Сквозь тёмное стекло

      Проснувшись, Кас почувствовал себя слегка дезориентированным. Спали они в подземной пещере, а значит, утренний свет не мог его разбудить. А разбудили его шумы снаружи их палатки.       Дин был таким теплым, прижимаясь к его коже, и Кас притянул его ближе, уткнувшись носом в изгиб его шеи, глубоко вдыхая. Все его ощущения были окружены Дином, и Кас не хотел вставать. Особенно потому, что знал, что на какое-то время Дин оставит его одного. Он подумывал изменить свое решение и пойти с Дином. Одна только мысль о том, чтобы позволить ему вернуться в ту школу, даже просто для того, чтобы освободить других людей… это было слишком.       Он знал, что сойдет с ума, ожидая возвращения Дина. С другой стороны, то, что случилось с Барбатосом… это потрясло его до глубины души. Слишком близко. И сейчас он не хотел рисковать больше, чем необходимо. Поэтому старался игнорировать все свои чувства собственности, все способы, которыми хотел связать Дина, чтобы никто, кроме него, не мог его коснуться или увидеть. Держать Дина полностью в своей власти… Кас покачал головой. Он должен перестать так думать. Дин не его раб, но стоило лишь подумать о нем, как он прекрасен каждый раз, когда кончает с членом Каса в своей заднице…       Прежде чем Кас успел что-то осознать, то уже терся возбужденным членом о голую задницу Дина.       Дин тихо застонал, прижимаясь бедрами к его паху.       — Кас, — простонал он, все ещё сонно.       Кас поднял глаза и попытался найти, где Дин хранил свою сумку с маслом, но не увидел ее.       — Дин, ты мне нужен. Где твое масло?       Мужчина снова застонал, перегнулся через край койки, добрался до сумки и неловко перекинул ее через плечо Касу.       — Вот…       Кас быстро открыл сумку и смазал пальцы маслом, прежде чем другой рукой толкнуть Дина на живот. Знал, что ведёт себя грубо, когда толкнул палец глубоко внутрь Дина, даже не растянув его. Но еще он знал, что Дин сможет это выдержать.       Мышцы были такими податливыми под пальцами, и Дин легко раскрылся под ним, дырка уже привыкла к нему. Эта мысль накатила еще большим отчаянием, Кас безумно хотел оказаться внутри Дина. Быстро добавил второй и третий пальцы, глубоко проталкиваясь дальше, чтобы коснуться простаты.       — Блять, — прошипел Дин, выгибаясь под его пальцами. — Давай, Кас, ты же знаешь, я выдержу…       Кас застонал и вытащил пальцы, схватив Дина за бедра, чтобы приподнять ему задницу, наклонился и оставил несколько лихорадочных поцелуев вдоль позвоночника Дина.       — Ты такой красивый.       Он схватил Дина за запястья и отвел его руки назад, расположив на манер выгнутой арки, грудью нависая над койкой, в то время как сам расположился у входа Дина. Медленно скользя внутрь, он взялся за запястья Дина, используя его руки как рычаги.       Теперь Дин был полностью в его власти. Кас мог решать, в каком темпе будет трахать его, и планировал растянуть момент, свести мужчину с ума от желания. Он начал очень медленно, почти полностью вытаскивая член, прежде чем снова вре́заться внутрь, с каждым разом ударяя по простате.       Стон, сорвавшийся с губ его любовника, послал дрожь по позвоночнику Каса, спускаясь прямо к животу, паху и члену. Он чувствовал, как подергиваются сухожилия в запястьях Дина, когда тот боролся за опору, положение, не дававшее ему абсолютно никаких средств контроля. Пока Кас продолжал намеренно медленно двигаться, Дин заскулил:       — Сильнее…       Кас вцепился в запястья Дина и сменил темп, чтобы трахать его жестко и быстро. Чувствовал, как Дин расслабляет руки, полностью полагаясь на то, как Кас его держит. Он позволял себя трахать, принимая каждый толчок в себя, будто был создан для Каса; будто принадлежал ему.       Хриплые вздохи и стоны стали более рваными, более беспорядочными.       — Кас… Я уже скоро…       Кас тут же прекратил резкие толчки и вернулся к очень медленному темпу.       Раздраженный стон вскоре сменился еще одним хныком, немного более протяжным, когда Дин попытался вырваться, нуждаясь в восхитительном трении, в котором ему отказывали.       — Кас… Пожалуйста, — взмолился он.       Кас скрестил руки Дина на спине, чтобы поддерживать его одной рукой. Затем просунул свободную между ног Дина, лаская его яйца, прежде чем крепко обхватить пальцами основание члена, чтобы не дать Дину кончить.       — Ты кончишь, когда я скажу.       — Да, Господин, — простонал он.       Кас замычал, чувствуя удовлетворение от подчинения Дина. Медленно скользнул внутрь и наружу несколько раз, прежде чем тут же вернуться к жесткому и быстрому траху. Он убедился, что ударял по простате Дина с каждым толчком. Мог чувствовать, как член Дина дергается под его хваткой буквально через минуту, поэтому снова остановился, вызвав череду хныканий и поскуливаний у своего любовника.       — Пожалуйста, хозяин, пожалуйста…       Кас застонал, когда Дин обратился к нему на енохианском. С силой прикусил нижнюю губу, пытаясь успокоиться и намеренно сохраняя медленный темп, чтобы не кончить от отчаянных просьб Дина. Когда Кас почувствовал, что к нему возвращается контроль, то снова начал вбиваться в Дина, толкаясь так сильно и быстро, что пришлось сжать оба его запястья, чтобы удержать в вертикальном положении и под правильным углом для того, чтобы грубо врезаться членом по простате податливого мужчины.       Стоны Дина были громкими и непрошеными, он выдыхал имя Каса между грязными мольба́ми на енохианском. Когда он сжался вокруг его члена, Кас почувствовал, как близок Дин к оргазму. И снова остановился. Последовавший стон протеста больше походил на всхлип.       Он отпустил член Дина и потянул мужчину вверх, взяв под подбородком, чтобы посмотреть на него. Слезы текли из глаз охотника, дыхание стало поверхностными, он быстро вздыхал и выглядел совершенно потерянным.       — Скажи мне, чего ты хочешь…       — Я хочу кончить, хозяин, пожалуйста, могу я кончить? — умолял он сдавленно и хрипло.       Кас вышел и развернул его так, что Дин оказался на спине. Он схватил его за лодыжки, чтобы подтянуть за ноги и согнуть, сложив так, чтобы смотреть на жаждущую дырку. Кас провел по ней пальцем, немного поиграв, наслаждаясь тем, как Дин скулит, прежде чем пристроился и снова вошел в него.       Он посмотрел на Дина, нежно лаская его лицо одной рукой.       — Я буду трахать тебя, пока ты не кончишь, а потом хочу, чтобы ты открыл рот и достал язык.       У Дина буквально язык не ворочался, когда он пробормотал что-то бессвязное между стонами, выгибаясь навстречу его члену. Кас качнулся в Дина, медленно ускоряясь, пока снова не взял его жестко и быстро. Он чувствовал жар в паху и знал, что долго не продержится.       — Кончай, Дин. Сейчас.       Дин, как всегда послушный, вскрикнул, когда его настиг оргазм, покрывший его живот горячими белыми полосами.       Кас трахал его сквозь оргазм и вышел, отпустив его ноги, потом перелез через него и уселся на грудь. Обхватил пальцами член и начал дрочить, а другой рукой провел по губам Дина, напоминая ему открыть рот. Дин выполнил команду, и Кас скользнул пальцами по его языку, наслаждаясь тем, как он ахнул от ощущения.       Этот звук перекинул его через край. Он кончил с глубоким стоном, покрывая язык и губы Дина, прежде чем вдавил головку члена ему в рот, чтобы тот вылизал его начисто.       Кас откинулся назад, все еще прерывисто дыша, и посмотрел на Дина широко раскрытыми глазами. Это было сильно. Он скользнул вниз рядом с Дином и обнял его, целуя грудь, прежде чем поднять глаза:       — Ты в порядке?       — Не стесняйся будить меня так каждое гребаное утро, — усмехнулся Дин.       Кас не мог примириться с совестью, когда вспомнил, как Дин называл его своим хозяином. Как сильно ему это понравилось. Он задавался вопросом, стоит ли что-то сказать, может, извиниться. Он был сбит с толку своими же чувствами. Трудно было сказать, было ли это неправильно, когда казалось таким правильным и приятным. Дин не жаловался, но, с другой стороны, он никогда и не умел выражать то, что по-настоящему чувствовал.       — Так… эм… то, что я сделал… было хорошо? — осторожно спросил он.       Дин сместился, чтобы подползти к Касу немного выше и заглянуть ему в глаза. Он погладил его по щеке, прежде чем сказать с усмешкой:       — Это мягко сказано.       И подмигнул.       Кас пожевал нижнюю губу, на мгновение вглядываясь в лицо Дина, пытаясь понять, честен ли с ним его друг. Он хотел спросить об этом, чтобы развеять сомнения, но не знал, как выразить свое замешательство по поводу ситуации. Он не хотел сказать что-то не то или, что еще хуже, обидеть Дина, разозлить своими вопросами.       Он снова наклонился, поцеловал Дина в грудь и тихо пробормотал:       — Хорошо.       — Тебя напрягла эта фигня с «хозяином», да? — спросил Дин мягко и ласково.       Кас удивленно посмотрел на него, он не думал, что его мысли настолько очевидны. Он отвел взгляд, смутившись на мгновение.       — Я запутался в своих собственных чувствах. Мне это очень понравилось, но думаю, что это неправильно с моей стороны. Мы освобождаем людей от рабства ангелов, а я продолжаю обращаться с тобой как с одним из них, когда мы занимаемся сексом.       — Ты обращаешься со мной как с рабом или как с сексуальным партнером? Если бы я сказал «нет», ты бы остановился? — говорил Дина спокойно, в тоне совсем не было обвинения.       Кас нахмурился, услышав вопрос:       — Конечно.       — Тогда ты не обращаешься со мной как с рабом. По крайней мере, не в прямом смысле. Знаешь, что такое БДСМ, Кас?       Люди со своими раздражающими аббревиатурами. Он покачал головой.       Дин усмехнулся, проводя рукой по волосам Каса, и продолжил объяснять:       — Это что-то похожее. Ну типа, некоторым нравится обычный ванильный секс, а есть целая группа людей, которым этого недостаточно, наверно? Короче, не помню уже, что это значит, но те, кто увлекаются БДСМ, любят что-то пожестче. Иногда вплоть до использования кнутов, цепей, веревок и силовых игр, когда кто-то полностью контролирует ситуацию, а их партнеры полностью подчиняются. Понимаешь?       Кас медленно кивнул:       — И тебе нравится подчиняться мне?       — Честно?       — Да, — Кас поцеловал Дина прямо над соском. — Я хочу сделать это приятным для тебя.       Дин начал рисовать круги и другие фигуры пальцами на руке Каса.       — Честно говоря, никогда не думал, что мне такое зайдет. Не пойми меня неправильно, мне нравится, когда дамочка у руля, пока мы вдвоем, но полное подчинение? Я никогда не думал, что соглашусь на такое, — Дин немного повернулся и свободной рукой приподнял Каса за подбородок. — А потом мы оказались в Лимбе. Не знаю, есть что-то охуенное в том, чтобы полностью подчиняться тебе, типа как во всем. И, черт, ты знаешь, как взять контроль. Даже если ты проснешься завтра и поймешь, что можешь получить кого-то гораздо лучше меня и отвалишь навсегда, я почти уверен, что после такого обычный секс мне нахрен не уперся.       Хотя Кас кончил всего несколько минут назад, слова Дина пронзили его прямо в член. Было похоже на то, будто Дин говорил напрямую с одним из его самых глубоких инстинктов, и на мгновение он почувствовал себя ошеломленным и подавленным ощущениями, которые вызвали его слова. Он наклонился поцеловать Дина, посасывая его нижнюю губу, прежде чем уткнулся в его лоб своим.       — Я никогда не оставлю тебя, Дин. Ты мой.       — Чудненько, потому что я, типа, по уши втюхался в тебя, — выдохнул Дин, прозвучало легко, но уязвимость в его голосе все равно улавливалась.       Кас провел пальцами полукруг ото лба Дина к его щеке.       — И я тебя люблю.       Когда Дин нарисовал взаимный полукруг, завершая жест единения, по ту сторону палатки раздался раздраженный голос:       — Если вы двое закончили будить весь город своими звуками секса, вас ждет завтрак!       Кас распахнул глаза от шока и напряженно посмотрел на Дина:       — Я должен был закрыть тебе рот.       — Что, даже чуть-чуть не гордишься, что буквально все слышали, как я умолял тебя меня выебать? — рассмеялся Дин.       Кас наклонил голову в раздумьях. Раз уж Дин так выразился… Он ухмыльнулся.       — Может быть.       — Так я и думал. Ладненько, пойдем махнем кофе, и ты сможешь гордо расправить крылья, чтобы показать всем, кому я принадлежу… — подмигнул Дин.       Кас ахнул и снова толкнул Дина на кровать, когда тот попытался встать:       — Не говори так, если не хочешь немедленно повторить представление. И мне сначала нужно тебя вымыть…       Дин ухмыльнулся и наклонился мягко прикусить сухожилие на шее Каса, рыча ему в кожу:       — Говорить что-то типа чего? Что я принадлежу тебе, хозяин?       Кас застонал и посмотрел вниз. У него снова встал.       — Дин!       — Да, Кастиэль?       — Посмотри, что ты наделал. Я не могу выйти в таком виде, — игриво отругал его Кас.       — Может, меня стоит наказать, хозяин? — Дин посмотрел на него, слегка приоткрыв рот, зрачки расширились, и Кас не мог устоять перед таким предложением. Он сел на колени и притянул Дина к себе. Засунул два пальца ему в рот.       — Поскольку ты не можешь молчать, мне придется тебя заткнуть. Твое наказание — заставить меня кончить своим ртом. А когда я кончу, ты проглотишь каждую каплю.       Дин кивнул и начал кружить языком вокруг пальцев во рту, поскуливая и постанывая, пока посасывал их.       Кас убрал пальцы из жадного рта Дина и опустил его голову к своему члену. Сместил Дина в сторону, чтобы легче было дотянуться до его задницы, прежде чем любовник взял губами его член.       Кас закрыл глаза, подавляя стон, когда провел пальцами по волосам Дина, прежде чем схватиться за них, чтобы контролировать движения Дина. Запустил скользкий от слюны палец ему в задницу, одновременно с этим другой рукой направляя ему голову. Кас не был груб, просто проверял, как далеко он может опустить Дина на свой член.       Он почувствовал, как Дин расслабил челюсть вокруг его ствола, прежде чем принял его еще глубже, показывая, как далеко может зайти. Кас застонал, слегка покачивая бедрами, трахая задницу Дина пальцем в том же темпе.       Рот Дина был невероятно влажным и горячим вокруг его члена. Язык кружился вокруг головки, зубы играли с уздечкой, сводя с ума, заставляя искры течь по позвоночнику и покалывать всю кожу. Дин был так хорош в этом, и Кас знал, что это не займет много времени, чтобы кончить снова.       Он приподнялся, положил руку Дину на затылок, чтобы удержать на месте. Теперь стало легче контролировать темп, когда он начал буквально трахать Дина в рот. Дин принял всю его длину, легко и глубоко заглотив его. Он был таким прекрасно податливым и послушным, что Кас чувствовал, что в такие моменты влюбляется в него еще больше.       Он с силой уперся пальцами в простату Дина, стучал по ней, пока не почувствовал, как Дин беспорядочно стонет вокруг его члена. Вибрация была восхитительно приятной, и Кас откинул голову, закрыв глаза на мгновение, просто чтобы сосредоточиться на ощущении, насладиться каждым мгновением.       Он чувствовал, как дырка Дина сжимается вокруг него, когда его любовник снова кончил от пальцев Каса внутри, и его разрядка ударила прямо по Касу так, что у него свело колени.       Он прикусил нижнюю губу и посмотрел на закрытые глаза Дина.       — Посмотри на меня, Дин.       Дин открыл глаза и посмотрел вверх, в этой зелени сияла ошеломленная похоть, а губы казались красными и растянутыми вокруг его члена.       — Я так близко. Я собираюсь кончить глубоко тебе в горло, и ты проглотишь каждую каплю.       Дин замычал вокруг его члена, и Кас ускорился, глубоко трахая Дина по самые яйца, пока не почувствовал, как его настигает оргазм. Дин сглатывал вокруг его члена, не упустив ни капли.       Он с любовью провел рукой по волосам Дина, пытаясь отдышаться.       — Ты так хорошо справился, — Кас продолжал держать Дина за голову, удерживая на месте. — Вылижи все своим языком.       Он почувствовал, как Дин скользит по щели и вокруг головки языком, прежде чем, наконец, отстранился. Было чересчур чувствительно после второго оргазма. Он оперся на локти и на мгновение закрыл глаза, пытаясь восстановить дыхание.       Кас прищурился, когда почувствовал, как мокрая тряпка вытирает сперму с его колена. Дин улыбнулся ему, когда устроил представление, обтирая уже высыхающее семя с собственного тела.       — Я заставил тебя кончить два раза подряд, — Кас самодовольно ухмыльнулся, чувствуя странную гордость за себя.       Дин вернул ему ухмылку.       — Если бы я знал, что секс с тобой будет таким классным, я бы, наверно, попытался заставить тебя трахнуть меня в том амбаре ещё много лет назад, — усмехнулся он. Кас сморщил нос:       — Тогда я был совсем другим…       — То есть, хочешь сказать, что, если бы я встал на колени и умолял тебя трахнуть меня, ты бы отказался? — в зеленых глазах весело сверкнул огонек.       — Думаю, ты бы меня смутил, напугал… немного… и определенно разозлил. Тогда я ничего не знал, Дин. Я только следовал приказам, миссия была для меня всем, — Кас тепло улыбнулся ему. — Ты научил меня жить. Хотя я бы не сказал «нет», если бы ты предложил лишить меня невинности, когда мы охотились на Рафаэля.       Дина изогнул бровь:       — Да ну? Ты надеялся, что я хочу тебя?       Касу было неловко признаться в этом, хотя он знал, что Дин его не осудит:       — Да, надеялся.       — Я тоже этого хотел… — слегка грустно сказал Дин.       Кас втянул его в глубокий мокрый поцелуй, прежде чем отстраниться и посмотреть на Дина:       — Мы наверстаем упущенное за все эти утраченные возможности. Когда ты вернешься сегодня, я хочу, чтобы ты рассказал мне, что бы сделал со мной той ночью.       Дин диковато ухмыльнулся:       — Вместо того чтобы рассказывать тебе, я мог бы просто показать…       Кас вернул ему ухмылку:       — Думаю, мне бы этого очень хотелось. И как бы мне ни хотелось продолжить этот разговор, по-моему, сейчас нам стоит позавтракать. Тебе понадобятся силы.       — Подозреваю, мужчина не может жить одним сексом… — он театрально вздохнул и попытался встать.       — Тебе нужна помощь? Я был с тобой очень груб, — спросил Кас, откинувшись на спину и любуясь обнаженным телом Дина.       Дин повернулся, и легкая ухмылка на его губах дала понять, что он знает, что делает Кас. Дин наклонился над койкой, целомудренно целуя его в губы.       — Мне буквально надо натянуть на себя крошечный кусочек ткани, особо не с чем помогать…       Кас бросил на него суровый взгляд:       — Ты не будешь носить одежду, которую дал тебе Элигор. Где твоя зеленая туника?       Дин закатил глаза:       — Да брось, чувак. На улице жарко до опупения, туника Элигора намного легче…       — Мне все равно. Я не хочу, чтобы все на тебя пялились. Ты мой.       — Слушай… — Дин присел на койку рядом с Касом. — Я люблю тебя, и когда мы трахаемся, ты можешь отдавать мне любые приказы, какие хочешь, но за пределами спальни? Никаких принижений. Сегодня я напялю зеленую тунику, потому что не хочу, чтобы тебе снесло крышу из-за ревности, но тебе лучше усвоить кое-что: я твой, сердцем, телом и душой; но в конце дня я все еще остаюсь самим собой.       Кас смущенно посмотрел на него:       — Ты прав, прости. Я просто не могу с собой совладать. Знаю, что я слишком собственнически себя веду. Спасибо, что надел зеленую.       — Надо мне начинать набирать очки хорошего парня по возможности, чтобы, когда я облажаюсь, ты был со мной помягче… — улыбнулся Дин.       — Ты же знаешь, что я прощу тебе все.       Еще одна часть его жизни, которая внезапно обрела больше смысла, теперь, когда он произнес это вслух. Кас всегда прощал Дину все, всегда защищал его, когда все осуждали. Он не был таким с другими, но Дин всегда был для него исключением из всех правил.       — Серьезно, Кас, я тебя не заслуживаю, — Дин протянул ему руку.       — Я мог бы сказать то же самое, — улыбнулся Кас, взяв его за руку.       Когда они, наконец, вышли из палатки, Кас широко и гордо расправил крылья. Он поймал понимающую ухмылку Дина и не смог удержаться, чтобы не ответить тем же.

***

      Приведя себя в порядок и переодевшись, Дин направился на главную площадь, где все завтракали. Когда Кристофф заметил его, то пару раз заулюлюкал и присвистнул, аплодируя, и вскоре ему вторило все больше и больше людей и ангелов, которые свистели и кричали ему, когда он проходил мимо. Когда, черт возьми, он успел вернуться во времени обратно в старшую школу?       Дин нахмурился:       — Придурки вы!       Он проигнорировал все грубые возражения и пошел за чашкой кофе, прежде чем нашел путь к столу, за которым сидели Бенни, Сэм и Крис. Дин плюхнулся рядом с Сэмом и одобрительно застонал, сделав первый глоток жидкого совершенства.       Сэм ударил его по голове.       — Это, блять, за что еще? — Дин повернулся к нему, потирая место удара.       — Во всем мире терапии не хватит, ясно? Точно не хватит! — застонал Сэм раздраженно и сердито.       Дин покачал головой в не понимании:       — Ты о чем, мужик?       — Он говорит о том, что мы все слышали вас сегодня утром… — рассмеялся Крис.       Дин поморщился. Черт. Ничего удивительного.       — Сэмми, мне так жаль…       — Это не терапия, чувак, — выдавил Сэм, не отрывая взгляда от фруктов, что стояли напротив.       — Я серьезно говорил о вложениях в шумоподавляющие наушники, — пошутил он.       Сэм повернулся к нему:       — Не смешно.       — Ещё как смешно, — утверждал он, а через мгновение вздохнул и серьезно сказал: — Мне жаль, что ты это услышал.       — Нет, я понимаю, — вздохнул Сэм. — Медовый месяц, все дела, но… Не могли бы вы двое, хотя бы немного, не знаю, подумать обо всех остальных?       Мелкий был прав. Дин кивнул и продолжил заниматься любовью со своим кофе. Когда он снова непристойно застонал, Сэм резко встал.       — Черт! Ты такой придурок! — и умчался.       — Ты разрушил это место до основания, чтобы найти своего брата, и вот как ты с ним обращаешься? — усмехнулся Бенни.       Дин ухмыльнулся. Конечно, именно так он и относился к своему брату. Поддразнивания, розыгрыши, постоянные подколы. Такие уж они. Это было для них нормой. И в жизни, полной смерти, разрушений, монстров и апокалипсисов, это было самым чертовски нормальным для них. Родные люди ведут себя как придурки друг с другом. Дин не хотел, чтобы было по-другому и знал, что Сэм поддержит его, как только справится с травмой, услышав, как его брат устраивает громкие потрахушки с ангелом.

***

      Когда Кас приготовил себе завтрак с медом, то присоединился к Криосу и Элигору за их столом вместо Дина и Сэма. Поскольку это был, вероятно, последний день, который они проведут в Лимбе, он хотел насладиться обществом других ангелов, не только поговорить на енохианском, но и немного поностальгировать.       До Лимба он и не осознавал, как сильно ему не хватает общения с другими ангелами.       Щеки Элигора приобрели глубокий алый оттенок, и он избегал взгляда Каса, в то время как Криос выглядел слегка раздраженным.       Кас понял, что выражение лица Криоса варьировалось от безразличия до легкого раздражения, поэтому не удивился. Элигор все еще оставался для него загадкой, но он начинал верить, что Дин мог быть прав насчет него. Каким-то образом мысль о том, что ангел питает к нему симпатию, тешила его эго. Он не гордился тем, что чувствовал это, но не мог этого изменить.       Он сел рядом с Элигором и дружелюбно улыбнулся ему:       — Ты в порядке?       Криос фыркнул, попивая чай, и бросил на Каса многозначительный взгляд.       — Командир, ты в курсе, что все слышали то, чем вы все утро занимались со своим партнёром?       Кас смущенно посмотрел на них.       — Нас предупредили, но к тому времени было уже слишком поздно. Приношу свои извинения. Я не хотел вас смущать.       Криос повел бровью:       — Ты меня не смутил, но я считаю крайне неуместным использовать уничижительные слова во время полового акта в лагере, полном освобожденных рабов.       Кас прикусил нижнюю губу, стыдливо глядя на свой завтрак:       — Ты прав. Я не думал об этом в таком ключе.       Криос покачал головой, а затем на его губах заиграла редкая улыбка:       — После того как я услышал, как звучит твоя сексуальная жизнь, готов поспорить, что твой партнер убивает твои высшие мозговые функции.       Элигор сильно закашлялся, когда подавился утренним чаем. Кас бросил на него обеспокоенный взгляд и похлопал по спине, пока тот не успокоился, с раздражением посмотрев на Криоса. Тот просто пожал плечами и спрятал улыбку за чашкой.       Кас подумал, что лучше сменить тему:       — Когда вы уезжаете в школу и в дом Баракиэля?       — После завтрака, — ответил Элигор, все еще кашляя.       Кас кивнул:       — Прежде чем вы уйдете, я хотел обсудить безопасность Кораксо. Нам нужны охранники на каждом входе.       Криос выглядел обеспокоенным:       — Вы ожидаете нападения?       — После всего, что мы сделали за последние два дня, вопрос не в том, будет ли атакован Кораксо, а в том, когда он будет атакован. Мы должны быть готовы.       Криос допил остатки чая и встал:       — Ты прав. Я поговорю с оставшимися здесь ангелами. Ты должен организовать оборону. Из всех нас ты самый опытный солдат.       Кас кивнул и проводил взглядом Криоса, прежде чем понял, что остался наедине с Элигором. Кас почувствовал неловкое напряжение между ними и медленно повернулся лицом к ангелу, который застенчиво смотрел на свои сложенные на коленях руки.       Кас прочистил горло:       — Ты не мог бы снова присмотреть за Дином?       Элигор кивнул, не поднимая глаз:       — Конечно, Командующий.       Кас поддел его пальцем под подбородком, чтобы ангелу пришлось посмотреть на него:       — Ты в порядке, Элигор?       Элигор снова покраснел, тихий всхлип сорвался с его губ:       — Да, Командующий.       Кас тепло ему улыбнулся:       — Ты хороший друг. Я рад, что встретил тебя.       Элигор улыбнулся в ответ, выглядя гордым и каким-то образом счастливым от похвалы:       — Спасибо. Это взаимно.       Кас был рад это слышать. Даже если Элигор влюблен в него, а это все еще было большим «если» по его мнению, он был хорошим солдатом, и Кас знал, что может положиться на него и доверить ему безопасность Дина.

***

      Дин нашел Сэма сидящим во дворе под ивой, закрыв глаза и прислонившись к ее массивному стволу. Хотя он сначала отмахнулся от реакции Сэма после того, как Бенни назвал его мудаком, но, немного пораскинув мозгами, понял, что даже не попытался проверить, все ли в порядке с братом. Если Сэм прошел через половину того дерьма, что и он, то это был довольно неудачный поступок.       Подойдя ближе, чтобы сесть рядом с Сэмми, Дин толкнул его коленом, привлекая внимание:       — Эй, мужик. Прости. Я повел себя как осел…       — Это одно из твоих фальшивых извинений? — усмехнулся Сэм.       Покачав головой, Дин улыбнулся:       — Нет, серьезно. Я чувствую себя мудаком, а ведь я даже не проверил, как ты. Все нормально?       Это застало его брата врасплох, и он удивленно изогнул бровь:       — Ты спрашиваешь меня о том, что я чувствую?       Дин игриво толкнул Сэма:       — Да иди ты.       — Ох, чувак. Я отмечу этот день в календаре. Ты изменился, Дин, — усмехнулся Сэм.       Дин закатил глаза. Он не так уж сильно изменился. Ну ладно, теперь он полностью за однополый секс, признался в своих чувствах Касу, и… черт, он типа как действительно изменился. Дин покачал головой, отгоняя свои мысли.       — Ты прав, но эта хрень с доктором Филом может быть временной, так что если хочешь потрещать, лучше воспользуйся моментом…       Сэм покачал головой и улыбнулся:       — Все нормально, Дин. Слушай, не пойми меня неправильно. Это было ужасно, но, серьезно, мы терпели и хуже. Черт, я терпел хуже. По сути, это была просто работа без перерыва.       — Так, ээ… — «блять, и как, черт возьми, спросить своего младшего брата, был ли он…» — Ты, мм… ничего особо плохого не произошло? — Дин обматерил себя за то, что не смог произнести эти слова вслух.       Сэм нахмурился и задумчиво посмотрел на него:       — Ничего, если не считать борьбы за собственную жизнь… А у тебя?       — Тебе не пришлось бороться за что-то другое? — переадресовал вопрос Дин.       — Нет, почему ты спрашиваешь? — Сэм моргнул. — Что с тобой случилось?       — О, ну знаешь, все по-старому, ничего новенького, — он отмахнулся, чувствуя настоящее облегчение от того, что Сэмми не насиловали.       — Хочешь поговорить об этом, Дин? — спросил Сэм с этими своими глупыми щенячьими глазами и сочувственным тоном.       Дин покачал головой:       — Не о чем париться, правда.       — Уверен? — Сэм выглядел не очень убежденным.       Не то чтобы он не доверял своему брату, но разговоры о том дерьме, через которое он прошел, не изменят того, что с ним случилось, так какой смысл волновать Сэма?       — Слушай, это был не пикник на пляже, но ничего такого, с чем я уже не сталкивался в своей жизни, не случилось. Ты жив, я жив, Кас жив. Это все, что имеет значение…       Сэм молча посмотрел на него, прежде чем кивнул и тепло улыбнулся:       — И ты с Касом! Должен признаться, я никогда этого не ожидал. Хотя вы двое и были достаточно очевидными, но я думал, вы просто продолжите игнорировать все это.       — Наверно, так бы и было, если бы он не заставил меня выдавать себя за его секс-раба… — усмехнулся Дин.       Сэм скорчил гримасу отвращения:       — Ничего не хочу об этом слышать.       — А у чувака просто гигантский… — Дин не мог перестать смеяться, когда Сэм оттолкнул его.       — Чувак! Я убью тебя, если ты закончишь это предложение!       — Сердце… — ухмыльнулся он.       — Придурок, — сказал Сэм, но его улыбка была явным признаком того, что он не злился. С ним все было нормально. С ними все было нормально.

***

      Воздух гудел от волнения, пока они шли через район Похоти к школе. Камаэль, Криос, Элигор, еще пара ангелов, несколько людей, имена которых Дин не мог вспомнить, Крис, Бенни и Сэм были командой, назначенной на Asahi Arba и виллу Баракиэля. Весть о смерти Барбатоса уже достигла других районов, и это оказало определенное значение для Лимба. Дин ухмыльнулся, проходя мимо нескольких случайных людей, которые разговаривали друг другом на площади без ошейников.       Некоторые из ангелов, мимо которых они проходили, казались раздраженными или неловкими, но никто из них ничего не сказал. «Что ж, лучше смиритесь, гондоны, больше никакого дерьма с правящими видами», самодовольно подумал Дин.       Когда они дошли до школы, Элигор позвонил в дверь. Суровая пожилая женщина открыла, и ее тонкие брови тут же взлетели вверх.       — Скучала по мне, Котеночек? — ухмыльнулся Дин.       Она выглядела совершенно оскорбленной:       — Прошу прощения?       — Произошла смена руководства, — Дин подошел ближе и потянулся к ее ошейнику.       Она отступила от него, распахнув глаза в панике, и оттолкнула его руку.       — Твоя наглость перешла все допустимые границы!       Кристофф оттолкнул Дина в сторону и спокойно обратился к ней:       — Мы свободны. Барбатос мертв, тирания правления ангелов разрушена.       При этом обычно строгая женщина показалась опустошенной, глаза блестели от непролитых слез.       — А что же с Небесами? — голос у нее надломился.       Вот дерьмо. Она не знала. Не знала, что ее рабство в надежде попасть на Небеса было сплошной хренью. Дин предположил, что раз все люди в Кораксо знали, то и другие тоже могли.       Элигор взял разговор под свой контроль, его тон был мягким и успокаивающим, но при этом полон сожаления:       — Мне очень жаль, но ни одна из душ с этого уровня не попадет на Небеса. Это было заблуждение, которое использовали для манипуляции и гарантии подчинения.       На этот раз Дин был рад, что Каса с ними нет, если бы ему пришлось сообщить эту новость, он был бы настолько прямолинеен, что бедная женщина наверняка развалилась бы на части. Дин снова приблизился к ней, на этот раз протягивая ей руку, надеясь, что она ее примет:       — Мне очень жаль, Котенок.       Через мгновение она судорожно выдохнула и сказала:       — Мелани.       Дин мягко улыбнулся ей.       — Ты свободна, Мелани, — прошептал он, снова потянувшись к ее ошейнику и расстегивая застежку. Когда она рухнула вперед, он притянул ее к себе и удержал на ногах, совершенно наплевав на то, что слезы женщины оставляли мокрые пятна на его тунике.       — Мы пойдем за остальными людьми и сопроводим вас всех в Кораксо. Там вы будете в безопасности.       Мелани кивнула ему в грудь, и, как только слезы утихли, суровая и жесткая маска снова вернулась. Она вручила Камаэлю связку ключей и открыла дверь, ведущую в комнаты рабов удовольствия, для него и пары других ангелов и людей; в то время как Элигор, Сэм, Дин и Крис отправились в служебные помещения школы.       Когда они не встретили Тибо после первых нескольких комнат, Дин почувствовал всепоглощающий страх. А вдруг он ранен или еще хуже? Он никогда не простит себе, что не спас парня раньше.       Когда они повернули за угол, сердце Дина упало в самые кишки. Нецах был там, возвышался над молодым брюнетом, вероятно, не старше пятнадцати, на его перекошенных чертах лица зияла садистская ухмылка, пока ребенок дрожал, а слезы стекали по округлым щекам. Хватка на ангельском клинке усилилась, Дин даже не понял, что его явно трясет от ярости.       Сэм коснулся его плеча:       — Ты в норме?       Дин кивнул, не отрывая глаз от ангела. Хрустнул шеей и приблизился к Нецаху, быстрым и решительным шагом:       — Эй, мудофель!       Ангел обернулся, агрессивно вскинув крылья. Молодой парень дрожал, широко раскрыв глаза в замешательстве, но, казалось, воспринял отвлечение как спасительную благодать, отступая от ангела к протянутой руке Кристоффа.       Свободной рукой Дин поманил Нецаха, ухмыляясь со своего места:       — Почему бы тебе не выбрать кого-то своего размера?       Ангел зарычал и бросился в атаку. Предвидя этот ход, Дин легко увернулся, прежде чем прыгнуть на ангела, метясь в грудь. Ударив Нецаха об стену, он удержал его на месте, приставив ангельский клинок к горлу.       — Как же я охуенно рад, что ты борешься… — прошипел Дин, вонзая клинок в грудину существа. Треск грудной клетки был музыкой для ушей Дина, когда кровь начала пузыриться из раны, а широкие глаза Нецаха уже начали гаснуть, как умирающая лампочка.       Дин выдернул лезвие и наблюдал, как ангел рухнул на пол, прикрыв глаза, когда свет на короткое время окутал коридор. Теперь тот лежал мертвый на полу, и Дин сплюнул на него для пущего эффекта. Адреналин бежал по венам, собственная кровь пульсировала, эхом отдаваясь в ушах, и он почти не услышал робкое:       — Дин?       Развернувшись, он чуть, блять, не разрыдался от увиденного. Тибо стоял там, на лице написаны страх и смятение. Один, два длинных шага, и он притянул парня к себе в объятия:       — Я думал, ты умер.       Тиб отстранился:       — Что происходит?       Дин улыбнулся, отступив назад и расстегивая ошейник своего друга. Когда металл с приятным стуком ударился о каменный пол, их глаза снова встретились.       — Ты свободен, Тиб. Мы все свободны.       Понимание промелькнуло на лице его друга, глаза распахнулись, выражая недоверие. Прежде чем Дин успел отреагировать, Тибо притянул его к себе и нежно поцеловал в губы. Но это не было чем-то сексуальным или чем-то бо́льшим, чем высший и необратимый жест абсолютной благодарности.       Когда Дин отстранился, то усмехнулся и легко похлопал Тиба по щеке:       — Ну, валим отсюда.

***

      Было довольно сложно разработать надежный план обороны для Кораксо. Подземные туннели, ведущие к ядру, были похожи на лабиринт со множеством входов. Кас решил вытащить всех из туннелей в центр, укрепив все семь главных входов, ведущих в разные части города.       Они занимались укреплением северного входа у района Гнева, когда один из людей крикнул им с южного входа в Гордыню.       Крики смолкли, когда копье пронзило его горло.       Ангелы и люди приготовили оружие и побежали на юг. Кас следовал за ними, неся огромный щит и меч, который Криос дал ему перед уходом.       Крики ужаса заставили его посмотреть в сторону восточного входа, где он увидел Буэр, Сейбл и еще нескольких человек, сражавшихся со второй группой нападения.       Кас заметил, что все они носили разные цвета домов, в основном цвета Асмодея, Барбатоса и Амона. Но не удивился, что никто из них не носил цвет Шакса, Правителя района Чревоугодия.       Поскольку у южного входа народу было больше, Кас быстро направился к Буэр, та сражалась, словно львица, своим длинным копьем.       Из туннелей раздался ужасный визг и свистящий звук. Кас замер. Он знал этот звук по Чистилищу. Сталкивался с этими зверями, когда бежал от Левиафана. Даже они боялись этих существ…       Светящиеся желтые и коварные глаза сосредоточились на нем, когда чудовище прорвалось через вход. Черная кожа, казалось, двигалась, меняясь в цвет камня. Оно собиралось слиться с обстановкой.       Внезапно существо закричало, когда искры пролетели сквозь его тело от ошейника на шее. Кас посмотрел на вход в туннель и увидел группу солдат, которые контролировали чудовище, используя электрический ошейник.       Он почувствовал, как гнев поднимается в груди, но удивился, что не ощутил того же, что и раньше. Он не чувствовал, как это подавляет его, разум был по-прежнему ясен.       Чудовище качалось из стороны в сторону, возбужденное и злое, готовое к атаке. Кас попытался встать между ним и Буэр, когда существо сделало длинный, мощный прыжок к Сейбл и дернуло ее на землю. Прежде чем Кас успел отреагировать, чудище вонзило свой коготь ей в грудь.

***

      Двое других ангелов и пара людей сопровождали четырех бывших рабов удовольствия и нескольких других людей обратно в Кораксо. Даже парочка ангелов, которые давно ненавидели то, как обращались с людьми в этой школе, спросили, могут ли пойти с ними. Дин беспокоился, что большинство ангелов захотят сражаться, захотят сохранить контроль, власть. Но его постоянно удивляли.       Казалось, все смирились с новым положением вещей.       Когда они приблизились к вилле Баракиэля, Дин почувствовал, как дрожь волнения пробежала по телу. Потребовалось все самообладание, чтобы не броситься туда. Освобождение рабов этого льстивого ублюдка должно было стать самым чертовски удовлетворяющим моментом во всей этой авантюре. Особенно снять ошейник с Грегори. Это было бы даже более удовлетворяющим, чем убить придурка, который чуть не изнасиловал его и Тиба.       Бенни тихонько присвистнул:       — Милое местечко.       — После этого места особняк Ричи Рича выглядит как хижина, — кивнул Сэм.       Пока все остальные просто удивленно пялились на Сэма, Дин чуть не заплакал. Ему не хватало хоть кого-нибудь, с кем он мог бы разделить воспоминания, кто бы понял все это, черт возьми. Он подошел к брату и похлопал его по плечу.       — Не стесняйся, можешь развалить все, что под руку попадет.       — Плохие воспоминания? — спросил Сэм с искренней обеспокоенностью в голосе.       — Даже не представляешь… — усмехнулся Дин.       Ни одного из охранников, которые обычно дежурили у входов, не было поблизости. Дин не был уверен, хорошо это или плохо. Криос и Элигор открыли большие двери и осторожно вошли внутрь, убедившись, что их не поджидает засада. Когда они помахали им, что путь свободен, Крис тихонько ахнул от увиденного.       Полная разруха. Все гобелены и мебель разорваны в клочья, ткань и набивка повсюду. Картины, которые выстилали главный вход, были разбиты на полу, большие зияющие царапины на холсте. Также была кровь. Много крови.       Элигор наклонился и провел по ней пальцем, пробуя на язык. Дин и Сэм отпрянули, оба издав рвотные позывы от того, что сделал ангел. Совершенно равнодушный к их реакции, Элигор вздохнул:       — Оборотни.       Бенни мгновенно занял защитную позицию перед Кристоффом. Дин бы усмехнулся, если бы над ними не нависла вполне реальная угроза. Камаэль опустился на колени и положил обе руки на землю, странный свет исходил от его ладоней. Он повернулся посмотреть на них и сказал:       — Волки ушли. Не уверен, что произошло. Было много смертей…       У Дина кровь застыла, когда он ринулся по коридору, даже не задумываясь, игнорируя крики брата и друзей остановиться. Сердце колотилось, когда он достиг развилки коридоров, но не мог вспомнить, в какой стороне находится комната Грегори. Нахуй все. Дин ринулся по левому коридору и начал проверять комнату за комнатой.       Некоторые из комнат оказались пусты. В большинстве них была резня, похожая на ту, что у главного входа, следы крови, разрушенная мебель и произведения искусства. Но никаких тел. Добравшись до последней комнаты в коридоре, Дин ахнул, когда нашел первое тело. Пропитанное кровью, грудь вздымалась от неестественного, задушенного дыхания.       Он скользнул по земле к телу, перевернув его. Облегчение, которое он почувствовал, когда понял, что это не Грег, заставило содрогнуться от сожаления. Человек, умирающий у него на руках, все равно, черт возьми, был человеком.       — Дин? — послышался кашель.       Дин вздрогнул. Прищурившись, чтобы лучше видеть, он понял, что бедняга — тот самый рыжий парень. Тот придурок, который пожаловался на Грега за то, что он позавтракал с ним. Скорее всего, именно этот придурок пожаловался на него и за то, что он не надел ошейник и раздул революцию. Но каким бы придурком ни был этот парень, он не заслуживал такой смерти.       Дин помолился Элигору, чтобы он встретил его в комнате, схватил тряпку и прижал к пузырящейся ране на шее пацана.       — Оставайся со мной, помощь уже в пути…       Элигор и Сэм ворвались в дверь.       — Исцели его! — рявкнул Дин, и Элигор кивнул, опускаясь на колени рядом с ними и кладя руку на лоб мальчишки.       Дин вздохнул с облегчением, когда зияющие раны начали заживать прямо на глазах.       Парень сел, потрогал шею и открыто уставился на Дина:       — Зачем ты меня спас? Я просто ужасно с тобой обходился.       Дин пожал плечами и утешающе похлопал мелкого по плечу.       — Может, это научит тебя не быть таким заносчивым и напыщенным засранцем. Мы все заслуживаем второго шанса, включая тебя.       Парень кивнул, по его лицу скатились слезы.       Дин повернулся к Сэму:       — Можешь проводить его к остальным?       Сэм кивнул и повел его к двери:       — Что ты собираешься делать?       — Я не уйду, пока не найду Грега, — он повернулся к Элигору. — Хочешь пойти со мной? На случай, если будет еще одна сцена в стиле Суини Тодда?       Ангел с недоумением наклонил голову набок, но все равно согласился.       — Уильям, — прошептал мелкий, когда они с Сэмом стояли в дверях.       Дин в замешательстве покачал головой:       — Меня зовут Дин.       — Нет. Ты как-то спросил мое имя. Меня зовут Уильям.       — Приятно познакомиться, Билл, — улыбнулся Дин.       Парень улыбнулся в ответ и последовал за Сэмом из комнаты. Дин повернулся к Элигору:       — Ладно, красавчик, пойдем.

***

      Кас бросился всем телом на существо, чтобы оттолкнуть его от Сейбл, безжалостно ударив его мечом, чтобы направить всю его агрессию на себя. Существо завизжало на него, разозлившись, что Кас оторвал его от добычи.       Он слышал, как Буэр кричала Сейбл со спины, но не мог обернуться, чтобы посмотреть, жива ли Сейбл. Кас отогнал существо назад к входу, широко расправив крылья, чтобы защитить всех позади себя от его мощного прыжка.       Ангелы у входа в туннель снова ударили существо током, пытаясь заставить его атаковать Каса. Оно снова завизжало и прыгнуло на Каса, но он уклонился и глубоко вонзил меч ему в бок, прорезав жизненно важные органы по инерции.       Кишки брызнули наружу, и существо приземлилось на землю с тошнотворным хлюпом. Ангелы у входа сердито закричали и приготовили оружие для атаки.       Кас оглянулся, чтобы оценить ситуацию. Рявкнул приказы оставшимся ангелам и людям занять оборонительную линию. Буэр подхватила Сейбл на руки. Та двигалась, она была еще жива. Но рану от чудовища было почти невозможно залечить.       — Мы будем держать оборону. Просто отведи ее в безопасное место! — крикнул Кас Буэр, которая бросила на него затравленный взгляд, прежде чем кивнула.       Кас воспользовался возможностью, чтобы мельком глянуть на южный вход, заметив, что ситуация под контролем. Они справятся. Ангелы и люди Кораксо сражались энергично, со всей силой. Не было ни единого способа, при котором какие-то бродячие стражники могли бы отобрать у них свободу.       Он присоединился к битве на передовой, неустанно отбивая ангелов мечом и щитом. Прошло немного времени, прежде чем он весь покрылся кровью, но так и не почувствовал никакой разницы в битве. По какой-то причине ярость оставалась под полным контролем. Он убивал с точностью и не хотел ненужной резни.       Он даже оставил последнего нападавшего в живых и просто схватил его, чтобы они могли допросить его позже. Ему нужно было узнать, заказное ли это нападение или акт мести от бродячих ангелов. Безопасность Кораксо зависела от этого знания.

***

      После того как все помещения для слуг и все возможные комнаты на вилле проверили, их последней надеждой осталась баня. Дин не покинет это место, пока они не найдут Грега. Он был первым человеком, который проявил к нему доброту в этом богом забытом мире, и Дин хотел лично снять с него ошейник. Идти с этим человеком, бок о бок, в Кораксо. Это было меньшее, чего заслуживал милый старик после столетий необузданного насилия, которое ему пришлось вытерпеть.       Элигор распахнул тяжелые, богато украшенные двери, ведущие в баню.       Дин мгновенно оглядел бассейн. Бассейн, в котором плавало тело, окрасился в коричневато-красный. В тот момент, когда он увидел клок влажных седых волос, то перестал дышать. Нет. Нет, нет, нет, нет, нет.       Дин подбежал к краю и нырнул, подплывая к телу, что покачивалось в садистской имитации живого движения от волн, вызванных его нырком. Он схватил тело и перевернул его. Дин подавил всхлип, когда взгляд упал на слегка опухшее и посиневшее лицо Грегори. Он подтянул мужчину, надавив ему на живот, и в полном ужасе наблюдал, как жидкость и слизь пузырились из носа и глаз Грегори.       — Помоги! — рявкнул Дин на Элигора и потянул своего друга к краю бассейна. Элигор встретил его и вытащил Грегори на пол. Он уставился на тело, на лице отразилась глубокая печаль. Затем Дина захлестнула волна гнева.       — Какого хуя ты тянешь? Исцели его! Верни!       Элигор медленно покачал головой:       — Мне жаль, Дин. Я не могу. Как только душа покидает уровень, она исчезает навсегда.       Это несправедливо. Это, блять, просто несправедливо. Грегори не заслужил этого, он не заслужил умереть вот так. Он заслужил шанс на свободу, на более-менее нормальную жизнь на остаток своей вечности. А не на то, чтобы утонуть, как гребаный раб. В итоге Дин не выдержал, притянул мужчину к себе на колени и буквально, блять, разревелся.       — Мне так жаль, Грег. Мне так пиздецки жаль.       Элигор тихо вышел из комнаты, а Дин продолжал держать Грега, покачиваясь и гладя его по голове, в то время как извинения становились все более и более неразборчивыми из-за хриплых рыданий.       Дин расстегнул ошейник и бросил оскорбительную хрень через всю комнату, голос сорвался от напряжения, когда он громко выругался, сердце болело от печали и вины, больше, чем от гнева. Это пиздец как несправедливо. Грег заслуживал гораздо лучшего.

***

      Кас смыл кровь с лица мокрой тряпкой, когда услышал, что остальные, наконец, вернулись. Он поднял глаза и тут же заметил, что, должно быть, произошло что-то очень плохое. Дин выглядел разбитым и уставшим, не отрывая взгляда от земли.       Кас проигнорировал взволнованные вопросы Криоса и Элигора о том, что произошло, когда они увидели разрушение лагеря и трупы на земле. Смотрел только на Дина, когда тот приблизился к нему, и положил руку ему на плечо, чтобы охотник посмотрел на него.       — Дин?       Взгляд по-прежнему был устремлен в землю, охотник отмахнулся от руки:       — Чего?       — Что случилось? — спросил Кас, не понимая, почему его возлюбленный отвергает его прикосновения.       — Все то же привычное дерьмо… — пробормотал он и пошёл прочь, отмахнувшись мимо всех вопросительных и обеспокоенных взглядов.       Кас обеспокоенно посмотрел ему вслед, прежде чем повернуться к Элигору. Вероятно, лучше было оставить Дина в покое на некоторое время. Он явно не хотел с ним разговаривать.       — Дай мне отчет.       Элигор глубоко вздохнул:       — Мы успешно освободили Asahi Arba, но на дом Баракиэля напала стая оборотней. Мы смогли спасти только одного человека.       У Каса сжалось сердце, когда он понял:       — Там был один пожилой человек, которого Дин очень любил…       Элигор покачал головой:       — Я ничего не мог для него сделать. Душа уже покинула его.       Кас кивнул, бросив обеспокоенный взгляд в сторону Дина. Тот решил себя отвлечь, переставляя столы и скамейки.       — Что здесь произошло, Кастиэль? — спросил Камаэль, присоединившись к ним. — Где Буэр?       — На нас напала группа солдат. Они принадлежали разным домам — даже павшим, — предполагаю, что они пытались захватить это место, чтобы вернуть себе власть. Это также могло быть актом возмездия. Сейбл была ранена чудовищем, поэтому Буэр увела ее в безопасное место. Она вернется.       Камаэль провел рукой по лицу:       — Нам очень повезло, что ты был здесь.       Кас покачал головой:       — Все здесь сражались очень храбро. Они могли бы победить и без меня. Что случилось с Баракиэлем?       — Его убил оборотень. Я нашел его изуродованное тело в саду, — пробормотал Камаэль, все еще явно пребывая в шоке от состояния Кораксо; он поднял глаза на Каса. — Город горел, произошла революция. Сегодня погибло много ангелов и людей. Но завтра мы будем жить в лучшем мире. Их жертва не будет забыта.       Кас кивнул и снова посмотрел в сторону Дина:       — Я не уверен, что эти слова будут утешением для тех, кто потерял близких.       Он коснулся плеча Камаэля, а потом подошел к Дину. Знал, что его друг не хотел никого видеть, но его душа все равно тоскливо взывала к нему. Кас просто не мог не ответить на его зов. Он хотел, даже если Дин не нуждался в помощи, даже если Кас просто станет тем, на ком Дин мог бы выместить свой гнев.       Кас осторожно приблизился к Дину, тот сидел на скамейке, уткнувшись лицом в руки.       — Не против, если я присяду рядом с тобой?       — Свободная страна… — пробормотал он, прежде чем поправить: — Ну, теперь свободная, походу.       Кас сел, подавляя желание обнять Дина крылом. Он был уверен, что Дин этого не хочет.       — Вероятно, потребуется несколько дней, а то и недель, чтобы все изменилось, но да.       Дин кивнул, но промолчал, уставившись в землю.       Кас знал, что Дин не хочет говорить, и что спрашивать его, как он себя чувствует, было бы глупо. Он видел, что Дин не в порядке. Поэтому сидел с ним в тишине. Просто надеялся, что его компании будет достаточно, чтобы утешить Дина. Показать ему, что он рядом и никуда не уйдет. Что он все еще здесь.       Дин вздохнул.       — Пойду гляну, нужна ли кому-нибудь помощь, — он встал, но Кас схватил его за запястье, чтобы остановить.       — Мне нужна твоя помощь.       — Я сейчас совсем не в настроении, Кас.       Кас покачал головой:       — Не такая.       Дин снова вздохнул:       — С чем тебе помочь?       — С утешением, — пробормотал Кас. — Ты можешь просто побыть рядом со мной? Мы могли бы прибраться здесь, если тебе нужно что-то сделать руками… Просто оставайся со мной, пожалуйста.       Дин открыто смотрел на Каса несколько мучительно долгих мгновений, выражение его лица было непроницаемым. А затем он сделал то, чего Кас никогда бы не ожидал. Он наблюдал, как мужчина, которого он любил, рухнул на него, притянув Каса в объятия, зарывшись лицом в изгиб его шеи, пока тело сотрясалось от тихих рыданий, которые вырывались из него.       Кас обхватил его руками и крыльями, чтобы прижать к себе. Почувствовал облегчение от того, что Дин доверял ему настолько, что принял предлагаемое им утешение. Он провел пальцами по волосам успокаивающим жестом, защищая Дина от внешнего мира крыльями так долго, как ему будет нужно. Кас поцеловал Дина в макушку:       — Мне так жаль, Дин.       — Он умер рабом. У него даже не было шанса… — голос Дина сорвался, когда он выдохнул слова, замолчав, не в силах закончить.       Кас притянул его ближе:       — Ты не обращался с ним как с рабом. Ты освобождал его каждым мгновением, что провел с ним.       Дин прижался к нему, новая волна слез обрушилась из глаз, когда он всхлипнул от чувств, что нахлынули на него. Эмоций, которые непреднамеренно проецировались на него. После пары всхлипов и нескольких глубоких вдохов Дин отстранился и взял лицо Каса в ладони.       — Я никогда, никогда не полюблю другого человека, существо, что угодно, больше, чем люблю тебя. На остаток своей жизни, Кастиэль, я твой. Мое сердце, моя душа, что угодно. Спасибо, что каким-то образом нашел в себе силы любить меня в ответ.       Кас почувствовал, как глаза наполняются слезами. Он понятия не имел, почему вдруг почувствовал себя таким подавленным. Но тут же улыбнулся Дину.       — Невероятно легко любить тебя, Дин. Ты делаешь меня таким счастливым.       На лице Дина отразилось изумление, словно он не был до конца уверен, реален ли этот мир.       — Спасибо. Ты тоже делаешь меня счастливым, — он отстранился и, казалось, внезапно разглядел Каса по-настоящему. — Ты весь в крови…       Кас посмотрел на себя и нахмурился:       — Это не моя. Я не ранен.       — И ты не чувствуешь, что хочешь убивать? — Дин нахмурился в замешательстве.       Кас покачал головой.       — Я чувствую себя совершенно нормально. На меня это никак не повлияло, когда я дрался.       — Не понял… — Дин подозрительно прищурился, тон был немного сдержанным, когда он спросил: — Значит, вся эта мутотень с яростью просто брехня? Ты использовал ее, чтобы заставить меня трахаться с тобой?       Каса это шокировало:       — Ты думаешь, я бы так с тобой поступил? После всего…       — Не перекладывай это на меня. Ответь на вопрос, Кас.       Кас почувствовал, как из глаз текут слезы, когда в шоке уставился на Дина:       — Не знаю, почему на меня вдруг перестало действовать насилие. Это определенно не было «брехней».       — Если хотел заняться со мной сексом, мог бы просто попросить, — выплюнул Дин, отстраняясь от него.       Кас не знал, что сказать. Он не был уверен, что происходит, и почему Дин вдруг так отреагировал. Он все еще был в шоке, чувствуя себя парализованным внезапным обвинением. Медленно покачал головой и встал со скамейки.       Сердце разрывалось от того, что Дину вообще потребовалось такое спрашивать. Это просто не имело никакого смысла. Он думал, что Дин знает его. Кас видел гневное выражение на лице Дина, боль и обиду в его глазах. Как будто он загнанное в угол животное, что злобно бросалось на все подряд.       И тогда Кас понял, что, вероятно, так и было. Он был наивен, думая, что утешительные объятия — это все, что нужно Дину, чтобы пережить смерть Грегори. Но даже если это и было причиной попытки Дина причинить ему боль, это все равно несправедливо. Он этого не заслужил.       Он посмотрел в землю, скрывая очередную слезу, скатившуюся по лицу:       — Мне жаль, что Грегори умер, но это не моя вина.       Дин встал и внезапно дернул его на себя, обнял, прижимая ближе.       — Я знаю. Знаю, Кас. Я просто… я… — он судорожно вздохнул и закончил тихим: — я та зол, просто охуеть как зол.       Кас глубоко и судорожно вдохнул:       — Чем я могу тебе помочь? Мне уйти?       Дин плакал, сжав пальцами его крылья.       — Пожалуйста, не бросай меня… только не снова.       Кас притянул его ближе.       — Не брошу, Дин. Просто скажи мне, что тебе нужно. Я сделаю все что угодно.       — Я… — Дин поднял голову, чтобы нежно поцеловать его в щеку. — Мне просто нужен ты.