Законы восприятия

Красноярск, январь 2022 Звук разбивающегося фарфора рассекает воздух. Лёгкий, мелодичный, звонкий. Разлетается по кабинету вместе с сотней тончайших белоснежно-прозрачных осколков, которые кружатся в причудливом вальсе. Ловят и преломляют свет: парой искорок и бликов по краям напоминая об огне, когда-то их создавшем. И, наконец, звук споров сменяется долгожданной, целительной тишиной. На самом деле, о том, чтобы запустить чашкой в Сашку Жулина, только мечтает. Во-первых, много чести переводить на него нежно любимый фарфор, тут максимум фаянс, не более. Но непременно швырнуть с силой и наотмашь, ведь норовит влезть в обсуждение одиночки вместо того, чтобы исправлять боль ее сердца - танцы. Во-вторых, наверное, по нынешним меркам, это будет не педагогично, да и не по статусу председателю Тренерского совета. Но, честное слово, все бы отдала, лишь бы глубокоуважаемые коллеги замолчали. Споры ожидаемы. Эту мелодическую линию Елена Анатольевна знает наизусть. Притворно-вежливые, но зачастую переходящие на децибелы «великого и могучего» заседания. Шуршащие перешептываниями закулисные интриги. Резко меняющие тональность причудливые линии альянсов. Все это происходит даже перед менее значимыми стартами, что и говорить об Олимпиаде. Но сегодня, кажется, заходят уже по десятому кругу. Приходится «прокашляться». Забавно, но действует лучше крика – тренеры замолкают и смотрят с опаской. Ещё бы: попасть под карантин в Китае не хочет никто. - Заслуживают, обычно, отдых, а место в сборной на Олимпиаду - выигрывают. В глазах одного из тренеров – разочарование и досада, в глазах его визави – удовлетворение и облегчение. - Мы обязаны взять максимум того, что можем. И с теми людьми, с которыми можем, - выразительно обвела взглядом обоих. - Прости, Алексей Николаевич, но это не Сочи, и Лиза – не Женя. Увы, как показывает практика, наступать на горло чьей-то песне приходится рано или поздно. У большинства здесь присутствующих с ней те или иные счёты, до сегодняшнего дня Мишин был счастливым исключением. Но когда на кону медальный план, уже не до личных симпатий или антипатий. Интереснейший парадокс, на самом деле. Мужчины-тренеры, в большинстве своём, более сентиментальны. Да-да, и Виктор Николаевич, упрямо отрицающий «палочную систему», и Алексей Николаевич, прикипающий ко своим, и даже вот Сашка. Остаётся надеяться, что профессор, да и его воспитанники, после сегодняшнего по-хорошему разозлятся, так, что запала хватит на следующий сезон. Сила раздражителя в действии - пример не первый и не последний. Женщины, вернее, успешные женщины в их профессии умеют быть жёсткими, если для результата нужен тот самый раздражитель, внутренний или внешний. О себе или Татьяне и говорить не будет – за них уже все сказали, неоднократно написали, сложили легенды. Тамара, при всей внешней мягкости и интеллигентности, первой создала такую внутреннюю конкуренцию в своих парах, что у тех порой сдавали нервы. Вот и молодое поколение тоже неуклонно использует этот принцип. Другое дело, что когда приходится быть тем самым раздражителем для своих же коллег, друзей остаётся все меньше год от года. Когда все уже собираются уходить, просит старшего тренера девушек задержаться, чтобы предупредить: - Никогда не любила эту фразу, - губы непроизвольно сжимаются в тонкую линию, словно чай в изящной кружке пришёлся не по вкусу, - но ответственность за результат персональная, как и всегда. Победа сегодня на совете – ещё не гарантия в будущем. Всего лишь правильно расставленные приоритеты. *** Рок-н-ролл Грищук и Платова. - Елена Анатольевна, вы же понимаете, что ответственность за результат персональная? Делать первой парой молодых да горячих, в обход своих же бронзовых призеров прошлых игр, ну где это видано? Послать бы начальство к чертовой бабушке, одно и то же все эти недели. Такое ощущение, что глаза и логика работают только у неё как старшего тренера сборной, остальные живут лишь своими местечковыми договоренностями и заведённым порядком. Мало им позора прошлой Олимпиады. - Выиграть хотите или не обидеть никого? Не перекатают Жулин и Усова британцев, и проиграем как на Европе. Начальство вальяжно растягивается в ВИП-ложе, куда пригласила их на тренировки танцоров. Ей сейчас не до старых счетов с тренерами обеих пар, нужно отправить правильный сигнал судьям, а это делается только через руководство, к вящему сожалению. Есть факты: техникой британцев не переиграть, бесполезно - такого филигранного, классического, выверенного владения коньком нет больше ни у кого. Остаётся только давить на эмоции. Оксана и Женя словно вихрем проносятся по льду со своим рок-н-роллом. Молодые, неопытные, яркие, вне очереди. Но катают наотмашь, так, что зрители на трибунах начинают аплодировать, а ведь это - просто тренировка. Так что, нацепив на лицо дежурную улыбку, уже три недели доносит до всех простую истину: нужно правильно расставлять приоритеты. Спустя пару дней под гром рок-н-ролла «молодые да горячие» британцев все-таки переиграют. Сашка Жулин ещё долго будет дуться - уязвлённое мужское самолюбие не лечится. Зато с досады из-за серебра пойдёт на тренерство. Понимал бы, что его серебро было удачей… которую ей потом долго припоминали в кулуарах судьи и коллеги из других федераций. Фламенко Пахомовой и Горшкова. Опять что-то не поделили дома. Вот ведь взрослые люди, чемпионы мира, Европы, Союза, но приходят на тренировку и ковыряются на льду по разные стороны катка, это в танцах-то! Могли бы вообще не выходить, столько же было бы толку. А ведь поначалу казалось, что пронесёт, и семейная жизнь на ее спортсменах не отразится. Как же. - Мила, ты что делаешь? На тебя смотреть невозможно! Где шаги, где темп? Могу на детский утренник оправить, их уровень! - Саша! Ты кататься научишься когда-нибудь или нет? Почему опять горбишься? Какая Олимпиада, я тебя на соревнования перворазрядников в таком виде не выпущу! Минут десять крика на весь каток, и Мила с Сашей объединяются. Сцепляют руки, а потом катят так, что дух захватывает. Теперь уже просто назло ей, но работают, и это главное. Пасодобль Линчук и Карпоносова. Тарантелла Володи Котина. Fever Маши Бутырской. Spente Le Stelle Ванагаса и Дробязко. Везде и с со всеми приходилось искать раздражители, без этого никак. Вовсе не потому, что не любит, даже наоборот. Просто, когда она смотрит в будущее, спортсмены с упорством, достойным лучшего применения, застревают в настоящем или оглядываются в прошлое. Остаётся держать темп, выматывающий, жёсткий, лишь бы не допустить отката на уже пройденные позиции. Поэтому и приходится вести борьбу: нет, не «против» спортсмена, в которого на льду влюблена, а «за» него. За его, ее, их будущее. *** Красноярск, январь 2022 Вечер заканчивают уже вдали от посторонних ушей. У них с Сашей Горшковым очень доверительные отношения, в которые никого не впускают. Место было только для Милы, но той нет давно. Возможно, из всех присутствующих на предолимпийских сборах, Елена Анатольевна единственная, кто говорит с ним на равных: навсегда останется ее фигуристом, даром что большое начальство. - И как прошло? - Тебе честно или официально? - Официально я тебе и сам скажу, Лен, давай честно. - Драмы разрешили, ну да ты видел, - кивает на листок с официальным решением тренерского совета по составу для Пекина. - Обидели мы Мишина. Дважды. Думаю, стоило ли? Возможно, она тоже становится сентиментальна с годами. - Тебе с ним ни детей, ни внуков не крестить. И это не Сочи, - смешно, как до сих пор думают одинаково. - Лидер у нас есть, девочка для потенциальных рекордов – тоже, - вслух она проговаривает все те же аргументы, которые проносились в голове пару часов назад на совете. – Риск с третьей всегда остаётся, но у этой шансов больше. Саша засмотрелся куда то вдаль, задумался, давно она не видела у него такого выражения лица. Потом произнёс с улыбкой: - Помнится, один мудрый тренер с ангельским лицом и невыносимым характером, - ударила его по руке, умничает тут, - всегда говорила про умение концентрировать душевные и физические силы в нужное время и в нужном месте? Думаю, выбрали правильно. С Алексеем Николаевичем разберусь сам. Что-то ещё? - Разленился Сашка у нас. И не в ребятах дело. Ставит чисто, технично, математически точно… Только не рискованно, – собеседник, как никто другой, знает, что от неё это – худшая критика. Без риска, как и без рисунка, танцы превращаются просто в набор элементов. - Была бы моя воля, и судили бы честно… - Чур тебя, Лен. Не на Олимпиаде. Потом, подумав, добавил: - Посмотрим со следующего сезона, там новый цикл. Поищем внешний раздражитель, ну или внутренний. *** Примечание При написании зарисовки ни один Жулин не пострадал, также как и ни одна чашка из костяного фарфора (а о другом Елена Анатольевна с ее стандартами и думать не могла). Рок-н-ролл звучал в 1994 году на ОИ а Лиллехаммере, и хотя Елена Анатольевна не тренировала лично тогда, как старший тренер всей сборной именно она уговорила федерацию ставить на Грищук и Платова. Фламенко – произвольная Пахомовой и Горшкова на ОИ в Инсбруке. Больше и интереснее обо всем - в мемуарах самой Чайковской. Как всегда, любые несостыковки во времени и пространстве (знаю, знаю) – вина целиком и полностью моя. Всем счастья и хорошего фарфора на все случаи жизни.