Глава 39
21 февраля 2025 г., 16:55
Гермиона Грейнджер приняла его предложение. Уточнила только, что освободится после шести, так что вынуждена перенести встречу на семь. Такой относительно поздний час нисколько её не смутил, хотя она отправлялась в новое место с малознакомым человеком. На улице она подошла к нему с выражением вселенского спокойствия на лице. Её мантия была такой же строгой, как и та, в которой она присутствовала на вечере Медоуз, а, возможно, и той же самой. Волосы были тщательно уложены сверху, но на спину всё равно спадали волнами. Словно она выбрала ровно промежуточный вариант между рабочей строгостью и стилистической свободой за пределами Министерства. Едва перебросившись с ним парой слов, Гермиона без заминки подхватила его под локоть, чтобы совместно трансгрессировать в поместье Малфоев. Будто визит туда виделся ей самым естественным ходом развития событий.
После перемещения он даже удержал её на пару секунд дольше, задумчиво уставившись на темечко, маячащее рядом. У Северуса не имелось причин подозревать эту женщину хоть в чём-то, но он подмечал всё больше деталей, которые подтверждали… что-то. Эта была чистая паранойя, пробуждающая в нём не только воспоминания, но и наклонности из прошлого. Всё же Лорд дарил последователям желанное многими чувство вседозволенности. Так что в голове сразу всплыл сто и один способ вывести человека на чистую воду. И почти весь этот список, естественно, был незаконным по нынешним временам. Можно ли было рассчитывать, что Люциус прикроет его? Наверняка. Правда, он непременно использует это против него же при первом удобном случае.
Северус улыбнулся своим мыслям и отпустил мисс Грейнджер.
— Сюда, — он указал на затейливые кованные ворота, которые не бывавшая тут ни разу гостья даже не видела. — Как только пересечём границу, сможете насладиться местной архитектурой. У Малфоев всегда был хороший вкус.
— О, отлично, — ответила она рассеяно и послушно зашагала рядом с ним. — К безопасности они тоже подходят со всей серьёзностью.
— Привычка, оставшаяся после войны, — сухо прокомментировал он.
— Да, её отголоски до сих пор чувствуются повсюду в магмире, — согласилась Гермиона, опять словно её всё это совсем не касалось.
Его вновь захлестнули сомнения. Вдруг она всё же была настолько глупа, что не понимала, к кому пришла на ужин? В глобальном плане, а не только в сиюминутно политическом. То, что у неё хватало сообразительности разобраться в его трудах и с собственной работой, не означало, что Гермиона не была ограничена в других аспектах. К сожалению, вглядываться в её глаза на ходу было неудобно, поэтому никаких подтверждений предположениям он не получил.
Нарцисса встретила их в холле, как заботливая хозяйка. Она вполне могла послать домовика в качестве провожающего, но наверняка захотела побыстрее увидеть мисс Грейнджер, которая умудрилась увлечь (в разных смыслах) и её мужа, и друга. Северуса с женщинами в принципе видели редко, так что это было вдвойне интересно. Возможно, поэтому Цисси оказалась не против принять в доме магглорожденную и даже проявила к ней повышенную любезность — ко всему прочему ужин проходил в главной столовой с определенным размахом и по всем правилам. Учитывая, что ему пришлось уговаривать Люциуса пойти у него на поводу, Северус ждал, скорее, завуалированного пренебрежения. Однако, Малфои явно стремились впечатлить гостью, пусть всё же с целью морально надавить на неё и подчеркнуть разность их положений, а не от широты души.
Он ко всем этим играм и расшаркиваниям относился равнодушно. Подчёркнутая вежливость, напускное радушие, тщательный подбор тем для разговора — смертная скука. Ещё подтвердилось, что Гермиона училась в Хогвартсе на одном курсе со старшим сыном Малфоев, что вызвало поток каких-то неуютных ностальгирующих ремарок от Нарциссы. И мало того, что это было неловко в принципе, ведь отношения Драко и Гермионы явно не были дружескими, даже он почувствовал себя не в своей тарелке. Цисси чересчур акцентировала внимание на возрасте гостьи. Так что, несмотря на контекст и истинные мотивы, выходило, что Северус всё же проявлял интерес к женщине в два раза младше его, как какой-нибудь любитель хорошеньких, но пустоголовых спутниц.
К тому же всё это едва ли могло помочь ему разгадать Гермиону Грейнджер. Несмотря на то, что их с очевидным расчётом посадили друг напротив друга за столом, в чужое сознание ему удавалось заглядывать редко — она почти на него не смотрела. И даже в эти моменты её мысли крутились вокруг бесполезных вещей: требований этикета, интерьеров, на которые он сам и надоумил обратить внимание, и внешности — своей, Малфоев и его, конечно. При этом Гермиона вела себя практически также естественно, как при общении с ним наедине, только была более элегантна. Он не обратил на это внимание в ресторане, потому что в принципе не видел в подобном ничего интересного (если это, конечно, не был вопиющий случай бескультурья), но её манеры оказались идеальными. Хотя Люциус наверняка хотел подловить её на «маггловской дремучести» или «гриффиндорском дикарстве» и указать на это, иносказательно обсмеяв. По крайней мере, Северус подмечал его раздражение. Вот только, судя по скупой строчке «из состоятельной семьи» из её профайла, эта женщина была чуть ли не «аристократичнее» хозяев поместья. Учитывая, что свою значимость Малфои всегда преувеличивали, являясь на деле не более, чем такими же выскочками, только с чистокровной стороны.
Но как бы его ни утомляла социальная жвачка, начинать сразу с горячего было бы в любом случае неуместно, так что Северус тоже поддержал легкий разговор о своих исследованиях. Заодно предоставляя Гермионе возможность высказаться об этом и разговориться.
— Признаться честно, — Люциус быстро подхватил тему, — увлеченность Северуса заклинаниями мне не по душе. Возможно, дело в том, что я практик, и вся эта теория мне мало интересна. Так что мне куда больше нравилось, когда он занимался преимущественно зельями — их польза очевидна.
— Дело не в твоей практичности, а в жадности, — усмехнулся он.
— Не без греха, — ответил в тон Люциус и, заметив недоуменный взгляд Грейнджер, пояснил: — У нас с Северусом есть общий бизнес: я отвечаю за реализацию зелий, произведенных по его рецептам. Правда, варятся они за пределами Великобритании, так что, полагаю, уже не важно, тратит он на них время или нет. Из-за вашей инициативы всё это, вероятно, в скором времени придётся свернуть.
— О, мистер Снейп не говорил мне об этом, — теперь она взволнованно смотрела на него.
— Я не особенно интересуюсь политикой, — Северус смягчил тон. — К тому же мне хватает забот о самой лаборатории в Южной Америке и местном рынке, экспортом я никогда лично не занимался.
— И всё же теперь мне неловко. Производство возможно локализовать?
— Если бы всё было так просто, мисс Грейнджер, — снисходительно протянул Люциус. — Всем куда удобнее сварить зелье на месте. Если люди этого не делают, значит, изначально имеются какие-то трудности. Чаще всего проблема в редких ингредиентах, которые сложно или практически невозможно привезти в сохранности из дальних и не очень стран. Ваша инициатива, по сути, ничего не меняет к лучшему. Только переносит нагрузку с продавцов, занимающихся готовыми составами, на закупщиков расходников. А некоторые вопросы и вовсе делает неразрешимыми.
Северус думал, что Малфой ещё походит вокруг да около, но он решил обозначить их конфликт прямым текстом. Впрочем, возможно, он уже высказывался схожим образом публично или науськивал своих людей оппонировать Грейнджер на обсуждении законопроекта, так что не видел смысла долго миндальничать лично.
И вся эта ситуация делала ещё более странной готовность, с которой она согласилась посетить этот дом.
— Я прекрасно это понимаю, мистер Малфой, — эта женщина лишь легко улыбнулась, будто выслушав объяснения ребёнка, который только что выучил какой-то элементарный факт и очень гордился этим. — Но, как я уже неоднократно говорила, нельзя всё сосредотачивать на экономической целесообразности. В приоритете должна быть безопасность. Я уверена, что вы можете поручиться за состав всех средств, которые продаете. Но не все так ответственны. Следить за соблюдением норм у зелий, произведенных неизвестно где и в каких условиях, довольно сложно. Это как минимум перегружает Отдел контроля качества.
Видимо, где-то на этом моменте законотворческие прения зашли в тупик. Так как спорить с тем, что зелье — это не какая-то шутка, и оно должно быть сварено по правилам и знающим человеком, выглядело изначально проигрышной позицией. Северус, кажется, даже заметил, как от Люциуса доносится скрежет зубов.
— Это их работа, в конце концов. Если слишком увлечься оптимизацией, придётся уволить половину отдела за ненадобностью. А вы, насколько помню, наоборот, настаиваете на увеличении рабочих мест в стране. Чем аргументировали в том числе и эту свою инициативу с локализацией производства зелий.
Какая примитивная манипуляция. Конечно, так можно было парой слов настроить несколько десятков сотрудников Министерства против выскочки из Отдела правопорядка, заодно выставив себя их защитником. Вот только корчить из себя главу профсоюза Люциусу было без надобности. Наверняка, нужные люди из того подразделения и так были у него под контролем. Даже если у него не имелось никаких реальных проблем с товаром, горсть галлеонов, распиханных по чужим карманам, помогала решать многие вопросы и проще, и быстрее.
— Нам обязательно обсуждать работу за ужином? — Северус выступил в роли «хорошего копа» просто ради разнообразия эмоциональных реакций Гермионы.
Его «защита» её разозлила, судя по тому, как она сверкнула на него глазами.
— Твою мы уже обсудили, Северус, — парировал Малфой. — Дай возможность высказаться другим.
Он примирительно поднял ладони, пытаясь вглядеться в сознание Грейнджер.
— У меня тоже возник вопрос, — вмешалась ещё и Нарцисса. — Если вашу инициативу примут, — она сосредоточила внимание на Гермионе, и та перестала смотреть на него, — то как быть с зельями, которые, как и говорил Люциус, будет затруднительно или почти невозможно изготовить в Великобритании? Без средства против выпадения ресниц из Чили мы вполне проживём, — она легко улыбнулась. — Но есть же и специфические лечебные зелья. Даже если их нужно совсем немного в масштабах страны, людям, жизнь которых зависит от них, будет не легче.
Сложно было сказать, были ли это её собственные человеколюбивые соображения (Цисси иногда проявляла подобную мягкость характера) или запланированная помощь мужу в споре. Чета Малфоев полностью соответствовала всем стереотипам дружной семьи, так что они всегда поддерживали друг друга.
— Боюсь, дорогая, — ответил Люциус, хотя Гермиона уже открыла рот, чтобы высказаться, — сложности могут возникнуть даже с элементарными составами. Перенести производство будет стоить денег, и почти наверняка обойдется дороже по факту. Это повысит цены, так что мелкие магазины, сами покупатели и та же больница тоже вряд ли останутся в восторге. Вероятно, что-то они просто не смогут себе позволить закупить.
— Благодарю за высказанные замечания, — Грейнджер всё же поймала момент. — Меня тоже тревожили эти вещи. Поэтому я доработала проект и внесла в него несколько дополнительных пунктов. Исправленный вариант будет предоставлен на суд общественности на следующей неделе.
— Я заинтригован, — Люциус прищурился и подался вперёд, уперевшись локтями на стол. Что было, кстати, не особенно культурно.
— Ничего революционного, мистер Малфой, — Гермиона невинно похлопала ресницами. — Я подумала, что стоит предоставить льготы компаниям, которые готовы будут взять на себя первичную нагрузку по организации нового производства или расширения старого. К примеру, освободить от налогов в первые пару лет. Конечно, это наложит и на сами компании дополнительную ответственность. Им нужно будет предоставить проект, доказать способность его осуществления, сдавать квартальные отчеты и тому подобное. Министерство же не может себе позволить раздавать кому попало деньги, так что бюджет тоже необходимо будет подстраховать.
Эта женщина казалась расслабленной, Малфой улыбался, только он поджал губы, почувствовав новый приступ паранойи. Зачем она рассказывала подробности Люциусу? Хвасталась? Но ведь это давало ему возможность подготовиться и разбить её в пух и прах на следующих законотворческих прениях. Это было не просто глупо и недальновидно, а характеризовало мисс Грейнджер, как профнепригодную.
Или дело было совсем не в том, и это он тут ничего не понимал. Ведь соответствующих заявленным требованиям Гермионы организаций в Британии были единицы. Аптеки самостоятельно варили в основном только самый ходовой товар, вроде бодроперцового зелья. Лаборатории, трудящиеся на Мунго, и сейчас едва справлялись с нагрузкой. Так что Люциус и его бизнес-империя имели неплохие шансы вырваться вперёд, пусть даже так громко его самодеятельность Северус называл в ироничном смысле. Но в любом случае теперь у него имелась возможность проявить инициативу первым и урвать самый выгодный контракт.
Правда, если он пойдёт по этому пути, то ему придётся официально поддержать мисс Занозу-в-заднице и фактически помочь ей реализовать идею. Не то чтобы это автоматически накладывало на него обязанность придерживаться её стороны в дальнейшем, но, очевидно, связывало их. Впрочем, прибыль и монополия на рынке наверняка в глазах Люциуса выглядели достаточными аргументами, чтобы поступиться с принципами и подыграть магглорожденной. Оставался один вопрос: а зачем Гермионе Грейнджер понадобилось сотрудничать с фактическим врагом?
Естественно, чтобы узнать ответ на этот вопрос, он обратился к источнику проблемы. Удовлетворив интерес Малфоя, эта женщина вновь обратила внимание на него. Вот только, вглядевшись в её глаза, он не увидел ничего дельного. Честно говоря, он не увидел вообще ничего. Будто она была овощем, пережившим поцелуй дементора.
Гермиона улыбнулась шире и практически игриво наклонила голову набок, разглядывая его в ответ.
* * *
Когда до неё, наконец, дошло, что всё, по крайней мере, её часть «работы», действительно закончилось, Гермиону охватило не умиротворение, а тревога. Потому что у неё уже имелся опыт «счастливого конца» в предыдущем мире. А тут «счастливый конец» выходил даже лучше прежнего, что напрягало вдвойне. — Теперь, после смерти Лорда, время, возможно, опять возьмется за меня всерьёз, — пробурчала она себе под нос, застегивая пуговицы на «приличной» блузке, которая не была отчетливо маггловской и вписывалась в современные модные магические стандарты. — Пока никаких признаков этого нет, — спокойно ответил Северус, ожидающий, когда она соберётся. Пусть она уже поднимала эту тему, но за последнюю неделю Снейп отлучился от своих сверхважных дел и навестил её лишь второй раз, так что никак не мог устать от подобных разговоров. К тому же в прошлый его визит они больше обсуждали её сложности с магией и провели парочку сеансов щадящей легилименции. Впрочем, оба пришли к выводу, что ей будет безопаснее научиться заново, раз уж это было возможно, чем пытаться вновь перекроить многострадальный разум. Учитывая, что более критичных пробелов в памяти она не нашла и при помощи Северуса, который устроил ей целый каверзный допрос, не хуже Аластора. Кажется, единственной потерей в этом плане стало то, что Гермиона забыла, как выглядела метка Пожирателей. Видимо, это объяснялось тем, что из её головы стерлись заклинания, которыми её накладывали и скрывали от посторонних глаз. Просто практически забавный побочный эффект. Снейп предложил ей показать свою, то ли в шутку, то ли серьёзно. Но она отказалась, сказав, что даже рада избавиться от такого знания. Да и, кажется, это не создало бы между ними момент близости, как с первым Снейпом, учитывая, через что они уже прошли вместе на тёмной стороне. Так что так можно было только если удовлетворить любопытство: возможно, у местного Лорда действительно был странный вкус? Или полное отсутствие навыков дизайнера. — А ещё на меня опять попала его кровь, — она дёрнула неудобный ворот. — Вдруг он снова подстраховался? Или придумал что-нибудь ещё не менее ужасное. — Он планировал из всех нас сделать ингредиенты для зелья, а не сосуды. А в последние моменты жизни, судя по всему, не мог похвастаться хорошей реакцией, так что вряд ли успел что-то провернуть, — ловко парировал Снейп. Наверняка готовился. — В прошлый раз я тоже так думала… — А сейчас мы досконально проверили тебя уже раз пять. После победы над Воландемортом у неё действительно началась насыщенная жизнь. Из-за её в любом случае совершенно справедливых предположений даже Аластору пришлось потратить некоторое количество времени, чтобы убедиться, что она не стала вновь крестражем, носителем или ещё каким якорем. Впрочем, они и так взяли за привычку ужинать вместе, обсуждая новости из школы и Министерства, так что не то чтобы ему пришлось прилагать титанические усилия. Близнецы тоже несколько раз заходили, хоть и ненадолго. Как и Гарри. Он, правда, не изучал, какие последствия могли подарить ей все эти проклятия, которые она и другие применяли к ней же, а занимался тем, о чём они и договорились. Школьникам продлили каникулы по понятным причинам, так что у него было больше свободного времени, чем у всех остальных. Вот он и курсировал от Хогвартса к Грюму и к Уизли, пользуясь неожиданно полученной свободой. Следить за дисциплиной героя магического мира, наверное, даже Макгонагалл находила неуместным. — А ещё местное пророчество всё же могло быть о нашем ребёнке. Вдруг противостояние случится вновь в будущем, как это произошло с Гарри? Придёт какой-нибудь новый Лорд из ещё одного параллельного мира или произойдёт очередной сбой реальности. — Все гипотезы не учтёшь, — вздохнул Северус, но терпеливо подал ей мантию. — Однако мы постараемся подобного не допустить. Гермиона тоже набрала воздуха в грудь, стараясь хотя бы выглядеть невозмутимо. — Ладно. Да и сейчас мне стоит беспокоиться о более приземлённых вещах. Северуса ни в чём не обвинили, как она и думала. Но какое-то малопонятное слушание по поводу оставшегося без официального руководства Хогвартса должно было состояться в Визенгамоте уже завтра. На нём он собирался выдвинуть свою кандидатуру на должность директора публично, так что Гермиона шла с ним, чтобы поддержать морально. Или реально, если ей дадут слово (или принудят к даче показаний). А перед этим они решили посетить Мунго. Чтобы Северус исполнил обещание, данное Молли, а Гермиона наконец-то получила профессиональную помощь целителя. Да и в целом им нужен был опыт взаимодействия на публике, учитывая, что она давно отвыкла вести открытую социальную жизнь и была не прочь потренироваться до визита в Министерство. — Об этом тоже не нужно волноваться, Гертруда, — Северус уже вошёл в роль. Вот только обнял её со спины, по ощущениям, вполне искренне, а не изображая заботу. — На самом деле можешь даже не стараться. Пока я не перепроверю всё раз сто, всё равно не успокоюсь, — усмехнулась она, задрав голову, чтобы увидеть лицо. — Никогда ничего просто так не заканчивается. Он склонился к ней и поцеловал, как на людях делать точно не стоило. Но в больницу они вошли, как старая (а не практически новобрачная), чопорная пара. Никто не принялся глазеть на них, а администратор на посту лишь безразлично подтвердил запись и направил в нужную сторону. Но Гермиона, конечно, всё равно немного переживала. И сделала круглые глаза, когда из кабинета, куда она направлялась, вышел тот самый улыбчивый старик, с которым они тайно встречались в гостинице, когда она только узнала, что беременна. Естественно, он не был случайным посетителем, а оказался её лечащим врачом и на сей раз. — Я же говорил, что он профессионал, — пояснил Снейп с ноткой превосходства. — Не то чтобы я не верила, но думала, что он, не знаю, на пенсии. Хотя с чего бы хорошему специалисту (и долгоживущему магу) не продолжать работать? И иногда брать дорогие частные заказы. Немного незаконные, но кто не без греха? Ничего интересного во время приёма не случилось. Целитель её, естественно, не узнал. Да и в любом случае у неё теперь была уже другая легенда и лицо, так что пришлось знакомиться заново. К слову, над внешностью Гермиона вновь поработала. Но не стала менять себя до неузнаваемости, естественно, и вообще постаралась обойтись примитивными маггловскими приемами. То есть подкрасила волосы и брови, сделав их на пару тонов темнее, да нанесла макияж. Краску для неё добыла, то есть, если начистоту, попросту украла, Люси. А некоторые косметические средства предоставили близнецы — они как раз принялись расширять ассортимент магазина. Она была во всём этом довольно плоха, так что грим не подчеркнул достоинства, а состарил её. Но для их целей это было даже хорошо. Сосредоточилась на своем внешнем виде в моменте Гермиона только потому, что их с ребёнком здоровье находилось в пределах нормы, не считая небольшого недовеса. Успокоили её и по другим волнующим вопросам: что нормально, что нет, и какие ещё изменения в организме ей следует ждать. Пусть она и знала всё сказанное, но хотела услышать это от специалиста, и в принципе получить подтверждение от кого-то, кроме Молли и Северуса. С миссис Уизли после Рождества она не виделась, а изматывать психозами супруга планировала дозированно. Им ещё предстояло пережить роды и как минимум первые месяцы жизни младенца вместе. — Ребёнок просто реагирует на внешние раздражители, — заверил её целитель Адамс (на сей раз она узнала его имя). — На звук, свет и, не в последнюю очередь, на ваше эмоциональное состояние. Поэтому-то беременным женщинам и советуют не тревожится понапрасну. — Это весьма сложная задача, — усмехнулась она. — Понимаю, — покивал он. Естественно, прекрасно зная, что происходит сейчас в магмире. Как бы там ни было, выдав ожидаемые рекомендации по борьбе с отеками и выписав пару поддерживающих зелий, целитель отправил Гермиону восвояси. Правда, обязал прийти на контроль ближе к сроку родов, которые назначил на апрель. Видимо, общая хилость её организма его всё же взволновала. Хотя она не сказала бы, что систематически плохо питалась или что-то вроде того. Наверное, просто сказывался весь тот стресс, через который ей пришлось пройти. В общем, визит в больницу немного улучшил её психологическое состояние. Но при этом и сосредоточил на более специфичных сложностях, с которыми ей ещё предстояло столкнуться. — Северус, если я, к примеру, умру в родах, и время вычеркнет меня из реальности, после того как я подарю этому миру сына, а ты отдашь его на воспитание какой-нибудь злобной тётке или в ужасный приют, я найду тебя, — угрожающим тоном выдала она, когда они уже шагали прочь от кабинета. — В виде призрака или воплощения из других миров, но, клянусь, я найду тебя и сделаю твою жизнь невыносимой. — Не беспокойся, ты уже делаешь её невыносимой. Она попыталась толкнуть его в плечо, но он удачно ушёл от удара, вовремя завернув за угол. В Мунго они прибыли не только по личным, но и по общественным причинам, если можно было так сказать. Им нужно было незаметно проникнуть в другое отделение, чтобы навестить одного пациента. Было бы хорошо проведать Олливандера, но они фактически не были знакомы, и он даже не знал, что это они приложили руку к его спасению. Да и беспокоиться из-за него не стоило. Сидя в подвале, он едва ли знал, что вообще происходило в остальной части поместья. У дверей отдельной палаты тёрся какой-то парень, возможно, случайно, но проверять они не стали. Едва показавшись в коридоре, Северус послал в него невербальное заклинание, и тот мгновенно осел на лавку поблизости, видимо, провалившись в сон. По крайней мере, Гермиона надеялась, что всё действительно было так безобидно, как выглядело. — Здравствуй, Цисси, — вполне дружелюбно сказал Снейп, открыв нужную дверь. — Миссис Малфой, — её голос прозвучал суше. Конечно же, они спешили к ней. Орден не втянул Нарциссу в последнюю историю с Лордом, так что она вполне могла затаиться и выждать, пока не уляжется пыль, чтобы начать жить дальше, как прежде. Вот только это не отменяло опасных знаний в её голове, и не гарантировало то, что она будет хранить паритет вечность и не попытается как-то воспользоваться этим. В конце концов, Люциус находился за решёткой и вероятность, что он выйдет на свободу в ближайшее время, только снижалась. Так что мотивация подёргать за ниточки у неё имелась. А значит, им нужно было заставить её замолчать. Понятно, что сразу бросаться в омут с головой Цисси не стала бы. Драко находился под крылом Северуса в Хогвартсе. Ей в Мунго тоже было не до интриг, пребывала ли она тут до сих пор по состоянию здоровья или с помощью взяток и связей. Хотя в последнем Нарцисса наверняка сильно потеряла в сложившихся условиях. Но как бы там ни было, возвращение в тот дом она, видимо, считала небезопасным. И вообще сейчас была больше озабочена вопросами элементарной выживаемости, так что, наверное, им можно было бы и не спешить искать с ней встречи. Однако, почему бы и нет? — Северус, — откликнулась Цисси, но на неё уставилась с сомнениями во взгляде. — Гертруда Снейп, — подсказала Гермиона. — О, конечно, — уголки её рта дёрнулись. — Простите, после пережитого нервного потрясения память начала меня подводить. Нарцисса полулежала на кровати, на её животе покоилась открытая книга, которую она придерживала одной рукой. А вот вторая кисть оказалась скрыта под одеялом. Гермиона покосилась на неё, но не стала комментировать. Вероятно, миссис Малфой ожидала их визита и справедливо переживала о его результатах. Несмотря на то, что они до сих пор не сделали друг другу ничего плохого, а даже помогали, между ними быстро образовалось напряжение. Белла больше не была посредником во всех этих их странных взаимоотношениях, хотя и так справлялась со своими обязанностями скверно. А местный Лорд перестал быть общим врагом, так что теперь выходило, что они вновь находились по разные стороны баррикад. Видимо, тоже заметив перестраховку Цисси, Северус демонстративно медленно достал палочку и наложил заглушающие чары. Гермиона же отмерла и засуетилась, принявшись рыться в верной сумочке. Пока не извлекла из неё горшок с цветком. Ещё маленьким, хотя, кажется, растение в принципе было карликовым. Естественно, это был рододендрон, которые Нарцисса обожала. Звучало странно, но, наверное, она могла бы сойтись с Невиллом в ботаническом вопросе, будь это фактически возможно. — Желаю скорейшего выздоровления, — неловко выдала Гермиона и водрузила подарок на прикроватную тумбу. — Спасибо, — Цисси с интересом посмотрела на цветок. — Очень мило. Можно было бы просто наложить на неё Обливиэйт. Чары Северуса без сомнений были качественными — целитель Адамс был живым доказательством. И для этого даже не имелось необходимости разговаривать с Нарциссой. Северус мог бы просто напасть на неё исподтишка. Прямо сейчас ему мешало присутствие Гермионы. Свои боевые навыки она, понятное дело, тоже полностью утратила, а Гарри пока что учил её более мирным чарам, так что она не смогла бы защититься даже от элементарных проклятий. Но на этот случай был припасён элементарный шантаж. Они могли бы вынудить Нарциссу согласиться на все их требования, выставив пугающие условия. К примеру, напомнить о том же Драко и его будущем, на которое они могли теоретически повлиять. Но сводить всё к конфликтной ситуации, к какой-то драме, как в первом её мире, Гермионе не хотелось. Не только из веры в лучшее или в идеалистическом стремлении «всё исправить». А из-за той же паранойи. Цисси могла заранее сохранить воспоминания, поместив мысли в сосуды или в Омут. Да, это было маловероятно, но не невозможно. Так что агрессивные действия только всё усугубили бы, учитывая, что на данный момент у них действительно не имелось объективных причин прямо вредить друг другу. — Не волнуйся, я пригляжу за Драко, — подал голос Северус, одновременно и следуя выдуманному сценарию Гермионы, и противореча ему. Он изначально собирался лишь поговорить с миссис Малфой, понимая её опасность, но относясь к ней с большой лояльностью. Кажется, он надеялся восстановить пошатнувшееся доверие между ними. Ведь, если смотреть более широко, пусть она и не знала подробностей произошедшего после нападения Беллы на Лорда и могла корить их за смерть сестры, они всё же так или иначе избавили её от опостылившего Господина. Уж точно повысили шансы на выживание семьи Малфоев. — Но с Люциусом мы вряд ли сможем помочь, — добавила Гермиона для полной честности. Нарцисса помедлила с ответом, однако, наконец, убрала книгу в сторону и достала палочку из складок одеяла. — Я дам клятву. — Обет? — уточнила она. — Так как дело касается в первую очередь тайной информации, есть вариант получше, — конечно, она же была не только Малфой, но и урождённой Блэк, так что наверняка знала разное интересное и не очень светлое.
