Роковые дни

***

Белые, серые, синие, черные и изредка более «цветные» пятна мелькают в округе. Школьники толпами стремятся покинуть здание школы, уступая место учащимся второй смены. Учителя же лишь переходят в другой кабинет, чтобы там вести уже следующие уроки. Альбедо сидит на темном кожаном диванчике напротив двери гардероба десятых-одиннадцатых классов. Он перебирает пальцами край бежевого кардигана, смотря куда-то в пол. Парень в последнее время совсем рассеянный: все мысли заняты ситуацией дома. Кадзуха и Скарамучча совсем не ладят, хотя скорее брюнет не желает налаживать отношения с алоглазым. Да и сам староста совсем запутался и не понимает, почему все ещё оставляет темноволосого в доме. Обиды прошлого, невозможность мести из-за страха клейма «убийцы» или «нападающего», частые триггеры и новые воспоминания о сестре. Но нужно уметь прощать. Злом не отвечают на зло: так говорят моральные правила. «Да кому нужна мораль… Превыше всего логика…» — но даже с такими мыслями подросток не может ничего сделать, чувства берут вверх над мозгом. Он не сможет убить или причинить вред. Просто простит и забудет. Пора дать этому человеку второй шанс… Но заслуживает ли он его? Из размышлений его вырывает лёгкое прикосновение до плеча. Юноша вскидывает голову и видит знакомое лицо друга. Сяо с непониманием смотрит на блондина, уже убирая ладонь с плеча Альбедо. — С тобой все в порядке? — осторожно и тихо спрашивает писатель, присаживаясь рядом. — Да… Просто задумался. Не волнуйся. — староста построил спокойствие на лице и наблюдал, как Алатус сменяет обувь на уличную. — Куда мы пойдем? — В ресторан конечно, миледи. — парень слабо усмехается, завязывая шнурки на кроссах. — Оу, так у нас все серьезно? ~ — Конечно. Ресторан с детскими стульчиками. — Бля. А я думал, что реально в ресторан. Поем хоть на халяву. — Да свожу я тебя в ресторан, свожу. — он негромко смеется, набрасывает на плечо рюкзак, встает и, поправляя ворот рубашки, поворачивается к другу. — Ах, я тебя обожаю~ — блондин хватает свои вещи, но не спешит вставать: — В путь, — Сяо плавно протянул в сторону Альбедо руку, немного присаживаясь. — миледи? — Вы так манерны… — тот медленно вкладывает свои пальцы в чужую ладонь и легко улыбается. — Я поражен. Ощущается более крепкая хватка, и светловолосый поднимается с темного диванчика, делая шаг навстречу другу. Как бы странно они не выглядели, как бы странно себя не вели, по какой-то неясной причине это заигрывание даже нравилось художнику. Такое легкое и совсем не имеющее смысла, но невинное и в своем роде смешное. Сейчас, когда Альбедо в достаточно нестабильном эмоциональном положении, эти беседы дают малейший, но такой чувственный, глоток свежего воздуха. И с каждой усмешкой этого темноволосого парня дышать становится будто легче. С ним не нужно молчать, не нужно завязывать самому себе руки и глаза: ведь Алатус тот, с кем совсем не суждено встречаться как-либо в будущем или поддерживать связь. Потому сейчас можно расслабиться и говорить то, что хочешь: то, что захочет сердце. Проблемы таят в алых лучах яркого рассвета.

___

Край светлой кофты с силой сжали бледные пальцы, на душе и сердце становилось как-то паршиво, тяжесть в груди сопровождается учащенным сердцебиением. Парень опускает голову, смотря на свои ноги, что наполовину закрыты свисающими бирюзовые, переходящие в темно-синие, косички. Он закрывает глаза и глубоко вздыхает, опирается о колонну за спиной. - Все в порядке? - подросток вздрагивает, поднимает голову, вскидывает веки. Говорящий перед ним - светловолосая одноклассница, Аяка. - Да... Не волнуйся.