Да пошло оно всё к...

      – Интересная?..       Парень вздрагивает от неожиданности и смотрит на Кехёна растерянно. Кехён понимает его. Он и сам не ожидал встретить кого-то на остановке в четыре тридцать утра. И тем более, как, вероятно, и застывший в недоумении незнакомец, не планировал заводить случайный разговор на случайную тему со случайным – Кехён почему-то очень на это надеется – попутчиком. Но вот он здесь. Заинтересованно склонив голову набок, разглядывает искры утреннего солнца в чужих глазах и ждёт... Сам не знает, чего, но хочет верить, что не резкого: «Ты вообще кто?» – и не холодного, безразличного молчания.       Парень тем временем моргает, смешно сдувает челку, упавшую на глаза, и улыбается... Неожиданно мягко для обладателя такой яркой внешности. Мягко и искренне.       Кехён выдыхает. Испуганно сглатывает и с трудом сдерживается, чтобы рефлекторно не отступить назад: в груди впервые за несколько бесконечно долгих, тоскливых, полных одиночества и сожаления месяцев что-то робко шевелится. И это не то чтобы плохо. Но и не то чтобы хорошо. Это... Страшно. И в то же время волнующе. Кехён к этому не готов.       – Я не знаю, – тем временем пожимает плечами парень. И опять улыбается. Виновато.       – Не дочитал? – подсказывает Кехён.       – Дочитал, – возражает тот. – Только... То, что кажется интересным мне, не всегда нравится кому-то ещё.       – О... – Кехён растерянно улыбается и уже собирается отвернуться, поскольку диалог кажется законченным, как вдруг незнакомец закрывает книгу и, не отводя взгляда, протягивает ему её:       – Ты всё-таки прочитай, – предлагает он. – Вдруг тебе тоже понравится?..       Теперь удивлённо моргает Кехён, осторожно берёт книгу из чужих рук и на автомате разглаживает загнувшийся уголок мягкой обложки.       – Спасибо, – неловко улыбаясь, благодарит он. Бездумно открывает её на середине и, замечая аккуратные пометки на белоснежных полях, кидает на своего собеседника удивлённый взгляд.       – Извини... – сконфуженно произносит тот. – Дурная привычка: выделять всё, что показалось хоть сколько-то значимым...       – Думаю... Это здорово? – пожимает плечами Кехён. – Интересно, наверное, будет узнать, схоже ли мы видим то самое «значимое»...       Незнакомец замирает, на пару секунд погрузившись в задумчивость, а потом тянется к карману, достает из него карандаш и, придерживая книгу рукой, пишет на первой странице номер. И имя:       «Ёнсын»       Кехён задерживает дыхание. Смотрит на надпись не понимающе. И чувствует, как остатки ещё осенью поселившейся в его груди тоски по прошлому, рассыпаясь в пыль, уступают место надежде на будущее, когда парень, внезапно краснея, поясняет:       – Так ты сможешь мне позвонить, если захочешь обсудить что-нибудь...       – Здорово... – кивает Кехён, запрещая себе расстраиваться из-за звука подъезжающего автобуса.       – Это мой… – сообщает Ёнсын и, коротко махнув рукой, запрыгивает на подножку. – Удачного дня!       Кехён тихо шепчет: «Удачного…» – прижимает книгу к груди и, глядя удаляющемуся автобусу вслед, счастливо улыбается.       Ему нравится.       Нравится этот день. Нравится новый знакомый. И ощущение начала новой главы в его жизни, кажется, тоже нравится.