студентов. Сложив свои тетради, он медленно поднялся, похлопывая джинсы, чтобы очистить ткань после длительного сидения на полу. Выбросив банку по дороге в холл, он постарался как можно скорее размять мышцы спины и рук, которые стали даже ныть после того, как он внезапно встал. Разминаясь, он остановился поближе к стене, чтобы не мешать прохожим. Такой видок был здесь нормальным, некоторые даже в истерике плакали из-за того, что переживали о предстоящем срезе, кого удивит парень, чуть прыгающий и размахивающий руками? Убедившись, что мышцы спины снова в порядке, он ещё некоторое время просто стоял, прислушиваясь к самому себе, пытаясь понять, не защемило ли где-то нерв? Однако в какой-то момент он вспомнил слова Хуа Чэна о том, что, отпираясь проявляемой доброте, Се Лянь мешает случится той самой энтропии. Что именно он имел в виду? Несколько догадок не давали ему покоя, особенно когда он понимал, что почти вся его подготовка к дискуссии затрагивала энтропию любовных отношений, никак не дружеских. Либо он подготовился не так старательно, как Се Лянь предполагал, либо..? — Прошу прощения, — рядом показалась взрослая женщина с леечкой воды. — Эти пальмы хотят немного попить. Странная работница этого университета лишь мягко улыбнулась, прося Се Ляня отойти от растений, чтобы она могла выполнить свои обязанности. Он только чуть глуповато кивнул и наконец отошёл в сторону. Что ж, кажется, прилив сил и бодрости как раз в самом разгаре, поэтому он может медленно возвращаться. Однако по дороге он решил заскочить в уголок, где было несколько автоматов. Колы всё ещё нет, но он смог купить два протеиновых батончика в надежде, что сможет поделиться с Хуа Чэном сладостью, ведь они оба с утра ещё ничего не ели. Размеренно шагая в хорошем настроении, он старался не обращать внимания на снующих однокурсников, которые то и дело переживали или вовсе не подавали признаков волнения, продолжая смеяться, будто говоря: «Будь что будет!» А вот и аудитория господина Пака. Чуть замедлившись, он прошёл немного дальше к окну, однако вместо Хуа Чэна на полу увидел других студентов, которые просто обедали на их месте. Он остановился, быстро захлопав глазами. Это ведь та же аудитория? Он стал оглядываться, переживая, что мог невнимательно отнестись к тому, чтобы запомнить место, где они сидели. Однако ни дальше, ни раньше не было никого, кто бы хоть отдалённо напоминал ему Хуа Чэна или его собственные вещи. Волнение стало накрывать его сильнее, чем он мог бы подумать. В голове тут же заиграла фраза Цинсюаня: «Он точно захочет тебе отомстить за прошлый раз!». Неужели все эти хорошие жесты были сделаны, чтобы в итоге просто спрятать его вещи перед самым экзаменом?!