Гомеостаз. Равновесие

      Успокоенное окклюменцией подсознание пыталось нашептать ей, что стоит видеть выгоду за неприглядными подробностями. Чем ближе она будет к Тому, тем проще ей будет жить хотя бы в данной плоскости бытия. А уж если он придёт к власти, а очередной сложный план Дамблдора по спасению мира не выгорит, то это обеспечит выживаемость и ей, и, возможно, Снейпу, и даже их ребёнку. Находиться подле трона, пусть и на роли второй Беллы, вообще было не таким уж плохим вариантом. Даже если её Воландеморт проникнется к ней хотя бы как второй Лорд к Нагайне, то можно будет надеяться не только на права, но даже на привилегии.       Вот только воспринимались все эти прагматичные рассуждения как-то мерзковато. И виделись они довольно бессмысленными. Так уж сильно она была интересна Лорду, как опасалась Белла? Не стоило забывать, что он должен был ненавидеть её как минимум за то, что она вместе с Роном разрушила его прежнюю жизнь. Довольно неплохую, надо сказать. И раньше, в доме Лестрейнджей, он вполне выказывал ей свое презрение, пусть и завуалировано. Может, и сейчас он просто так указывал ей, а, главное, Снейпу на их место? Пытки он практиковать не собирался, но отомстить за своеволие был не прочь. И тут ещё неизвестно, что было хуже: прямая агрессия старшего Воландеморта или изощренные выдумки младшего.       Да и в любом случае ни Снейп, ни Гарри, ни остальные её близкие, пусть они были едва знакомы в этом мире, никогда не пойдут на сделку с дьяволом, не подчинятся. А она не бросит их и тоже будет бороться до последнего. К тому же в талант близнецов Гермиона действительно верила, не сомневаясь, что проклятие они с неё так или иначе снимут. Или, по крайней мере, убьют. В общем, на сытую жизнь у ног хозяина всерьёз рассчитывать не приходилось. А сейчас нужно было просто перетерпеть, что бы Том ни задумал.       — Как ваши отношения со временем, мадам Фицрой? — тяжёлый взгляд поймал её в ловушку — она не смела даже моргнуть.       Гермиона не ожидала этого вопроса. Тему времени Лорд и даже Белла с ней фактически ни разу не поднимали. Видимо, Том считал достаточным то, что узнал, подслушав их разговоры с Дамблдором в начале пути в этом мире. Или в принципе считал себя поумнее в области такой сложной магии, чем какая-то магглорожденная девочка. Справедливости ради, даже прочувствовав разнообразное влияние хроноса на своей шкуре, больше понимать в, условно, чарах времени она действительно не начала.       — Хорошо, — пробормотала Гермиона, пытаясь звучать убедительнее. — Куда лучше, чем в вашем мире. Можно сказать, я почти стабильна.       Она сглотнула. Не совсем правда, но и не чистая ложь. Он не должен был почувствовать обмана.       — Прошло только несколько месяцев, как вы сюда прибыли. Полагаю, в прошлый раз проблемы тоже начались не сразу, — не успокоился Том.       — Сейчас мы почти со старта начали ускорять развитие событии. С другой стороны, мы едва ли существенно изменили саму историю, чтобы это вызвало резкое противодействие глобального равновесия, — Гермиона сделала вид, что задумалась. — Полагаю, моё положение в этой реальности лучше, потому что здесь мне даже потенциально не нужно вступать в конкуренцию со своей копией.       Снейп говорил, что Воландеморт беспокоился из-за эффекта двойника. И хоть никто из них не знал, чем эти игры с хроносом обернутся по итогу, даже Том был не в силах подчинить время при всей гениальности, не стоило давать ему повода сомневаться в своих возможностях и перспективах. Тревожный Тёмный лорд — ещё более опасный Тёмный лорд. Так что она упирала на это, давая ему надежду положить конец проблемам с мирозданием, устранив «близнеца».       — Выходит, вы мой якорь и в этом смысле тоже, — ухмыльнулся он, сжав её шею чуть сильнее.       Впрочем, вероятно, пока особенно поддакивать ему было и не нужно. Время наверняка до сих пор играло на его стороне, скорее, помогая, чем пугая, как это было и в её случае в предыдущем мире. Но если Лорд считал её нужной ещё и в этом аспекте их неоднозначных отношений, то это всё равно было на руку Гермионе. Возможно, Том даже немного опасался «мадам Фицрой», считая, что время может и ей выдать удачные карты в неподходящий момент. Возможно, она имела над ним больше власти, чем ей казалось.       — Выходит, что так, — согласилась она, подавляя рефлекторное желание упереться руками ему в грудь. Это всё равно было бесполезно.       Белла вдруг порывисто вздохнула, отпустила её и пригладила левое предплечье, бормоча проклятия. Гермиона заметила периферийным зрением, что Снейп тоже шевельнулся, видимо, расслабившись.       — Мне лучше будет остаться здесь? — обеспокоилась она, не зная, к кому конкретно обращается.       — Конечно, дорогуша, — отмахнулась от неё Белла. — Поможешь Севви подлатать защиту дома.       — Я тоже могу ему сейчас понадобиться, — вклинился Снейп.       Кажется, его не вызывали, но сейчас, как Гермиона и думала, было не лишним проявить рвение.       — Я найду, чем его занять, — вновь пренебрежительно отозвалась Белла, явно ставя себя выше Северуса. И даже как будто выше местного Лорда.       — Полагаюсь на тебя, — ядовито отозвался Снейп.       Белла хмыкнула и, не теряя больше ни секунды, направилась на выход. При всей её спеси, гневить Господина она не собиралась. Пока. А стоило только хлопнуть входной двери, как Северус выхватил палочку и начал проверять установленный барьер. Гермиона тоже взялась за древко. Правда, только для того, чтобы наложить очищающие на кресло в каком-то странном порыве. Хотелось помыть всё вокруг с чистящим средством и самой искупаться в хлорке, чтобы избавиться от гадливого послевкусия, пусть даже ничего такого не было сделано или даже сказано.       — Выходит, моего Господина всё устроило в обстоятельствах гибели Дамблдора? — спросила она, просто чтобы не молчать. — И у него нет к нам претензий?       Снейп ответил не сразу, наверное, проверяя актуальные условия приватности.       — Возможно, он решил, что Альбус заподозрил обман в их сделке и, опростоволосившись, кинулся исправлять положение, — он пожал плечами. — Не важно. Даже если он не верит нам, других союзников у него всё равно нет. Пока всё идет по плану.       Гермиона покивала.       — И времени у нас примерно до нового года.       — Надо поторопить близнецов.       — Но не слишком. Меня обеспокоило то, как он рассуждал о нашей связи. Если он чувствует её, то снять проклятие нужно будет в самый последний момент, чтобы не спугнуть его.       Для этого им и приходилось быть двойными (тройными?) агентами. Не зная, что происходит изнутри, подгадать удачное время не выйдет никак. Хотя сейчас ей очень хотелось бы всё бросить и забрать Северуса с собой в мнимую безопасность подполья сопротивления. Если бы не Хогвартс, который он уж точно не мог оставить на произвол судьбы (и Аластора)…       — Скорее всего, так и выйдет, — усмехнулся Снейп. — Маловероятно, что мы успеем подготовиться сильно заранее.       Да, сроки у близнецов горели регулярно, а сейчас на них свалилась ещё и такая неподъемная ответственность.       — Как обычно, — Гермиона улыбнулась.       Они, наконец, повернулись друг к другу лицом и опять установили зрительный контакт. Стало почему-то неловко.       — Сегодня я снова останусь здесь ночевать, — выдал Северус, словно не предупреждая её, а защищаясь.       Его слова взбудоражили Гермиону ещё сильнее. Хотя, вероятно, он просто опасался, что Белла заявится во второй раз, так что, условно, страховал её от совсем уж неудобных ситуаций. С ним её, по крайней мере, не застанут врасплох.       — Если хочешь поужинать, то, увы, ничего дельного предложить не могу, — спохватилась Гермиона. Сама она поела у Грюма, а за время её отсутствия дома холодильный шкаф никакое волшебство наверняка не заполнило продуктами.       — Обойдусь, — отмахнулся Северус, но так и продолжил разглядывать её, не предлагая другой темы для разговора.       Гермиона подобралась, без лишних предисловий шагнула к нему и обхватила торс руками, прижимая голову к груди. Рыдать и вообще проявлять бурные эмоции не хотелось, но накатила какая-то усталость. Снейп словно в растерянности положил ладонь ей на спину между лопатками. Он не мог пообещать защиту. Не мог сказать, что не допустит ничего дурного. Но в его объятиях всё равно было как будто спокойнее.       — Ваш Лорд что-нибудь говорил тебе про то, что хочет отметить меня?       — Не прямым текстом. Но ты слишком глубоко влезла в его дела. Из этой позиции у тебя есть только два выхода.       — Устранять меня он передумал из-за тебя, — Гермиона глубоко вдохнула. В кои-то веки её окружил привычный и, что скрывать, любимый запах трав. Совсем уж отделять этого Северуса от своего мужа она не собиралась. Это было попросту невозможно. — Но ведь можно было оставить меня при тебе в положении Нарциссы.       — Решение не для нынешних времен. К тому же ты хорошо себя показала и без моей протекции.       — Точно, — кажется, она пала жертвой собственной эффективности. — А это очень больно? Сам процесс нанесения? — заныла Гермиона, как ребёнок. Будто физический дискомфорт в этом вопросе имел какое-то существенное значение.       Но, если уж начистоту, и сама по себе татуировка, учитывая, что она носила фамилию «Снейп» и имела более чем мутное происхождение, её не волновала. Да и факт принятия метки беспокоил Гермиону куда меньше, чем все эти их странные взаимоотношения с её Лордом. Клясться в верности чудовищу, даже заранее подразумевая обман, конечно, не хотелось бы. Но это необходимо было сделать, чтобы сохранить их секреты. И жизни. Не самая высокая плата за шанс на победу.       — Приятного мало. Но переживешь, — хмыкнул Снейп.       Гермиона тоже усмехнулась. А ведь так по ещё одному пункту они с Северусом станут совсем равными. Не будет больше никаких страшных Пожирателей и хороших гриффиндорок, все одинаково вымажутся грязью. В плане их отношений это было даже полезно — они сблизятся ещё сильнее. Действительно, Снейпу не будет никакого смысла прятать от неё метку и умалчивать об информации, с нею связанной, если у неё будет иметься точно такой же опыт. А ведь даже муж ей, по понятным причинам, не часто показывал тату, хоть постепенно и рассказал много интересного про его свойства.       Но имелись и объективные причины для беспокойства. Например, потенциальное влияние очередного магического воздействия на ребёнка. Метка не была проклятием и даже какими-то однозначно тёмными чарами, просто клеймом. Так что, если у неё, конечно, не случится болевой шок в процессе нанесения, глубоких последствий не должно было быть. Но паранойя уже подняла голову. А ещё на задворках сознания вдруг возникла совершенно дурацкая мысль: а не отличался ли дизайн метки в этой реальности? Ведь здесь Гермиона её, вроде, ещё ни разу не видела. Вдруг у местного Воландеморта сформировался более оригинальный вкус, не обязательно в хорошем смысле.       Она задумалась, пытаясь припомнить хоть какие-то актуальные детали эстетических предпочтений этого Тома. Снейп обнял её поувереннее.       — Сейчас неудачный момент, но я хотел бы поднять ещё одну тему, — вдруг выдал он, и его рука тут же мягко соскользнула ей на поясницу.       — Отчего же неудачный? — Гермиона потерлась щекой о сюртук, сразу понимая, о чём он.       Да, это определенно была плохая идея. В данный момент ей нужна была любовь и забота, которые дали бы хотя бы ложное чувство безопасности. Но может, и таким образом ей удастся перебить негативное впечатление от очередного травмирующего опыта общения с Лордом? Прикосновения Северуса воспринимались совершенно иначе.       — Мы, вроде, решили строить гармоничные партнёрские отношения, — напомнил Снейп с иронией.       — И как этому процессу помешает секс? По идее, он тоже их неотъемлемая часть.       Гермиона окончательно забыла про свою вчерашнюю принципиальность. Северус не любил её, местами не понимал, наверное, до сих пор не привык к их близости и её существованию в принципе. Но сегодня она рисковала потерять его снова. И опять ничего не могла с этим поделать. Учитывая все их запутанные планы, бесполезной Гермиона себя больше не считала, но от ощущения бессилия в такой сложной ситуации избавиться никак не удавалось. Трудно игнорировать объективную реальность.       — Мой интерес в данный момент нездоров, — со всей серьёзностью выдал Северус.       — Ревнуешь? — пошутила она.       Впрочем, её Лорд как минимум унизил его достоинство, поведя себя подобным образом, так что…       — Очень похоже на то, — спокойно ответил Снейп.       А у неё ускорилось сердцебиение. С его стороны это всё ещё была такая себя причина стремиться к близости с ней. Но ей как-то резко перехотелось анализировать их отношения с логичной точки зрения, обосновывая всё страхами и стремлением к компенсации неудовлетворительного положения. Удовлетворения ей захотелось лишь в одном простом и понятном смысле.       — Думаю, это тоже нормально. Я же твоя жена. Мало какому мужу понравилось бы смотреть, как его женщину…       От остервенелых поцелуев они мгновенно перешли к взаимному оголению. Мантии упали на пол, а они сами приземлились в кресло. Не в то, где сидел Воландеморт, в другое. Будто просто продолжили вчерашний вечер. Она вновь сидела у Снейпа на коленях, обхватив его голову, зарывшись пальцами в волосы. А его руки оказались под юбкой, тут же проникнув под кружево трусов. Новые вещи Гермиона примерить ещё не успела.       Но, как и накануне, Северус, казалось, медлил. Не забывая, впрочем, прихватывать губами тонкую кожу над ключицами. Гермиона решила было, что он всё же хочет сохранить приличия, пока он вновь не вскинул древко. Кресло увеличилось, став похожим на небольшой диван. Смещенный в сторону трехногий журнальный столик с грохотом рухнул, а Снейп, воспользовавшись этим отвлекающим манёвром, спихнул её задницу на подушку. Здесь обивка была куда приятнее на ощупь, чем на мебели Грюма.       — Ты тяжёлая, — объявил он и, наклонившись к ней, переключился на шею, оставляя влажные следы на коже.       — И собираюсь увеличиваться в размерах и дальше, — фыркнула Гермиона, хватаясь за спинку, удерживая себя в каком-то странном полусидячем положении.       И тут же прикусила губу и закрыла глаза. Снейп не удосужился раздеть её основательнее, растягивая прелюдию, а просто сразу отодвинул трусы в сторону и коснулся пальцами клитора. Ослабленный пояс юбки не давил на живот, но напрягшиеся из-за накатившего возбуждения мышцы заставили её всё же откинуться назад, на валик подлокотника. Да и лежа она могла обеспечить Северусу лучший доступ. Чем он незамедлительно и воспользовался. Он выпрямился, перестав нависать над ней, и использовал освободившуюся руку, чтобы перекинуть её ногу через себя и устроиться поудобнее между разведённых бедер. Очередная несчастная юбка задралась до пояса.       — Я пожалею об этом, но не могу не спросить, — рот у него освободился тоже. К сожалению. — В этом плане я также отличаюсь от других?       — Боишься проиграть себе восемнадцатилетнему? — съязвила Гермиона, заливаясь краской.       Ей некуда было спрятать лицо, было слишком светло, и она лежала перед ним так открыто. Чулки Снейп тоже проигнорировал, прикладывая теперь двойные усилия, чтобы ласкать её пальцами. Как он умудрялся совершать такие разные движения обеими кистями одновременно, оставалось загадкой. Наверное, всё дело опять было в окклюменционных приемах.       — Это было бы слишком, — усмехнулся он, но таким тоном, что было ясно — он тоже сильно возбуждён.       — Я сказала бы, что между вами прослеживаются общие черты, некоторые наклонности… — Гермиона ахнула, вскинув таз и непроизвольно поджав ноги.       Снейп резко прекратил ласки и почти лег на неё, чтобы поймать первый откровенный стон поцелуем. Ревновал ли он её ещё и к ним, прошлым своим воплощениям? Наверняка. Юный Северус хотел выделиться на фоне её почившего супруга. Вряд ли этот Северус был более скромным. Уж точно не в этот момент, когда Гермиона задыхалась от удовольствия, продолжая оправдывать неадекватную силу своего желания гормонами. В этом же точно не было ни грана лжи.

* * *

      Очередная газета с очередной неприятной статьей попала ей в руки на сей раз с самого утра. Сова принесла почту в Паучий тупик, так как адресат ночевал дома, а не в Хогвартсе. Гермиона полистала её за завтраком, но быстро пожалела об этом. Белла действительно заняла Лорда. Или он занял Беллу? В любом случае, инсталляция прямо в атриуме Министерства вышла отличная, по извращенным меркам Воландеморта. Правда, легко прослеживаемые ассоциации с христианскими мотивами несколько напрягали. Задумывал ли Лорд это, или это вышло случайно?       Да и она на месте главного редактора «Пророка» не стала бы размещать подобные фото, пусть и не на первой полосе. Это уже был не шокирующий контент, привлекающий внимание, а настоящий удар по психике читателей. Подумать страшно, какой демотивирующий эффект произвела на надеющихся на него людей сама смерть Дамблдора, а уж в таком антураже… Выглядело как саботаж и намеренное раздувание паники. Министерству стоило бы приструнить прессу, но кто сейчас мог этим заняться?       — Сколько осталось Скримджеру? — поинтересовалась Гермиона, убирая посуду в раковину.       Северус уже собирался покинуть кухню, но задержался на пороге.       — Недолго. Яксли куда результативнее Кэрроу.       Предотвратить тихий государственный переворот они точно были не в силах. У Ордена попросту не имелось ресурсов, чтобы защищать ещё и Министерство. А сам Скримджер наверняка до последнего будет считать, что держит всё под контролем, и не примет прямую помощь. В общем, навряд ли они успеют даже очистить их с Гарри от проклятой связи с Лордами до того, как правительство удивительным образом вдруг изменит политику.       — Так что сходи в нужные магазины, пока всё не рухнуло, — обеспокоился её комфортом Снейп.       Она нагнала его в прихожей, где он надевал шейный платок перед старым помутневшим зеркалом. Слава Мерлину, на сей раз он не стал смущать её галстуком. Гермиона зажгла Люмос для лучшего обзора, на её вкус было слишком темно.       — Думаешь, у меня есть на это время? — нахмурилась она.       — Господин не призовет нас сегодня и завтра. Навряд ли даже послезавтра. Ему нужно время насладиться произведенным эффектом и пожать плоды. Подведение итогов будет, скорее всего, где-то через неделю.       — Хорошо, если так.       Гермиона потянулась, чтобы поправить ему ворот, и Снейп взял её в плен на пару минут, чтобы поцеловать на прощание. Хотя сегодня ему уж точно нужно было спешить в Хогвартс. В свете новостей его отсутствие в школе было не только опасно в плане бесконтрольного развития конфликтов между учащимися. Но и выглядело очень подозрительно. Правда, опять же, кто должен был направлять ему ноту недоверия? Макгонагалл? У мистера Брукса сейчас, должно быть, имелись проблемы посерьёзней. Когда Министерство падет, до него уж точно доберутся.       А пока мир горел, она сама отправилась выбирать новые мантии достойные Пожирательницы смерти. Судя по всему, ей теперь стоило ориентироваться на этот вариант будущего. Снейп, правда, хоть и разрешил ей сунуться на Косую, но, естественно, опять под маскировкой и в не самые людные места. Так одежду Гермиона выбирала в дорогом магазине «Твилфитт и Таттинг», переживая, что денег на всё желаемое не хватит. А за едой и вовсе отправилась в маггловский продуктовый в Йорке, чтобы не гулять по самым очевидным локациям, вроде Лондона и Коукворта, где её могли, теоретически, подловить как друзья, так и недоброжелатели. Хотя теперь она вообще не могла представить, чего ей стоит опасаться сверх того, что и так происходило в её жизни.       По крайней мере, всё это Гермионе дозволено было провернуть самостоятельно, почти без присмотра. Снейп вроде как за ней по пятам не ходил и даже на ночь больше не оставался, только отправлял записки с совой. Но спустя несколько дней условного затишья он всё же заявился в Паучий тупик и выразил горячее желание опять сопроводить её к Грюму. Наконец-то на вторую встречу с близнецами, которые то ли не дообследовали её, то ли внесли корректировки в нумерологические расчеты и нуждались в дополнительных данных.       В любом случае на сей раз Фред и Джордж вели себя ещё профессиональнее, чем в первый. Точнее, наверное, они были подавлены и злы в связи с последними новостями. А может, после официальной гибели Дамблдора её фигура во всей этой дурно пахнущей истории начала их больше смущать. И даже участие в планах надёжного Грюма перестало казаться им достаточной гарантией верности «новой Гермионы» и всегда подозрительного Снейпа. Во всяком случае, шуток и каламбуров в их речи определённо стало в разы меньше. А те, что остались, стали куда саркастичнее и чернее, напомнив Гермионе издевки взрослого Рона из её родного мира. Она с тоской разглядывала рыжие лохмы близнецов, жалея, что никогда уже не сможет поговорить именно с ним. И скучая по Рону-мальчишке из этого мира. Снейп совсем не рассказывал ей, как дела идут в Хогвартсе, а соваться с этим вопросом к Аластору всё ещё виделось ей бесполезной тратой времени.       — Гарри пройдет процедуру первым, — заключил Фред, закончив изучать её при помощи диагностирующих чар.       Сам Поттер даже не болтался поблизости, а занимался уроками в библиотеке. Возможно, он был в обиде на неё и на Снейпа за то, что они так и не рассказали ему подробнее, что происходит. Пусть ему и было доподлинно известно, что Дамблдор мёртв, он также знал, что его должны были признать пропавшим без вести, ведь тело попросту не могли обнаружить. То, что провернул Воландеморт, наверняка выбило его из колеи. Эту газету он точно прочитал.       Или он просто чем-то прогневил Грюма и теперь отрабатывал повинность. Тот сегодня присутствовал дома, и, хотя не стоял у них над душой, пропадая где-то то ли на кухне, то ли в спальне, атмосфера всё равно была как будто куда суше и формальнее.       — Почему? — напряглась Гермиона. — Я хочу быть первой.       — Потому что я так сказал, — подал голос Снейп, который параллельно с её осмотром обсуждал с Джорджем изменения в рецептуре Напитка живой смерти, предназначающегося для Гарри.       Его присутствие тоже не добавляло душевности общению. Гермиона сузила глаза, раздражаясь.       — Ты не имеешь право решать за меня подобные вопросы, — окрысилась она, подозревая, что в своём решении он руководствовался предвзятым отношением к Поттеру.       — Вообще-то имею. Формально из-за проклятия ты не до конца дееспособна, а я твой официальный супруг, — едко отозвался Снейп, даже не смотря на неё.       От возмущения Гермиона наверняка пошла красными пятнами.       — Супруг, а не владелец.       — Если бы мы считали это необходимым, то очистили бы твою кровь первой, Гермиона, — вмешался в разгорающийся спор Фред. — Но к процедуре над Гарри мы лучше готовы. Его положение несколько проще, так что он больше подходит на роль первопроходца, — он хмыкнул.       — Разве Дамблдор не предоставил вам кучу данных именно по моему случаю? — припомнила она.       — Эм, ну… — Фред серьёзно утратил в уверенности тона. — Они касались животных, так что пришлось много править.       — Животных? — удивилась Гермиона и покосилась на Снейпа.       Чтобы сотворить крестраж, нужно было убить человека. Проводить такие эксперименты Дамблдору, понятное дело, не позволяла этика. Да и делить свою душу с его философским отношением к смерти директор явно не желал. А вот немного попрактиковаться в магии крови, попытавшись потом исправить последствия своих опытов… Что если ради её спасения он пошёл на это? Вряд ли это было страшнее, чем испить из зачарованной чаши в тайной пещере Лорда, чтобы помочь Гарри в той, другой реальности. Хотя наверняка сильно подкосило его страдающее от проклятия здоровье, о чем как-то упоминал Северус. Но Дамблдору терять было уже нечего. А к гибели животных в магическом мире относились спокойно, учитывая, сколько волшебных тварей шло на ингредиенты в зельях.       Снейп, понятное дело, на её взгляд никак не отреагировал. Даже если он что-то знал об этом, то смысла обсуждать это с ней уже никакого не имело. А её опять охватило ощущение всемогущества Дамблдора. Он уже не был с ними, а его затеи всё ещё продолжали претворяться в жизнь. Затеи, которые часто её раздражали, но и восхищали, без сомнения, тоже. Гермиона поджала губы, но нехотя пробурчала:       — Ладно. Раз вы так решили…       В словах Фреда в любом случае имелось рациональное звено, а её стремление защитить Гарри всё ещё нуждалось в корректировке.       — Нам пора идти, — по-прежнему сварливо оповестил Снейп.       — Уже? Мы ещё… — конечно, ей хотелось поболтать с друзьями.       — Мы тоже спешим. Билл ждет нас в лавке, — на сей раз её перебил Джордж.       Точно, старший брат курировал их исследования, в каком-то смысле. И это у всех них наверняка отнимало кучу ресурсов, чтобы ещё и тратить время на её развлечение.       — К тому же сегодня неподходящий день для долгих прогулок, — веско намекнул Снейп.       Гермиона бросила на него напряжённый взгляд и вновь сдержала характер.       — Ладно, — протянула она и встала с высокого лабораторного стула, который близнецы успели сюда притащить. Или трансфигурировать из подходящего предмета.       Скомканно попрощавшись — Гарри только помахал им с верхней площадки лестницы, они покинули дом. Близнецы задержались со сборами в лаборатории, так что к башне они со Снейпом направились вдвоем.       — Мы, конечно, договорились, что очистить мою кровь стоит как можно позже, но не в этом же смысле, — опять подала Гермиона голос, кажется, просто чтобы обозначить несогласие дополнительно. Не то чтобы она собиралась прямо спорить с Фредом и Джорджем, но дополнительно высказаться Снейпу ей было просто необходимо. — Я считала, что разница во времени между снятием проклятия с меня и с Гарри всё равно будет номинальной, так что…       Была только середина ноября, и они условились провести обе процедуры до конца года, точнее, под конец года. А потом по возможности держать Гермиону подальше от её Лорда, чтобы он ничего не понял. По идее, он будет занят борьбой с двойником, так что вряд ли сам начнёт втягивать свой якорь в гущу опасных событий.       — Не усложняй мальчишкам Уизли жизнь. Они же сказали, что с Поттером им работать проще. Как минимум он один, а тебя — двое, — обрубил Северус, твёрдо шагая на выход с территории замка.       Гермиона нахмурилась, но промолчала.       — Ты всё угрожаешь родить мне ребёнка, но сама как будто относишься к этому в определенной степени легкомысленно, — видимо, решил он добить её.       — Неправда, — вспыхнула она. — Я только про это и думаю.       — Да что ты? — хмыкнул Снейп. — Пока кажется, что за твое благосостояние больше переживаю я, чем ты сама.       Возможно, он был прав. Пробуждающиеся материнские чувства она начала проявлять не к тому объекту. И вряд ли Гарри скажет ей за это спасибо. Ему в качестве чересчур заботливой опекунши и Молли хватало.       — То есть всё-таки ты за меня тоже беспокоишься? — ухватилась Гермиона за более приятную мысль.       — Я несу за тебя ответственность.       Формулировка ей всё ещё не нравилась, но в остальном… Она улыбнулась.       — Как мило, муж мой.       Снейп сжал её ладонь и притянул к себе, прежде чем трансгрессировать в Паучий тупик. Уже на той стороне Гермиона привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до его лица.       — Уж на это у нас сейчас времени точно нет, — выдал он, но уже через секунду жадно поцеловал её, одновременно колдуя.       Как обычно, беспокоился он о безопасности и приватности. Впрочем, всем тем, кто мог потенциально следить за ними, было бы даже полезно увидеть, что они реально состоят в близких отношениях, а не симулируют их. Полезно, в смысле, для их со Снейпом образа неожиданно нашедших друг друга родственных душ. Или для того, чтобы отвести подозрения от Северуса, если кто-то очень умный из аврората подозревал его в причастности к казни Дамблдора, к примеру. Они сейчас явно не были похожи на тех людей, что прикончили на днях самого сильного светлого мага современности. Скорее уж, на тайных любовников.       Опять она думала о всякой ерунде, пытаясь изобразить, что тоже умеет просчитывать все ходы на два шага вперед. Или просто старалась не совсем потерять голову. Почему-то целовать Северуса в этом тёмном углу на недружелюбной улице было так сладко, что ни мрачное окружение, ни холод ноября её нисколько не настраивали на серьёзный лад.       — Нас уже пригласили на ужин? — промурлыкала Гермиона, путая волосы Снейпа, не желая отлипать от него.       — Ещё нет.       — Значит, время есть.       — Чёрт бы тебя побрал, Гр… — Снейп осекся или просто отвлекся на её губы.       Впрочем, называть её Грейнджер было и опасно, и уже совершенно неуместно. А других имен у неё было в таком избытке, что немудрено было и запутаться в запале страсти. Хотя самообладания ему всё равно хватило, чтобы утянуть их обоих в дом и даже довести до спальни.       На этом всё и кончилось. Так что чёрту стоило бы побрать Воландеморта! Стоило им только частично раздеться, как у Северуса заломило предплечье, и пришлось одеваться обратно. Правда, на сей раз Гермиона влезла в новую одежду, включая мантию. Свободная, но строгая одновременно, она была совершенно чёрной, лишь неброская вышивка серебряными нитями на вороте добавляла сдержанной элегантности. Выглядело симпатично, но довольно непримечательно. Её Лорд не дал ей более точную информацию, когда двойник собирается предложить новой слуге примерить маску. Так что Гермиона не планировала привлекать к себе излишнее внимание, оттягивая это. Но, в то же время, хотела бы держаться с достоинством в принципе. В общем, всё же пыталась изображать Нарциссу в лучшие её годы.       Снейп тоже привёл себя в порядок и вернулся к более чем собранному, даже, наверное, холодному поведению. Правда, неудовлетворённое напряжение между ними было так велико, что в поместье Малфоев они всё равно отправились, как влюблённая пара под венец. То есть так спешили закончить с формальностями и перейти к брачной ночи, что едва ли не бежали к дверям дома.       — Вы первые, — пропела Белла, встретив их чуть ли не на крыльце. — Так что можете так не торопиться.       Белла взяла её под руку, заняв место по другую сторону от Снейпа. Она бормотала какую-то чушь, словно намеренно изображая помешательство. И пока они преодолевали второй пролёт лестницы, привалилась к ней, хохоча от собственной шутки. Её лицо оказалось так близко, что Гермиона отшатнулась и гневно уставилась на Беллу.       — Вздумаешь принять метку снова, сдохнем все прямо тут, — чужие слова отпечатались прямо в мозге.       Лестрейндж продолжала смеяться.