Ради кофе можно пойти на всё

      — Э-эм…       Рикс проводил взглядом Лабеля, который, игнорируя разинувшего рот бариста, с грохотом отодвинул стул за столом посередине зала и сел. Точнее сказать, развалился, как будто не в кофейню зашёл, а в… клуб. Подняв челюсть, Рикс прищурился и присмотрелся к незваному гостю получше. Развязанный галстук, чёрной змеёй обнимающий шею, скомканный пиджак, брошенный на соседний стул, растрёпанные волосы, такие прилизанные обычно, вроде всё, как Рикс уже видел в другой локации, только глаза выдавали отличие — уставшие и покрасневшие. Лабель поймал его изучающий взгляд и, моргнув, вновь скрылся за своей маской.       — Ал… алкоголь есть?       — Что?       — Ви-иски, во-одка… — он покрутил кистью в воздухе.       — Это кофейня, — выгнув бровь, ответил Рикс. — Тем более, тебе явно хватит.       — О, — в его сторону сверкнули серые льдинки, — тебе! Прогресс!       — Тц, — Рикс поджал губы и глубоко вдохнул, давая себе время подумать. И что ему делать с Лабелем? Через пятнадцать минут им закрываться, ещё кассу считать, а новенький старший смены непонятно сколько будет возиться с бумажками. — Теб… вам пора.       — Пф-ф. Не начинай, — демонстративно наморщив нос, Лабель сложил руки на груди.       — Мы закрываемся.       — И?       От раздражения у Рикса дёрнулся глаз, а пальцы сжались на метле до жалобного скрипа пластика. Он отчаянно пытался придумать, как выпроводить гостя с наименьшими потерями для себя.       — Боги, — Лабель вдруг стиснул ладонями виски и зажмурился, — налей хоть водички.       — Но… я же… р-р-р, — закатив глаза, Рикс не смог проигнорировать и исполнил просьбу, максимально пренебрежительно поставив кружку с водой из фильтра на стол.       Вместо благодарности Лабель принялся жадно пить, словно целый день вынужденно заливался одним алкоголем и наконец добрался до живительной влаги. Рикс вернул метлу в кладовку и решил сделать вид, что никакого Лабеля в кофейне нет, тогда, вероятно, он уйдёт сам. Разговаривать с ним желания всё равно не было, тем более в таком состоянии.       — Это кто? — старший смены бесцеремонно ткнул ручкой в экран монитора камеры видеонаблюдения, когда Рикс вошёл в комнату для персонала с кассовым ящиком и длинной чековой лентой с данными о закрытии смены.       — Гость, — огрызнулся Рикс, бухая ящик на стол и садясь рядом. Считать деньги было приятно, только когда они шли ему в карман, а не в сейф под столом.       — Вижу, что гость. Почему не выпроводил? Ты сказал, что мы закрываемся?       — Да, — Рикс ловко пересчитывал бумажки и тут же записывал нужные цифры на листочек. — Как видишь, ему всё равно.       — Что-то я не заметил, чтобы ты настаивал, — не получив ответа на свою колкость, старший смены вновь недовольно посмотрел на экран. — Выглядит ужасно, что за алкаш.       — Эй! — собственное внезапное желание защитить Лабеля удивило Рикса, и он, прокашлявшись, поумерил пыл. — Это хозяин кофейни вообще-то.       «Блять, я уже и забыл об этом», — подумалось с досадой.       — Э-э… а как мы тогда…       — Слушай, ты можешь просто делать свою работу? — не выдержав, Рикс несильно тряхнул кассовый ящик, в котором зазвенели редкие монетки. — Молча. Я не могу сосредоточиться на подсчёте. Как закончу, сделай всю свою херню побыстрее.       — А…       — Я разберусь.       Больше они не разговаривали, Риксу пришлось пересчитать кассу ещё раз, так как мысли то и дело скакали в сторону Лабеля и как именно придётся с ним разбираться. Он же хозяин кофейни, может сидеть в ней хоть до утра, только по их внутренним правилам допускать такое было нельзя. Действуют ли только ещё те правила?       — Быстрее всё сделаешь, быстрее уйдём, — бросил напоследок Рикс, закончив считать, и вышел обратно в зал. Лабель, всё это время рассеянно разглядывающий обстановку, даже не обратил на него внимания. — Ну и?       — М? — расфокусированный уставший взгляд в этот раз менялся мучительно долго и Рикс растерял весь свой запал для ссоры. Перед ним был не флегматичный гость кофейни и не самодовольный клиент клуба, а кто-то другой, бледная тень того Лабеля, которого довелось увидеть во время похорон Кассия.       По опыту редких закрытий Рикс прикинул, что у них было минут двадцать, пока менеджер будет возиться с сейфом и другими отчётными документами, а всё своё он уже сделал. Сняв фартук и повесив его на спинку стула между ними, Рикс сел напротив.       — Что ты тут делаешь? — он выразительно прошёлся взглядом по вальяжно сидящей фигуре. — И почему пьяный?       — У-у, — усмешка Лабеля вышла кривой. Вода заметно привела его в чувство. — Моя кофейня. Захотел и пришёл, — проведя рукой по столу, с важным видом посмотрел на чистую ладонь и нахмурился. — М-да, не придраться.       — Конечно, — Рикс не сдержался от ответной ухмылки. — А если серьёзно?       — А я серьёзно.       Несколько секунд они молча смотрели друг на друга через стол, один испытующе, второй — с вызовом. Не выдержав, Рикс откинулся на спинку стула и забарабанил пальцами по поверхности.       — Старший закончит, и мы пойдём домой. Тебя тут запереть? Поблевать можешь в раковину, но туалета у нас нет, только в бизнес-центре. Дотерпишь до утра?       — Сколько слов, — Лабель поморщился, затем с хитрым взглядом положил локти на стол, пьяно качнув головой, — и ничего по делу.       — Не понял, — пришла очередь Рикса хмуриться.       — Это мне впору спрашивать, — язык у Лабеля немного заплетался, из-за чего звучал он совсем не так сурово, как, видимо, хотел, — что ты тут делаешь. Ты не работаешь вечером.       — Подменяю друга.       — Поня-ятно…       — Да ты ведь знал, что я тут буду, — Рикс насмешливо взглянул на Лабеля, который не слишком успешно изображал равнодушие. — Хотч небось сказал.       — А вы что, знакомы?       «Блять».       — Так же, как я знаком с тобой, — многозначительно замолчав, Рикс заставил себя проглотить слова о куда более тесном знакомстве с ними обоими на самом деле. Ему хотелось добавить расплывчатое «как с гостем», но он вовремя вспомнил, что его уже предупреждали о нелюбви к вранью.       Лабель подозрительно прищурился и Рикс напрягся, опасаясь, что чем-то выдал себя или, может, его давно сдал Хотч.       — Я поссорился с сестрой, — он вдруг сменил тему, отводя взгляд. — Она… то, что она сообщила… немного сорвало мне крышу, я перебрал, — Лабель нервно рассмеялся и вновь посмотрел на Рикса так, словно тот единственный мог понять его без лишних слов, добавил тише: — Не хочу находиться с ней в одном помещении. И не хочу ехать домой.       Сглотнув, Рикс одними пересохшими губами произнёс с ним одновременно:       — Там пусто?       — Там пусто.       Благодарная улыбка у Лабеля вышла искренней в отличие от усмешки ранее. С каждой минутой без новой дозы алкоголя его всё быстрее настигала столь неуютная трезвость и складка между бровями становилась глубже. Рикс сжал кулаки под столом, борясь с самим собой. Пришедшая в голову идея была такой безумной, что у него язык не поворачивался сделать предложение вслух. Лабель же, устав от откровений, уронил тяжёлую голову на сложенные ладони на столе.       — Ты… — начал было Рикс и запнулся, но всё же заставил себя продолжить, — не сможешь тут остаться. Или прятаться.       — И почему? — менять позу Лабель не стал, отчего голос его был приглушённым.       — Всё равно тебя будут искать. Не хотелось бы прийти завтра утром, а тут выбиты стёкла или снесена дверь, — Рикс хмыкнул, представив, как его смена начинается с подметания стеклянной крошки. Уперевшись в ножку стола, он нервно раскачивался в ожидании реакции.              Через минуту молчания Лабель вдруг поднял голову, поморщился из-за резкого движения и, потирая виски, ответил:       — Тогда поехали к тебе.       — Ч-что?! — Рикс чуть со стула не свалился. Ему на мгновение показалось, что он просто ослышался или сошёл с ума окончательно, но Лабель посмотрел на него с предельной серьёзностью. — Ты шутишь.       — Почему нет? Я вызову такси, — игнорируя чужое недоумение, Лабель попытался найти свой телефон в карманах брюк.       — Нет, стоп, что? — у Рикса от адреналина к щекам прилип жар. — Какое ещё такси, тебя будут всё равно искать! Наверняка у вас там есть какая-то своя система умного слежения за богатенькими, мне проблем не надо!       В брюках телефона не оказалось, Лабель с отстранённым видом взялся рыться в пиджаке, валяющемся на стуле рядом.       — Слушай, в чём проблема? — вместо телефона он выудил несколько сотен и продемонстрировал их, зажав между указательным и средним пальцами. — Я могу заплатить, — Лабель усмехнулся, — за постель и завтрак.       Заплатить? От вида денег у Рикса рот слюной наполнился, а от наглости предложения — яростно закипела кровь. Кофейня, випка, клуб, сестра, а теперь и ворваться в его дом? Завтрак? Сука, ну нельзя же купить всё на этом свете!              — Ты ебанулся?! — прошипел, глядя Лабелю прямо в глаза, встал с места и упёрся ладонями в стол, склоняясь ниже. Несмотря на сочившуюся от него угрозу, Лабель не отстранился, только задрал подбородок выше, чтобы не разрывать их зрительный контакт. — Читай по губам. Пошёл. Ты. Нахер. И деньги свои засунь себе в жопу.       Просить посмотреть на свои губы было явно не лучшим решением, потому что стеклянный пьяный взгляд приобрёл сначала осмысленность, а потом и оттенки интереса. Рикс, пыхтя от злости, тут же стушевался и сел обратно, в защитном жесте складывая руки на груди. С насмешливой улыбкой покачав головой, Лабель спокойно убрал деньги, но не туда, куда было предложено, а обратно в пиджак, попутно достал телефон.       — Окей-окей, не хотел обижать. Тебя беспокоит только, что за мной придут? Наберу Грауту, — его пальцы так быстро застучали по экрану, что Рикс не успел сходу сообразить, ещё не отойдя от того взгляда, которым его одарили мгновение назад.       — А…       — Алло, да, это я.       — Эй!       Лабель приложил палец к губам, выразительно давая понять, чтобы Рикс не мешал ему говорить.       — Просто хотел сообщить, что сегодня не приеду домой и буду не в офисе. И не в клубе. И не в отеле. И не за городом. Ха-ха, нет, в Италию не улечу. Да, в безопасности, меня даже киллеры не найдут.       — Киллеры?! — почему-то шёпотом повторил Рикс, у которого глаза становились всё шире с каждым следующим словом.       — Это шутка, — Лабель будто ответил им обоим, ловя взгляд Рикса и натягивая уголок губ. — Просто оставьте меня в покое до утра. Да, знаю, что не по протоколу. Я буду не один. М-м, да, знаешь. Это Рикс, из кофейни.       Уже не зная, смеяться или плакать от абсурда ситуации, Рикс хмыкнул. Вот сейчас Граут точно скажет, что наследнику империи не место у всяких там бариста дома ошиваться и за ним тут же примчится внушительная тачка, куда его и затолкают без права голоса. Картинка была такой реальной, что Рикс даже расслабился и опустил напряжённые плечи, которые тут же превратились в камень, когда Лабель, сосредоточенно выслушав собеседника, весело продолжил:       — Да ты что, какой молодец, — он с притворным удивлением взглянул на Рикса, грозно сверкающего глазами в ответ, улыбнулся. — Прекрасно, рад за вас. До связи.       — И что это было? — тут же спросил Рикс, когда Лабель сбросил звонок и взял в руки свой пиджак.       — Никто не будет меня искать до утра. Граут сказал, что тебе доверяет.       — Чего? — Рикс так резво встал, что Лабель в очередной раз поморщился, как будто так резко двинулся сам. — С чего бы?!       — Ты ему личную жизнь наладил. Решил не оставаться в долгу, — тоже поднявшись, он хмуро посмотрел в сторону комнаты для персонала. — Долго там ещё?       — Какую личную жизнь, что, блять, я ничего не понимаю, — затараторил Рикс под участившееся сердцебиение. У него на руках не оставалось уже никаких карт избежать гостя в своём доме и, что ему особенно не нравилось, глубоко в душе и не хотелось их иметь. — Это абсурд. Езжай в отель! У тебя полно мест, где ты можешь, я не знаю, переждать все свои проблемы. И вообще…              — Рикс, — внезапно произнесённое собственное имя чужими устами заставило Рикса захлопнуться и остановить поток слов. Перекинув пиджак через плечо, Лабель обошёл стол и оказался совсем близко, так, что можно было ощутить исходящий от него приторный аромат вперемешку с алкоголем. — У меня был тяжёлый день. Да что там, вся неделя. Мне очень нужна эта возможность побыть вдали от своей реальности. Не в одиночестве. Поэтому я буду весьма благодарен тебе за оказанную помощь и постараюсь тебя не беспокоить. Обещаю.       Рикс ни на одну секунду не поверил данному обещанию, видя знакомый лукавый блеск серых глаз, от взгляда которых у него становилось одинаково тесно что в грудной клетке, что в штанах. Так просто не бывает, наверное, он отрубился от усталости после целого рабочего дня где-то за баром мордой в луже молока и видит теперь бредовые сны. С другой стороны, он ведь не отказал Хотчу, когда тому было некуда уйти, почему так противится сейчас? Да и разве Лабель не намекнул на своё раскаяние сердечком на стаканчике оплаченного кофе? Причины любезно согласиться рождались одна за одной, в отличие от перекати-поле на стороне причин отказать помимо принципиального упрямства.       Возведя глаза к потолку, Рикс глубоко вздохнул и с трудом произнёс:       — Хор… Боги… Не верю, что это говорю, но хорошо.       — Отлично, — Лабель испытал явное облегчение от долгожданного согласия, тут же вновь доставая телефон, — я уеду утром, и никто ничего не узнает. Ну, так там ещё долго? Я пока вызову такси. Какой адрес?       Из кофейни они вышли уже через несколько минут. Старший смены побоялся лишнее слово обронить при владельце и, как только поставил сигнализацию на закрытую дверь, быстро попрощался и сбежал в сторону метро, оставляя их вдвоём.       — А что, пройтись ночью не хочешь? — подтрунил Рикс, кивая на тёмную улицу, которая словно уходила прямо в бесконечность, в чёрную дыру.       — Судя по точке на карте, идти будем до утра, — констатировал Лабель. — И ты оттуда добираешься сюда каждый день?       — Ну да, — Рикс пожал плечами, пока подкуривал сигарету: время ожидания такси показывало пять минут и он собирался потратить их с пользой для своего ментального здоровья. — Час бодрым пешком, всего-то.       Лабель присвистнул и принялся гипнотизировать экран мобильника, следя за иконкой застрявшего на пустой дороге таксиста. Зажав фильтр в зубах, Рикс отписался Тори, чтобы она оставила Дарею у себя. Анализировать своё желание оказаться с Лабелем наедине он не стал, убедительно в мыслях объяснив себе, что сестре незачем видеть дома непонятного парня, даже если этот парень — её любимая «куколка». Правда, с Хотчем подобное правило не сработало, но он снова смог найти для себя отмазу, что как раз должен учиться на своих ошибках. Вспомнив о Хотче, Рикс успел написать и ему короткое:       «козлина»       Ответные смски от друга не заставили себя ждать:       «что?!»       «понял!»       «не благодари:)»       «хорошо провести время!»       «я сегодня у львёнка чтоб вам не мешать;)»       «прикинь если у нас синхронизируются сексы?»       «секс-бро»       На последнем сообщении с изобилием смайликов баклажанов и брызгов Рикс убрал телефон в карман, одновременно сделав слишком сильную затяжку, что аж в лёгких засвербило. Прохладный ветер заколол раскрасневшееся лицо.       — Идёшь? — Лабель уже стоял у раскрытой двери машины. В своих чёрных брюках, чёрной рубашке с лишней расстёгнутой верхней пуговицей, перекинутым через шею развязанным галстуком и на фоне ночного города он выглядел словно падший ангел, приглашающий в адскую обитель.       Выбросив окурок в мусорку, Рикс кивнул и вслед за ним сел в дорогое такси бизнес-класса. На таких он в жизни не ездил, поэтому всю их недолгую поездку провёл как на иголках, то и дело поглядывая на Лабеля, который меланхолично смотрел в окно на городские огни. Свежий воздух заставил его ещё немного протрезветь и оставил на щеках следы бледного румянца.       По лестнице поднимались молча, Рикс не сразу смог попасть ключом в замочную скважину из-за нервов, а тихо открывшаяся дверь его почти оглушила. Включив свет в комнате, он быстро прошёлся взглядом по помещению, оценивая, насколько плохо выглядит его халупа. Было терпимо, по-холостяцки в чём-то похожем на помойку Рикс никогда не жил, чистота ему была не чужда, а держать вещи в порядке, чтобы порядок был в голове, его приучил ещё отец. Тем более с маленьким ребёнком под боком в свинарник не скатишься, зачем подавать плохой пример. Рикс заставил себя не думать о том, каким предстал их с сестрой дом для человека, живущего в хоромах с прислугой. Хоть слово скажет — будет спать на улице.       Зевая и прикрывая рот ладонью, за ним зашёл Лабель. Если гостя и удивила или впечатлила чужая квартира, то виду он не подал. Воспитание, мать его. Хотя оно, впрочем, не мешало ему ходить по комнате слишком уж по-хозяйски.       — Ты спишь на диване? — Лабель погладил спинку с видавшей виды облезлой обивкой. Наблюдавший за ним Рикс поймал себя на воспоминании, как представлял, что приведёт его домой на этот самый диван. — Рикс?       — Э-э, — сморгнув наваждение, он повесил наконец куртку, зажатую в пальцах, на крючок, — нет. У нас есть ещё одна комната. И даже с кроватями.       — Даже, — эхом повторил Лабель, заглядывая в спальню.       — Нечего везде лезть, — Рикс захлопнул дверь перед его любопытным носом, вынуждая отойти, и смерил строгим взглядом, как нашкодившего котёнка. Поведение Лабеля в гостях и правда напоминало притащенного домой бездомного кота, который должен сначала всё изучить. — Я дам тебе подушку с покрывалом, ляжешь на диване.       — У тебя есть лишняя подушка? — удивлённо уточнил Лабель, словно в наличие дополнительных постельных принадлежностей было так тяжело поверить.       — Да, представь себе, — огрызнулся Рикс, не собираясь объяснять, что лишняя подушка принадлежала Хотчу, и уже через секунду бросил спальные вещи на диван.       — Спасибо, — вытянув руки перед собой, Лабель с интересом осмотрел ортопедическую подушку с шёлковой наволочкой.       Оставив его устраивать постель, Рикс отошёл в обеденную зону комнаты к холодильнику, изображая интерес к его содержимому, пока на самом деле пытался остудить голову и предательски пылающее лицо холодным воздухом. Все фантазии перед сном изо дня в день превратились вдруг в живого человека посреди его квартиры, как будто так и надо, как будто в этом не было ничего необычного, хотя от одного вида точёной фигурки на Рикса разом обрушивались все замучившие его за последние недели желания от драки до поцелуев, отчего в висках стучало. Он взглянул на три бутылки пива, которые они с Хотчем не допили в прошлый раз.       — Да у тебя тут мышь повесилась, — хмыкнул из-за спины Лабель, заставив Рикса от неожиданности отпрянуть в сторону.       — Чёрт тебя дери, зачем так подкрадываться?! — Рикс потёр грудь, где колотилось сердце, пока шею сзади пекло отпечатком чужого выдоха. Ему показалось или Лабель его… понюхал? Ну точно котяра.       — О, можно взять? Мне сейчас меньше всего хочется быть трезвым.       — Бери, что хочешь.       — Не то чтобы тут есть выбор… — рассеянно пробормотал Лабель, выбирая между одинаковыми бутылками дешёвого пойла.       За его спиной Рикс незаметно наклонил нос к подмышке, но не почувствовал никаких резких запахов, чтобы было зачем его так странно обнюхивать. Хотя после пятнадцати часов работы в кофейне ему определённо требовался душ, стойкий естественный парфюм из сигарет и кофе отмывать придётся мочалкой.       — Пойду в душ, — тут же озвучил своё намерение и, не дожидаясь реакции, направился в ванную.       — А открывашка? — бросил вслед Лабель.       — В верхнем ящике с приборами, — отбил Рикс, хлопая дверью.       Долгожданное одиночество после мучительно долгого и насыщенного дня было настоящей роскошью. Тёплые струи воды смыли вместе с потом и напряжение, подарили приятную расслабленность и даже безмятежность. На одно мгновение Рикс почти забыл, что ему придётся провести ночь в одной, своей, квартире с Лабелем, которого он уже ненавидел просто за факт существования и нарушения такой привычной любимой рутины. Переодевшись в домашние треники и футболку (самую приличную из пижамного рванья), он вышел из ванной, попутно вытирая полотенцем мокрые волосы.       Вопреки ожиданиям увидеть отрубившуюся тушу на диване, Рикс обнаружил Лабеля за обеденным столом, изучающим беспроглядную темноту по ту сторону окна, пока длинные пальцы на автомате крутили туда-сюда бутылку, опустевшую наполовину. Рикс не сразу понял, что уже несколько минут почти не дыша стоял в дверях и наблюдал за равномерно вздымающейся грудью, блеском непослушных чёрных прядей и будто высеченным из мрамора профилем. Просто уйти в спальню и закрыться, казалось бы, что сложного? А утром, добравшись до работы, сделать вид, что ничего и не было.       С трудом отведя взгляд, он посмотрел на настенные часы — до полуночи оставалось полчаса. Время шло странно, будто потеряло свою форму и никак не могло определиться, сколько же секунд должно быть в одной минуте, из-за чего мгновения казались вечностью.       — Кхм, — привлекать к себе внимание и нарушать чью-то меланхолию ощущалось преступлением, Рикс мысленно напомнил себе, что находится в своей квартире и на своей территории и не надо тут ходить на цыпочках.       Лабель даже не вздрогнул, прежде чем обернуться, и Рикс только теперь подумал, что его, молчаливого наблюдателя, скорее всего, было видно в отражении окна. Благодаря усталости он не стал накручивать себя на этот счёт. Мало ли, может, ему тоже хотелось насладиться умиротворяющим моментом?       — Можешь, пожалуйста, дать мне что-то для сна? — вдруг спросил Лабель и похлопал ресницами, будто невзначай осматривая Рикса сверху вниз и обратно. — Тоже хотелось бы принять душ.       — Я могу не беспокоиться, что ты в этом своём состоянии случайно башку себе разобьёшь? — уточнил Рикс, закинув полотенце на плечо, и зашёл в спальню за ещё одним комплектом чистой одежды. Из комнаты послышалось шутливое:       — В таком случае это будет неслучайно, — Лабель благодарно принял протянутые шорты, футболку и полотенце, поднялся с места, ловя недоверчивый взгляд, — но мне определённо приятно, что тебя волнует моё состояние.       — Ну конечно, — ответил Рикс, вскидывая бровь, — зачем мне дома труп.       Закатив глаза, Лабель прошёл мимо него в ванную. Рикс же, теперь действительно забеспокоившийся, а не стоит ли стоять под дверью, поколебался и открыл вторую бутылку пива, усевшись на противоположный от подушки край дивана. Просто хотелось убедиться, что снег, свалившийся ему на голову, растает как положено под покрывалом с пружиной, бьющей в бок, и без всяких выкрутасов. Шутка ли, но измотанный организм умудрилось развести с пары полных глотков, так что своего гостя Рикс встречал уже в приподнятом настроении, несмотря на слипающиеся глаза. Усмехнувшись его блуждающей улыбке, Лабель положил свой аккуратно сложенный чёрный костюм на обеденный стул и подхватил со стола початую бутылку.       Они сидели на разных концах дивана и потягивали пиво под тихий звук попсовых музыкальных клипов по телевизору, пока стрелки часов проходили полночь. Спросить хотелось о многом, но сил на разговоры не было, и, впав в апатию, Рикс уже не испытывал ярких эмоций от каждого взаимодействия с Лабелем. Даже позволял себе косые взгляды, скользящие по прижатым к груди ногам от изящных стоп с тонкими щиколотками вверх к острым коленкам и снова вниз по белой коже бедра с тёмными редкими волосками под задравшуюся ткань шорт. Пусть и в домашней одежде с чужого плеча Лабель всё равно выглядел идеально, небрежно ровно настолько, насколько надо, такой же холёный и красивый до скрежета зубов, одновременно беззащитный и одинокий.       — Если ты продолжишь так пялиться, — прервал его мысленные размышления Лабель, лениво поворачивая голову и встречаясь взглядами с Риксом, — я подумаю что-нибудь не то.       — Пф. Например, что мы не одного круга? — вопрос прозвучал совсем не ядовито, даже если Риксу хотелось вложить в него ещё теплившуюся злость.       — Я смотрю, тебя это задело, — Лабель откинул голову на спинку, обнажая длинную линию лебединой шеи.       — Граут говорил, что ты умный, но чтоб настолько, — съехидничал Рикс и сделал последний глоток, затем потряс перед собой пустой бутылкой. Ощутив душное раздражение, он решился открыть последнее третье пиво, но за ним пришлось вставать.       — Наверное, мне стоит извиниться, — задумчиво проговорил Лабель, наблюдая за тем, как Рикс достал открывашку и уверенным жестом снёс крышку. — Я так не думал на самом деле.       — Ещё скажи в тебя вселился демон, который за тебя говорил, — Рикс сел обратно и демонстративно отпил добротный глоток, зная, что у Лабеля давно закончилась его бутылка.       — Хах, нет. Говорил я, но… — взгляд его устремился в потолок и замер в одной точке, — мне часто приходится говорить не то, что я хочу сказать на самом деле. — Лабель вновь посмотрел на притихшего Рикса. — Ладно, я не буду оправдываться. Будет звучать глупо. Просто извини.       — Проехали.       Повисло неловкое молчание. Рикс понял, что неприлично захмелел, и, помедлив, протянул последнее пиво Лабелю не глядя.       — Это в знак мира? — со слабой улыбкой уточнил тот, беря бутылку из его рук и касаясь своими пальцами его. Серьёзно кивнув, Рикс усмехнулся.       — Поэтому придётся распить её по очереди.       Лабель пожал плечами, соглашаясь, и приложился губами к горлышку, после чего передал пиво обратно.       — И тебе не брезгливо? — с интересом спросил Рикс, игнорируя фантомные искры между их пальцами при очередной передаче. От его вопроса Лабель вдруг фыркнул со смеху и выпитое чуть не пошло у него носом. Растерявшись, Рикс добавил: — Не уверен, что это было настолько смешно…       — Нет-нет, — из-за приступа смеха говорить ровно у Лабеля не получалось, — на самом деле настолько.       Память услужливо напомнила о випке в клубе и о том, что Лабель просто тыкал, в кого хотел, и получал, пока не напоролся на Рикса. Да уж, есть над чем посмеяться в вопросах брезгливости. Впрочем, не Риксу строить из себя монашку.       — Ладно, — он решительно поднялся и тут же пожалел об этом из-за резкой пульсации, ободком сдавившей виски. — Уф… уже час ночи, надо спать. Мне завтра на утреннюю смену.       — Это во сколько?       — Вставать в шесть.       — Наверное, я даже не смогу уснуть, — пробурчал Лабель, делая глоток и морщась. Вкус алкоголя ему осточертел, но желание забить голову ватой, лишь бы не слышать мысли, было сильнее. — М, кстати, а где твоя сестра?       — У подруги, — Рикс, обойдя диван, наклонился со спины и добавил ехидно: — Той самой.       — Удобно, — в тон ему ответил Лабель, задирая голову и смотря теперь снизу вверх.       Наклониться бы ещё ниже, поймать приоткрытые влажные губы своими, чтобы ощутить на них вкус хмеля. Рикс, не отрывающий взгляда от бесовских серых омутов, сглотнул и отвёл глаза первым.       — Спокойной ночи… — он хотел было отойти, но его вдруг остановила сильная рука, схватившая за запястье.       — Постой… — отставив почти пустую бутылку куда-то вниз, Лабель сменил позу и сел теперь коленями на диван лицом к Риксу, стоявшему напротив, пока их разделяла одна лишь облезлая спинка. — Я давно хотел это сделать.       — Что? — хрипло спросил Рикс, замечая, что Лабель так и не отпустил его руку, и уже по одному пьяному блеску глаз понимая, о чём тот говорил. Но мозг отказывался даже допускать бредовую догадку.       — Это.       Лабель потянулся к нему, и Рикс неосознанно подался вперёд. Они остановились в сантиметрах друг от друга, примеряясь и касаясь кончиками носов. Снова запах алкоголя, снова нотки приторной сладости, снова играет музыка, снова реальный мир где-то там, за пределами комнаты. В голове Рикса зазвучало напоминанием то самое «целуй» из клуба.       Целуйцелуйцелуй       Будто опасаясь, что Лабель повторит свои игры и опять ускользнёт, Рикс подхватил его за подбородок, не позволяя больше сбежать. Первый поцелуй вышел коротким, смазанным, как будто оба проверяли, что всё по-настоящему, а не бесплотная фантазия. Второй же уже через мгновение начал перерастать в стремительно охватывающее их обоих голодное безумие. У Лабеля были мягкие губы, жаркий рот, встречающий чужой язык как самого долгожданного гостя. Сидя перед Риксом на коленях, пусть и на диване, он приглушённо стонал от одних поцелуев и беспорядочно гладил желанное тело, докуда мог дотянуться.       И только когда проворные пальцы коснулись резинки домашних штанов, Рикс выплыл из мысленного омута, в котором так отчаянно тонул, и, отстранившись, глубоко вдохнул полной грудью. Лабель не стал ждать или давать ему время о чём-то некстати подумать, немедленно задрал его футболку и принялся покрывать пылкими поцелуями кубики пресса, параллельно очерчивая линии подушечками пальцев, отчего было и приятно, и щекотно.       — Ты что… — договорить севшим голосом Рикс не успел, подавившись воздухом, когда Лабель освободил его член из одежды горячей рукой и без раздумий сомкнул на нём губы идеальной буквой о. Рикс мог бы кончить только от одного вида чёрной макушки, мерно двигающейся во всю длину.       Всё происходило слишком быстро и слишком потрясающе, не могла родиться ни одна мысль, пока всё тело было строго подчинено испытываемому удовольствию. Рикс запрокинул голову, запуская руку в шёлковые волосы на затылке и толкаясь в обжигающий, как казалось, рот. Ощущения влажного языка, липких слюней и мягких губ смешались в один тугой клубок скорой разрядки, потому что вытерпеть такое долго было невозможно, не в том состоянии, в котором был Рикс. То, что Лабель делал своим ртом, либо было действительно лучшим, что с ним случалось, либо в нём всё-таки говорило излишне долгое воздержание. В любом случае это было просто охуенно.       От очередного приёмчика языком на уздечке члена скрутило низ живота, а ноги предательски подогнулись.       Рикс замер и широко раскрыл глаза, до того прикрытые в блаженстве.       «Блять, нет! Не может быть, что тогда это был он!»