Оленья хижина

Ночью я проснулся от странного гула окружавшего меня. Он был монотонен и громок, будто скрип старой двери. Несколько минут я слушал и слушал, непонимающе щуря глаза. Но вдруг понял. Симфония боли и серенада смерти бушевали в лесу. Буря холодным градом сыпалась на лес, раня деревья, травы, кустарники, которые ещё вчера были столь безмолвны и тихи, а сегодня кричали, содрогаясь, умоляя о спасении. Я не мог им помочь и чувствовал свою вину за это. В этот момент я почувствовал себя на столько беспомощным на сколько это возможно. А что может сделать существо вроде меня? Я не бог, чтобы сменить погоду по щелчку пальцев и уж тем более не могущественный маг. Потому стараясь заглушить вой, я залез с головой под одеяло и накрыл уши руками. — Замолкните, прошу… — я с трудом выдавливал из себя слова, чуть не плача. Да и толку они не имели. В полудреме я почти не контролировал себя, являясь таким слабым и маленьким по сравнению с этим лесом. Так и просидел укутавшись, пока буря не утихла и я смог уснуть. *** На утро меня разбудило уже высоко стоящее солнце, веселое и горячее. Но я не разделял его энтузиазма. Ночная бессонница напомнила о себе сложным подъемом и плохим настроением. В хижине стояла оглушительная тишина, что мне казалось странным, после этой безумной ночи, темноты — кричащей и запуганной. Право же, у растений нет памяти. Вчера им радостно, сегодня больно: для них это не связанно даже временем. Прогнав наваждение я начал собираться: натянул вчерашнюю одежду, заплёл волосы в колосок и как вишенку на торте надел соломенную шляпу, чтобы прикрыть рога. Из дома вышел без особого желания. Влажный ветерок обдавал мои плечи прохладой, а в траве ещё оставались крупные градины. Сойдя с лестницы и опять споткнувшись на том же месте, я пошёл вниз по течению. По началу оно оставалось крохотным, но позже ручеёк разросся в достаточно широкую реку, в которой и искупаться можно было местами. Ещё около часа я шёл вперёд пока не услышал в дали чьи-то веселые восклики. — Дети? — подумалось мне. И я оказался практически прав. В отдалении, у небольшого дома, за которым виднелись ещё несколько строений, болтала группа юношей. Они были одеты по фермерски, некоторые курили и наверняка прогуливали свою работу. Стараясь остаться незамеченным, я проскочил мимо них, зайдя за дом. Но все же слуха моего коснулась фраза: —А это не та с листовок? Та!? С литовок? Меня разыскивают? Хотят поймать?— я набрал в легкие побольше воздуха, стараясь не нервничать, и запрятал волосы под шляпу. Приведя себя в чувство я решил пройтись чуть дальше по улице. Со временем большие ограждённые дома начали сменяться на более компактные и высокие, а деревья вскоре совсем скрылись из виду. Так, я вышел на главную площадь. Здесь возвышалось резное цветастое здание администрации и посередине стоял памятник статной барышни, одетой в роскошное бальное платье. Людей тут было пруд пруди и все шли по своим делам, совсем не замечая меня — это даже успокаивало. Но голод раздражал мой живот и ещё немного поглядя на ажурные здания я двинулся в глубь города. На одной из улиц обнаружил небольшую толпу людей, вившихся на одном месте. —Да храни же тебя господь! Дай бог здоровья тебе! — прокряхтел один старик с деревянной тарелкой в руках, выбираясь из людского водоворота. Он явно был чём-то доволен. Это заинтересовало меня и я присел на бордюр, все также наблюдая за действом. Каждый выходящий из толпы был с миской, и даже не думал чтобы вернуться и взять ещё. Так, народ со временем разошёлся и мне стал виден достаточно ветхий стол за которым стояла маленькая девочка и своими большими глазами пристально смотрела на меня. Выглядела она слегка неопрятно, что наверняка обычно для детей. Её длинные кедровые волосы были заплетены в два низких хвоста, а одета она была в пастельных цветов платье по колено. Не выдержав ее нетерпеливого взгляда, я подошёл к столу и поздоровался. Девочка улыбнулась и, протянув мне тарелку с супом, приветливо произнесла: — Утоли свой голод, лесной мальчик, а уж потом приходи поговорить. Немного опешив, я ее быстро поблагодарил, после чело уселся на прежнее место и начал медленно поедать похлёбку. Неужели так легко понять кто я? В поиске успокоения, я ощупал свою шляпу, но ничего странного не обнаружил. А маленькая негодяйка завидев мои действия, тихонько посмеялась, что меня несомненно обидело. Доев, я снова подошёл к той девочке. — Только не бойся!— жизнерадостно воскликнула она, и мир вокруг вдруг опрокинулся: высокие правильные дома потеряли свои очертания, облака закружились в головокружительном менуэте, люди пропали, растворившись в красках мира. Я почувствовал как земля под моими ногами двинулась, а позже пропала. —Что происходит? Это галлюцинации? — проносилось у меня в голове. Но только я начал падать, как понял, что больше не могу думать. Каждая мысль разлеталась на сотни божьих коровок, и они облепили меня. Пустота была ими, и она поглотила меня, опустив на что-то твёрдое. Пол ли это? Нет, лишь та же тьма только осязаемая. Я попытался встать, и в ту же секунду холодное запустение обернулось ослепительным полем белых одуванчиков, а над ним раскинулось рассветное небо невообразимой красоты. — Правда выглядит мило?— произнес знакомый звонкий голосок. — Что…что это?— Я был невероятно раздосадован. Всего секунду назад я был на ажурной улице города, но теперь же находился посреди поля, да ещё и с одними лишь одуванчиками. Такого просто не могло быть! Покрасней мере никто из смертных на это не был способен. — Это твой сон, —девочка весело на меня взглянула и продолжила: — знаешь, мне просто очень хотелось с тобой поболтать, Оленёнок. Ты ведь слышал те ужасные крики «живых» ночью? — Слышал, и что же с того? Может я раскрыл какую-то запретную тайну? Или как? — Нет же, глупыш! Я к тебе по серьезному поводу обращаюсь, и думаю, что ты хоть чем то сможешь мне помочь, а в ответ ты только язвишь, грубиян! Ты как-никак представитель такого древнего класса как друид. Не верю, что ты ничего странного в сегодняшней ночи не заметил? — Да как ты.... Она меня перебила и по ребячески усмехнулась : — Я просто знаю. А сейчас вернемся к теме! — Ладно, те крики мне правда показались очень странными, и из-за того какой был до этого тихий лес, я совсем не ожидал такого. Но боюсь помочь ничем не смогу. Умею лишь лечить, — я старательно подбирал слова. Было ясно, что передо мной могущественный дух, который лишь очень успешно маскируется среди горожан. — Я рада что ты заметил тишину леса. Это правда странно и даже я не знаю, почему это так, — девочка нежно засмеялась и продолжила свою речь: — знаешь, Оленёнок, а у нас так то время заканчивается, потому что кто-то очень долго ломался! И раз так, то скажу кратко: мальчик в шапчонке, он надет тебя и будет груб, но не… Мир видений потух, исчезнув где-то в моем сознании. Я очнулся дома, сытый и раздосадованный. Все что произошло было сном, но казалось настолько реальным, что игнорировать это я не мог. Особенно меня раздражало то что последняя фраза девочки оборвалась, так и не раскрыв мне своего смысла. — Паренёк в шапке значит....— произнёс я совсем тихо, как бы озвучивая свои мысли, а в ответ услышал аккуратный шорох. Тень скользнула сбоку от меня, так же, как и тогда у заводи, до чертиков напугав меня. Тут же надо мной нависла фигура конопатого парня в фуражке, на козырьке которой бережно было вышито дерево. Я было дернулся, но не смог, ибо был связан. Снова попробовал выбраться — неудача. Ещё несколько попыток и снова провал. А парень все смотрел на меня своими изумрудными глазами, с интересом наблюдая за каждым движением и будто пытаясь понять насколько я опасен.