После

Эдем-2... При одном упоминании в памяти всплывала страна, которая, по слухам, была несказанным раем с высокими деревьями, зелёной травой и чистыми бегущими ручьями, с почвой, настолько богатой и плодородной, что из любого семени вырастал обильный урожай. Кому-то могло там оказаться даже скучно. Несколько мгновений Ястреб думал, что «отставка» звучит заманчиво: спать допоздна, ловить рыбу, выращивать овощи, скучать в раю… он не мог винить Ви за то, что она покинула поле боя. Они оба прошли долгий путь, ещё со времён Металлических войн. Годы боёв, постоянный движ, поиск всего: от еды и воды до топлива и запчастей – не все такое выдерживали. Постоянная бдительность порождала усталость, от которой невозможно отдохнуть, кроме как угаснуть, как это происходило со старыми солдатами. Да, «скука» звучала всё более заманчиво с каждой минутой. Потом он встретил Ви. Прежние чувства к ней ещё не остыли, этого нельзя отрицать. Видеть её, как в старые добрые времена, напоминало ему о том, что когда-то войны не казались обречёнными на провал. До Металлических войн жизнь была простой. Ястреб встретил Джоанну, которая была лучшим, что когда-либо с ним случалось. Потом, после благословления Митча и Кэти, их жизнь стала счастливой. У него было всё. Потом начались Металлические войны. У него было за что бороться, была причина не сдаваться. Он был не один. Было так много солдат, сражающихся с машинами, но Дред отнимал у них жизни одного за другим. Родной город Далворт был разрушен, семья убита, связь потеряна, цивилизация пала. Хуже всего было незнание. Долгое время никто не знал, кто жив, а кто ещё сражается, и как бы сильно он ни страдал и ни злился, у него всё равно была цель. Джон потерял всех и всё, что у него было и в чём нуждался, а война продолжалась, и людей нужно было спасать. Это не давало Ястребу соскучиться, а за риском не было времени откровенничать. Потом он вновь встретил Ви. Прошло больше пятнадцати лет, а она была всё так же прекрасна, как и в последний раз, когда он её видел. От мысли о ней сердце забилось быстрее. Чувства определённо не остыли. Ви, живая, тёплая – теперь она далеко. Иногда с годами ни чувства, ни мысли не угасали. Прошло много лет с тех пор, как Ястреб испытывал к кому-либо подобные чувства, и нельзя сказать, что ему это не нравилось. Однако откровение, которое Ви увидела сразу же, но о котором Мэтт всё это время не догадывался, доказало, что он правда стареет и не видит того, что находится прямо у него перед глазами.

* * *

День назад – Пойдём с нами, Ястреб. Со мной. Мы старые солдаты. Пора на покой, – заклинала Ви. Мысль о том, что он может перестать бороться, просто зачехлить оружие, взять гамак и кресло-качалку… было так легко сказать "да", почти невозможно сказать "нет". Здесь был кусочек его прошлого, который всё ещё занимал большую часть его сердца. Отправиться с ней в Эдем-2 означало бы дать их чувствам второй шанс. Прежде чем Ястреб успел что-либо сказать, к ним ворвался Чероки. – Полковник, сканеры засекли корабль, направляющийся сюда. Корабль? Ви бросилась к сканеру, на её лице застыла мрачная решимость, Ястреб стоял на полшага позади. Если им предстоит ещё одна драка… – Корабль не похож на дредовский, больше на один из наших старых. Это была хорошая новость. Ястреб вздохнул с облегчением. – Это капитан. Должно быть, я старею. Совсем забыл доложить ему, – он поспешил из пещеры на открытую площадку, чтобы получить чёткий сигнал. – Включить энергию! Он чувствовал обычный электрический импульс каждый раз, как включал питание своего скафандра. Да, приятно показаться в спецкостюме, чтобы произвести впечатление на «Сторожевых Псов». Даже Чероки завидовал его спецкостюму. – Это Ястреб. Вызываю десантный корабль. – Ястреб, с тобой всё в порядке? – ответил взволнованный голос Джона. Да, это был Джон. Вечно беспокоится обо всех в команде. – Конечно. Я хочу тебя кое с кем познакомить. Летите на сигналы моего спецкостюма. – Мы уже в пути. Ястреб повернулся к Ви и Чероки, которые продолжали ухмыляться, как чеширские коты. – Так кто это был? – спросила его Ви. – Капитан Джонатан Пауэр. – Подожди-ка… – Чероки перестал улыбаться. – Сам капитан Пауэр? Ах, не только костюм способен производить впечатление, но и босс тоже. – Вы слышали о нём? – спросил Ястреб. Чероки ударил Ястреба по руке, возможно, проверяя прочность брони. – Спрашиваешь? Он насолил Дреду больше, чем мы за все эти годы. Как вам это удаётся, летая на старом корабле? Такие жестянки были в ходу только в те времена, когда о Металлических войнах ещё писали в газетах. – У нас лучший пилот в округе. И ещё, – тихо сказал Ястреб, – что бы ты ни делал, не говори ни одного плохого слова о корабле, особенно о его возрасте или о том, что нам нужен новый. Наш пилот тщательно ухаживает за кораблём и принимает всё на свой счёт, если кто-то иронично отзывается о нашей посудине.

* * *

– Ястреб! – крикнул Джон, когда Чероки проводил его и Дженнифер в пещеру. Он огляделся и увидел суровых солдат с оружием наготове. – Всё в порядке? – Ладно, ладно, – ответил Ястреб, подходя к Джону. – Хочу познакомить тебя с полковником Вивиан Такер, командиром роты «Сторожевые Псы». Мы с ней вместе сражались в Металлических войнах. Ви, это капитан Джонатан Пауэр и капрал Дженнифер Чейз. Ви пожала руки "гостям" с удивлённым выражением на лице. – Капитан, рада с тобой познакомиться. Вижу, тебе приходится искать общий язык с этим старым воякой, а? – Отчасти, – рассмеялся Джон. – Я так понимаю, он не сильно изменился? – Не очень, – Ви улыбнулась. – Стал чуть старше, чуть седее, чуть забывчивее… Ястреб откашлялся. – Давай не будем о моём возрасте, ладно? – попросил он Ви. Затем, обращаясь к Джону: – «Сторожевые Псы» скоро уходят. Они знают, как добраться до Эдема-2. Услышав это, Джон и Дженнифер переглянулись – Уходите, значит? – спросила Дженнифер. – Идём в Эдем-2, – кивнула Ви.

* * *

Ви шаг за шагом изложила гостям план. Всё было хорошо и тщательно продумано, спланировано до мелочей, но всё держалось на мысли, что Эдем-2 существует. Наконец Ви подвела итог. – Через неделю мы встретимся с проводником из Эдема вот здесь, – она указала на карту. – У тебя ничего не получится, – покачал головой Джон. – Дред обложил этот квадрант со всех сторон. Давайте отведем вас в Коридоры. Там ты будешь в безопасности. – Ви поможет нам пройти, – не согласился Хейко, один из «Сторожевых Псов». – А что, если Эдема-2 не существует? – спросила Дженнифер. – Если это всего лишь вымысел или ловушка? – Тогда мы найдём другое место, – ответила Ви. – Война была долгая и тяжёлая – она окончена, мы проиграли. Мы могли бы продолжать сражаться, но сейчас землёй управляют дредо-головые. Ястреб понимал её чувства, но не разделял их. Расписаться в поражении, пока в теле остаётся хоть один вздох… он так не мог. – Капитан, поговори с ней. Скажи ей, что это самоубийство. Джон посмотрел на Дженнифер. Оба потеряли дар речи. Что они могли сказать? – Поберегите дыхание, – посоветовала Ви. – Мы прошли через гораздо худшее, чтобы поворачивать в последний момент. Мы собираемся рискнуть, что бы ни случилось, – она наклонилась и поцеловала Мэтта в щеку. – Береги себя, Мэтт, – прошептала она, уходя.

* * *

Ястреб знал, что отговорить Ви не удастся. Он слишком хорошо её знал. Даже если он не сможет отговорить её, он, по крайней мере, поможет с любой информацией о том квадрате: укажет, где находятся войска Дреда на карте, как они двигаются. Как только Джон и Дженнифер ушли за Скаутом и Танком, Ястреб поспешил за Ви. – Так это и есть знаменитый капитан Пауэр? – заметила Ви, складывая карты и запихивая их в рюкзак. – Какой-то он беспечный, нежели я представляла его после борьбы с Дредом все эти годы. А капрал – не слишком ли она молода для лётчика? – Разве они не все молоды? – пожал плечами Ястреб. – И всё время молодеют, – согласилась Ви. – Рядом с Пилотом я чувствую себя больше матроной, чем командиром. Или, может быть, комендантшей общаги. Сколько ей лет? – Единственное правило, выдержавшее испытание временем, – никогда не спрашивать у дамы её возраста, – рассмеялся Ястреб. – По правде говоря, я не знаю, сколько ей лет. Думаю, она тоже не знает. – Они любят друг друга? Этот вопрос застал Ястреба врасплох. – Что ты имеешь в виду? – Разве ты не заметил, как эти двое смотрят друг на друга? Между ними что-то есть, – сказала ему Ви. Смотрят друг на друга? Как? – Что ты имеешь в виду? – Да ладно тебе, Ястреб, из тебя же ещё не совсем песок сыпется. Разве ты не видишь, что между ними что-то происходит? Что происходит? Ладно, может быть, он стал старше, и волос на голове стало меньше, но у него никогда не было проблем с тем, чтобы видеть то, что было прямо перед ним. Ви рассмеялась. – Прежде чем кто-нибудь из этих двоих отвечает, они переглядываются, словно обсуждают между собой, что ответить. Они будто общаются без слов. Ты что, не заметил? – Нет, – честно ответил Ястреб, но если между Джоном и Дженнифер что-то есть… неужели Ястреб не сможет найти этому других подтверждений? Он задумался… – Думаю, это кое-что объясняет. В последнее время Джон всё чаще берёт Пилота с собой на задания и всё больше подтрунивает над ней из-за корабля, но я думал, это потому, что в последнее время она стала лучше понимать шутки… – Значит, между ними реально что-то есть? – спросила Ви. – Да, возможно, – ответил Ястреб, – но не думаю, что они об этом догадываются. При этой мысли бровь Ви приподнялась. – Неужели? Только не говори мне, что Джон прикрывается неписаным правилом, что между командиром и подчинённой не должно быть никаких чувств. Сейчас об этом уже давно забыли. Правда? Джона действительно нельзя назвать жёстким командиром, но были границы, которые он не переходил. – Может быть, и так, но с ними не всё так просто. Дженнифер учится справляться с чувствами, а Джон давным-давно похоронил свои. Это долгая история, и им придется с ней разобраться. – Его «долгая история»? Ястреб на мгновение задумался. – По правде говоря, это больше история Дженнифер. – Ну, я люблю длинные истории, – сказала ему Ви, – как я припоминаю, у тебя была способность красиво рассказывать. Поэтому выкладывай. Она улыбнулась, поставила рюкзак на землю и села. Ястреб рассмеялся. – Короче говоря, Дред убил отца Джона, когда тому было пятнадцать. Джон полон решимости остановить Дреда любым способом. Он изучал и совершенствовал силовые скафандры, устанавливал связи с другими городами, набирал группы для Сопротивления – таких, как вы, – долго и упорно искал нужных людей в свою команду – это стало его жизнью. Времени на личную жизнь не было. Время от времени он встречался с девушками, но ничего серьёзного или долгосрочного. – Похоже, он одиночка, – заметила Ви. – В некотором смысле так оно и было. И вот однажды мы встретили Дженнифер. Тут ещё одна длинная история… – А короткая версия? – подсказала Ви. Ястреб вздохнул. Это не было секретом, но они старались не говорить о прошлом Дженнифер. – Дженнифер была вожаком в "Молодёжи Дреда". Она поняла, что всё, чему её учили, было ложью, и, рискуя жизнью, сбежала и чуть не погибла при побеге. Когда мы её нашли, она была уже на последнем издыхании. – Подожди минутку, – Ви подняла руку. – Вот уж не думала, что кто-то из «Молодёжи Дреда» преодолеет промывку мозгов. – Вот и мы не думали, так что можешь себе представить, что мы почувствовали, когда встретили её. Вот испуганная девушка, преследуемая кликерами, и спасает её тот, кто, как её учили, был её заклятым врагом. Она была измучена и теряла сознание от ран, и никто из нас понятия не имел, что с ней делать. Ви на мгновение задумалась. – Но сейчас она полноправный член вашей команды. Как это случилось? – Не сразу, – ответил Ястреб. – Она ничего не знала о том, что такое быть человеком. Она не знала ни музыки, ни поэзии, ни танцев. Прошло некоторое время, прежде чем мы увидели её улыбку. Пока мы помогали ей понять, каково это быть человеком, она рассказывала нам, каково это воспитываться в «Молодёжи Дреда»: ни родителей, ни любви, ни личной жизни, ни музыки, ни искусства. Одни только обязанности, рутина и эти проклятые литании, которые Дред заставлял их читать. Она посвятила много времени изучению всего того, чего Дред лишил её за эти годы, и нам пришлось заполнять пробелы. Она прошла долгий путь, и это был трудный опыт обучения для всех нас. – Должно быть, это было трудно для всех вас, особенно учитывая, что вы были в Сопротивлении, а она – из «Молодёжи Дреда». – Так оно и было, – кивнул Ястреб. – За то время, что мы её знаем, она многое пережила. Она сильнее всех, кого я когда-либо встречал. Бесстрашная – такая смогла бы привлечь внимание Джона и удержать его, но её жизнь была настолько ограничена, что она до сих пор пытается найти себя. Ви захихикала. – Что? – спросил Ястреб. – Полагаю, теперь вам с товарищами по команде будет о чём поговорить, кроме результатов в бейсбол, – пошутила она.

* * *

На следующий день Шагая по коридорам базы, Ястреб размышлял о потерянной любви, разговорах, новых откровениях… Чем больше он вспоминал, тем больше понимал, что многое проглядел. Он должен был догадаться, что между Джоном и Дженнифер что-то происходит. По какой-то причине он этого не заметил. А может, и не захотел замечать. Они жили в условиях вечной войны. Любое задание может стать последним, или кто-то них может не вернуться. Все жили с тем, что однажды за обеденным столом может кого-то не оказаться. Строить с кем-то отношения и в лучшие времена было рискованным занятием. Для этих двоих на этот раз риск был ещё больше. Он услышал что-то впереди. Он тихо шёл, пока не увидел монитор компьютера Ментора. Джон и Дженнифер сидели и играли в шахматы. Ночные игры становились для них чем-то привычным. – Шах, – сказала Дженнифер. – И тебя ждёт мат в три хода. Ястреб снова увидел "этот" взгляд между ними – и всё понял. Джон и Дженнифер и не подозревали, что окружающим всё видно. Он также знал, когда третий лишний, и не собирался их прерывать. – Уверена? – спросил Джон. – Определённо. Теперь тебе крышка, даже если ты не веришь, – осмелела она. Удивлённый, Ястреб развернулся и пошёл обратно по коридору, но в последний момент обернулся. Да, снова был тот взгляд, которого никто из них не замечал. Может быть, сердцу известно то, что не известно разуму? Ястребу повезло. В своей жизни он любил двух необыкновенных женщин. Одну он потерял на войне. Другую он отпустил, потому что сражался. Это ещё не конец, только не для него. Перед ним поставили выбор, и он выбрал остаться и сражаться. Хотелось бы надеяться, что тем двум, играющим в шахматы в комнате управления, не придётся делать такой выбор. Затем, обращаясь к самому себе, он сказал: "Да, они ещё молоды, Ви, но у них есть время разобраться в своих чувствах друг к другу".