Не мил мне белый свет

— Как будто ходить по тонкому лезвию, чтобы оставаться в своем разуме, но один неверный шаг — и ты сходишь с ума.

— [Б.С. Комаров, П.К. Должников, А.С. Древицкий предоставили полные алиби. Их отпустят домой через 4 дня при условии ограниченного контакта с социумом. А.М. Дрозд был объявлен пропавшим без вести, ведётся оперативное расследование.] Разбросанные вещи, какие-то листовки возле домашнего телефона, которым давно никто не пользуется, открытые двери в комнаты, которые обычно бывают закрыты. Мой дом сам на себя похож не был, когда я наконец вернулась, и первая же мысль, которая меня посетила, была о еже, что принесла сегодня посреди ночи Яна. «Это что, он всё в одиночку сделал?..» — думала я, пока не заглянула к себе в комнату. За столом посередине комнаты мирно спала виновница ночной погони — моя подруга. Сидела на кресле, лёжа на руке, возле который спал и её новый друг — ёж. Несмотря на то, что зрелище было довольно милое, я всё ещё чувствовала какое-то отвращение по отношению к Яне. Не в плане, что меня тошнило от неё, скорее я не готова была видеть её после того, что произошло буквально несколько часов назад. Может быть, она действительно хотела, чтобы мы хорошо провели время вместе, но то, как беззаботно убежала за своим «новым другом», ни капли не подумав обо мне. Не подумав о том, что же будет с человеком, который из-за сонливости и не хотел ехать, который, в конце-то концов, впервые выезжает в совершенно незнакомый район. Может быть, она и не обязана была что-либо делать, и это я виновата в том, что не умею говорить «нет» напористым людям, однако всё-таки меня не покидало ощущение, что не так себя должны вести друзья. Я не стала будить её или тормошить, пускай высыпается, а как проснется — тогда и уйдет восвояси. Я же, может и невольно, но выспалась и пока ещё полна сил. Надо бы проверить свой помощник, но, прощупав карманы, я обнаружила, что его нет. «А я его вообще брала с собой? Уже и не помню…» — подумала я и принялась осматривать сумку, которую с собой я не захватила. В ней помощника тоже, к сожалению, не оказалось. «Мог ли его забрать Дангран? Если так, то я его точно убью.» — подумала я, обозлившись, как услышала шорохи со стороны стола. Наконец-то проснулась Яна, которая потихоньку приходила в себя. Несмотря на это, я решила приступить к уборке разбросанных вещей. — А-ах… Уже утро… — бормотала она себе под нос, после чего оглянулась и взяла лежащего возле неё ежа на руки, — Ты че улёгся, а? Не я здесь разбросала вещи, если что. В то время я уже находилась в гостиной и собирала старые вещи, которые, судя по всему, раньше лежали на нижних полках. Они были точно не моими, но и, вроде бы, не мамиными. Куртка со штанами больше были похоже на мужские, чем на женские. — Э-! Л-лиза! — заметила меня вышедшая из комнаты Яна, с облегчением выдохнув, — Ну слава богу, я уже изнервничалась вся. Пришла к тебе, а у тебя разруха… Оказалось, что ежу, похоже, твой порядок тут не понравился. — договорила она и обняла меня. Я же в свою очередь всё ещё чувствовала, что не готова к контакту с ней, поэтому никак не прореагировала. — Лиз? Ты в порядке? — спросила Яна, наконец отпустив меня. — Я скажу прямо — я не хочу с тобой сейчас разговаривать. — … — расстроенно смотрела на меня она, а я продолжала собирать вещи с пола. — Лучше возвращайся домой. И ежа, пожалуйста, тоже забери. — Слушай, ты прости… Я же вообще не знала, что так получится. Там вообще всё накрылось — и мотоцикл, и клуб, и кино. И Паша с Геной поссорился, и сам Гена сейчас в участке после сегодняшней ночи… — Мне всё равно, это твой друг идиот, а не мой. Сказала же тебе тогда, что я спать хочу, а ты меня утащила не пойми куда и не пойми зачем. — Ну… — виновато чесала затылок Яна, — Ух… Извини ещё раз, пожалуйста, в следующий раз буду… Осмотрительнее?.. — Следующего раза не будет. — Да, как скажешь… Ежа я заберу! И пойду уже… — всё ещё расстроенно говорила Яна, но я с собой ничего не могла поделать. В итоге она действительно забрала животное и молча ушла. В этот момент я выдохнула, будто наконец всё напряжение с меня как рукой сняло. Раскладывая по полкам одежду, я не могла не заметить и бумажки с номерами. Наверное, Яна обзванивала всех, кто мог хотя бы что-то знать о том, где я нахожусь. Конечно, безуспешно, ведь в итоге мало кто из моих знакомых живёт в пятом районе… Да и знакомых у меня не так уж много. А на одной из бумажек был даже очень знакомый государственный номер, с которого прошлым вечером пришла СМС об алиби. «Даже в органы осмелилась позвонить? Ну и чудачка…» Вскоре в доме был наведён порядок, а я всё-таки смогла найти свой помощник под кроватью. «Тоже ежа рук дело?» — подумала я и увидела, что мне успели написать все, кому не лень. Во-первых, конечно, Яна пыталась дописаться до меня, но вскоре поняла, что я не брала с собой помощник. Во-вторых, снова пришло сообщение с государственного номера об алиби некоторых людей. Хотя немного насторожила последнее предложение — «А.М. Дрозд был объявлен пропавшим без вести, ведётся оперативное расследование.» Несмотря на то, что само исчезновение человека из-под охраны спектров — это удивительное событие, так это был ещё и человек государственной важности. При этом о Матвееве они таким образом не удосужились сообщить… А под этим диалогом находились и непрочитанные сообщения от Ивана. — [ Госпожа Юстус хочет поговорить. ] — [ Она, вроде бы, хочет освободить тебя от решения этого дела! Напиши после того, как с ней встретишься, хорошо? ] Несмотря на то, что он хотел донести хорошие новости, меня подобные слова только насторожили. Вот так внезапно взяла и захотела освободить меня от решения сверхважного дела? Ну нет, она бы так не сделала. Тогда хочет поговорить о чём-то другом? О чём же? И, вообще, может «освободить от решения дело» в этом случае равносильно «увольнению»? Бред полнейший, да и только. Конечно, хочу я того или нет, но придётся ехать, но всё-таки не нравится мне всё это. А Иван, похоже, наоборот только рад этому… Желает мне только лучшего, но догадывается ли сам, что так Юстус никогда не поступает обычно?.. Так или иначе, ничего не узнаю, пока не приеду. По крайней мере… Стоп, а сколько сейчас вообще времени? Во всей этой передряге я и вовсе забыла о времени. Часы на помощнике показывали «9:32», офис открылся буквально 2 с половиной часа назад, поэтому могу идти прямо сейчас. Наконец прибравшись в доме и позавтракав не чем-то вроде вороньего супа, я собрала свою сумку и отправилась на работу. Дорога, как и обычно, не заняла слишком много времени, поскольку никуда по пути я заходить не стала. На моём рабочем столе всё также лежали неразобранные документы, свет в помещении горел немного тусклее, чем обычно, а на своём месте находилась только Ламоо, которая, подпирая голову своей рукой, вчитывалась в какой-то отчёт. — Доброе утро, Ламоо. — Ага… — не обернувшись на меня ответила она. Всё же это такой человек, который если взялся за дело, то отвлечься от него уже навряд ли сможет. «Ах, точно, эти бумаги я хотела разобрать ещё три дня назад… Хотя этого конверта я что-то не помню.» — подумала я и решила проверить папку, которая, похоже, появилась на столе не так давно. Дата на ней стояла сегодняшняя, а значит, что принесли её буквально в пределах последних 3-х часов. Заглянув внутрь, я увидела знакомый мне адрес. «По-моему я видела этот адрес вчера, но не помню, что именно там находится…» — оставалось думать мне, поскольку местность описана юридическим жаргоном. Но сама суть дела была в массовом убийстве и порче дорогостоящего имущества, свидетелей нет, подозреваемых тоже. Меж страниц лежит только одна зацепка — квиток с написанным чёрным маркером длинным номером «71198955». «На мобильный номер не похож… На номер какого-нибудь документа — тем более.» Пока я рассматривала папку, Ламоо, похоже, закончила с отчётом и наконец заметила меня: — О, Лиза! Я тебя как раз жду! — А? Зачем? — Госпожа просила зайти вместе с тобой, наверное, хочет дать нам какое-то дело. — Какое-то дело… А не эта папка, случаем, содержит его? — Дай взглянуть… — сказала она и взяла у меня из рук папку, после чего начала вчитываться, — Ну, фиг его знает. Эта папка уже лежала здесь когда я пришла. — Вот как… Тогда давай сразу зайдем к Юстус. Как раз и про папку спрошу. В ответ на мою фразу Ламоо только кивнула и вместе со мной зашла в кабинет Госпожи. Как и обычно, она сидела за своим столом в задумчивой позе. Однако сегодня казалось, что она либо слишком усердно думает, либо на что-то очень сильно злится. — Вы хотели нас видеть, Госпожа? — начала Ламоо. — Да. Сначала о том, что ты была в Третьем районе, Лиза. — …? — удивилась я, немного даже испугавшись. — Наверное, ты и сама догадалась, что дело, которое я дала тебе, связано с этим местом. Мне стоит извиниться, я действительно погорячилась с тем, чтобы доверить его тебе. Я передам его в офис Левого Глаза.— Что?.. Слова Юстус меня действительно поразили. Не столько содержанием, сколько её переменчивостью в целом. Тут же мне хотелось накричать на неё. За ЕЁ безответственность, за ЕЁ безразличие, за ЕЁ идиотские решения. — Я не знала, что дело затронет этот участок города. Расследовать что-либо там — целенаправленное самоубийство, а рисковать своими сотрудниками я не намерена. Со всей своей экипировкой лучше справится офис Левого Глаза. — Да что ты несешь?! Хочешь, чтобы я взяла и бросила это дело, хотя только-только смирилась с ним?! — …Не поднимай на меня голос. Я ничего с этим уже не сделаю. — Ты уже передала это дело им? — Да. Вам с Ламоо я назначила новое дело, оно содержится в папке, которую ты прямо сейчас держишь. — А со мной ты не хотела бы обсудить это? Когда я, может быть, уже разведала немного, и у меня есть хотя бы какой-то да след? — Всю информацию, что ты собрала, ты передашь позже послу из офиса Левого глаза. — … Мне одновременно хотелось и злиться, и плакать. Такое чувство, что всю ту работу, которая, может, не слишком значительна, но она всё ещё сделана с приложением больших усилий, Юстус решила в одно мгновение превратить в прах и сдуть. И ничего с её решением я не смогу поделать… Лишь попытаться. — Пожалуйста, разбери документы на своем столе и принимайся за новое дело, Лиза. Ламоо, закончи с отчётами и помоги Лизе. — Да, госпожа… — как-то печально сказала Ламоо, смотря на меня. — Да плевать я хотела на все эти приказы! — …Я, наверное, ослышалась. — Значит купи слуховой аппарат, сука. Я берусь за это дело, и мне плевать, кому и куда ты решила его доверить. Я его начала, и Я его закончу. — Непослушание начальника карается увольнением, как и на любой другой работе. — Значит я здесь больше не работаю. Значит мне не надо разбирать те бумаги, лежащие у меня на столе. Значит, я не обязана расследовать то, что находится в этой папке, — показала я документы Юстус, — но я оставлю их себе, чтобы не забыть о том, почему я теперь не являюсь детективом. И Ламоо, значит, не обязана ждать меня. И ТЫ больше не увидишь меня в этом отвратительном месте, сколько бы не присылала послов, сколько бы не оставляла дома еду, сколько бы не пыталась связаться со мной. И я тебя, надеюсь, больше никогда не увижу. — договорила я, после чего практически мгновенно направилась к выходу. Слов Юстус не последовало, а Ламоо, похоже, так перепугалась, что осталась в кабинете начальницы. Я ушла, но неприятный осадок всё ещё преследовал меня. Впервые я чувствовала, что сдерживаю слёзы так сильно, и даже не понимала, почему мне хочется плакать. Может, для меня отстранение от дела означает то, что я бездарность? Или, может, я просто так сильно не могу терпеть эту женщину? Поступила она со мной несправедливо или, может, таким образом она унизила меня, да ещё и в присутствии Ламоо? Я не хотела думать о причине всего этого, но этот процесс стал неконтролируемым. На одной из улиц я присела на скамейке. Иван говорил, чтобы я написала ему после того, как зайду к Юстус, но писать мне абсолютно не хотелось. Достав помощник, я увидела новое уведомление, как раз от Вани. Он спросил, всё ли прошло хорошо, и, похоже, от Госпожи он уже всё узнал. Однако, как и раньше, мне не хотелось признавать своё отстранение и последующее увольнение, поэтому я соврала. Сказала, что всё прошло хорошо и мне дали новое дело. В ответ он спросил, не большая ли это будет нагрузка, а я написала, что всё хорошо. Тогда он сообщил, что по делу о коррупции у него есть новая зацепка и он бы хотел встретиться в продуктовом магазине. Мы договорились о встрече через час и наш разговор закончился. Я осталась наедине с собой, и мне всё ещё хотелось плакать. Я решила, что, раз никого рядом почти нет, можно не сдерживаться, и в тот же момент по моим щекам прокатились тёплые слезы. — Э, Лизок! — послышался знакомый мне мужской голос вдалеке. Утерев лицо рукой, я обернулась на него и увидела Геннадия, одетого в серую строительную каску и жилет. На нем, к удивлению, при всем этом до сих пор красовались солнцезащитные очки. — Эм… Геннадий Сцепской? — Да какой уж, почему просто Геной не зовешь? — подошел он уже совсем близко. — Мы и знакомы-то с тобой один день от силы, чтобы я тебя хоть как-то так называла. — Да лан тебе, не парься. И вообще, ты чего тут делаешь? Яна говорила, что у тебя рабочий день с утра до ночи! — …С чего бы тебя это волнует? — Ну я это… Увидел тебя с во-о-он той штуки, — указал он на миниатюрный башенный кран, похожий на те, что ранее в ссср использовались для строительства домов, — решил сначала, что схожу поздороваюсь, а потом вспомнил слова Янкины. И короче теперь мне интересно… Хотя подожди, может, ты уже работаешь… Блин, вот затупок! — … — Ждешь кого? Или документы изучаешь? О, дай посмотреть! — присел рядом со мной парень и ластился все ближе. — Не дам я посмотреть, тебя эти бумаги не касаются! И вообще, ты сам что тут забыл?! — А, да я это… Я, короче, когда тебя Дангран похитил, погнал, как и он, вопреки ограничениям скорости, ну вот и стопанули разок… Права забрали, а самого отправили на исправительные работы. Ну вот и восстанавливаю теперь аванпосты эти вокруг третьего района… Ну зато ещё два объекта осталось и свалю наконец-то! Правда, права мне отдадут только после оплаты штрафа и минимум через пол года… Не важно, короче, я, самое главное, извиниться должен перед тобой, наверное… Из-за меня ж вся фигня случилась. — Я не жду извинений, просто уже условилась для себя, что больше с тобой и Яной никуда не поеду. — Э-э, ну куда так резко-то?! Это ж просто я один раз сглупил… Больше не повторится! — Ты зачем вообще тогда убежал-то? — Да мне платить уже нечем в этом автосервисе… Я который раз к ним приезжаю за этот месяц, а они уже даже за деньги нос воротят, говорят, знаешь: «Иди и найми себе личных автомехаников, у нас и так работы куча», а сами, прикинь, целый день чаи гоняют в гараже! Ну и мы же, короче, если помнишь, собирались в магаз сгонять заброшенный, а там прям как по заказу есть отдел специальный с запчастями для автомобилей и всего остального. Ну и я вот решил, что надо ему в доказательство принести одну-две зажигательные свечи и попросить, чтобы он за инфу об источнике мне ремонт сделал. Сейчас-то ситуация со всем этим делом обстоит хреново, импортными уже как лет 15 не торгуют, а государственные стоят дофига, так еще и ломаются на раз-два. В итоге ни себе, ни нам. А мы там с Янкой еще магнитофон новенький нашли! Я его хотел себе в колонки в гараже вкрутить, но, как знаешь, пригодился он еще раньше. — …Я скажу честно, что те выкрики звучали слишком глупо, чтобы хоть как-то их воспринимать всерьез. — Да я знаю… Я ж сразу увидел, что там Дангран едет, думал, узнает — остановится. А тут как газанул, да еще и на ветку спектровскую. Да еще и ввысь! Короче, смех да и только получился. А ты, наверное, все еще слишком злишься по этому поводу, раз вся разкраснелась… — …Да уж. Не забивай голову, позлюсь и успокоюсь. Но кататься я с вами больше не намерена. — похоже, следы моего эмоционального состояния скрыть оказалось не так-то просто. — Ну ты не говори так, я знаешь что устроить могу, если захочу! Да и, на самом деле, хорошо, что мы не отправились в клубешник! Там, прикинь, в ту же ночь настоящую кровавую баню устроили. Прям на кусочки всех порезали! — Что? — Как, не слышала? А еще детективом зовешься… Короче, говорят, на ту ночь себе весь клуб какие-то ребята сняли, то ли ждали кого, то ли принять хотели — хрен знает. Ну и закончилось это принятие похоронами. Только, что интересно — похоронили только тех ребят, которые клуб снимали. Местных и посетителей и пальцем не тронули, будто магия какая-то… Я даже и не знала, как реагировать на такие новости. Как раз в том клубе, который мы втроем собирались посетить, в тот же день и даже в ту же ночь произошло массовое убийство. Однако меня все еще волнует одна вещь… — Ты, может, помнишь адрес клуба? — А… Да не особо, если честно. Помню только, что раньше это здание было то ли театром, то ли музеем, хрен его знает. И именно этот ответ я ожидала услышать. Вчера, когда Паша остановился у здания и взял с собой огнестрел, он вошел именно в здание, своей архитектурой напоминающее театр. При этом направился он туда только после того, как ему позвонили. — Ясно, тогда… — Да не парься! Тебя ж там в итоге не было, как и нас, так что обошлось. Я короче придумал, в следующий раз буду учить вас с Янкой машину водить! И весело, и интересно, и, что самое главное, безопасно. Ты вот когда свободна будешь? — Эм… Я не думаю, что это будет хорошей идеей. — Я ж сказал, не парься! Я всё устрою, ты главное приди, ну разок всего! — Вчера мне то же самое Яна говорила. — А я — не Яна, я — Гена. И со мной всё совсем по-другому пойдёт, вот увидишь! Вдалеке вдруг я услышала не слишком громкий звук складывающегося металла. Как оказалось — это был тот самый миниатюрный кран, который уменьшился в высоте. — Блин, мне бежать пора. Короче, — достал он вдруг из кармана ручку, — Есть где расписать? — Ну, не думаю… — сказала я, подумав сначала о папке с новым делом, но затем вспомнив, что портить государственное имущество запрещено. — Тогда давай так, — взял Гена мою руку, после чего написал на ней какой-то номер, — Это — мой номер. Как узнаешь о выходных — звякни! А я пошёл! — Э, подожди! — Ну некогда! — сказал он и убежал туда же, откуда пришел. Я взглянула на руку, на которой был написан его номер, но всё еще не понимала, откуда у него такое рвение провести время не только с Яной, но и со мной. Что самое главное — меня всё ещё интересовали его слова насчёт клуба. Произошло это буквально сегодня ночью, и вполне возможно, что папка с этим делом… Находится прямо у меня в руках. Я незамедлительно открыла её и увидела сперва титульный лист, на котором было написано, что подозреваемых нет, а далее меня встретили только фотографии с места событий. Пол, полностью залитый кровью, люди, чьи тела были порезаны напополам, и фотография изнутри комнаты директора, в котором был полный бардак, не говоря уже о разбитом стекле. Далее было написано, что имеются также видеозаписи с камер наблюдения, и на одной из этих записей запечатлен мужчина, который, предположительно, является одним из убийц, но опознать его не удается. Таким образом я удостоверилась, что мне собирались поручить дело, связанное с инцидентом в клубе. В тот же момент мне пришло уведомление на помощник — Иван спросил о том, что мне сказала Госпожа. Я понимала, что он, скорее всего, знает о том, что произошло в её кабинете, и тем более о том, что я теперь официально безработная, поэтому я не стала врать и ответила прямо: — [ Сказала, что я теперь сама по себе и отстранила от дела. ] Ответа не было около двух или трех минут. — [ Если ты хочешь как следует отдохнуть, то тебе не стоит врать мне… ] В этот момент я растерялась. Я же призналась в том, что случилось на самом деле, но он… Говорит, что я вру? — [ Я не вру. Меня уволили. ] — [ Лиз, я думал, что ты знаешь о том, что я получаю информацию от Госпожи практически моментально… Она сказала мне, что ты уже идёшь в магазин на окраине. ] Что за бред? Мне она говорила совершенно другое. — [ Я, в общем, жду тебя здесь. Если не придешь, то скажи, пожалуйста. ] Похоже, либо мои слова каким-то образом зацепили Юстус, либо это всё одно большое недопонимание. Пойти домой было не вариантом, поэтому я ответила: — [ Скоро приду. ] После чего я встала со скамьи и отправилась в сторону окраины четвёртого района. И направилась я туда больше для того, чтобы нормально поговорить с Иваном о том, что ему сказала Госпожа. Путь занял менее 5 минут. Похоже, по собственной интуиции я отправилась в ту сторону, в которую мне, по словам Коменданта, и надо было. Когда я вошла внутрь, я буквально сразу же увидела его, говорящего о чём-то с одним из грузчиков. На Иване также была его наплечная сумка. Подойдя ближе, я услышала, как сотрудник жаловался Ивану на запрет импортных продуктов. Говорил, мол, таким образом совершенно не остается выбора и ты либо, например, ешь то, что дают, либо не ешь совсем. Сам же Иван смиренно слушал. — Эй, Вань… — отвлекла его я. — А, Лиза, — посмотрел он на меня, но тут же повернулся обратно, — Извини, потом как-нибудь поговорим. Времени уже нет. — сказал Комендант грузчику, на что тот кивнул и попрощался. — Можно спросить, что тебе сказала Юстус? — …Хм? Разве ты не знаешь, что с тобой же обсуждалось?.. — Знаю, просто хотела убедиться в том, что она сказала тебе. — Ну, эм… Она сказала, что дала тебе новое дело и попросила меня помочь тебе, если попросишь. Всё же я понимаю, как она пришла к этому решению, работать над двумя делами параллельно не так-то просто, особенно если одно из них тебе в новинку… — Вот как… Понятно. В самом деле, я была очень удивлена таким подходом. Однако, конечно, мне было абсолютно непонятно, что послужило их причиной. Действительно, легче уволить сотрудника, который не слушает своё начальство, чем оставлять его на рабочем месте, но Юстус выбрала второе. Зная её логику, она бы никогда не приняла такое решение… — Слушай, у меня здесь вообще очень даже хорошие новости! Похоже, в банкомате здесь была проведена одна из прошлых операций, которые были совершены картой, которая находится в уликах. Пойдем, посмотрим вместе! К этим мыслям я еще вернусь. Если выдастся удобный момент, то я обсужу эту непосредственно с ней. — Подожди… Ты имеешь в виду ту карту, которая должна быть у Ткачева? — Да, именно она. — Надеюсь, что её у него нашли и изъяли? — Ну, да… Иначе как бы я нашёл это место? — Фух, тогда я спокойна. Однако, всё же, какая сумма там хранилась? — Около 39 миллиардов рублей. Но сняли, вроде бы, всего 10 тысяч. А что? — Ничего, просто хотела убедиться, что мне дали верные показания… Не соврал Матвеев, по крайней мере, и то радует. — Хм, верно. — сказал Иван и мы зашли в служебное помещение. Воздух здесь был холоднее, чем в самом магазине, однако в комнате охраны, откуда ведется видеонаблюдение, всё же стояли батареи. На удивление, комната была оформлена в тех же тонах, что и сам магазин — салатовые стены, а не такие же серые, как и в коридоре, которые я себе представляла. Несмотря на маленькое помещение, практически всю стену занимали 6 мониторов и большой стол, на котором лежали какие-то ключи, электрошокер, наручники и кружка, по всей видимости, из-под кофе. За этим столом сидел человек, похоже, ждущий именно нас. — Здравствуйте, мы по делу. Не поспособствуете? — обратился Иван к этому человеку. — Да, конечно, меня предупредили. Какая дата нужна? — Второе июля. — Хм, а время? — Подожди, дай сверить… — сказал Иван, после чего достал из своей сумки какую-то записную книжку, открыл нужную страницу, а затем продолжил, — 15:37. Охранник сразу же открыл папку с названием «Июль» и нашел в ней файл «3.02.07.19». После этого открылась видеозапись с одной из камер, которая была направлена прямо на банкомат. На временной шкале стояло 15:36:29. — Давай посмотрим… — произнес Иван, и охранник запустил видео. Около десяти секунд на видео никого не было возле банкомата, однако вдруг к нему подошла какая-то бабушка и стояла возле него примерно 16 секунд. Еще около 5 секунд ничего особенного не происходило. Люди входили и выходили из магазина, пара подростков смотрела на то, какой лимонад они хотят купить, а чуть дальше от них какой-то мужчина разговаривал с сотрудницей магазина. Где-то секунд 30 продолжалась данная картина, и тут в магазин зашел какой-то мужчина. Не сказать, что он чем-либо выделялся среди других, однако мне он казался знакомым… Я никак не могла рассмотреть его, поскольку камера от банкомата находилась достаточно далеко. — Вот он, похоже, вам нужен. — сказал охранник, а Иван всё молчал. — Эй, Вань, тебе этот мужчина незнаком? — …Лиз. — ОХ, ох, извини, я забыла… — Можешь описать его? — Ну… Короткие темные волосы, светлое пальто… Цвет сказать не могу, всё чёрно-белое. Довольно высокий, короткая сумка, почти как у тебя, но ремень покороче. А ещё… — хотела договорить я, поскольку на видео мужчина повернулся боком к камере, отчего можно было увидеть часть его лица, однако меня остановила главная его черта. — Глаза закрыты и идёт он будто бы вслепую. — договорил охранник, — Похоже, вам этого человека даже искать не придётся. — Подождите, хотите сказать, на камерах был я? — Ну, возможно, мало ли слепых людей у нас в городе? — Стой, Сергей Михайлович, у вас камер поближе нет? — Есть одна, но она направлена не на сам банкомат, а стоит на входе. — Давайте посмотрим запись с неё. Так станет понятнее. — Как скажете. — ответил охранник, после чего открыл файл «1.02.07.19» и перемотал на 15:37:01. Спустя секунд 20 всё же показался тот человек, что стоял у банкомата, и… Это действительно был Иван. — Вань, это действительно ты… — …Я даже не помню, чтобы ходил в магазин в этот день. Конечно, у меня плохая память, но всё равно… Мне абсолютно не хотелось верить, что Комендант связан с этим делом напрямую, в плохом смысле. Всячески отгораживая от себя эти мысли, я сказала: — Попробуй вспомнить, что ты делал в этот день? — Какой это день недели был? — Вторник. — ответил охранник. — Дай подумать… Тогда я разносил письма сотрудникам дочерних офисов Правого глаза… В четвёртом районе были… Нет, не помню. Не знаю, что я делал на окраине даже, не говоря о том, откуда у меня была эта карточка… — Сергей… Михайлович, вроде. У вас нет камер снаружи? — Нет, снаружи камер нету, только внутри. — Тогда можно пересмотреть запись ещё раз? — Да пожалуйста. — сказал охранник и отмотал примерно на 20 секунд. Мне было интересно именно то, как Иван зашел в магазин. Не могло быть всё настолько просто, чтобы он участвовал в заговоре, при этом так легко дал подставиться… Просто не может быть. Вдруг я заметила, что камера охватывает часть наружной области возле входа в магазин, поскольку крыльцо у него обито стеклянными стенками, и если не людей, то там можно было заметить их ноги вплоть до таза. Как раз мимо проходящие ноги я заметила не сразу, судя по ним, какой-то человек внезапно остановился и подошел к другому, который стоял прямо возле витрины. Секунд 10 они о чем-то разговаривали, после чего человек, который проходил мимо, направился ко входу. Как только он вошёл, сразу стало ясно, что это был Иван. — Перемотайте на 5 минут назад. — Хорошо. Несмотря на то, что Ивана теперь не было, ноги того человека, который его, предположительно, подозвал, всё еще находились там же. — Ещё на 5 минут. Теперь ног уже не было. — На 2 минуты вперёд. Ног всё еще не было. — Еще на 2 минуты вперёд. Ноги уже появились. — Перемотайте на минуту назад. Ног ещё не было, но спустя где-то секунд 10 можно было заметить, как они пришли сразу к тому месту, на котором впоследствии остались. — Хорошо… Можете перемотать на 15:39? — Да, конечно. Ничего особенного на камерах не было. Однако мне было интересно то, что произошло дальше, после того, как Иван уже снял деньги. Около 15 секунд ничего не происходило, однако в конце концов на камерах показался Комендант, выходящий из магазина. Он вновь подошёл к тому человеку, что ждал его возле входа, и спустя еще секунд 10 отправился дальше в ту сторону, в которую шёл изначально. — Однозначно нам необходимо узнать, что за человек стоял у входа. Я предполагаю, что именно он заставил Ивана снять деньги с карты. — Подожди, я помню этот момент! Да, во вторник, я не направлялся тогда в окраины, я решил пойти коротким путём через набережную, и тогда меня остановил какой-то мужчина с низким голосом… Он, вроде, сказал, что с заменой банкоматов он перестал понимать, как они работают, а деньги ему нужны были срочно, поэтому он попросил меня снять их… Я ещё тогда удивился, что он доверил мне свой пин-код, однако сбросил это на срочность дела. — Ты что-нибудь подметил в этом человеке кроме голоса? — Большие ладони… Да, довольно широкие для мужской руки и, вроде, больше ничего. — Это плохо… Мы, похоже, наткнулись на одну из фигур этого дела, однако мы не знаем о нём ровным счётом ничего. Наружных камер у магазина нет, а ты, похоже, был для него выгодно слеп. Осмелюсь сказать, что он хотел тебя подставить. — …Это слишком подло. И всё равно ничего бы не получилось. — Почему это? — Спектры в любом совершенном доверенным лицом преступлении проверяет не только найденный компромат, но и само состояние человека. Мой лобно-височный чип записывает всю активность органов и повреждение тканей, поэтому они могли бы просто «прослушать» мои мысли и убедиться в том, что я собирался сделать на самом деле. — Это звучит жутко. Хотя постой, разве этот чип, в таком случае, не записывает активность твоих органов чувств в том числе? — Да, и их тоже записывает. — Если бы только твои глаза были в состоянии нам хоть что-либо сказать таким образом… — Ох, Лиза, это же идея! Несмотря на то, что я слеп, чип всё еще записывает информацию с нервов и имеет повышенную чувствительность электрической оболочки! — …Я ничего не поняла. — Вкратце говоря, если я ничего не вижу, то электрическая оболочка, огибающая область сетчатки глаза, видит всё. И, вследствие этого, записывает всё! Нам лишь необходимо специальное оборудование… — Ох, это замечательно, но… Это не повлияет на твоё здоровье? — Раньше — повлияло бы, поскольку эти технологии требовали регулярного вскрытия тканей, однако сейчас используются магнитные технологии, отчего чтение записей возможно и без биологического вмешательства. — Фух, это однозначно радует. Получается, нам снова необходимо попасть в Цитадель? — Нет, необязательно. Специальное оборудования для чтения чипов расположено на любой базе спектров, даже самой малой, а поскольку в двух шагах отсюда граница с третьим районом, мы можем отправиться туда. — Тогда давай сегодня же узнаем, что за человек хотел подставить тебя. — лишь успела договорить я, как Иван крепко меня обнял. — Лиза, ты действительно просто невероятна. Я не жалею, что уговорил тебя хотя бы попробовать решить это дело. В его объятиях я впервые поняла, какого это — чувствовать тепло человеческого тела. Для меня это было удивительным открытием, поскольку не раз до этого меня обнимала Яна, но ничего подобного я не ощущала. Вполне возможно это было от того, что её объятия были кратковременными, однако всё же. — Да, спасибо… — Давай, пошли. — сказал Иван, и мы тут же отправились к ближайшему блокпосту спектров. Пока он тянул меня за руку, я, благо, успела поблагодарить охранника за содействие. Наш путь составил всего несколько кварталов бегом по улице. Похоже, эта зацепка очень взбудоражила Ивана, и именно поэтому он торопился поскорее узнать, кто же пытался его подставить. Также я убедилась в том, что старания бригады Геннадия прошли не зря: блокпост выглядел как будто совершенно новый и на нём не было видно ни единой царапины. Большого пальца вниз нигде рядом не виднелось, однако рядом с постом находилось здание, стена которого была обделана огромной стальной плитой с белым знаком спектров. — Стойте на месте. — говорил человеческим языком один из бойцов, находящихся у ворот. — Нам бы побыстрее. Код 000000, Иван Стынь-Дубковский и Елизавета Гронская. — Вам проход на территорию Третьего района запрещён указом №00459. — сказал солдат, и мне показалось, что я знаю, кто именно продвинул этот указ. Не зря же меня, в конце концов, не уволили. — Мы не собираемся туда идти. Нам необходимо магнитное оборудование для чтения чипа памяти. — Оборудование для чипов памяти доступно только с максимальным уровнем лояльности. Предъявите ваше удостоверение. После этих слов мы оба достали свои документы и по очереди предъявили их спектру. — Использование данного оборудования разрешено только первому. — Этого достаточно. Елизавета присутствовать будет под моей ответственностью. — Принято, проходите дальше. — сказал солдат и пропустил нас дальше, начав передачу по рации и сказав при этом что-то на непонятном мне языке. Пока мы с Иваном шли вперед, мы заметили, как рядом с воротами открылись стальные двери. Похоже, именно так нас и пропускали, поэтому мы зашли внутрь. Несмотря на малый размер самого поста, внутри было довольно просторно, и комнаты разделяли не только стальные стены, но и стеклянные. Проходя мимо одного из помещений, я увидела там группу солдат, разговаривающих о чём-то с человеком в незнакомой мне форме. По фуражке, кителю и брюкам могу предположить, что это был какой-то офицер, хотя за последние несколько лет я ещё ни разу не видела, даже по телевизору. — Это же какой-то офицер стоит вон там? — указала я на помещение Ивану. — Да… Странно видеть его здесь, в самом деле. — Почему это? — Офицеры, ответственные за третий район носят совершенно другую форму, а именно этот по одежде похож на ответственного за пятый район. — Может, какое-то дело у них важное… — Скорее всего поддерживают отчётность между собой. Учитывая последние события, офицерам третьего района сейчас некогда присутствовать на рабочем месте, поскольку их гоняют по всей цитадели, поэтому офицер пятого отчитывается подчиненным третьего. — Вот как. Наверное, офицерам третьего и правда сейчас очень несладко. Помещение с необходимым оборудованием находилось в самом конце коридора. Там уже находилось около пяти бойцов, при этом трое настраивали сами инструменты, а четвёртый, похоже, проверял память пятого. Все его воспоминания выводились на среднего размера экран в цветном изображении и довольно хорошем качестве, что было для меня удивительно. — Эта процедура очень сильно нагружает мозг, поэтому я, скорее всего, усну и буду спать до тех пор, пока процесс не закончится. — Хоть ты и говорил, что это безопасно, но меня всё равно тревожит это. — Ну, Лиз… Плохо будет только тогда, когда этот чип сломается, и внутренние компоненты проникнут в мозг физически. Информация же переводится только по специальным каналам и не может выйти за их пределы. — Я постараюсь просто надеяться на то, что всё пройдет хорошо. — Да! Это лучшее, что ты можешь сделать. — ⠿⠷. — прервал нас работающий за одной из машин спектр. — Мне необходимо получить полные данные за второе июля 2019 года с 15:30 до 15:50 включительно. — ︙⠕︙⠲︙⠱. — Да, девушка под моей ответственностью. — ︙⠕⠺⠽. — Что он говорит? — Процедура обычно занимает много времени… Он также проведёт полную проверку моей памяти. — Зачем это? — Обязательная предосторожность при работе с человеком. Насколько бы лоялен он не был, необходимо проверить, с кем спектры имеют дело, а также удостовериться в целостности данных. Конкретная цифра будет уже когда я буду в процессе. — Хорошо, я в любом случае буду ждать здесь. — Ну, если времени будет слишком много… Лучше сходи перекусить куда-нибудь неподалеку. — Это, что ли, займёт настолько много времени? — Я уверен, что не менее 9-ти часов. — …И правда очень много. Хорошо, если понадобится, то я своевременно буду уходить, но ждать всё равно буду здесь. — Как скажешь. — сказал Иван, после чего с помощью одного из спектров забрался на кресло, чем-то напоминающее стоматологическое. Спектр, работая за панелью, один из манипуляторов подвёл к правому виску Коменданта. — ︙⠕⠷⠟⠭. — сказал что-то спектр. — Эм… Я не понимаю. — ответила я, и через секунду раздался какой-то щелчок. — Операция займёт около 10 часов. Объект усыплён. — …Осторожнее будьте, это вам не игрушка. Экран работал на протяжении всех этих 10-ти часов. На нём пробегали тысячи строк информации, состоящие из точек и пробелов. Ни одна из них не останавливалась на какое-либо длительное время, поэтому мне казалось, что всё происходит как надо. Первые 5 часов я просто сидела и осматривала помещение, спектров в нём и самого Ивана. Однако после них я ощутила, что голодна, поэтому решила сходить в магазин, из которого мы с Иваном пришли, и купить что-нибудь поесть. Скорее всего, когда всё закончится, Комендант тоже захочет есть, поэтому я взяла четыре больших круассана с шоколадом и с вишней поровну. Также я взяла маленькую бутылку с негазированной водой. Вернувшись обратно, я продолжила ждать, заранее перекусив. Спустя ещё час ожидания тишину и монотонные строки на мониторе разбавил человек, что вошёл вместе с тремя солдатами в помещение. — По очереди пройдёте проверку и можете быть свободны, так он и сказал. Запросов больше не было. — звонко говорил только что зашедший офицер, которого я видела ранее в другом помещении, когда он с этими спектрами о чём-то разговаривал, — О, а это что за экземпляр? — сказал он, глядя на меня. Я не сразу поняла, что он обращался ко мне, поэтому мужчина продолжил: — Гражданка, вы чего тут сидите? — Попрошу, я детектив. И я здесь по делу. — О, детектив. С какого офиса? — Правого глаза. — О-о-о, моё почтение, наслышан о нём. Правда, вроде, сегодня дело оттуда передали, сказали, «из-за непредвиденных обстоятельств в расследовании». — М… И откуда же вам это известно? — Дочка в офисе Левого глаза работает. Только сегодня созванивались, вот и узнал… А вы, может, знаете, что там произошло на самом деле? — Проблемы с головой у начальницы. Ничего нового. — Ха-ха, вот как. Ну, и такое бывает. Всё же, главное, чтобы дело решилось, верно? — Наверное. — ответила я и тем самым, похоже, закончила разговор, поскольку офицер пошел к спектрам. Мужчина всё говорил и говорил им о чём-то, но я не слушала их разговор. Таким образом прошло около четырёх часов, и я уже начинала засыпать в ожидании Ивана. Тогда я решила, что стоит проверить последние новости. Достав помощник, я тут же обнаружила одно уведомление на нём. — [ Ты правда извини, не хотелось так тебя расстраивать… ] — писала мне Яна. — [ Если хочешь, то можешь ударить в плечо при встрече! Или может ещё чего-то хочешь, наругаться там или чего. ] — [ А ёж в порядке, кстати! Смотри, какая собака мелкая, взяла и молоко пролила. ] — к сообщению было прикреплено фото ежа, который держал на себе маленькую тарелочку и находился в маленькой лужице молока. В самом деле, я не могу долго злиться на неё, возможно, мне было необходимо время, чтобы остаться наедине или с кем-то, но не с ней. — [ Всё в порядке. Извини, что сказала утром. ] — ответила я ей. Решив проверить новостную ленту редакции «СПкА», я обнаружила для себя некоторые новые статьи. Про эффективность производства в Маердоне, про конфликты городов по поводу ресурсов и про постоянные аресты сомнительных личностей… Всё это какая-то серая масса для меня. Однако и интересные новости, конечно, были. Железнодорожный горизонт В офисе К.И.Н.О. в Коминске проходят брифинги насчёт уже вошедшего в умы многих людей дефектного поезда «М62». Отряды воздушных и наземных войск проводят своевременные и краткосрочные боевые учения, и всё для того, чтобы организовать западню на запасных путях возле города. По информации режиссёров в Солвенте, незарегистрированные объекты в сопровождении «Багровой Смерти» передвигаются исключительно по заброшенным путям, чтобы не выдавать своего местоположения. Наш эксперт утверждает… В самом деле я не знаю, куда направляется этот поезд, но я уже всей душой болею за этих ребят. Я не сомневаюсь в том, что они никак не связаны с террористической деятельностью на территории страны, поскольку такие события возникают и затухают в краткосрочной перспективе. Судя по маршруту этого поезда, они направляют на юг страны, то есть вероятность того, что они остановятся в Маердоне, довольно велика. В самом деле, если это и правда произойдёт, то я бы хотела им помочь всем, чем смогу. Я-МЫ-ФНР Недавно мы провели интервью с нашими спонсорами — сотрудниками СПкА. На нем мы спрашивали о многом, однако самое интересное собрали специально для вас: — Где-то месяц назад к нам поступило предложение о заключении торгового договора с Китаем. Мы рассмотрели это заявление и решили, что кроме мирного договора ФНР ни в чем не нуждается. Технологии не будут продаваться или поставляться нашим зарубежным соседям. — Конфликт на территории Сербии был исчерпан. Мы обеспечим им финансовую поддержку после произошедшего на границе с Косово. — Ситуация в Польше и Словакии накалённая, но не критическая. Мы всё ещё готовы вести с ними переговоры, однако они к ним, похоже, ещё не готовы. Как-то странно, я впервые вижу подобного рода новости… Наверное, потому, что я не увлекаюсь политикой, хотя это всё равно странно, поскольку конфликты с другими странами — это не шутка. Замена по контракту Всё больше городов переходят с системы К.И.Н.О. на систему .СПЕКТОР, и это необратимый процесс для страны. Магазины с оборудованием также массово скупаются и переименовываются. Таким образом, в Весенске открылся первый магазин хозтоваров «.СПЕКТОР [Хозтовары]». Обусловлены такие изменения тем, что отряды К.И.Н.О. уже не выдерживают натисков со стороны граждан. Многочисленные жалобы на них поступают практически каждый день, и вскоре вся организация останется только в истории нашей страны. Я помню, что и у нас в городе когда-то режиссёры ходили по улицам свободно. Но теперь они занимают такие места, как кпп возле Цитадели или работы с оборудованием на границе. И в правду, я сама часто замечала, как странно работают сотрудники кино — часто их обвиняли в мошенничестве и превышении полномочий, однако ни разу их это не остановило. Однако, мне кажется, главная причина кроется в другом… Когда-то я читала про военные действие в Омсанске, может, 4 месяца тому назад. Тогда во всём снова обвинили злополучный «дефектный поезд» и скинули все военные преступления на них. Это было подло со стороны режиссёров, но по сей день за эти преступления поезд хотят перехватить спектры. Технологии нового поколения Спустя долгое время, после смены системы К.И.Н.О. в Экстрали, спектры выяснили причину дефекта охотника первого поколения, из-за которого в народе его начали называть «Нарциссом». Причина крылась сразу в двух компонентах: сетчатке сканирующих визоров и программном обеспечении чипа памяти. По словам одного из бойцов, систему наведения режиссёры испытывали отдельно от системы передвижения, и объектом внимания стал тот самый злосчастный цветок. После некоторых работ над охотником, первые испытания HH-2 были проведены сегодня днём за пределами города. На фоне этого, устаревшие HH-1 будут утилизированы и переделаны под другие нужды армии. Да, забавная была история с этими роботами… Куда бы не вышли, если увидят нарцисс — пиши пропало. Будут скакать и веселиться вместо того, чтобы выполнить указанную задачу. Что ж, если сейчас эта проблема была исправлена, то их полноценно можно использовать рядом с эксцессами. После продолжительного времени наконец раздался голос спектра, что сидел за панелью рядом с Иваном: — Готово. Необходим материальный носитель, пожалуйста, возьмите его из вон того раздатчика. — указал мне солдат на стену, на которой висела панель с сенсорным экраном. Подойдя к нему, я спросила: — Тут, вроде, нужно нажать что-то. — Правая кнопка, затем левая и центральная. — указал мне он и я сделала все так, как было сказано. После этого в выемке снизу появилась маленькая цилиндрической формы флешка с колпачком. Я отнесла её спектру, а он, в свою очередь, загрузил на неё необходимые данные, после чего отвёл манипулятор от виска Ивана и экран выключился. — Хранить в надёжном месте. Несмотря на прочность, не бросать и не использовать в качестве самообороны. При потере ценности сдать в ресепшн Цитадели. — сказал он мне. — Хорошо, спасибо. Тем временем Иван, наконец-то, проснулся и поднялся на ноги с зевком. — Ты как, в порядке? — спросила я. — Да, более чем. Будто бы так хорошо выспался, что ночью уже не усну. — сказал Ваня со смешком и улыбкой на лице, — Ну как там запись? — Ещё не смотрела. Ты, может, голодный? Я ходила в магазин и купила тебе перекусить. — Хм, да, было бы неплохо. — ответил он, и я достала из сумки один из двух оставшихся круассанов. Он взял его в руки и надел оставленную сумку на плечо. — Давай, пойдём отсюда. — сказал он, а я кивнула ему в ответ и мы направились к выходу. Уже оказавшись на улице, Иван раскрыл упаковку круассана и сказал: — О-ой, поздний час уже. Пойдём, я провожу тебя до дома. — Да, спасибо… Мы не посмотрим сегодня запись? — Пошему? Пошмотрим. Эта флешка пожклюшается к помошнику, поэшому жавай по пути и проверим. — Да, давай. Приятного аппетита, кстати. — Шпашибо. Пока мы шли по направлению к моему дому, я, как и сказал Иван, подключила флешку к помощнику и открыла необходимую папку с файлом. — Давай посмотрим… Я открыла видео в полноэкранном режиме. Однако, сразу стало видно, что полной картины мы так или иначе не увидим: Сетчатку глаза так или иначе почти полностью закрывали веки. — Блин, ничего не выйдет, значит… — сказала я. — Подожди, давай всё равно посмотрим. Звук же тоже записывается, хоть что-то о человеке узнаем. — Эх, ладно… Иван сразу перемотал видео к 15:37. Было видно, как он подходит к человеку, и всё происходит так, как Иван описывал ранее: низкий мужской голос просит его помочь с выводом средств с карты, заранее объясняя ситуацию и говоря пин-код от карты. Несмотря на то, что Иван говорил, что может помочь разобраться с работой банкомата, мужчина уговорил его снять деньги. На видео было видно лишь часть груди человека, однако даже это принесло свою пользу — в правой части, предположительно, пиджака я заметила отчетливый значок бренда одежды. На нём фигурировали некоторые буквы: «…alov KaF». — Что ещё за алов КаФ?.. — Я знаю этот бренд. Называется Chkalov KaF — ателье, в котором делают одежду на заказ. Маленькая конторка, но довольно известная в городе, находится на окраине четвёртого района, ближе к первому. Довольно дорогое местечко, и одежда там вполне себе. — Значит, нам стоит наведаться в это ателье, и очень серьезно поговорить с владельцем. Займёмся этим завтра, ладно? — Да, конечно. Время сейчас позднее, уж кроме как спать делать ничего другого не стоит. Далее на видео не было ничего примечательного. То же самое, что и раньше было известно, но со звуком. И ничего особенного тот мужчина больше не сказал. Тогда я выключила помощник и вынула флешку. — Надеюсь, что трудностей с этим ателье не возникнет. — Я там никогда не был, но наслышан, что хозяин там хоть и суров, но справедлив. Думаю, он пойдёт с нами на сотрудничество. — Тогда остается только дождаться завтрашнего дня… К этому моменту мы уже дошли к моему дому. — Ну, тогда спокойной ночи. — Да, спасибо, и тебе спокойной… — А, кстати, Лиз! — Чего? — Мне сообщили с утра, что скоро в нашем городе проведут первые полётные испытания нового бомбардировщика, и туда пригласили весь наш офис. Ты же пойдёшь? — Меня не особо интересует военная техника. — Ох, ну, как скажешь. Тогда хотя бы отправлю тебе фотографии, если не против. В самом деле, меня даже фотографии не интересовали, но расстраивать Ивана не хотелось. — Да, конечно, давай. — Хорошо! — радостно чуть ли не выкрикнул Комендант, — Ладно, уже пора идти. До завтра! — Да, да, до завтра. Как-то непривычно видеть его в таком состоянии в последнее время. Не говоря о том, что его привычка разговаривать в своей «особенной» манере речи будто куда-то испарилась… Или, может, это я перестала замечать подобное? Не могу сказать наверняка, но уверена, что он изменился за последние пару дней. Наверное, это дело и правда для него так важно… Так или иначе, мне оставалось только зайти домой, и работа на сегодня была бы закончена. Однако, тронув ручку двери, я почувствовала что-то колющееся, по не очень острое. Осмотрев её, я заметила длинную наклейку с надписью: «Частота 5.1. Если интересно почитать про актуальные новости Третьего района — добро пожаловать. От Данграна.» Похоже, сам прийти или сказать раньше он не мог. Что же, думаю, не будет лишним, если я смогу время от времени читать, что там происходит. Да и, учитывая, что этот район, возможно, как-то связан с коррупцией… Войдя в дом, я сделала всё, что хотела — наконец-то поела и приняла душ. Затем, переодевшись в пижаму, я решила ввести частоту с записки в помощник. Как только я сделала это, на панель главного экрана добавился ярлык с изображением розового цветка. Нажав на него, можно было попасть в новостную ленту редакции «Жар». В ней, как можно было увидеть, не слишком часто публикуются новости, самая последняя — про тот торговый центр, в котором мы с Иваном недавно были — была опубликована только вчера. Предпоследняя — неделю назад. И, в общем-то, ничего слишком интересного в них не было, по крайней мере я ничего нового из них не узнала. Хотя, нет, всё же самая последняя новость привлекла меня тем, что в ней не было упоминания Оксаны, с которой я там же познакомилась. Было сказано про того дедушку, про спектра, но не про раненную девушку. Хотя, может, для них раненные — это не повод писать о людях, кто знает.

Акт ночи

— Косвенно ты, конечно, свободен, однако эта свобода ограничивается теми, кто виноват в его смерти.

Я слышал, что люди в последнее время начали приравнивать тульпу к шизофрении. Однако, в отличии от шизофрении, тульпу человек может контролировать и создавать по своему желанию. Если тебе нужно выговориться, но с людьми контактировать не хочется — тульпа может стать твоим помощником, однако в таком случае надо быть крайне осторожным, чтобы понимать, что ты разговариваешь не с настоящим человеком, а выдумкой. От этих мыслей у меня возникает вопрос — могут ли мои друзья на самом деле быть моей тульпой? Не иду ли я один по просторным и пустым улицам один и разговариваю сам с собой? Все эти молчаливые силуэты, что следуют за ламбер, а она сама ведёт меня неизвестно куда… Иногда мне становится страшно. Похоже, что башня становится всё тише и тише. Люди потихоньку снова наполняют город, однако все они какие-то… Странные? Не скажи им что — они тут же злятся, ненавидят. Готовы убить тебя за то, что вы дышите одним воздухом. На фоне этого люди — страшные создания. Ты никогда не знаешь, что кроется в их голове, чего они хотят на самом деле. Я и сам не знаю, чего мне стоит ждать от себя, что мне стоит ждать от Ламбер… Недавно мы остановились в гостинице. Моя подруга помогла мне и оплатила номер на двоих. Здесь мы встретили странного человека, он был известным портным, но молчаливым. Слишком молчаливым для человека. Он сам подошёл к нам и поприветствовал, но стоило нам ответить — он тут же замолчал. Так продолжалось некоторое время, пока мы не отправились дальше, но я подозреваю, что он — фальшивка этого мира. Люди не бывают такими молчаливыми, они бывают злыми. Но кого я не могу назвать фальшивкой — это охранника гостиницы. Он пристально смотрел на меня каждый раз, как я проходил рядом, своими глазами сжигая меня изнутри. Я знаю, что провинился перед ним в тот раз, но я пообещал ему… Я пообещал, что я стану настоящим человеком. И вот, вновь смотря в спину своей подруге, я вижу, как один из силуэтов наконец начал меняться. Он будто бы схватился за голову и начал дрожать, как сумасшедший. Кажется, он так сильно боялся, что сейчас распадётся на мелкие кусочки. Стоило мне спросить об этом Ламбер — и она говорила, что никаких силуэтов сзади неё нет. Наверное, она видела их, но сама не знала, что происходит. Но сколько бы тот силуэт не трясся, посмотрев на небо вновь, я могу сказать точно… Остался 1 день.