Гомеостаз. Равновесие

      — Всё кончено, мой Лорд, — огласила она недрогнувшим голосом, понимая, что не чувствует своего лица. Да и вообще ничего не чувствует. — Вы победили.       Воландеморт не выразил никакой открытой радости, как она ожидала. Наоборот, он смотрел на тело с очевидным напряжением во взгляде. Поттер принес ему кучу неприятностей и заставил немало за собой побегать. А сейчас всё так быстро и легко закончилось, что Том, верно, не мог поверить своему счастью. Все остальные присутствующие молчали и не двигались, лишь она позволила себе выпрямиться и отойти от тела на несколько шагов.       — Белла, оставь мистера Поттера в его отчем доме, — наконец, словно очнувшись, распорядился Том. Уже изображая полное равнодушие к поверженному врагу.       Белла радостно захохотала, но это, как ни странно, скорее разрядило сгущающуюся атмосферу. Воландеморт затянул пафосную речь, рассчитанную, видимо, на присутствующих Пожирателей. Ей это было неинтересно, так что она слушала в пол-уха, просто чтобы не пропустить что-нибудь важное. Но новый приказ лично ей так и не поступил.       — Уходим, — распорядился Господин, обращаясь ко всем сразу.       Он взмахнул рукой, видимо, снимая барьер. Тут же раздались хлопки трансгрессий — свита начала покидать место казни. Она последовала их примеру, вернувшись к поместью Малфоев, и подождала пару минут, застыв у ворот, пока не появились Лорд и Белла.       — Ты прекрасно справилась, Мия, — он вновь обратил на неё внимание.       Тяжелые кованые створки легко распахнулись перед ним.       — Благодарю, сэр, — она наклонила голову в почтительном жесте и зашагала позади.       — Северус хотел тебя видеть, — небрежно добавил Том, когда они уже подходили к дому, будто только вспомнил об этом. — Но вряд ли он освободится в ближайшее время.       Да, сейчас, наверное, уже поднялся страшный скандал. В Хогсмиде заметили исчезновение Поттера, начался поиск, к нему наверняка привлекли персонал Хогвартса… Как собирались разбираться с последствиями своих действий Дамблдор и Снейп, честно говоря, её тоже не заботило. Наверное, у директора был заготовленный план и на этот вариант развития событий.       — Я подожду его, — просто ответила она.       Лорд этим вполне удовлетворился и отмахнулся от неё, отсылая прочь. Если и планировались какие-то торжественные поминки ненавистного Поттера, её туда звать не собирались. А вот Белла ушла с Господином, к счастью, тоже избавив её от своего общества. Решать прямо сейчас какие-то вопросы ещё и с ней было бы крайне изнурительно. К тому же скоро должны были подать ужин, а она обещала себе хотя бы пытаться питаться нормально.       Поэтому, добравшись до комнаты, она первым делом занялась вопросами своего здоровья. Левое запястье, которое кое-как удавалось игнорировать со вчера, отчётливо ныло, сжимать кулак было неудобно. Видимо, Том перестарался, удерживая её на месте. Она наложила диагностирующие, опасаясь, что дело не только в синяках. Но разобраться в показателях не смогла. Растяжение? Трещина или перелом какой-то мелкой кости? Никаких специфичных лечебных зелий у неё под рукой всё равно не имелось.       Но раз уж она занялась самообследованием, то проверила и состояние плода, как и планировала ранее. Тут хотя бы всё было более-менее ясно: никаких очевидных отклонений от нормы не наблюдалось. Можно было считать этого ребенка везунчиком? Или он, наоборот, был самым большим неудачником на свете? Она положила руку на живот, попытавшись вновь определить, насколько увеличилась в размерах. По крайней мере с именем не было нужды больше мучиться. Родится мальчик — назовёт его Гарри.       Непрошеная мысль была с позором изгнана на задворки сознания. Она сходила в ванную, стараясь не смотреть в зеркало, бездумно порылась в сумке и дождалась, наконец, еду. Сегодня подавали, внезапно, луковый суп, будто в меню добавили французское блюдо, чтобы поощрить её за исполнительность. Но он ей никогда особенно не нравился, так что она попробовала лишь пару ложек для вида и налегла на индейку в клюквенном соусе. И сладкий пирог со слоеным тестом тоже игнорировать не стала. Как всегда, выше всяких похвал. Вряд ли и при королевском дворе кормили вкуснее.       Жаль, восхищения местной кухней надолго не хватило, и ей пришлось довольно долго бездельничать, дожидаясь Северуса. Она поглазела в окно, но Нарцисса так поздно по саду не бродила, а гости Лорда заходили с парадного входа. Она слышала какой-то шум в отдалении, но со своей точки обзора увидеть ничего не могла. А вот павлина загнать в сарай забыли, так что из-за его белого оперения казалось, что по заднему двору ходит призрак. Надо было хотя бы узнать его кличку, так как, кажется, он даже начал ей нравится.       Сунуться в коридор она не решилась, не желая встречаться как раз с посетителями Воландеморта. Мало ли кто это был. И чтобы не привлечь к себе его внимание, конечно. Вдруг Том сменит милость на гнев и всё же решит, что сохранять ей жизнь теперь не имеет смысла. Это действительно было так, но погибать от его рук ей не хотелось просто из упрямства. Она, лично она, не проиграла ему ни разу, вот и сейчас не собиралась изменять традиции. К тому же она планировала всё-таки услышать, что ей скажут Снейп и, через вторые руки, Дамблдор. Будут ли они оправдываться за её преданное доверие? Вряд ли. Но может, хотя бы предложат какие-то адекватные ответные действия.       — Мия, — Снейп зашёл в комнату.       Она услышала его шаги секунд за пять до этого, так что уже вскочила с кровати и приняла невозмутимый вид, будто и не дремала только что.       — Северус, — отозвалась она, почему-то вспомнив ответ Беллы на её вопрос про отношения с Лордами. До этого ей не приходило в голову проводить прямые параллели между её сложностями с разными Снейпами и восприятием версий Господина Беллатрисой.       — У меня мало времени, так что собирайся, мы уходим, — спокойно распорядился он.       — Куда? — озадачилась она, но уже схватилась за сумку, которая лежала на прикроватной тумбе.       — Ко мне домой.       — Господин…       — …посчитал, что твое присутствие здесь больше не требуется.       — Хорошо.       Она и так не раскладывала тут возвращённые вещи, так что только заглянула в ванную комнату за гигиеническими принадлежностями, да застегнула мантию, которую так и не удосужилась снять после возвращения из Годриковой впадины. Снейп кивнул ей и понесся вперед по коридорам наружу поместья.       То, что он забирал её отсюда, конечно, было несколько неожиданно. Это давало им большую свободу от обоих Лордов одновременно. Давало возможность наконец-то более-менее открыто поговорить. А ещё прекратить её существование и оправдать это, к примеру, попыткой побега. Это было бы логично: поставить обоих Лордов в одинаковые условия, лишив всех крестражей и прочих суррогатов бессмертия. И хоть она в последнее время передумала умирать, но и сопротивляться своей судьбе не собиралась. Хотя принимать смерть от рук Снейпа ей уж тем более не хотелось.       А ему, вероятно, было не в радость убивать её. Хотя, может, Северус вовсе и не собирался никого умерщвлять? Вдруг он собирался использовать её, как своеобразный рычаг давления на молодого Лорда? Держа её под своим контролем. Рискованно, но так и ставки в последнее время взлетели до небес.       Паучий тупик был, кажется, таким же, как и всегда. Что в прошлом, что в будущем. Позабытый тёмный угол, холодный и пустой. Хоть что-то осталось неизменным. Правда, пейзажами она совсем не любовалась, слепо смотря перед собой, просто следуя за Снейпом, так что, может, пропустила какие-то детали. Никто им не повстречался ни по пути до ворот поместья Малфоев, ни здесь. Северус взмахнул палочкой и пропустил её в узкий коридор-прихожую первой.       — Я вынужден оставить тебя сегодня тут одну, — объявил он, впрочем, запечатывая дверь, словно не собирался уходить прямо сейчас.       — В школе неспокойно?       — Мягко говоря. Сейчас я якобы разыскиваю мистера Поттера, — он хмыкнул.       Она почти ощутила, как изморозь покрывает внутренние органы, когда услышала фамилию Гарри.       — Но вскоре мне придётся вернуться в замок, — продолжил Снейп, занятый вопросами безопасности, не обращая внимания на её эмоциональные реакции. — Необходимо ещё изучить проклятое ожерелье.       — Ожерелье? — эхом повторила она, уже стоя посреди гостиной.       — С помощью которого мистер Малфой планировал убить директора, — хмыкнул Снейп и, наконец, перестал колдовать.       — А, — наконец, сообразила она. То, что у Драко была ещё основная задача от Воландеморта, она как-то подзабыла. — Как Кэти Белл?       Впрочем, и отвлекающий прием это был прекрасный. Пока все разбирались с происшествием в Хогсмиде, Гарри наверняка уже остывал, лежа в заброшенном доме.       — Благополучно доставлена в Мунго. Жить будет, — не слишком довольно отозвался Снейп. Создавалось ощущение, будто ему было даже не совсем плевать на гриффиндорку, павшую жертвой их мутных схем.       Ничего больше уточнять она не посчитала нужным, а Северус не кинулся ничего ей объяснять, так что повисла гнетущая тишина. Был ли Снейп предателем, или это всё случилось из-за просчёта Дамблдора? В любом случае проще было винить того, кто находился ближе. Когда она ещё сможет увидеться с директором и высказать ему претензии? А человек, всё-таки не уберегший сына своей первой любви, несмотря на все обещания, стоял прямо перед ней. И совсем не выглядел так, будто убит горем.       Хотя, если руководствоваться этой логикой, главный злодей находился ещё ближе к ней. И совершил он самый страшный грех — бездействие. Отчаяние попыталось пробить ментальную скорлупу, но потерпело неудачу. Подавив тягостный вздох, она шагнула в сторону кухни.       — Сделаю чай.       — Будь как дома, — съязвил Снейп.       Но она не поддержала его тон, ответив, скорее, устало:       — Я и есть дома.       По крайней мере, ей не составило труда наполнить водой чайник и зажечь старую плиту. И даже найти нужную посуду, а также, собственно, сам чай. Он, как и когда-то давно (для неё), был насыпан в неподписанную жестяную банку, стоящую в буфете на второй полке. Позже, когда они с её тогда ещё будущим мужем сблизились, она обустроила кухню получше и завела уже более симпатичные емкости для сыпучих продуктов.       Хотя, в отличие от улицы, внутреннее убранство дома явно не являлось константой в её долгом путешествии. Изменения не бросались в глаза, даже наоборот, были как будто совсем незаметны. Но сейчас тут определённо было куда светлее, ухоженнее и уютнее, чем в те же семидесятые, хотя, казалось бы, за двадцать лет всё должно было только ухудшиться. Нет, обстановка осталась такой же бедной: полы нуждались как минимум в покраске, мебель рассохлась, а лак с неё давно стёрся. Единственное окно в гостиной по-прежнему выходило на глухую стену соседнего дома, пропуская минимум света. Возможно, даже книг на полках стояло такое же количество, как в её времени.       Но, кажется, Эйлин уделяла заботе о хозяйстве если не больше времени и сил, то хотя бы делала это с вдохновением. А Северус, испытывая хоть какую-то любовь к этому месту, продолжил её дело. Дверца кухонного шкафа не скрипела, стекло в окне над раковиной было чистым, а чайник и вовсе оказался новым, хотя вряд ли Снейп часто бывал тут и пользовался им. Даже сам чай пах как будто ароматнее.       Всё это, правда, оказало на неё не благостное, а прямо противоположное влияние. Как и его дом, этот Снейп тоже был другим. И пусть для него это были положительные изменения в плане характера, на их отношения они могли повлиять самым негативным образом. Главный вопрос: кому всё же был предан этот Северус? И обрадовался ли он смерти «мистера Поттера»? Сейчас ей было неприятно вспоминать, как она убеждала Гарри, что Снейп их верный союзник.       — Тебе налить? — удосужилась уточнить она.       — Конечно, — Снейп тоже зашёл на кухню и наблюдал за ней.       Она потянулась за второй кружкой, неловко стукнула фаянсовым боком по дверце шкафа и, чуть не уронив, поспешила опустить ношу на столешницу. Хватит с неё разбитой посуды.       — Уже можно снять окклюменционный барьер, — тихо посоветовал Снейп. — Тут ты в безопасности.       — Если я это сделаю, то у меня начнётся истерика. Я примусь рыдать и не смогу остановиться, долго. А как оправдать заплаканный вид перед Лордом, если ему придёт в голову вызвать меня в ближайшее время, я и представить не могу. Только если сказать, что это слезы счастья из-за того, что теперь он мой Господин.       Она засыпала чай в заварочный чайник, стараясь, чтобы руки не дрожали. Но, как назло, повреждённое запястье заболело ещё сильнее именно сейчас.       — Мистер Поттер жив, — объявил Снейп таким тоном, будто это был очевидный ответ на элементарный вопрос, а она только что потеряла пятнадцать баллов факультета, ошибившись на его уроке.       — Если ты не в курсе, — ледяным тоном ответила она, не ведясь на его провокации, — я была там и лично убедилась, что он мёртв.       — Кто-то действительно мёртв, но не мистер Поттер, — насмешливо протянул Северус.       — И кто же занял его место? — она, наконец, обернулась, чтобы лучше читать хотя бы язык его тела.       — Нетрудно догадаться, — он небрежно опёрся о косяк.       Она свела брови к переносице и прищурилась. Оборотное зелье, конечно, позволяло многое. Никто на идентичность Гарри в процессе не проверял, уж не она точно. А после смерти тело и должно было остаться в измененном виде.       — И на кой чёрт Дамблдору делать это? В чём смысл? Это никак не снимет с Гарри тёмные чары.       Снейп молча смотрел на неё, не удосужившись даже пожать плечами.       — Даже не проси меня довериться тебе и в этом, — вскинулась она.       И тут же поняла, что барьеры, что она возвела вокруг разума, дали трещину. Она схватилась за стойку и уставилась в пол, стараясь дышать ровнее. В груди разлился яд.       — Гермиона, — наверное, это была просьба успокоиться.       Вот это да, уже даже не Мия! Тут их, видимо, действительно не подслушивали. И, возможно, передавать Снейп тоже никому ничего не собирался.       — Давай без этих пошлых приёмчиков! — окрысилась она. — Боюсь, сделать вид, что ты ко мне неравнодушен, уже недостаточно. Мне нужны ответы, а не пустая надежда.       Ослеплённая чувствами к нему, она постоянно недооценивала, как Снейп умел манипулировать людьми. Точнее, закрывала на это глаза, играя в поддавки. Но сейчас действительно было уже поздно для подобного.       — Альбусу пришлось быстро соображать, — вдруг иронично выдал Снейп.       Она подняла на него неприязненный взгляд.       — В попытке защитить тебя от Лорда в краткосрочной перспективе, Белла всех нас подставила в долговременной, — продолжил он.       — Не нужно было мутить воду, разыскивая меня. Тогда ей не пришлось бы придумывать сказки на ходу, — уколола она его.       — Я ведь не знал, что именно Лестрейндж тебя забрала. И что она одержима новым Лордом, — с раздражением отозвался Северус, но злился как будто не на неё, а исключительно из-за своей неудачи. — И с Хвостом всё вышло не так гладко, как хотелось бы. А позже у нас не осталось выбора. Если бы ты не привела к Господину Поттера, он казнил бы тебя. Это было недопустимо.       — Мною можно было бы и пожертвовать, — возмутилась она.       — Тобой — да. Но не новым Лордом. Твоя гибель, с учетом выживания мистера Поттера, поставила бы его в очень неудобное положение. Скорее всего, в такой ситуации он предпочел бы уйти в тень, чтобы обеспечить себе личную безопасность, и противостояние в очередной раз затянулось бы.       Конечно, можно было бы пожертвовать вами с мистером Поттером обоими, но Альбус был не согласен идти на такой размен. Да и обставить это было бы труднее.       — Прости? — совсем уже запуталась она. — Вы пытались стравить двух Лордов?       — Как звучало пророчество из твоего мира? — неожиданно сменил тему Снейп.       Ей пришлось поднапрячь память, чтобы вспомнить формулировки, но целиком весь текст она так и не озвучила.       — Грядет тот, у кого хватит могущества победить Тёмного лорда… рождённый на исходе седьмого месяца, теми, кто трижды бросал ему вызов, — забубнила она, почти подражая манере Трелони. — И тому подобное. К чему это?       — Рожденный теми… Забавно, — Снейп смотрел куда-то в сторону. — У нас пророчество звучит так: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… приведённый в мир той, что трижды бросала ему вызов, приведённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, придёт на исходе седьмого месяца…»       Ей потребовалось секунд десять, чтобы осмыслить это.       — Мерлин великий! Дамблдор решил, что это про меня? А Гарри, он…       — Просто оказался не в то время и не в том месте, — пожал плечами Снейп. — Казалось очевидным, что речь идёт о ребёнке, рождённом женщиной, которая открыто выступала против идей Тёмного лорда. Мистер Поттер прекрасно подходил под это описание. Но когда ты появилась в Хогвартсе в конце июля, а позже выяснилось, что это уже третий мир, в котором ты так или иначе вступаешь в конфронтацию с Лордом…       — Вы решили, что я ещё только беремена этим спасителем, — выдохнула она.       Поэтому он и не давал ей сделать аборт, конечно же. А вовсе не из-за высоких моральных качеств.       — Такой вариант тоже рассматривался, — демократично подхватил Снейп. — Но Альбус изначально посчитал, что под «приходом» подразумевался всё же менее физиологичный процесс. К тому же тебе ещё нескоро рожать.       — Так вы догадывались о существовании моего Лорда ещё до всего этого? — цокнула она.       — Альбус сразу понял, что над тобой нависает проклятие крови. Сначала он списал это на последствия использования ритуала, но эффект не спадал со временем. Да и примеров специфичной одержимости у нас имелось достаточно, чтобы проследить схожесть. Профессор Квиррелл, мисс Уизли, мистер Поттер, в каком-то смысле.       Дамблдор всё же заметил Тома, паразитирующего на ней, как бы тот ни стремился быть незаметным. И, видимо, избавиться от ребенка ей не позволяли всё же из соображений беспокойства за состояние Лорда, как мило.       — И все они были связаны с Томом Реддлом. Поэтому вы решили взять у меня анализы, чтобы всё проверить, — она фыркнула. — Но пока вы разбирались с этим, он сбежал от меня к Белле.       — По моей вине. Впрочем, было совсем не очевидно, стоит ли способствовать твоим контактам с Лордом или ещё слишком рано. Вводить тебя в Орден или нет. Мы не знали, кто пришел с тобой, и не могли тебе полностью доверять.       Как и Гарри вечно не доверяли и держали в отдалении от всех важных тем.       — Что бы я ни привела в этот мир, то, что оно должно было противопоставить себя Воландеморту, вовсе не означало, что оно на стороне Дамблдора, — она тоже смягчилась. — Да я и сама себе, выходит, не могла доверять. Я же не знала, что я крестраж, носитель или что-то подобное, а он мог использовать любую полученную от меня или от вас информацию себе на пользу.       — К тому же он мог поработить твою волю. Переписать личность.       — Да, я тоже этого боялась, но позже, — она покивала. — В том времени у него просто не было возможности провернуть что-то подобное.       — Разве? Лорд мог специально использовать тебя, чтобы переместиться в другое измерение, раз в том его дела пошли не самым лучшим образом. Даже твои слова косвенно подтверждали этот сценарий: ты была близка с его преданным на тот момент слугой. Так что Господин вполне был в силах сломать тебя и вылепить такой, какой ему было нужно. А ты даже ничего не вспомнила бы.       Как она сама себя подправила перед предыдущим перемещением. Впрочем, она тогда всё равно понимала, что что-то в ней не так.       — Ещё скажи, что я сознательно привела его сюда, — небрежно отмахнулась она. Если бы Северус считал это правдой, он с ней сейчас не разговаривал бы. Но, очевидно, они с Дамблдором рассматривали все варианты, приглядываясь к ней. — Нет, мы с ним оба оказались в условиях, к которым были не готовы. Хотя Том и без лишних усилий умудрился смешать нам всем карты.       — Отчего же? — легко переключился Снейп, подтверждая её мысли — по крайней мере врагом он её не считал. — Придётся, конечно, потянуть время, чтобы выгодно расставить фигуры по доске, но Альбус уже выиграл его для нас.       — И в чём тут выгода? Выходит, что сейчас у нас два Воландеморта, два их крестража и ноль Дамблдоров. Отличный план. Надёжный, как Гринготтс.       — Если бы всё было так безвыходно, то Альбус всё же отправил бы на встречу настоящего мистера Поттера. Но он увидел вариант, как сохранить жизнь, как оказалось, не вполне причастного к событиям мальчишки. И даже, возможно, твою.       Снейп замолчал, она вновь уставилась на него со всей свирепостью, на которую была способна:       — Всё ещё пытаешься тянуть интригу?       — Хочу понять, знала ли ты об этом что-то или нет, — издевательски прямо ответил Снейп. — В твоей тетради с результатами матчей по квиддичу были зачарованные записи. Особые записи.       — Что? — она вновь смутилась. — Я ничего, кроме таблиц с данными, там не писала. Но тетрадь долгое время хранилась у предыдущего Дамблдора. Может, он…       — Судя по всему, так и есть. Альбус посчитал, что разгадал шифр только потому, что мыслил в той же парадигме.       — И что он там написал?       — Способ, как можно снять чары с крестража, не разрушив носитель.       Она отпустила, наконец, стойку, размяв затёкшие пальцы, и сделала пару шагов вдоль стола. Чайник вовремя закипел, так что пришлось отвлечься ещё и на него.       — Тот Дамблдор действительно смог провернуть это в предыдущем мире. Но я не была в курсе, как именно он это сделал. И, конечно, понятия не имела, что он снабдил меня подобной информацией. И… — она налила кипяток в заварочный чайник. — Местный Дамблдор, что, решил использовать это на нас с Гарри? Но это же предназначено для неодушевленных предметов. А мы с Гарри — живые. Пока ещё.       — У того Дамблдора не было примера живого крестража, поэтому он не мог доработать технологию. У нас больше возможностей.       Она задумчиво уставилась на носик чайника, из которого шёл пар. Цельная картина всё ещё не складывалась у неё в голове.       — Допустим. Гарри согласился со всем этим?       — Чтобы Альбус пожертвовал жизнью, прикрывая его? Конечно, нет. Аврор Грюм успокаивает его истерики прямо сейчас.       — Аластор? — удивилась она.       То есть это, конечно, можно было ожидать, так как Грюм был доверенным человеком Дамблдора. В явных делах, а не в тайных, как Снейп. Но ведь сейчас был ещё жив Сириус. Да и за Гарри обычно присматривали Уизли.       — Твоё присутствие в доме на Баркер дискредитировало это безопасное место, — да, выходило, что её Лорд знал про него и, наверное, мог проникнуть внутрь снова. — На Гриммо за тобой следила Белла. Так что пришлось аврору Грюму взять на себя ответственность за мистера Поттера и запереть его во втором по надежности доме в Великобритании.       — Как бы не первом, — она хмыкнула. — То есть никто, кроме нас троих, не знает, что Гарри жив и не пропал без вести?       — Пока никто.       — Блеск. Рон, наверное, в ужасе, — особенно если учесть, что она им с Джинни и Невиллом нарассказывала про свой мир. — А про меня… Про меня вы что всем сказали, когда я исчезла? — это было, конечно, не так важно в свете случившихся событий, но…       — Сначала нам нечего было им сказать.       — А потом говорить стало опасно, — подхватила она, скривившись.       — Не стоило побуждать мистера Поттера на опрометчивые поступки. Впрочем, он всё равно пытался высказывать свои претензии мне.       О, она могла представить его реакцию. Гарри наверняка и Дамблдору сказал пару резких слов в своей подростковой несдержанности. А Сириус? Уж не взялся ли он снова за выпивку по такому поводу? Бросился ли искать её по Лондону в обличье пса? А, главное, как он отреагирует теперь?       — Ладно. Сколько у нас времени на реализацию вашего чудесного плана?       — Довольно много.       — Разве? — передразнила она. — Что мешает моему Воландеморту попытаться устранить вашего хоть сегодня же? Или через пару дней, когда станет ясно, что Дамблдор исчез.       — Зачем ему спешить? Наш Лорд сейчас не в полной силе. С пропажей Альбуса, конечно, быстро начнутся волнения и перетасовки в Министерстве, но передел власти не произойдет за несколько дней и даже недель, — да, в её мире у Лорда ушло на это пару месяцев. — А вот когда это случится, можно будет пожать плоды. Не забывай, что он отстает от этого мира на двадцать лет и вряд ли способен сразу эффективно включиться в процесс.       — Ладно, допустим, он подождёт, пока ваш Том устроит побег прислужников из Азкабана и усадит в кресло министра какого-нибудь Пия Толстоватого. В общем, пока ситуация не стабилизируется. Гарри будет официально мёртв или тоже якобы сгинет без следа, как Дамблдор, мы с тобой каким-то чудом продолжим изображать лояльность обоим Воландемортам одновременно, а мир в очередной раз покатится к чертям. В какой-то момент с нас с Поттером снимут стигму, наконец-то поставив обоих Лордов в одинаковое положение. И что дальше? Они сразятся, один убьет другого, пророчество исполнится. Нам-то какая от этого будет выгода?       — Скорее всего, выиграет твой Лорд.       — С чего ты это решил?       — «…не будет знать всей его силы», — процитировал Снейп. — Думаю, тут речь идёт о времени. Альбус оставил тебе в наследство прибор, отслеживающий временные нарушения. Можешь сама убедиться, как сильно вы с Лордом влияете на хронологию.       Да, сложно было не заметить. Белла ярко обозначила ей истинное положение вещей той пощёчиной.       — То есть Лорд использует все эти хронопровалы, чтобы… Имеет смысл, — хмыкнула она.       — И это же станет его слабым местом. Время пожрёт его.       — Думаешь, раз мироздание выжило меня из предыдущего мира, то и его не оставит в покое? Но у меня это произошло из-за эффекта двойника. Моя мать забеременела второй Гермионой Грейнджер, и мы вступили в магический конфликт или что-то вроде того. Однако мой Лорд живет под боком у местной версии и, кажется, не страдает.       — Не могу ничего определённого сказать о его страданиях, но то, что он придаёт значение этому эффекту двойника, это точно. Ты заметила, что он никогда не общается со своей копией лично? Всегда это делает Белла.       — Не хочет быть раскрыт, — она пожала плечами.       — Он куда ловчее, чем Белла, — парировал Снейп. — Нам от её самодеятельности пока только один вред.       Хотелось бы верить, что её Лорд или даже они оба испытывали последствия нарушения времени. Может, это ослабит их обоих. Двойник — это же практически как близнец. А два близнеца в одной утробе очень даже конкурируют друг с другом за ресурсы, иногда до смерти. Правда, был ещё вариант, что это сведет их с ума, как тех, кто неаккуратно использовал маховик времени. Что, возможно, выйдет им всем только боком. Хотя, они и так уже были сумасшедшими, куда уж больше.       В общем, звучало не слишком надёжно, но когда вообще у них имелись твёрдые гарантии успеха? Она разлила чай по чашкам, уже почти не дёргаясь. По крайней мере Дамблдор, как обычно, сделал всё возможное. Пусть ей в очередной раз не нравился путь, который он избрал, предъявить ему было уже нечего. Он защитил Гарри. Снейп тоже отыгрывал свою роль, как по нотам. Что ж, тогда и она постарается сделать всё, что в её силах, и даже больше.       — Почему ты всё же пошёл мне навстречу и рассказал всё в подробностях? Дамблдор наверняка не хотел этого.       В человеколюбии она директору не отказывала, он, в конце концов, только что пожертвовал собой и ради неё тоже. Но эта его уверенность, что он лучше всех знает, как вести дела…       — Альбуса тут больше нет. Теперь это только наши проблемы. И мы в одном положении, Гермиона. По крайней мере по части служению Лордам.       Да, они определенно оказались ближе, чем ей казалось. Даже не учитывая всех этих любовных дел и номинально общего ребенка. Как минимум оба друг другу не доверяли, но вынуждены были содействовать.       — О, так у нас всё же имеется одинаковый опыт? — хмыкнула она и протянула Снейпу его чашку.       Он принял чай, но одновременно схватил её за запястье.       — Мне пора. А тебе стоит всё же снять ментальные барьеры, принять какое-нибудь успокоительное зелье и поспать. Господин действительно может потребовать явиться к нему в любой момент. Нужно быть готовой. С твоей актуальной осведомленностью это критически важно.       Она вздохнула, отпила немного чая, но на всякий случай поставила горячую кружку обратно на столешницу. Гарри был жив. Хотя она всё же предпочла бы увидеть его лично, чтобы убедиться в этом. Дамблдор был мертв. И хоть это расстраивало, его судьба была предрешена ещё до её появления здесь. К тому же с этой его версией она и сблизиться толком не успела. А Снейп и вовсе держал её за руку, считая пульс, вполне себе участливо, а не как последний расчётливый мерзавец. Подсознание должно было принять все эти факты и выдать приемлемую реакцию без лишних эмоций. Нет, поплакать было можно, но исключительно от облегчения, что всё не так плохо, как представлялось.       Гермиона зажмурилась, чувствуя, что сердце набирает ход, как разгоняющийся локомотив Хогвартс-экспресса. Хватка Северуса стала крепче, а вторая ладонь коснулась её спины. Он, видимо, тоже убрал чашку подальше для удобства, хотя она этого уж не услышала. В ушах шумела кровь.       И её же она увидела, когда открыла глаза. Повсюду. Повсюду. Даже, кажется, на потолке. Это старое воспоминание было уже совершенно неактуально. У неё, условно, имелись два вполне живых Снейпа, а со своим мужем Гермиона давно символически простилась. Но, наверное, слишком сильно подавляемые негативные чувства стремились принять хоть какую-то форму, так что пошли простым путем. Боль утраты, собственная беспомощность, этот дом, эта кухня, Северус рядом с ней. Так и напрашивалось.       Снейп поймал её мечущийся взгляд и поверхностно просканировал сознание легилименцией. Увиденное ему, естественно, не понравилось. Особенно собственный изувеченный труп. Он стиснул челюсть и подтолкнул её, чтобы вывести из кухни. Гермиона и сама рада была бы уйти отсюда поскорее, но ноги подкашивались. Видимо, подсознание припомнило и то, в каком она была состоянии в тот день.       Вот только… Свободная рука сама по себе легла на живот. Теперь всё было совершенно иначе. И с именем опять возникли проблемы.