Оленья хижина

Я озирался по сторонам, стараясь понять как все докатилось до такого. Что черт возьми произошло? Кто этот парень? И что мне хотела сказать та девчонка? Опять то чувство захватило меня, ощущение будто меня загнали в угол. От него во мне все начинало бурлить от раздражения и застилать мой рассудок. Не выдержав, я все же решил начать разговор с этим парнем, все также глядящим на меня. —Не хочешь обьяснить, что делаешь у меня дома? — произнёс я стараясь состроить безработное лицо. Нельзя показывать ему своей слабости. — У таких духов как ты не бывает дома. — уверенно ответил он мне и многозначно замолчал. — Вижу, что разговорчивости в тебе, столько же, как во мне от духа. Так зачем тебе ловить меня? Уж точно, не выпытывать тайны пыльцы фей ты пришёл. Так что тебе нужно? — Из-за тебя здешние леса страдают… А я — лесник. То есть, следить за здоровьем растений — моя обязанность. — Ага… лесничий значит. Мальчик, а ты случаем обучение не проспал, раз не можешь духа от друида отличить? Послышался шумный выдох и парень выпрямился, смахнув волосы с глаз. Неужели я его разозлил? Какой же он неженка… — Могу объяснить разницу, если хочешь. — я кинул на него вопросительный взгляд, стараясь пробиться в его душу, ведь переубедить его — моя жизненная необходимость. Кто знает, что может сделать этот парень с каким-то странным «духом». В ответ на мой немой вопрос парень лишь сдержано кивнул и я начал: — Так вот, духи — это не упокоенные души, которых в момент смерти одолевала сильнейшая эмоция, буть то: ненависть, отвращение, страх или любовь. Так же они не могут соприкасаться с предметами, а если им это удаётся, то с огромным трудом. — я немного перевёл дыхание, — таким образом, единственное мое с ними сходство — внешность. Духи в основном связаны с природой и перенимают ее вид. Например: девушка умерла под ивой испытывая разочарование. Она станет духом похожим на иву и скорее всего будет накладывать проклятья на всё, что похоже на причину ее эмоции. — А друиды? — лесничий уже глядел на меня с интересом. Неужели он так просто поверил? Не может быть, чтобы людям не говорили об этом. В моих кругах с самого детства рассказывали, кто такие гномы, феи, духи и так далее. Это же элементарные знания о мире! — На счёт друидов расскажу только если развяжешь. — поставил условие я, все ещё борясь с легким шоком. А парень недолго поглядел на меня с удивленным сомнением и выскользнул из моего поля зрения, все так же, слегка тревожно. Что же он так нервничает? Может из-за того что первый раз кого-то кроме человека видит? Чушь. По крайней мере, я не верю в то что этот парниша смог стать лесничим не зная даже кто такие духи! Он не мог ни разу не встретить нечисть. Или же время так сильно изменило мир, что даже с чародейкой на улице не столкнёшься? А если все и правда настолько переменилось… жаль, ведь часто случалось раньше, что встретишь ведьму на улице и настроение сразу поднимется (конечно если эту барышню не разозлить). — Ты же не сбежишь, господин друид? — неуверенно раздался голос сбоку. Он уже меня друидом кличет? И хоть мне такое прозвище совсем по вкусу не пришлось, но я не мог не заметить что этот человек через чур быстро начал доверять мне, будто малое дитя. — Называй меня Эллафи, Эла и как угодно ещё! Но точно не «господин друид» — слегка усмехнулся я и начал разглядывать лицо парня: прямой и тонкий нос, достаточно острые скулы, небольшие круги под глазами, редкая темная челка, вылезшая из-под фуражки и губы, на которых застыла смущенная улыбка . Должен признать — выглядел он словно аристократ, но как бы то ни было, оставался простодушным и слегка нервным мальчишкой. — Прости…те Эллафи. Я могу немного потерять голову если чём-то заинтересуюсь. Я правда не хотел вас оскорбить. — каждое слово его, слегка подрагивало. Он что боится меня? — Чего это ты вдруг на «вы» перешёл? Засмущался от того что мое имя узнал? Давай чтоли тогда тебя совсем растрогаю… Как звать тебя, лесничий? — Не засмущался я! — обиженно пролепетал он и добавил: мое имя — Герберт. — Значит Герберт, да? Звучит так, будто ты граф какой-то, но так на тебя глянешь — обычный парень. Тебе совсем имечко не подходит… Он в недоумении покачнулся, все так же пристально смотря на меня. Страшится что я что-то вытворю? —А вот ваше… твое имя тебе отлично подходит, Эллафи. Оно звучит как звон ручья в чаще — самое то, для такого существа как ты. Он произнёс это с улыбкой. Ему так приятно делать людям комплименты? Странный он, этот Герберт. Вдруг, парень слегка подскочил на месте и начал тараторить: —Ах да, тебя же развязать нужно! Прости, я совсем забыл. Извини если причинил боль или неудобства. Мне так жаль что я связал тебя! — его голос звучал суетливо, а движения были прерывистыми и вычурными. Похоже он все же был из большого города. Там столько суеты… Через пару секунд я уже был свободен, тряпичные путы больше не огибали мои конечности, а места где они были, приятно покалывало. — ух… всё-таки развязал! А то ты та-а-ак долго меня не отпускал. Может показаться даже что тебе нравиться смотреть на связанных парней с рожками, — только сказал это, как почувствовал непроизвольную ухмылку, что расплывалась по моим щекам, игривая, самодовольная. И тут же мне стало интересно, что чувствует парниша рядом, и я перевёл взгляд на его лицо — красное, словно в жаркий день. Казалось что он стал ещё суетливее и настороженнее, будто я сказал что-то запретное. Неужели люди так остро реагируют на шутки? Или же я сказал что-то не то? —Ты чего это застыл? Все хорошо, Берт? — все же спросил я, а лесничий только отрицательно помотал головой. — Тут ситуация такая, что нам нужно уходить отсюда и как можно быстрее. — Та-а-ак? Пояснишь почему? — Ну это… когда я убедился, что ты не убежишь, я связался с охотниками на нечисть и-и-и скоро они должны прибыть сюда. Вот, собственно поэтому тебе или даже нам, раз уж я тебе помогаю, следовало бы как можно скорее уходить отсюда, — теперь, когда Герберт рассказывал свои домыслы, его голос звучал немного увереннее и спокойнее. Озирался он с тревогой, но через пару секунд мне уже показалось, что он достаточно уверенно смотрел то на дверь, то на меня. Взгляд его зелёных глаз жалил холодом, заставляя меня побаиваться этого парнишу — слишком уж сейчас он выглядел грубо.