Гомеостаз. Равновесие

      На сей раз никто её под руку к Лорду не вёл, пришлось поторапливать саму себя, застегивая мантию на ходу. Вспомнив причитания Беллы, Гермиона также нервно поправила волосы, уже стоя перед дверью в столовую. И глубоко вздохнула, применяя, кажется, все приемы окклюменции, которые знала, одновременно, прежде чем зайти.       — Вы хотели меня видеть, сэр? — пролепетала она самым робким голосом, на который была способна, топчась на пороге.       — Подойди, — небрежно бросил Лорд, даже не взглянув на неё.       Гермиона зашагала вперёд, в свою очередь стараясь не слишком откровенно пялиться на Воландеморта. Удавалось это с трудом, так как они были тут только вдвоём. Он не сидел на «троне», как в прошлый раз, а стереотипно стоял у окна, слегка придерживая закрытую штору, чтобы выглядывать наружу в образовавшуюся узкую щель. Чересчур высокий для человека, хоть и не настолько, как Хагрид, и дистрофично худой он выглядел как какой-то тёмный дух, вроде дементора. С улицы его белеющее в сумраке дома лицо, наверное, воспринималось и вовсе как зловещее предзнаменование из маггловских легенд. Интересно, что он хотел там увидеть? Тоже наблюдал за павлином? Она на него вдоволь насмотрелась, пока позволяла себе бродить по территории поместья.       На её счастье, сегодня в зале хотя бы было не так пусто в принципе, так что Гермионе удалось чуть рассеять внимание. На одном конце длинной столешницы лежала кипа пергаментов и куча прочих письменных принадлежностей, будто Том примерял на себя образ деятельного бюрократа. Она отметила как минимум три полностью исписанных листа, хотя содержание с её точки обзора оценить было затруднительно. Он уже начал мемуары? Или это были подробные инструкции для людей на местах? Вести деловую переписку с Тёмным лордом, наверное, было весьма волнительно.       — Письмо мистера Поттера на краю стола, — он всё же лениво покосился на неё.       Гермиона кивнула, шумно сглотнула и начала выискивать уже знакомый почерк, спасаясь от тревожно-пристального взгляда. В игре в гляделки против Лорда у неё не было ни шанса. Нужный пергамент лежал чуть в стороне от основной массы, так что найти его оказалось не сложно. К тому же он был распечатан и расправлен для удобства, так что она сразу сосредоточилась на чтении, дополнительно отгораживаясь от Тома бумагой. А вот всё остальное, насколько Гермиона заметила, было написано на, кажется, немецком. Слава Мерлину, не на французском. Проверять навыки чтения на якобы родном языке ей сейчас уж точно не хотелось.       — Мне… — заикнулась она.       — Нужно написать ответ, — терпеливо продолжил Лорд.       Она поспешно села на ближайший стул и потянулась за чернильницей и пером, стараясь сохранять самообладание. Ничего, вроде, не происходило, но напряжение росло. Том мог поручить проконтролировать её опять Снейпу, или Белле, или даже Нарциссе, однако, занялся мелочевкой лично. Так что вряд ли от неё требовалось просто принять предложение Гарри (точнее, Дамблдора) и дальше бездельничать, живя за счёт Малфоев.       Поттер, к слову, назначил «мадам Фицрой» встречу у Визжащей хижины, к которой собирался ускользнуть с прогулки по Хогсмиду. Как избито! Впрочем, затея сквозила дешёвым символизмом с самого начала, и Лорду, кажется, это нравилось. Так что и ей нужно было радоваться, что всё идет так гладко. Если бы это ещё гарантировало удачный исход всего заговора и выживаемость Гарри…       — Мистер Поттер выбрал удачное место? — всё же уточнила она. Вдруг у Воландеморта имелась какая-то более оригинальная идея.       — Да, — чуть раздраженно ответил он. — Тебе наверняка не составит труда найти его.       — Мне? — глупо отозвалась Гермиона.       Вообще умничать ей было невыгодно. Чем больше она будет блистать интеллектом, тем больше с неё будут спрашивать. Играть по-крупному, как Снейп, она не собиралась — не обладала таким талантом к окклюменции. Но сейчас Гермиона не изображала дурочку, она действительно недопоняла Воландеморта.       — Конечно, Мия, — Том, судя по шороху мантии, отвернулся от окна полностью и шагнул к ней. — Мальчишка придёт на встречу к тебе, а ты приведешь его ко мне.       Почему она до сих пор была уверена в том, что её роль в плане ограничится выплясыванием перед местным Лордом? Потому что молодой Лорд не хотел втягивать свою игрушку в представление слишком сильно? Так она уже вышла из-под его контроля. Или потому, что Снейп не предупредил прямым текстом и не подготовил её к активному участию? Может, он и сам не знал. Господин же перед ним не отчитывался и вообще мог придумать это требование хоть пять минут назад.       — Каким образом? — решилась уточнить Гермиона. Тихо и не очень уверенно, но уже без надежды, что Воландеморт вдруг передумает.       — Перенесёшься вместе с ним в указанное место. Ты же умеешь трансгрессировать в паре?       Нет, Воландеморт, конечно, ещё во время первой их встречи спросил, будет ли она готова к Хэллоуину. И Белла ему поддакнула. Но Гермиона то ли понадеялась, что вынужденным защитникам всё же удастся как-то оградить её от этого, то ли представляла себя эдакой классической наживкой, которая постоит где-нибудь на фоне и только. Она не думала, что ей придётся буквально привести Гарри за руку к нему. На смерть. Возможную.       — Да, конечно, — не стала прибедняться она. Это выглядело бы неестественно.       — Хорошо. Полагаю, тебе не составит труда придумать предлог, чтобы схватить его. Вряд ли он испугается хрупкую девушку.       Естественно, устраивать слёт Пожирателей рядом с Хогвартсом, когда по округе бродят авроры, было не слишком разумно. С таким же успехом можно было и Снейпа подставить, просто попросив его похитить Гарри прямо из школы. Чем более незаметно Поттер исчезнет, тем лучше. Но отправлять её в одиночку…       — Да, сэр, — выдавила она, возвращаясь к письму. — Куда мне нужно будет доставить мистера Поттера?       Уж не загнала ли она сама себя в эту ловушку? Когда намекнула, что отравила мужа, то есть дала Тому понять, что не так уж безобидна. И слишком хорошо прошла «собеседование», сохраняя самообладание и даже проявляя какой-то энтузиазм. Таким образом она замахнулась на положение выше статуса той же Нарциссы, которая хоть и была лояльной, но, строго говоря, не входила в число последователей Тёмного лорда. Или Лорд просто желал своему любимчику, Снейпу, только самое лучшее. А что может быть лучше идеологически верной жены-Пожирательницы?       — Белла тебе всё покажет и расскажет, — судя по тону, Лорд улыбался.       В этот же момент со стороны двери раздался шум и в помещение вошла Беллатриса. Гермиона лишь кинула на неё быстрый взгляд и опять склонилась над пергаментом. Никто ничего не сказал, тишину в зале нарушал, кажется, только скрип пера и её собственное дыхание. Лорд стоял прямо позади, опираясь рукой на спинку стула и совершенно не двигаясь. Гермиона старалась подавить неприятную дрожь и не совершать грамматические ошибки, записывая текст прямо на чистовик. Она чувствовала, что Том следит за каждым её движением. Изучает, оценивает, решает судьбу.       Но если это задумывалось, как испытание для неё перед принятием метки, то ставки были слишком высоки. Воландеморту было важнее проверить на вшивость «мадам Фицрой» или заполучить Поттера? Хотя её ли он проверял? Может, все эти странные выпады касались, скорее, Снейпа и Беллы? И так выражалась его паранойя после гибели Нагайны? В конце концов, Гарри не сможет бегать от него вечно, а вот держать рядом с собой то ли предателей, то ли ничтожеств, которые не смогли вовремя раскусить Питера и остановить его, было себе дороже. Уж не Беллу ли Том выглядывал в окно, когда она пришла?       — Прекрасно, Мия, — Воландеморт выхватил у неё письмо, стоило ей только поставить подпись внизу пергамента. — Можете быть свободны, — дал он отмашку уже им с Беллой обеим.       Гермиона встала, стремясь как можно быстрее оказаться подальше от Лорда. Откровенную дрожь удалось подавить, но от перенапряжения на левой ноге свело икру, так что походка у неё вышла, наверное, не самая плавная. Белла бесстрастно разглядывала её, по-прежнему стоя у входа. А она так и ждала, что Лорд отдаст ещё какой-нибудь приказ ей в спину. Поэтому пересекла комнату на одном дыхании и вдохнула новую порцию воздуха только уже в коридоре.       — Сначала заглянем ко мне домой, — подала голос Беллатриса. Её тон можно было назвать беспечным, она держала себя так, будто ничего особенного не происходило.       — Зачем? — хрипло осведомилась Гермиона.       — Забыла захватить твою палочку, детка, — Белла рассмеялась.       Чёрта с два, это вышло случайно. Но, конечно, никак язвить по этому поводу она не стала, лишь кивнула, пытаясь поспевать за спутницей. Палочка! Ей вернут палочку! И отправят одну в Хогсмид, откуда она сможет легко сбежать. Подставив Снейпа, Беллу с «её» Томом, Дамблдора и даже Гарри, который вряд ли согласится прятаться с ней в лесах и пойти наперекор воли директора в принципе.       Им с Беллой вновь пришлось пересечь двор и выйти за ворота, чтобы трансгрессировать. Защита на территорию поместья наверняка была наложена достойная, переместиться прямо с крыльца уж точно было нельзя. Но местный Лорд всё ещё не задумывался о лазейке, которую использовали домовики. Значит, при большом желании, Дамблдор или даже Гарри лично мог организовать её побег при помощи Добби или Кричера. Или хотя бы поинтересоваться, как она там. Послать безопасную весточку. В общем, Гермионе до сих пор жизненно необходимо было подтверждение, что она всё делает правильно. Точнее, совершенно не сопротивляется ходу развития событий.       Конечно, она понимала, что давать ей какую-то информацию, даже учитывая, что она уже знала много лишнего, было крайне опасно. Воландеморт мог её раскусить и вскрыть, как консервную банку, выпотрошив мозги. «Своего» Лорда, конечно, она и так заложила бы со всеми потрохами (принадлежавшими Белле). Но про участие в заговоре Дамблдора и Снейпа на данный момент могла сообщить лишь жалкие крохи. Вероятно, у Северуса вообще имелся какой-то запасной план, чтобы выпутаться из этой истории, если что-то пойдет не так. И излишняя вовлеченность «мадам Фицрой» во всё это не вписывалась.       Вот только её уже плотно «вписали» в сюжет. В со всех сторон неудобную позицию. Стараясь выровнять дыхание после приземления во двор дома Лестрейнджей, Гермиона попыталась отмахнуться ещё и от панических мыслей. В конце концов, даже плывя по течению, она не теряла дееспособности. Она же будет там, рядом. Она сможет прикрыть Гарри в нужный момент. Или добьёт Лорда вместе со «своим» Томом, если он атакует двойника, пользуясь случаем. Да и в общем-то пока у неё всё ещё не имелось возможности взбрыкнуть — Белла, вцепившись в неё перед трансгрессией, так и тащила её за руку за собой.       — Тебе нужно будет взять мальчишку и перенести его в Годрикову впадину, к старому дому Поттеров, — отрывисто бросила Беллатриса, едва они вошли в холл. В её голосе больше не чувствовалось веселья.       То есть местный Лорд планировал убить Гарри там же, где он и должен был погибнуть много лет назад. Прямо альфа и омега. Оригинальничать Том явно не стремился.       — Драко будет следить за Поттером в деревне, — продолжила Белла.       Прозвучало так, будто она была этому сильно не рада. То есть Малфой, конечно, вроде как должен был страховать «мадам Фицрой» и помогать, в каком-то смысле, Гарри скрыться. К примеру, отвести внимание случайных прохожих от Визжащей хижины или задержать того же Рона, который наверняка первым потеряет друга. Но, кажется, местный Том просто навесил на мальчишку ещё одну опасную обязанность. А им и их тайным планам Драко и вовсе, скорее, мешал. Он мог подметить странное поведение Поттера, который, по идее, знал, на что идет и к кому. А ещё мог увидеть её и понять, что она уж слишком похожа на грязнокровку Грейнджер. Конечно, если его инструктировала Белла и что-то шепнула мать, то поднимать шум он не будет. Но находясь под таким прессингом и наверняка не особенно понимая, что происходит, Драко мог и выкинуть что-нибудь просто по глупости.       — Здорово, — скривилась Гермиона. Здесь по крайней мере пугливое смирение изображать ей больше было не нужно.       Белла завела её в одну из комнат на первом этаже. Оказалось, что это гостиная. Которой, кажется, не пользовались вообще никогда. Вроде новые кресла выглядели как демонстрационные образцы из мебельного магазина, простоявшие на витрине несколько лет и порядком выцветшие. Впрочем, пренебрегать удобством она не собиралась и всё равно решила присесть.       Шагнуть вперед ей не дали. Белла так и держала её за руку, а сейчас и вовсе потянула к себе.       — Нужно ли мне объяснять, мадам Фицрой, как вам стоит вести себя завтра с мистером Поттером? — медленно проговорил Том, положив уже обе ладони ей на плечи.       — Это лишнее, — опять подобралась она.       Подыгрывать двум Лордам подряд было очень утомительно. И как Снейп выносил это? У него же ещё и Дамблдор имелся, с которым тоже приходилось постоянно общаться.       — Чудесно. Но я переживаю за вас. Как прошли ваши дни в поместье Малфоев? — он прищурился, разглядывая её.       — Неплохо. Лорд меня не беспокоил, а Нарцисса составила приятную компанию, — Гермиона уставилась куда-то в область декольте Беллы.       Это было, наверное, не очень прилично, но вряд ли могло обеспокоить Тома. Хотя, кто знает, каково ему было обитать в чужой оболочке. Влияли ли на него гормоны и все эти регулярные изменения, происходящие в женском теле? Квиррелл хотя бы тоже был мужчиной. Но маловероятно, что Воландеморт согласится обсудить с ней сложности жизни переселенца.       Мерлин, он же и в ней какое-то время находился! И испытывал на себе ранние проявления беременности. Такая себе сомнительная духовная близость.       — Не волнуйтесь, — по-своему интерпретировал он её бледный вид. — Если мистер Поттер выживет в схватке с моим двойником, я оставлю его в живых. У меня на него иные планы, — Лорд то ли слышал их со Снейпом короткий разговор на эту тему, то ли Северус сам его пересказал.       Воображение тут же нарисовало такие перспективы для Гарри, которые были хуже смерти. К примеру, он мог попасть в её положение, рискуя стать то ли домашним питомцем Воландеморта, то ли якобы его сторонником. Возможно, в случае с Поттером, даже демонстративным идеологом. Да, сменивший взгляды символ магического мира мог бы сильно деморализовать общество. Добровольно на это Гарри, конечно, никогда не пойдет. Но Лорд, естественно, найдет способы его переломать.       Гермиона всё же подняла взгляд на лицо Беллы. Но Том уже не пытался установить с ней зрительный контакт. Он медленно провел ладонью по её левой руке и принялся расстегивать манжету, чтобы, очевидно, задрать рукав.       — У вас тоже начнётся новый этап в жизни. Стоит отметить это.       Она не сопротивлялась, потому что не знала, что и думать. Не мог же этот Том заклеймить её в обход местного? Однако не успела она задать напрашивающийся вопрос, как палочка Беллатрисы уже оказалась направлена на её предплечье. Кончик древка вспыхнул алым.       Жгучая боль резанула, как острый нож с раскаленным лезвием. Гермиона вскрикнула и отшатнулась, но Том не позволил ей. Он так сильно сжал запястье, что, кажется, кости затрещали. И это не закончилось за мгновение, как тогда, когда он вернул ей зрение. Пытка всё длилась и длилась, усугубляя страдания. Рефлекторно она попыталась применить обратный прием, то есть оттолкнуть уже Лорда от себя. Но Белла, её тело, оказалось куда крепче, чем ей казалось. Мало того, что она даже не пошатнулась от толчков, продолжив колдовать, так спустя несколько мгновений ещё и умудрилась схватить её в охапку, остановив попытки освободиться в принципе.       Правда, в этот момент и агония тоже прекратилась, ведь Том перестал зачаровывать руку. Предплечье всё ещё пылало, будто к нему и вправду приложили раскалённый металл, но ощущения постепенно спадали. Гермиона открыла глаза, преодолевая сопротивление слипшихся от слез ресниц. Лорд, видимо, решил, что она вернулась в адекватное состояние и чуть ослабил объятия. Она, конечно, тут же принялась осматривать повреждённое место.       Но кожа оказалась совершенно чистой, может быть, лишь слегка припухшей и розоватой. Никаких татуировок, никаких страшных ран, никакого шрама, складывающегося в надпись «грязнокровка». А ведь все скрывающие чары Белла сняла с неё, ещё когда только похитила. Кажется, Том избавил её от яркой приметы прошлого. Как мило!       — Спасибо, — выдавила она, не маскируя яд в голосе.       Не то чтобы Гермиона была не рада обновиться физически хотя бы частично, но сейчас как-то не могла оценить по достоинству заботу Воландеморта. Со слепотой и всеми этими сложностями общения с двумя Лордами и Снейпом, Гермиона в принципе и думать забыла о такой детали своей внешности. Хотя и боялась излишне оголяться в доме Малфоев, видимо, держа это в уме на каком-то глубоком уровне подсознания. А сейчас ощущала, скорее, неприятие из-за чужих прикосновений и такого специфического внимания к её персоне в целом.       Хотя, справедливости ради, метку, которую оставила ей Белла, конечно, было лучше никому не видеть. Особенно местному Тёмному лорду. Дать внятные объяснения её появления Гермиона точно не смогла бы. Вот только почему молодой Лорд переживал, что другой он увидит обнаженное предплечье «мадам Фицрой»? Тоже подозревал, что двойник хочет принять её в Пожиратели?       — Завидую той себе, что так тебя разукрасила. Я хотела бы услышать, как ты визжишь, свинка, — пропела Белла, всё ещё приобнимая её. — Но Господин прав, нам стоит начать новый этап в отношениях. Согласна?       — А у меня есть выбор? — по-прежнему саркастично отозвалась Гермиона.       — Нет, — хохотнула Беллатриса. — И завтра ты тоже обязана вести себя хорошо. Ясно?       — Предельно.       — Чудно. У тебя остались ещё какие-нибудь вопросы, детка?       Может, Том и другие её шрамы удалит, раз уж он такой мастер косметической магии? Но, конечно, спросила она другое, хоть и не менее странное:       — Почему ты предпочла этого Лорда местному?       — А почему ты волочилась за молоденьким Севви, а этого зовешь «профессор Снейп»? — фыркнула Белла и, наконец, отпустила её полностью.       Чтобы порыться в карманах и сунуть ей в руки палочку, которую, понятное дело, всё это время таскала с собой.

* * *

      Пришлось провести в доме Лестрейнджей время почти до обеда, чтобы их с Беллой поспешное возвращение не выглядело слишком подозрительно. Подразумевалось же, что ей ещё должны были устроить экскурсию в Годрикову впадину. Но ожидание не было невыносимым: на сей раз Гермионе всё же позволили с комфортом расположиться в кресле и вообще оставили в покое. Домовик даже подал чай, пока она задумчиво крутила в руках древко, так и не удосужившись вернуть закатанный рукав на место.       Благоволил ли ей молодой Лорд, или ему просто нравилось причинять боль другим? А может, он таким образом воздействовал на психику? Вроде как она должна была приучиться принимать пытки от него с благодарностью. Он же, пускай и через муки, но вернул ей зрение, а сейчас, вот, улучшил, условно, внешний вид. Примитивный, но работающий ментальный крючок. Уж не опасался ли он, что ей больше по нраву местный Том? Не пытался ли «отбить» её? Должно быть, он был очень ревнив, точнее, не принимал даже мысль, что что-то может принадлежать не ему.       Ей не хотелось об этом думать. Ей не хотелось думать вообще ни о чем. Так что, как только она всё же добралась до спальни в поместье Малфоев, Гермиона приложила все усилия, чтобы отключиться от реальности, от себя и всех возможных тревог. Она отобедала, смотря в стену, выпила успокоительные и отправилась в ванную, с целью максимально по-сибаритски полежать в пене. Теперь, с магией, обустроить быт с комфортом было несложно. Хотя ей и пришлось потратить несколько лишних минут, вспоминая нужные чары и в принципе привыкая к весу древка в руке. Столько всего произошло, пока она вроде бы просто в очередной раз сидела взаперти, что, казалось, прошла целая вечность с той их со Струпьяром злополучной встречи в магазине.       Своеобразная медитация, подкреплённая зельями, прекрасно позволяла сохранять рассудок в безопасности. Но всё же, едва поужинав и переодевшись в сорочку, Гермиона выпила сразу два пузырька Зелья сна без сновидений и провалилась во тьму. Это был перебор, хватило бы и одной порции, однако рисковать она не стала. Она так и чувствовала, как кошмары поджидают её за границей реальности. Кровавые, полные боли и безвыходные. Скатываться опять к отчаянию прямо перед встречей с Гарри её не прельщало.       Завтрак Гермиона благополучно проспала. И всё утро медленно приводила себя в порядок, ощущая заторможенность и приятное равнодушие вообще ко всему. Не было разницы, как она будет одета и уложит ли волосы, но повседневная рутина, ставшая уже чем-то необычным на фоне заключения, дополнительно успокаивала. Единственное, что её всё же в каком-то смысле бодрило — беспокойство за ребенка. Уж не навредила ли она ему своим тотальным отчуждением от реальности? Диагностику Гермиона решила отложить на вечер, когда всё остальное тоже прояснится.       Где-то в полдень к ней зашла Нарцисса и даже на этот раз постучала:       — Отобедаете со мной, мадам Фицрой?       — Конечно, миссис Малфой, — без заминки отозвалась Гермиона, не задумываясь глубоко и об этом внезапном предложении.       Скорее всего, Цисси хотела провести с ней тайный разговор о Драко, который оказался втянут в очередную историю. Поэтому она не пригласила её к себе или в какую-нибудь малую гостиную наверху, а отвела вниз, на кухню. Так как это помещение предназначалось только для слуг, ни красивых обоев, ни лепнины на потолке тут не имелось. Да и сами потолки были низковаты и закопчены. Но, наверное, это было самое отдалённое от Воландеморта место в доме, возможно, даже относительно безопасное. В любом случае никаких тайных знаков от Нарциссы Гермиона не подметила. Или, вероятно, сам факт того, что они сидели за одним столом и мирно обсуждали блюда, и являлся способом наладить взаимоотношения. Уж ради сына Цисси была готова хоть с самим дьяволом заключить сделку.       Воландеморт тоже на общение был не настроен, хоть опять сам громогласно вызвал её к себе, растревожив весь дом. Он только вроде как поздоровался с ней, проверяя готовность следовать приказам, и незамедлительно отправил на задание. К воротам поместья Гермиона и вовсе отправилась на этот раз одна. И, немного потянув время, якобы собираясь с духом, уже полностью самостоятельно трансгрессировала на окраину Хогсмида.       К торжественному ужину студентам полагалось вернуться в Хогвартс, так что было ещё не поздно. Но можно было не опасаться, что кто-то разглядит её на фоне леса не то что издалека, но и с ближайшего изгиба дороги до школы. Уже смеркалось, а небо над замком заволокли почти чёрные тучи, поэтому было достаточно темно. К тому же, хоть дождь ещё только собирался пролиться на землю, ветер дул ужасно неприятный: такой пронизывающий, что появлялось ощущение, что с каждым его порывом в лицо впивались невидимые ледяные иглы. От него слезились глаза и мгновенно краснел нос, так что, наверное, все, кто был сейчас на улице, кутались в шарф посильнее и предпочитали смотреть исключительно себе под ноги. Тут действительно было куда холоднее, чем у домов Нарциссы и Беллатрисы. Может, ждать стоило уже не ливень, а снегопад?       — Мадам Фицрой? — в голосе Гарри чувствовалась настороженность.       Гермиона едва успела оглядеться, оценить обстановку и пожалеть, что не надела перчатки, так что вздрогнула и чересчур быстро развернулась к нему. Вообще-то это она должна была зловеще его поджидать, а вышло как будто наоборот.       — Мистер Поттер? — тоже неуверенно отозвалась Гермиона, разглядывая его. Из рта вырвалось облако пара — стояла точно минусовая погода.       Школьная мантия, уже утеплённый вариант, шапка и митенки, которые ему наверняка подарила Молли, запотевшие, видимо, из-за спешки очки. Они виделись не так давно, а в принципе разговаривали, используя камин, и вовсе только чуть больше месяца назад. Конечно, с тех пор он ни на йоту не изменился. На чём они тогда расстались? На драме насчёт её отношений со Снейпом? Как это теперь мало значило.       Он щурился, тоже изучая её внешний вид.       — Гарри вполне достаточно, — на его лице расплылась скромная улыбка, а напряжение совсем ушло. Казалось, он просто рад видеть её, невзирая на условия.       — Эм, Мия, — нашлась она.       Отыгрывал нового знакомого он прекрасно, пусть и был слишком дружелюбен. И спокоен. Эмоциональный и порывистый Гарри был как никогда собран.       Он протянул ей руку, чтобы закрепить знакомство. Гермиона шагнула ближе и схватилась за его ладонь. Пальцы были сухими и теплыми, будто он только что грел их у камина.       — Гарри… — выдавила она и замолчала, понимая, что ничего не может сказать прямым текстом, потому что потенциально подслушивать их мог, кто угодно.       — Рад встрече, — помог он, как будто бы понимая её замешательство. И тут же словно намекнул: — Думаю, надо найти место для разговора получше.       — Конечно, — выдохнула Гермиона, сжимая его кисть сильнее.       И трансгрессировала, пока хватало решимости. Могла ли она поступить иначе? Или лишь успокаивала совесть неизбежностью?       Они мягко приземлились на той стороне. Хотя расстояние между Хогсмидом и Годриковой впадиной было приличным, так что вполне можно было ожидать какие-то неприятные эффекты. Впрочем, все последние перемещения Гермиона в принципе переносила легко. Видимо, её самочувствие окончательно выправилось, невзирая на положение. Или тотальная окклюменция отрезала и эти ощущения тоже.       Гарри тоже был в норме, физически. Он выдернул руку из захвата, отпрыгнул от неё на добрый метр в сторону, но застыл, принявшись озираться. Она также попятилась от него и в очередной раз осмотрелась. Конечно, первым в глаза бросился полуразрушенный дом Поттеров. Гермиона не была тут черт знает, сколько лет, поэтому вновь поразилась этому мрачному зрелищу. Сад сильно зарос, но из-за времени года кусты уже порядком утратили в листве, так что сейчас обнаженные рёбра ветвей едва прикрывали промёрзшие насквозь стены.       С разных сторон раздались слабые шорохи. Тут ветер был куда слабее, чем в предыдущем месте их пребывания, так что списать шум на него не удавалось. Да и тучи были реже, поэтому глаз сразу зацепился за чернеющие в сумраке мантии. Пожиратели. Больше, чем она ожидала, учитывая, что из ближнего круга на свободе остались только Снейп и Белла. Которая как раз вышла прямо на крыльцо дома, скрипнув дверью, будто встречала их, как хозяйка долгожданных гостей.       Гарри хмыкнул, тоже, конечно, заметив Беллатрису. Но продолжил стоять рядом с калиткой во двор, без движения, прямо. Хотя бежать было уже поздно: территорию уже наверняка защитили антитрансгрессионным барьером, а все пути отхода перекрыла охрана в серебряных масках. Ей, как и Белле, инвентарь не выдали. Но наверняка можно было не бояться, что кто-то их увидит. Даже если сюда и сунется случайный маггл, его убьют на месте. Да и местных жителей, особенно волшебников, вообще могли устранить превентивно. К примеру, ту же Бэгшот, которая жила, кажется, ближе всех к дому Поттеров. Авроров, Орден и Дамблдора ждать вообще не стоило. По крайней мере, не прямо сейчас.       — Гарри Поттер, — одновременно торжественно и насмешливо поприветствовал его Лорд, шагнув из небытия на дорогу. Умел он появляться эффектно.       — Том Реддл, — отозвался Гарри, как ей показалось, с мрачным весельем.       Белла взвизгнула в гневе и бросила в него какое-то заклинание, но Поттер лишь пригнулся, уходя из-под огня. Воландеморт поднял руку, останавливая слуг от дальнейших действий.       Гермиона и вовсе отступила ещё сильнее в сторону, сойдя с дороги и оказавшись на обочине. Ей Гарри и слова не сказал, принимая происходящее, как должное. Или ей так только казалось?       — Я ждал тебя в конце учебного года, как обычно, — снова надерзил Поттер. — Что за спешка?       — Если бы нам не помешали, всё закончилось бы ещё летом. Надеюсь, ты воспользовался возможностью и попрощался с друзьями. Родители тебя уже заждались, Гарри, — Том ухмылялся.       Поттер же, наоборот, нахмурился, растеряв весь задор. И атаковал первым. Экспеллиармус рассыпался алыми искрами по щиту Тома.       — Мальчишка, — он расхохотался.       И тут же ответил. Зеленый росчерк пронёсся от Лорда к Гарри за одно мгновение. Поттер вроде как попытался защититься или просто вскинул палочку, не успев воспользоваться чарами. А может, и сознательно промедлил. В любом случае никаких сложных магических эффектов, которые порождали их родственные палочки ранее, не возникло. Гарри пошатнулся и упал на спину.       Гермиона сжала челюсти, цепляясь за здравую мысль, что он и должен был получить Авадой в лоб. Чтобы Лорд собственноручно выжег из него свой крестраж. Она так старалась себя успокоить, что не сразу среагировала на приказ:       — Мия, проверь его, — небрежно бросил Лорд, уже, видимо, внутренне празднуя долгожданную победу.       Она заморгала, дёрнулась и только спустя несколько долгих секунд бросилась к Гарри. Это вообще-то было им на руку. Она могла легко скрыть то, что он выжил. Белла, то есть её Лорд, вроде как, тоже обещал помочь Поттеру, но доверия в этом вопросе ему не было. Впрочем, как и во всех остальных вопросах тоже.       Накладывать диагностические, которые разрушили бы всю конспирацию, Гермиона, конечно, не стала. Она упала перед Гарри на колени и потянулась проверить пульс на шее. Он лежал совершенно расслабленно, незряче уставившись в небо. Где-то совсем близко крикнула птица, верно, встревоженная их возней. Ещё не успев прикоснуться к пока теплой коже, она поняла — Гарри был мёртв.