Гомеостаз. Равновесие

      После разговора с профессором Дамблдором Северус не смог остаться в Хогвартсе, впервые почувствовав полное отвращение к школе. Но и трансгрессировав домой, в общем-то в ещё более ненавистное ему место, не ощутил никакого облегчения. Только еле сдерживаемый гнев сменился на тоску, от которой захотелось выть не хуже Люпина в полнолуние. На плите он обнаружил заботливо приготовленный ею ужин, но так и не снял согревающие чары. Просто сел на стул и уставился на него в прострации.       Всё, что он читал по теории времени в библиотеке, когда узнал, кто она такая на самом деле, прямо утверждало, что нет никакой надежды на то, что они смогут встретиться снова. По правде говоря, сам факт, что они вообще узнали друг друга, был из ряда вон выходящим. И, наверное, такая развязка была более чем ожидаемой. Гермиона понимала это, как и Дамблдор. А он просто не хотел думать о подобном, хотя никогда не был склонен к оптимизму.       Может, она замечала его отрицание, поэтому не решилась обсудить с ним происходящее? Аккуратно подобранные слова даже на бумагу легли тяжело и нескладно, сказать их вслух было бы ещё труднее. К тому же разговор занял бы время, которого у неё, судя по всему, не было. Но всё равно… Всё равно…       Вновь накатил гнев. Северус вскочил, схватился за кастрюлю, намереваясь вылить содержимое в раковину, но тут же поставил её обратно на плиту. Крышка подскочила, громыхнув, и от этого звука зазвенело в ушах. Он злился на неё, на себя, на всех вокруг. Но никто не был виноват. Это делало ситуацию ещё хуже.

* * *

      — Северус сопроводит вас в покои, — закончил неудобный, но честный разговор Дамблдор.       — Благодарю, — куда же без надсмотрщика.       Впрочем, учитывая, что без палочки она не могла даже наложить на себя маскировку, это было не лишним. Неожиданная встреча с кем-то вроде профессора Флитвика посреди школьного коридора вряд ли вышла бы приятной. К тому же из-за действий Дамблдора время могло выкинуть фокус в любой момент, хоть прямо сейчас, так что чем меньше она дергается, тем лучше. Не хватало ещё неожиданно застыть по дороге и попасть в ещё более дурацкую ситуацию.       Снейп, наверное, думал в схожем русле, так как прибыл в кабинет буквально через пару минут и просьбу начальства исполнил безропотно. Вот только медленно прогуливаться по школе, подстраиваясь под её шаг, ему явно надоело. Или он решил, что она уже достаточно окрепла. Или просто торопился куда-то. В любом случае, темп его ходьбы начал увеличиваться, кажется, с каждым пролетом лестниц, по которым они спускались, и вскоре едва ли отличался от обычного.       — Профессор Снейп, мне нужно отдохнуть, — взмолилась Гермиона. Слабость тела победила силу воли.       Вообще в пути они обычно не переговаривались, так как она была невидима, и со стороны могло показаться, что Снейп болтает сам с собой. Не то чтобы бормочущий что-то себе под нос волшебник был чем-то странным, скорее даже наоборот, совершенно обыденным, но за деканом Слизерина подобной рассеянности не водилось.       — Вы не можете потерпеть? — он не стал скрывать свое недовольство.       — Нет, — отрезала Гермиона. — Если вы, конечно, не хотите, чтобы я упала в обморок и расплескала содержимое черепа по ступенькам. Так что либо вы даете мне возможность восстановить силы, либо несете Мобиликорпусом.       Она уж было ожидала, что он согласится на второй вариант просто из вредности, хотя это однозначно заставило бы его двигаться медленнее, но их прервали. Снизу послышались шаркающие шаги, и видимый Снейп шагнул в ближайший к ним проход с лестниц на этаж, кажется, третий. Она, невидимка, поспешила за ним, но, как и предупреждала, едва волочила ноги, так что запнулась о неровный пол и чуть не упала, схватившись за стену и согнувшись.       — Профессор? — раздался обеспокоенный скрипучий голос снизу. — Или это ты, Пивз? — тон изменился на раздраженный.       Несколько преподавателей, как же! Об обслуживающем персонале все всегда забывают. А ведь у Филча был прекрасный слух и наблюдательность в целом, так что о нем беспокоиться нужно было в первую очередь. Но ей было так странно осознавать, что здесь он жив, хотя она уже испытывала то же самое относительно Гарри и Рона. Правда, в его случае к радости примешивалось ещё и густое чувство вины, углубляя ощущения. Погиб ли тот Аргус, думая, что отец любит его? Или болезненная правда открылась ему перед смертью?       — Уходим, — кажется, одними губами сказал Снейп, собираясь, по всей видимости, увести её вглубь коридоров, так как Филч, привлеченный шумом, наверняка был уже на полпути к ним.       Но словесной командой Северус не ограничился. Он, не видя её, наугад протянул руку, мазнув пальцами по щеке, и ощутимо вцепился в надплечье, сразу подтягивая её выше, заставляя распрямиться. Гермиона задержала дыхание и напряглась, но, не имея возможности воспротивиться, подчинилась. Его ладонь спустилась ниже и сжала локоть. Снейп тут же развернулся в сторону от лестниц и потащил её за собой.       — Сил у меня не прибавилось, — отчетливо недовольно прошептала она, надеясь, что он услышит её за шумом их собственных шагов.       Прикосновение жгло кожу даже сквозь ткань мантии. Гермиона напряглась, пытаясь представить, что держит её Грюм. Но Снейп двигался совершенно иначе, хоть почти так же быстро, и не хватал её так, будто хотел сломать кости.       — Отдохнете в ближайшем тёмном углу, — раздражённо бросил он через плечо, наверное, разочарованный её недогадливостью.       Действительно, отвести внимание сквиба будет несложно. Просто на лестнице было слишком узко и светло, что слегка демаскировало её даже несмотря на первоклассные чары Северуса, а вот в каком-нибудь алькове...       — Тут за поворотом зачарованная дверь в заброшенный класс, — вспомнила Гермиона, наконец сориентировавшись, где именно они находятся.       И тут же прямо у них за спиной раздалось короткое, но громкое мяуканье. Миссис Норрис! Не то чтобы она не помнила про неё, просто в семидесятые кошка ещё, наверное, не родилась, так что они давно не «виделись». Впрочем, и сейчас не познакомились заново. Ни Гермиона, ни Северус не обернулись, сосредоточенно уходя от не самой быстрой погони.       — Как открыть? — спросил он, видимо, согласившись с её предложением за неимением лучшей альтернативы.       — Простой Алохоморой по верхнему левому завитку узора на барельефе. Здесь, — привлекла она внимание Снейпа, как только они дошагали до места.       Он, наконец, отпустил её, вытащил палочку из кармана и застыл, пытаясь понять инструкцию. Миссис Норрис опять замяукала, и Гермиона решила ускорить процесс. Она накрыла его ладонь, сжимающую древко, своей, указала на нужную деталь оформления и даже мысленно произнесла заклинание. Но понять, подчинилась ли чужая палочка её воле, как слушалась и в будущем, и в прошлом, было проблематично. Возможно, Снейп просто сам невербально использовал чары в тот же самый момент. В любом случае дверь открылась, даже без скрипа, и они поспешно скрылись внутри.       Честно говоря, она почему-то думала, что Северус останется снаружи, поболтает с Филчем и даст ей возможность успокоиться наедине с самой собой. Но он, вероятно, побоялся что она может обессилеть окончательно и, как угрожала чуть ранее, упасть в обморок, опять нашумев. Или просто не хотел общаться с завхозом. Очень зря. Хотя, понятное дело, Снейп ни в чем, кроме того, что заставил её бегать по лестницам, был не виноват. Гермиона сама не рассчитала силы, терпя до последнего. Сама коснулась его даже без защиты спасительной ткани, кожа к коже. Сама завела их в этот кабинет, где они с молодым Северусом…       Сердце екнуло, и она закусила губу, пытаясь унять неуместно возникшее возбуждение. Снейп не видел её и не мог применить легилименцию, так что она немного отпустила самоконтроль, что и сыграло с ней злую шутку. А может, дело было во всё том же её плохом самочувствии. Гермиона как-то читала, что из-за стресса меняется гормональный фон, а это, в свою очередь, может вызвать не самые адекватные реакции организма. Например, такой прилив сексуального влечения мог быть связан с попыткой остатков её репродуктивной системы продолжить работу.       — У вас холодные руки. Проверьтесь у целителя, возможно, нарушено кровообращение, — выпалила она, обратив внимание, что Северус накладывает чары на дверь и окружение.       Он наверняка использовал заглушающие, так что можно было не бояться, что Филч их услышит. А ей очень нужно было переключиться и, к примеру, поддеть его, чтобы продолжить безопасную перепалку.       — Спасибо за заботу, мисс Грейнджер, — равнодушно отозвался Снейп, не придерживаясь её плана.       Она передернула плечами, недовольная его слишком мягкой пассивной агрессией, и сделала пару шагов к партам. Ещё более древние и грязные, чем в прошлом, они не внушали доверия, а взгромоздиться на кафедру, как тогда, Гермиона не рискнула, хотя присесть была совсем не прочь.       — Вы спешите куда-то?       — Уже нет.       — Я испортила вам планы?       — Вы испортили мне зелье.       — Какое?       — Микстуру полных сил, — уже отчетливо резко отозвался он, но, как ей показалось, ответил честно.       — Для Дамблдора? — Гермиона задумалась и зачастила, не дождавшись ответа: — Вы переживаете, что не успеваете добавить гречишный корень до окончания второй фазы? Так добавьте унцию Лунной росы, когда вернетесь. Это стабилизирует состав.       — И сделает средство в два раза слабее, — отчитал Снейп её.       — Зато даст хороший накопительный эффект. Нужно будет просто пить лекарство каждый день в течение недели. Тоже неплохой вариант, по моему мнению.       — Какой ещё совет вы мне можете дать?       Она обернулась к нему, всё же опершись на спинку стула у одного из ученических столов.       — Я сожалею, что причиняю вам дискомфорт, но войдите немного и в моё положение. Мне тоже тяжело.       Звучало, как попытка сблизиться, но Гермиона понимала, что всё это благообразное нытье, скорее, оттолкнет его от неё.       — Вы сами выбрали этот путь.       Как и, к примеру, Сириус. Её маневр удался. У неё было много сложностей с юным Северусом, но своего супруга Гермиона всё же прекрасно знала.       — Можно и так сказать, — пробормотала она под нос. — Не то чтобы меня кто-то заставлял, — если не считать глобальное равновесие разумной силой.       Рассохшееся дерево под её рукой затрещало, и парта с грохотом сложилась, превратившись в груду досок. Гермиона повинуясь повышенной тревожности, отпрыгнула в сторону, к Снейпу, и вскинула руку, будто пытаясь отодвинуть его и защитить. Северус остался спокойно стоять, а вот она опять совершила ошибку, прикоснувшись к нему.       — Простите, — стушевалась Гермиона, отходя от него. — Рефлексы иногда опережают разум.       — Полагаю, это неоднократно спасало вам жизнь, — по-прежнему отстранено, хотя, скорее, задумчиво отозвался Снейп.       Она подняла на него смущенный взгляд. Несколько крупных щепок долетело до его ног, он разглядывал их, а выражение лица у него было точно такое же, как тогда, когда Невилл уничтожал очередной котел на занятии.       Мерлин, Невилл! Он же ещё не… Ещё может если не спокойно, то хотя бы просто спать. И чувствовать себя в безопасности не только в теплицах. Хотя не факт, конечно. На него смерть её копии наверняка повлияла хуже, чем гибель Сириуса по объективным причинам.       — Думаю, мистер Филч уже ушел дальше, — вырвал её из размышлений Северус.       Он до сих пор разглядывал уничтоженную мебель. Гермиона кивнула, но, осознав, что он всё ещё не видит её, поддакнула ему вслух. Вот сейчас Карта мародёров точно пригодилась бы. Впрочем, она всё равно была бы не у неё под рукой, а валялась бы среди остальных вещей на досмотре у Дамблдора.       Да и Снейп прекрасно заменил Карту, проведя их до комнат на сей раз без приключений. Но там не задержался, поспешив, логично предположить, в лабораторию к своему ненаглядному зелью. Гермиона, оставшись, наконец, в одиночестве, вздохнула с облегчением, укладываясь на диван. Резко возросший уровень тяги к Северусу был со всех сторон объясним, так что она простила себе эту вспышку. К тому же она действительно не собиралась превращать вынужденные, случайные ошибки в целенаправленные. Но все эти колебания эмоций по отношению к нему он наверняка заметил, так что это могло стать проблемой уже само по себе.       Если она привлечет его специфическое внимание, то переезд из Хогвартса ничего не даст. Хотя это все равно было необходимо, не зря Гермиона пыталась давить на Дамблдора в этом вопросе. Дело было, конечно, не в Филче и учителях, с которыми она могла столкнуться в коридорах. В замке все просто слишком напоминало ей о молодом Северусе. И воспоминания эти были большей частью неприличные, что, видимо, и подстегивало её проснувшееся либидо.       И никакого безопасного в ментальном смысле места тут не было совсем. Пожалуй, только в любимой подсобке она теперь могла не только медитативно поперебирать ингредиенты, пытаясь не представлять, как Снейп целует её, но и поплакать. Да, полностью отпустить чувства, а не просто приоткрыть щелку в свой настоящий внутренний мир, как в заброшенном классе под дезиллюминационными чарами, в какой-то момент ей всё же придется. Но вряд ли это поможет ей выстроить ровные отношения с актуальным Снейпом, скорее наоборот. Как же это все было невыносимо сложно.

* * *

      А Северус как специально провоцировал её на всё эти дурацкие реакции. Вечером, хотя опять проспав какое-то время, она не была уверена который час, он вернулся не с пустыми руками, а с частью её вещей. В каком виде директор, видимо, закончив изучение, вернул их, было не ясно, а вот Снейп выдал ей одежду, просто положив её стопкой на кофейный столик.       Розовый кружевной бюстгальтер лежал на самом верху. Гермиона возблагодарила окклюменцию, невозмутимо принявшись изучать, чем ещё её одарили. В самом деле, Грюм же не ослеп, увидев её в нем, Снейп уж тем более переживет. К тому же у неё имелось белье и покрасивее, и поновее. К примеру, то, что она купила на Косой незадолго до того, как ей пришлось покинуть семидесятые. Так что, учитывая который был сейчас год, его даже можно было считать винтажным. Хотя теперь стало жаль, что она потратилась. К чему все эти провокаторы, если ей нужно наоборот выстроить «бетонную стену» не только в своей голове, но и в принципе? А вот деньги пригодились бы в любом случае. Если их ей, конечно, вернут.       — А остальное? — Гермиона пытливо приподняла брови, уставившись на Снейпа. — Или мой шампунь оказался таким занимательным?       — Может, не косметика, но некоторые ваши зелья определенно заслуживают внимания, — неприятно вкрадчиво подхватил Северус.       Она тут же нахмурилась, продолжая сверлить его взглядом. Снейп, выдержав театральную паузу, продолжил:       — Часть лекарственных средств разлиты в фиалы, изготовленные по устаревшей технологии.       — Это странно? Стекло долго хранится.       — Примеси в этом приводили к сокращению срока хранения зелий, так что я давно избавился от них, по крайней мере в школе. Но эти сосуды подписаны моей рукой.       Гермиона хмыкнула. Наверное, те, что она украла в последний момент из шкафа, убегая из лаборатории. Всё-таки косвенно выдала себя. Хотя не то чтобы на этот раз она так уж старалась сохранить тайны. Наверное, потому и пошла напрямик в Хогвартс после перемещения, даже не попытавшись сбежать.       — И вместо того, чтобы сразу спросить меня о них, вы строили какие-то теории заговора?       — Было бы странно обвинять вас во лжи, основываясь только на этом. В конце концов вы не утверждали, что в вашем будущем я мертв или не дееспособен.       Пальцы почему-то только на левой руке предательски дрогнули, но она понадеялась, что Снейп этого не заметил.       — О, вы нашли среди моего багажа ещё что-то устаревшее? — она насмешливо прищурилась.       Вряд ли возраст кружев на белье Северус мог определить на глаз. А вот, как ни странно, насчёт Дамблдора Гермиона не была так уверена. Он всегда весьма скрупулезно относился к своему гардеробу, с этими его явно сшитыми на заказ мантиями.       — Ещё одну вашу тетрадь с записями, естественно, в зачарованном виде. Но вместо рецептов зелий там перечислялись результаты матчей по квиддичу, начиная с тридцатых годов. Ваша предусмотрительность похвальна, хотя на мой взгляд подобные вещи всё же опаснее обычных книг из будущего, о которых вы так переживали.       — Пришлось пойти на компромисс между потенциальным вредом и практической пользой, — вклинилась она.       Но Снейп продолжил давить:       — И уже в этой тетради обнаружились пометки, сделанные на сей раз рукой профессора Дамблдора. А вот про него вы четко сказали, что его уже не было в живых в вашем… мире, когда вы решили использовать ритуал.       Наконец она сообразила. Директор из семидесятых вообще-то не возвращал ей эту тетрадь лично в руки, продолжая отслеживать по ней масштаб событийных изменения до последнего момента (верно, так в ней и появились его записи). Значит, он сунул заботливо трансфигурированный дневник в сумку, когда нес её от двойника из Больничного крыла к ней, третьей итерации, в коридор. Видимо, таким образом он хотел избавиться от всех её вещей, мало ли, они тоже начнут пагубно влиять на время. Он же не знал и не мог рассчитывать, что они просто исчезнут, как пожитки Рона.       — И это ещё не всё, — Северус не собирался останавливаться.       — Конечно, нет, — перебила она его. — Я ведь к тому же и веду себя весьма подозрительно. Слишком перестраховываюсь, делаю какие-то далеко идущие предположения.       — Хорошо, что вы это признаете.       — Я и не собиралась устраивать шпионские игры. Просто решила, что вываливать всю подноготную сразу будет как-то чересчур, — Гермиона тоже подождала пару секунд, чтобы продолжить, но также драматично, как у него, у неё не вышло: — Это не первое мое путешествие во времени. В первый раз я переместилась в семьдесят седьмой. Прожила там почти полтора года и была вынуждена использовать ритуал ещё раз из-за усиливающихся временных сбоев, о которых я предупреждала профессора Дамблдора. И вот я здесь.       Она взмахнула руками как бы обводя комнату, но Снейп не отвлекся на движение, безотрывно вглядываясь ей в глаза. Наверное, хотел подловить легилименцией, понадеявшись, что она потеряет самообладание, пытаясь солгать.       — Это не отвечает на вопрос, откуда у вас, в частности, эти фиалы.       На этот раз Гермиона действительно смутилась и поджала губы. И вправду, по идее, их взаимодействия с молодым Снейпом в те времена должны были быть существенно осложнены его лояльностью Воландеморту.       — Я их украла. Взяла из шкафа в лаборатории, предварительно вырубив мистера Снейпа. Прямо перед тем, как начать подготовку к перемещению во времени.       — Мистера Снейпа? — собственную фамилию он произнес с неприятным присвистом, словно с ненавистью.       — Мистера Снейпа, — спокойно повторила она. — Он устроился ассистентом профессора Слизнорта осенью семьдесят восьмого, так что, собственно, варил и подписывал некоторые целительные средства, чтобы страховать Больничное крыло. Сами знаете, с поставками постоянно случаются какие-то сложности.       — Я никогда не работал ассистентом профессора, — кажется, окончательно разозлился Снейп.       — Вы — нет. Он — да. В том и прелесть, и опасность вмешательства в причинно-следственные связи. Я изменила судьбы многих: Дамблдора, Блэков, Эванс, Люпина, Петтигрю, Медоуз, Снейпа. Даже Грюма.       Зацикленность именно на Северусе в их разговоре ей откровенно не нравилась, так что Гермиона решила немного сместить акценты. Аластор прекрасно подходил под эти цели.       — Мне позвать профессора Дамблдора, чтобы вас разговорить? — скептично отозвался Снейп.       — Думаю, вы всё ему передадите и даже в Омуте памяти покажете, — отмахнулась она и затараторила. — Когда я попала в ту реальность, я несколько месяцев жила самостоятельно, не раскрывая настоящей личности. Там меня никто не знал и не мог знать, так что это было, можно сказать, просто. Но, конечно, я не могла просто сидеть и ждать острой фазы Первой войны. И на свою голову связалась с аврором Грюмом. Думала, через него попасть в Орден или что-то вроде того. Пока мы были вместе, на нас напали Пожиратели. В процессе схватки я разрушила всё свое прикрытие, поэтому Аластор просто вырубил меня, притащил в какую-то дыру, привязал к стулу и напоил Эйфорийным эликсиром, — она цокнула. — Если что, это не руководство к действию, тем более что расколол меня в конце концов Дамблдор, а не Грюм. В общем, так я оказалась в доме на Баркер. А потом директор решил держать меня ещё ближе, поэтому притащил в школу и устроил как раз ассистентом Горация для проформы. Там мои пути с разными значимыми для того времени слизеринцами и гриффиндорцами и пересеклись.       — И как же так вышло, что мистер Снейп занял вашу должность? — Северус не согласился сменить рельсы.       — Гораций со свойственной ему ловкостью скинул на меня часть своих обязанностей декана. А потом предложил и взять студента, который как раз искал ученичества, на поруки. Мистера Снейпа. Я тогда ещё была оптимисткой и думала, что могу привести всё к лучшему финалу, так что попыталась сблизиться с ним. Мистер Снейп же… Он понял, что я владею ментальной магией, решил, что я какая-то шпионка, и собирался продать меня Господину подороже, — Гермиона хмыкнула. — Как ни странно, это действительно оказалось нам всем на руку. Он привел Орден к Лорду, собственно, тогда тот и пытался меня задушить. Мне кажется, что до перерождения Том был как-то мягче, — отвлеклась она и продолжила ещё более сжато: — В общем, это позволило нам остановить Воландеморта как раз в семьдесят восьмом. Многие люди выжили, мистер Снейп получил протекцию Дамблдора за вовремя смененные флаги и устроился на работу в Хогвартс, а я наоборот попала в немилость хроносу, — она улыбнулась, вновь наполнив легкие воздухом.       — Выходит, вы фактически пережили и Первую, и Вторую магические войны.       — Причём в обратном порядке! Отсюда и некоторая моя дерганность. К тому же, если честно, держать всё это в голове и, оказавшись в новых условиях, переучитывать кучу факторов чертовски сложно. Те, кого я видела ещё пару дней назад, уже давно мертвы. Или наоборот, — взять хотя бы того же Воландеморта. Мерлин, как ей это надоело! — Адекватно воспринимать вас, ну, взрослым мне тоже затруднительно. Мне нужно время, чтобы адаптироваться.       Делать вид, что они едва связаны друг с другом, оказалось неожиданно сложно. Стало даже как-то стыдно перед молодым Северусом за все эти легкомысленные слова. Хотя, кажется, она вполне удачно оправдала своё странное по отношению к нему поведение. Жаль, было совершенно не ясно, как воспринял это сам Снейп.       — Ещё что-нибудь прояснить?       — Конечно, мисс Грейнджер.       — К слову, там я называла себя мадам Фицрой, — зачем-то уточнила она.       Слава Мерлину, никто не стал устраивать ей обстоятельный многочасовой допрос. И вопросы Северуса, хотя, наверное, это были, скорее, вопросы Дамблдора, оказались больше технического характера, чем личного. Какой ритуал она использовала, отличался ли первый раз от второго и всё в таком духе. В самом деле, знать, как история повернулась там, может, и было интересно, но в целом бесполезно. Какой им с этого толк в нынешних условиях? Тут уж больше подходил её оригинальный опыт, хотя и он кардинально отличался от текущей ситуации.       Однако даже конструктивно сокращенный её рассказ не мог обойтись без упоминания Рона. Опять же, не то чтобы ей так уж хотелось умолчать о нем, просто обсуждать его, как и остальных, как просто ещё одну деталь пазла её запутанного происхождения, Гермиона всё ещё была не готова. Впрочем, немного радовало то, что она может упомянуть его, не вызвав недоумения у собеседника. Этот Снейп знал только Рона-подростка, не особенно тянущего на смелого путешественника во времени, но хотя бы в принципе помнил о нем.       — Так нам стоит ждать ещё гостей? — скепсис так и сквозил в словах Северуса.       — Кто знает. Возможно. Вряд ли только мы такие во всем мироздании умные. Но тот Рон за мной не придет, можете не переживать. Он… погиб.       Снейп никак не прокомментировал эту информацию. А она задумалась, смог бы Гарри сделать такой же выбор, если бы во время битвы за Хогвартс умерли они. Представить это оказалось неожиданно сложно. По крайней мере тот Гарри, которого она знала, не стал бы связываться с Тёмными искусствами даже с такой целью.       — Если это всё, — Гермиона поняла, что они оба молчат уже какое-то время, и встала, — то я, пожалуй, приму ванну и переоденусь, — она указала на вещи.       Северус отпустил её, и, как только она оказалась за закрытой дверью, улыбка сползла с лица, а от нервов опять началась тошнота. Окклюменция превратилась из лекарства в яд и начала её душить. Как назло, Гермиона заметила дурацкую подставку под ноги, край которой выглядывал из-под ванны, так что вспыхнула ещё и из-за утренних мыслей.       Ей потребовалось полчаса, чтобы заковать душу в лед обратно. Но даже так лучше себя чувствовать она не стала. Нужно было покинуть Хогвартс, сейчас, немедленно. Баркер, Гриммо, любая другая дыра. Она была готова даже торчать вместе с Сириусом и опять «познакомиться» с Грюмом, лишь бы Снейп не мучил её.