Бочжани Сквозь Годы / Yizhan Through The Years

Сяо Чжань проснулся рано утром от нескольких непрочитанных сообщений.       Ибо: Ты меня тоже избаловал, гэ!              Ибо: Теперь мне скучно одному в этом гостиничном номере.              Ибо: У тебя сегодня ранняя утренняя съемка, верно?              Ибо: Еще четыре дня, гэ!              Ибо: Наш актерский состав гораздо веселее, чем здесь.              Ибо: Я тоже скучаю по пейзажам!              Ибо: Но больше всего... я скучаю по чудесному, благородному, несравненному, очаровательному Сяо-лаоши!              Ибо: 😁😜😉😎 Сяо Чжань закатил глаза и сел, чтобы потянуться. Он потряс головой, чтобы проснуться, и его волосы беспорядочно упали на лоб. Он начал печатать одной рукой, потирая глаза, пытаясь избавиться от затянувшейся сонливости.       Чжань-гэ: Ван Ибо!! Мы снова начинаем? 😫              Чжань-гэ: И да, у меня супер-пупер ранняя утренняя съемка. 😭 Сяо Чжань отложил телефон в сторону и приготовился идти работать. Еще четыре дня. Подумал он. Сяо Чжань проигнорировал беспокойство, которое он чувствовал по поводу того, что означала эта мысль. Или, по крайней мере, он попытался. Это нормально быть рядом со своими коллегами. Я дружил со многими участниками группы! Но... считать дни до его возвращения. Уверен, что он меня просто дразнит. Мне скучно, и я с нетерпением жду возвращения моего веселого соседа по комнате! В этом нет ничего плохого! Перестань думать об этом, Сяо Чжань. Аааа! Почему мне даже неловко по этому поводу?! Слегка нахмурившись, Сяо Чжань вышел из своей комнаты, мысленно готовясь к напряженному рабочему дню.

***

На пятый и последний день его съемок на Produce 101 очень усталый и истощенный Ибо упал на кровать. Он был бесконечно благодарен за то, что команда TTXS решила снять его роли в трех будущих эпизодах до того, как начался его график Untamed. Таким образом, ему не нужно было больше приезжать на этой неделе и в течение следующих двух недель! Он вытащил свой телефон и проверил детали своего полета обратно в локацию Untamed. — Это в 5 утра!! — Ибо громко застонал. Это означало, что ему придется отправиться на съемочную площадку, как только он приземлится, потому что его часть съемок началась в полдень. Сначала он снимал сцену, где Лан Ванцзи впервые напивается в Гусу, а затем ему нужно было снимать первую драку с Вэй Усянем на крышах ночью. Это продлится до глубокой ночи, и Ибо уже чувствовал, насколько утомительно это будет. Он просмотрел свой WeChat. С момента их последней утренней беседы от Сяо Чжаня не было новых сообщений. Просматривая их прошлые разговоры, которые в основном состояли из случайных сообщений о том, как идут их съемки, как они устали, забавных инцидентах, которые произошли, и множества дразнящих восхвалений, он не мог не радоваться, что он наконец возвращался. Вернуться к миру гор и пышных джунглей, вернуться к веселым и дружелюбным актерам и съемочной группе, вернуться в свою комнату и к своему замечательному соседу по комнате, с которым он чувствовал себя более комфортно и как дома, чем когда-либо. Он перевернулся и уткнулся лицом в подушку. Прежде чем он осознал это, он быстро заснул, прежде чем смог даже принять душ или что-нибудь поесть.

***

— О чёрт! О чёрт! Чёрт! Чёрт! ЧЁРТ! — Ибо метался по комнате, бросая свои вещи в чемодан. Он проспал, и теперь у него было всего пятнадцать минут, чтобы собрать вещи и отправиться в аэропорт, не оставив ему времени ни на что другое, кроме быстрого душа. — Я так облажался!!— пробормотал он себе под нос, выбегая из комнаты. Следующие несколько часов Ибо прожил механически: почти задремал по дороге в аэропорт, торопливо проходил через контроль и посадку, умудрился вздремнуть во время двухчасового полета, пытался держать себя в руках во время часовой поездки из аэропорта - он едва держался на ногах, когда вошел в свою комнату. Он почувствовал легкое разочарование, когда не нашёл Сяо Чжаня в их комнате по прибытии, но у него не было времени думать об этом, так как его поспешно проводили на прическу и грим, что заняло почти два часа, в течение которых он использовал весь оставшийся самоконтроль, чтобы не заснуть. Хорошо, что мне надо будет играть пьяного и сонного в первой сцене дня. — Ван Ибо! — Он обернулся и увидел приближающегося к нему Сяо Чжаня. — Ты уже тут! Почувствовав как его губы растягиваются в улыбку, Ибо понял, что широко и искренне улыбается впервые за несколько дней. Он почувствовал, как его желудок снова перевернулся, его улыбка немного померкла, но он не успел нахмуриться, когда Сяо Чжань подошел к нему и сразу же похлопал его по плечу. — Ты не поверишь, что произошло… — Сяо Чжань сделал паузу на полуслове, приблизившись к Ибо, и Ибо увидел, как на его лице появилась глубокая озабоченность. — Бо-ди... ты выглядишь усталым. — Просто немного устал. График в 101 был напряженным, но я немного отдохнул в полете. — Ты хоть поел? Обеспокоенный взгляд Сяо Чжаня превратился в очень хмурый. Ибо виновато и смущенно посмотрел на свои колени. Не говоря больше ни слова, Сяо Чжань схватил Ибо за руку и потащил его в свою часть раздевалки. Он продолжал держать Ибо за руку, пока рылся в своих вещах. Он вытащил желтый пакет и повернулся к Ибо, наконец отпустив его руку. — Вот, съешь это... сейчас. — Сяо Чжань разорвал пакет и сунул печенье Ибо в лицо. Слишком уставший, чтобы драться, и слишком благодарный, чтобы сопротивляться, Ибо открыл рот и откусил печенье. Сяо Чжань с довольной улыбкой передал ему остальное. — Тебе нужно лучше заботиться о себе, Бо-ди, — упрекнул его Сяо Чжань, покачав головой. — Извини, Чжань-гэ, — ответил Ибо, к своему собственному удивлению. Он никогда не был из тех, кто легко извиняется, даже если был не прав. — Вот вы где, — с облегчением вошел директор. — Давайте, идемте. Нам есть что снимать!

***

Сцена оказалась достаточно простой, к облегчению Ибо. Это не требовало от него слишком многого, и его сонливость даже работала на пользу, делая его бесстрастный, покорный, пьяный вид более правдоподобным. По мере развития сцены они добрались до той части, где Вэй Усянь должен был проводить Лан Ванцзи к кровати, когда он бессознательно прислонился к нему. — Расслабься Ибо, Лан Ванцзи пьян. Ты должен сильнее опираться на Чжань-Чжаня. Позволь ему тащить тебя. — пояснил директор. Следуя его указаниям, Ибо чувствовал, как его тело прижимается к боку Сяо Чжаня, когда его рука была закинута ему на плечо. — Больше… сильнее прислоняйся, — продолжил режиссер, наблюдая за ними через камеру. Лицо Ибо теперь было достаточно близко к лицу Сяо Чжаня, чтобы чувствовать его теплое дыхание на своей коже. Он чувствовал, как горячий румянец растекается от ушей к лицу. Он почувствовал как мурашки побежали по коже от затылка и по рукам. Он сглотнул и покосился на Сяо Чжаня. Сяо Чжань казался невозмутимым и смотрел в сторону директора, ожидая дальнейших указаний. Ибо посмотрел вниз, заставляя себя перестать думать о покалывающих ощущениях в местах где он соприкасался с Сяо Чжанем. — Так-то лучше. Готово… камера… мотор.

***

Сцена драки стала последней каплей. К концу ночи у Ибо не было сил ни на что, даже на то, чтобы сидеть на одном месте, пока с него снимали парик и грим. Все, что он хотел сделать, это затащить свое тело в постель и спать десять дней подряд. Но Сяо Чжань сорвал его план. Когда Ибо вошел в комнату, Сяо Чжань только что вышел из душа, освежившийся и молчащий. Покашливая, он сел на свою кровать и указал на стол в другом конце комнаты. Ибо, к своему удивлению, увидел, что его ждет горячий ужин. — Тебе лучше съесть всё это. Ибо послушно кивнул и сел за стол. — Присоединяйся ко мне, — сказал Ибо, торопливо жуя. — Я уже поел, — ответил Сяо Чжань, продолжая читать сценарий. — Я не люблю есть в одиночестве, — почти неслышно прошептал Ибо. Сяо Чжань поднял глаза и несколько секунд смотрел на Ибо. Парень не смотрел на него и просто продолжал есть, хотя теперь его темп немного замедлился. Он улыбнулся и подошел. — Но у меня нет другой пары палочек для еды, — сказал Сяо Чжань, садясь рядом с ним. — Мы можем… поделиться, — Ибо наконец поднял взгляд и протянул палочки Сяо Чжаню. Мягко покачав головой, Сяо Чжань взял предложенные палочки и попробовал блюдо. Они ели молча, и Ибо снова ускорил темп, время от времени передавая палочки Сяо Чжаню, чтобы тот откусил еще кусочек. Когда они доели, Сяо Чжань вернулся к своей кровати, а Ибо, почувствовав прилив сил, пошел в душ. Когда он вышел через несколько минут, Сяо Чжань уже был под одеялом. Ибо заметил, что он выключил свою лампу, но оставил включенной лампу Ибо. Телевизор тоже был включен на малой громкости. Ибо улыбнулся, забравшись в постель, и теплое чувство разлилось по его груди. Он лег на бок лицом к Сяо Чжаню, который снова замотался в одеяло как рулетик. Казалось, он уже заснул. Сам того не осознавая, Ибо рассматривал его лицо, и его взгляд блуждал от волос, падающих на глаза, к его маленькому носу, его расслабленным губам, и родинке под ними. Когда Сяо Чжань немного пошевелился, Ибо замер. В ужасе он понял, что только что делал, и быстро повернулся на другой бок, его сердце беспокойно колотилось, а разум погрузился в хаос. Что за черт. Какого черта.