These Violent Delights: не вошедшее

Главное преимущество проживания на четвёртом этаже в доме с высокими потолками — это, конечно, вид. Недостаток же кроется в том, что, когда с лифтом случается какой-нибудь ебейший пиздец, приходится бегать туда-сюда по четырём лестничным пролётам, что и происходит сегодня. И так продолжается со вчерашнего дня, поскольку Джим слишком заносчив и слишком параноидален для того, чтобы просто пустить механика в квартиру, а значит, он пытается разобраться сам. Пока без особого успеха. Покуда ты минуешь второй этаж, в ноздри ударяет некий душок. В этом нет ничего необычного, второй и третий этажи служат лабораториями Джима, и странные химические запахи — привычное дело. Тем не менее, конкретно в этом имеется что-то органическое. Ты разворачиваешься и заходишь в главную комнату. И принимаешься удивлённо таращиться. — Здоро́во, Себ, — негромко говорит Джим, наклоняясь к окну. — Что, чёрт возьми, это за нахер? Он коротко ухмыляется. — Что ж, давайте-ка разберёмся: оно маленькое и белое, с рожками и говорит бее. Что это может быть? Ты пялишься на козу. Она послушно блеет, прямо как по сигналу. — Это козлёнок, — напрямик сообщаешь ты. — Огоо, очень хорошее умозаключение. — Зачем нам козлёнок? — Почему бы и нет? — усмехается Джим. — Почему- у тебя внезапно развился фетиш на детёнышей животных или что-то в таком духе? Он приподнимает бровь. — Может, я и развратник, Себ, но и у меня имеются определённые стандарты. Это часть заказа. — Клиент хочет, чтобы ты что-то сделал козлу? — спрашиваешь ты недоверчиво. Он закатывает глаза. — Иногда я задаюсь вопросом, как тебе удалось выжить со столь скудным количеством мозгов, Себастиан. Ты оглядываешься на козу, всё ещё пытаясь вникнуть в ситуацию. Почему коза? Да, она своего рода милашка, но вряд ли это будет основной причиной. Так почему же… И тут приходит осознание. — Они всеядны, эти козы, правда же? — медленно уточняешь ты. — В точку, — подтверждает он с одобрительным оскалом. — Она здесь именно по этой причине. Мне стало любопытно, могу ли я использовать её в качестве уничтожителя улик. Ты бросаешь на Джима короткий взгляд. — Так что, ты кормишь её, чем, инъекционными иглами? Пузырьками с ядом? Он пожимает плечами. — Для начала верёвкой. Кажется, работает. Беех, блеет коза. Ты качаешь головой. — Хорошо, а что потом? Щенки? Утята? — Ну, сегодня вечером мы будем есть телятину, — сообщает Джим с одной из своих лучших демонических усмешек, и ты фыркаешь от смеха. — Ты невероятен, ты же знаешь? Мягкий, уже знакомый стук заставляет оглядеться, но ты ещё продолжаешь посмеиваться. Котёнок Джима — тот начинает называть его «она», но для тебя он всё ещё безликий «он» — каким-то образом умудрился сбежать из основной квартиры и спуститься вниз. Она — он — медленно приближается к белому рогатому незваному гостю. Садится прямо перед козой и бросает на неё тот странно-высокомерный испытующий взгляд, в котором он так хорош. Козы едят всё, так что, возможно… Но коза ничего не делает, а только безмятежно смотрит на маленький комочек шерсти, сидящий между её копытами. Котёнок, похоже, тоже одобряет козу: он упирается своей крошечной мордочкой в ​​козью ногу и трется о неё — значит, по всей видимости, помечает как свою собственность, как объяснил тебе Джим. Коза издаёт ещё одно довольное бее. — Так почему же это должен был быть именно козлёнок? — спрашиваешь ты. — Почему не взрослая особь? Котёнок, которому явно наскучил новый гость, замечает тебя и запрыгивает на стол. Ты закатываешь глаза, но подаёшь руку, чтобы её обнюхали. — Легче транспортировать. Приятнее смотреть. Более послушный, взрослые козы бывают позорно упрямыми. Ты проводишь костяшками пальцев вдоль кошачьей спинки. — Но при этом менее эффективное пищеварение? Джим пожимает плечами. — Возможно. Это всего лишь поверхностное исследование, посмотрим что выйдет. Котёнок запрыгивает тебе на колени, его маленькие лапки массируют твои бёдра. Ты чешешь его шею и подбородок, и он начинает издавать такие звуки, как будто в его желудке поселился целый легион пчёл. Джим весело скалится. — Начинаете сближаться? — Отъебись. Он отталкивается от стены и неторопливо подходит к вам. — Знаешь, мы действительно должны дать ей имя. — Кошка сойдёт. Или приставала. Или паразит. Котёнок протестующе мяукает, когда ты прекращаешь его гладить. Джим цокает языком, и ты снова принимаешься чесать животному шею. — Или Джим Два, — добавляешь ты с лукавой улыбкой. — Потому что я начинаю замечать поразительное сходство. — Да неужели? — Хмм. Особенно когти. И- — но ты вынужден прерваться, поскольку прозевал приближение козлёнка и теперь вынужден терпеть бодания в колено, покуда животное одаривает тебя каким-то своеобразным козлиным эквивалентом щенячьих глаз. Джим чуть не давится смехом.