Воскрешая Анну К.

«Благодарю за помощь», — написала Ульяна в Телеграме. Прибавив к словам колобков-смайлов, закрыла чат и сунула смартфон в карман. Посмотрела на часы: секундная стрелка удивленно скакала по кругу, когда минутная подползала к половине четвертого. День пролетел незаметно. Большую часть промежутка между десятью утра и текущей минутой Ульяна знакомилась со спецификой работы, коллективом от микро (только ивент — три человека, включая Стаса) до макро (шапочная пробежка со Стасом по всему этажу). В перспективе знакомство с производственниками, но это не точно. Недавние события вообще все перепутали, обрушив горизонты планирования до состояния завала в каменоломне. «Иди в ивент, говорили они, это весело, — грустно вздыхал Стасов ассистент, еще до «событий» перешедший в его отдел из маркетингового, и с непониманием смотрел на Ульяну. — Ты же спец по цифровой безопасности? Как тебя сюда-то занесло?» «Там скучно», — говорила она. Комната отдыха для сотрудников, куда Уля сейчас держала путь, находилась на этаже филиала и принадлежала исключительно филиалу. На деле «комната» оказалась пространством, чем-то напоминающим покинутое поварами кафе. Довольно уютная, в теплой цветовой гамме зала-полумесяц имела ряд столиков, барную стойку, где каждый желающий мог примерить на себя роль бариста, заказав в кофейном аппарате кофе или шоколад. На стойке расположились электрический чайник и чайный органайзер с небольшим выбором пакетированных концентратов, здесь же крепился холдер с одноразовыми бумажными стаканчиками и кулер с водой. По наводке Стаса Ульяна заказала еду в местном кафе, располагающемся на первом этаже. Курьер доставил заказ на четвертый «филиальный» этаж, вложив в пакет с заказом ворох рекламы, и, пожелав приятного аппетита, удалился. Отдыхающих сотрудников в комнате оказалось всего двое, и сидели они в разных концах «полумесяца». Ульяна выбрала серединку — третий столик у окна. Точнее — все столики располагались вдоль витрины, открывающей неповторимый вид на кирпичную стену соседнего здания. Оставив на приглянувшемся столе пакет с едой, Уля направилась к кофейному аппарату. Изучив предложение, выбрала капучино, а пока напиток готовился, еще раз огляделась. Сквозь преграду стен проглядывали неясные горизонты предполагаемого будущего. Работы впереди рисовалось много, но все было выполнимо и посильно, а главное — не будет мешать делу, ради которого Ульяна и затеяла движение. Ребята в отделе адекватные, Стас Немирович — не самый плохой вариант непосредственного начальства. Но это все мелочи, декорации к истинной Ульяниной цели по имени Нора. «Кстати, оказывается, люди не врали, когда говорили о ее невыносимой притягательности, — Ульяна усмехнулась, — и что только у этих людей на уме?» «Ты и без нас прошла бы, — извлекая Ульяну из задумчивости, ответил Ревз в Телеграме. — Ивана гони к чертям». Она хмыкнула. Привязчивость одного из товарищей по секции ребята называли «сотым приемом карате — заговорить до смерти». Уля была единственной девчонкой в их компании, а Иван с детства был «доставалой». Прихватив готовый напиток, Ульяна проследовала к своему столику. Теоретически она могла бы не заморачиваться просьбой к друзьям детства подстраховать на входе в компанию, но хотела все сделать чисто и по-своему правильно. Ушляк из Берлина, на которого Уля нарвалась два года назад, проверяя подходы к Нориной фирме (не филиалу), сейчас на ее стороне и по-любому обещал место в «Реал-Мед», но как бы тогда Ульяна выглядела в глазах Норы, чье отношение стоит брать в расчет? «Правильно — никак», — отвечала себе и не могла этого допустить ни в коем случае, потому что Нора — одна из ключевых фигур ее личного плана по изменению цивилизации мирным путем. Вторая ключевая фигура (или первая в параллельном кейсе) нашлась отдельно от Норы, и каково же было удивление, когда выяснилось о давно забытой связи этих двоих. Оказалось, что микробиологиня, подошедшая Уле по всем параметрам, кроме склонности к суицидальным действиям, некогда имела интрижку с королевой филиала, офис которого тогда еще располагался в Питере. «Мы определенно находимся в матрице». — Одновременно открывая коробушки с едой и загружая закрытый чат, Ульяна мысленно еще раз пробегала по совпадениям. Сначала ее сводный брат Тима и их общая сводная кузина Вера тайно друг от друга влюбились в одну преподшу. И так они активно скрывали свои тайны, что привлекли внимание Ульяны, которая искала ученого из мира био+. Затем это направление подтвердила случайная знакомая из бара. Дама, уважаемая во всех отношениях, авторитетно заявила, что Анна (биологиня) отличная специалистка в своей сфере, только очень недооцененная и потому очень от этого страдает. Затем, не считая всяких мелких совпадений, в питерском прошлом Норы проявились подробности страстных встреч с тогдашней восходящей звездочкой от науки. В результате которых звезда так и не взошла, а королева едва не утратила свой титул. Все-таки белые ночи не самый надежный способ прятать грехопадение. Контакт «Анна К.» держался в топе и недавно был в сети. «Что новенького?» — спросила Ульяна, предлагая Анне чистосердечно признаться, в чем сама захочет. Себе же Уля с неохотой призналась, что своим появлением эта женщина внесла кучу неконтролируемых изменений в ее тщательно продуманные планы и, как ни странно, оживила их. То есть если раньше Ульяну интересовал только результат — попасть в святая святых Норы — эту ее микрофабрику по производству умных микродевайсов, то с недавних пор начал приносить удовольствие процесс. Хотя начиналось все довольно стандартно, если не сказать скучно. Тестируя Анну на пригодность, Ульяна изучила ее биографию, для полноты картины повстречалась и побеседовала с очевидцами Анниной жизни — бывшими и нынешними знакомыми, коллегами и так далее. Понятно, что эти люди, ни о чем не догадываясь, сообщили Ульяне гораздо больше интересных деталей, чем если бы пытались целеустремленно поведать, кто такая Анна К. Мир дуален, а грань между противоположными значениями настолько тонка, что ее можно установить лишь мысленно, и все бы ничего, если б не иллюзорность самой мысли. Изучая кейс Анны, обнаружив в нем подтверждение сплетням о приязни к своему полу, Ульяна сочла этот факт удачным обстоятельством, которое здорово облегчит ей задачу. «Своих проще понять, — говорила себе тогда, — со своими проще договориться, и опций становится в разы больше, если у вас много общего». «Ага!» — скептически усмехалась Ульяна теперь. Да ей проще было бы понять или соблазнить Анну, будь она самой натуральной натуралкой, а не той, которой оказалась на самом деле — единственной на свете женщиной, с которой Ульяна хотела быть (навсегда). И как, скажите, с этим работать? «Так ты придешь?» — спросила в ответ Анна. Уля поскроллила сообщения выше. Точно — она вчера писала, что сегодня читает лекции в арт-пространстве. Популяризация науки — не так давно воскресшее направление — развлекала Анну. Она начала активно в ней участвовать ради небольших, но гонораров, а потом подсела на позитивные эмоции славы. «Конечно. За тобой глаз да глаз, — ответила Ульяна. Вернее, для Анны она была Джи — случайная знакомая, удержавшая от неверного шага и предложившая кое-что интереснее падения с крыши. — Начало в шесть?» «Я тебя узнаю, Маска», — неуверенно пообещала Анна. Ульяна мысленно фыркнула: «Ох уж эти фразочки, от которых за версту несет театром!» Судя по началу переписки, сохранившейся в архиве, Анна очень смутно помнила события ночи знакомства. А вот гормоны запомнили отлично! Они-то и привязали на эмоциональном уровне крепче любой логики. Но даже спустя несколько месяцев Джи для Анны все еще оставалась персонажем в большей степени придуманным, чем реальным, что на данном этапе устраивало Ульяну. Как в сказке про аленький цветочек — она окружила Анну своим присутствием, не показываясь. «Всему свое время, — многообещающе улыбнулась Джи посредством подходящего эмодзи и вместо точки добавила: — Я буду рядом». Тем временем столики, а с ними и тишь в комнате отдыха незаметно закончились. Народу набилось прилично. Практически все посадочные места были заняты, и даже у барной стойки образовалась рыхлая толкучка из предпочитающих на ходу выпить кофе, обменяться парой слов и бежать. Воздух наполнился голосами, запахами и сплетнями. Доев обед, Ульяна аккуратно уложила опустевшие коробушки одну в другую и в пакет. — Свободно? Можно? — поинтересовалась незнакомая девушка, которую Ульяна с ходу мысленно определила в офис-менеджеры. Стоящая рядом с ней получила кличку «младшая сестренка» — скорее всего, она тоже сотрудница, случайных людей на этаже нет, просто одета и причесана так, будто вышла в магазин, а не на работу в международную компанию. Офис-менеджер, без сомнения, Ульяну узнала, но продолжала держаться версии незнакомства. Ульяна утвердительно кивнула: — Свободно. Девушки заняли места, выставили свои стаканы с кофе. Офис-менеджер достала вейп, а младшая сестренка — объемный рулончик из фольги, в котором оказалась спрятана шаурма. Освободив один край от упаковки, дева без объявления войны людоедски впилась в шаурму зубами. Оттяпав хороший кус, принялась жевать, и выглядело это мстительно-устрашающе. — Здесь есть кебаб? — удивилась Ульяна, справедливо полагая, что раз девушки попросились за ее столик, то можно потерзать их вопросами. Тем более что они аборигенки и должны все знать, это она здесь первый день. — Нет, конечно, — выдыхая пар в сторону, ответила офис-менеджер, — Лаура с собой принесла, а у нас просто времени нет от слова совсем. Нора лютует. Теперь она посмотрела на Ульяну с немым «ты же знаешь. Должна знать и помнить». Младшая сестренка мазнула по Ульяне взглядом, но ничего не ответила, а лишь с аппетитом налегла на фастфуд. — Наслышана, — расплывчато согласилась Ульяна. Офис-менеджер посмотрела на часы и затянулась — будто засекла время, за которое Лаура должна справиться с жертвой. Ульяна усмехнулась и мысленно прикинула планы на вечер — сколько лекция Анны продлится и что еще необходимо доделать сегодня. — Ты в ивент? — спросила офис-менеджер, когда Ульяна уже решила, что разговор исчерпан. И чтобы не выглядело, будто они знакомы, добавила: — Я тебя не видела раньше. Возвращаясь в сейчас, Свиридова утвердительно кивнула. — От завтра. Офис-менеджер тоже кивнула. — Со Стасом трудно работать, — то ли пожаловалась, то ли предупредила она, вновь посмотрела на часы, затем на младшую сестренку: та почти справилась с кебабом. Проследив за ее взглядом, Ульяна усмехнулась: — Такого быстрого поглощения шаурмы я еще не видела. Не подавись, — предостерегла. — Тоже первый день, — зачем-то пояснила офис-менеджер, — если не сбежит. Запихав остатки лаваша в рот и вытирая губы салфеткой, Лаура почему-то с опаской посмотрела на Ульяну. Уля допила остывший капучино и поднялась. — Увидимся, — сказала, не скрывая усмешку, потому что без смеха на скоростное поедание шаурмы не взглянешь, и добавила: — С этой подводной лодки без вариантов. Не соскочить. Ясно? — Вы знакомы? — спросила офис-менеджер уже за спиной Ульяны (прихватив пакет с пустыми коробками, понесла его к урне). Что ответила насытившаяся любительница фастфуда, Уля не услышала. Возвращаться в отдел тоже не планировала. Напомнив Стасу, что на полный рабочий день сегодня не рассчитывала и ему не позволит, вызвала горький вздох с заверением: задерживать тебя сейчас не имею права, поэтому отыграюсь позже, когда ты подпишешь контракт с компанией, а пока — иди, наслаждайся свободой. Покинув корпус С в деловом центре, давшем новую бизнес-жизнь дореволюционным строениям текстильного завода, Ульяна удивилась и порадовалась: каршеринговый автомобиль, на котором она приехала утром, дожидался на парковке и даже приветственно отозвался в приложении самыми удовлетворительными параметрами. Это ли не удача? На всякий случай обойдя машину в поиске неучтенных вмятин-царапин, Ульяна осталась довольна и начала поездку. Навигатор с ходу включился в процесс и, ознакомившись с положением дел на дорогах, сообщил, что с учетом пробок время пути до арт-пространства может составлять от сорока минут до полутора часов. На что внутренний аналитик ответил: если ехать прямо туда прямо сейчас, то Уля успевает даже по самым негативным прогнозам, но есть еще одно дельце. Остановившись на светофоре, Ульяна набрала абонента «Гуриев» и переключилась на громкую связь. — Есть работа для тебя, — ответила на неприветливое «алло». — Адрес прими.