Ради кофе можно пойти на всё

      Рикс не сразу понял, откуда шёл звон, но он заполнил собой весь мозг и оглушительно сотрясал такие чёткие выстроенные подсознанием образы. Не открывая глаз, он нащупал под подушкой разрывающийся трелью будильника телефон и выключил. Резко обрушившаяся тишина звенела ещё хуже.       Перевернувшись с бока на спину, Рикс разлепил сонные глаза и всмотрелся в размытый потолок, залитый утренним солнцем. Вставать страшно не хотелось, но пришлось всё же спустить с кровати сначала ноги, а потом поднять тяжеленное по ощущениям туловище. Голова гудела, он упёрся локтями в колени и сжал виски ладонями. После такого короткого сна не слишком удивительно чувствовать себя паршиво.       Лень было даже одеваться, Рикс вышел из спальни в одних трусах и потянулся всем телом в дверном проёме, взявшись за верхнюю рейку. Времени на сборы было достаточно, по пути в ванную он как раз думал, что бы съесть на завтрак, когда рядом внезапно кто-то сонно промычал. Рикс удивлённо обернулся на диван и похолодел, увидев мирно спящего Лабеля, свернувшегося на маленьком ложе клубочком.       Блядство.       Блядствоблядствоблядство.       Перейдя на цыпочки, Рикс попятился спиной к ванной и быстро заперся в ней, прислонившись спиной к двери. То ли нехватка сна, то ли тяжёлый подъём, но он напрочь забыл о Лабеле в его квартире! Воспоминания вчерашнего дня и ночи пронеслись киноплёнкой на быстрой перемотке, забивая всё резко проснувшееся сознание. Вот они пришли домой, допили пиво, Рикс пялился — Лабель, зная, красовался, поцелуй как выбитая из зажигалки искра, а за ним охвативший их двоих пожар. Картинки Лабеля, самозабвенно сосущего член Рикса, тиражировались под зажмуренными веками, пытаясь убедить в своей реальности. Нет, всё это было и вспоминалось теперь так ярко, что утренний стояк напрягся ещё сильнее.       А потом Рикс дошёл до момента, когда его ударило обухом по голове. Отлепившись от двери, он сунул голову в душ и включил холодную воду, чтобы остудить забившийся в жилах адреналин. Тогда, в чёртовом клубе, в ёбаной, мать её, дырке глори хоул был Лабель. Как?! Это ведь просто невозможно, но у Рикса, при всём желании, не оставалось сомнений.       Кое-как вытерев мокрые волосы (и то, ледяные капли продолжали разбиваться о голые плечи), он дрожащей рукой взялся за зубную щётку. Нет, всё-таки рехнулся, да не могло такого быть! Что, что вчера было дальше? Рикс вцепился в волосы Лабеля сильнее и почти сразу кончил, так как организм элементарно не выдержал наложенного поверх воспоминания из клуба. Без единой недовольной ноты всё проглотив, Лабель поднял на него свой мутный блядский взгляд и слизал с угла припухших губ белёсую каплю. И все звуки причмокиваний и сглатывания, которые Рикс мечтал услышать тогда в кабинке, заглушаемые громкой музыкой и перегородкой, до сих пор звучали в голове.       Сплюнув зубную пасту и умывшись такой же обжигающе холодной водой, он уставился на своё отражение в зеркале. Это безумие. Тогда его настолько шокировало озарение, что Рикс, отдышавшись, только и смог, что пожелать ещё раз спокойной ночи и уйти на ватных ногах в спальню, оставив не менее шокированного Лабеля в одиночестве. Кажется, он уснул ещё до того, как голова коснулась подушки, настолько измотан был.       Ночью ему удалось сбежать, но утро неизменно нагнало и последствия стукнули по затылку. Помнит ли Лабель то, что между ними было? А клуб? Что он там делал в тот вечер? О чём с ним теперь говорить?       Рикс ожесточённо потёр ладонями лицо, похлопал себя по щекам. У него впереди рабочая смена, и он не мог не выходить из ванной остаток жизни, как бы того ни хотелось, не мог и запереть у себя дома спящего Лабеля, чтобы избежать разговора, пусть даже дежурного.       — Чёрт тебя дери, сучёныш, — прошипел Рикс своему отражению, осознавая, что его домашняя одежда осталась в комнате.       Глупо стесняться себя в трусах, выглядел он отлично, да и Лабель видел его в куда более откровенном виде, и всё равно, когда вышел из ванной, захотелось прикрыться. Его незваный гость уже не спал, видимо, его разбудил шум воды, но продолжал лежать, накрыв глаза рукой, чтобы не слепило солнце, призывающее жить новый день. Прошмыгнуть мимо не удалось: как и полагается принесённому домой уличному коту, Лабель среагировал на звук открывшейся двери и смерил Рикса нечитаемым взглядом.       — Доброе утро, — собственный голос не слушался и звучал сипло.       — Не такое уж и доброе, — вздохнув, Лабель вновь прикрыл веки.       Решив воспользоваться мгновением, Рикс исчез в спальне и оделся сразу в джинсы и обтягивающую чёрную футболку, наконец прошёл на кухню, чтобы сделать завтрак. До выхода оставалось двадцать минут, и он не собирался отправляться на работу голодным даже под страхом обсуждения с Лабелем их маленькой общей истории двухнедельной давности.       Но диван уже опустел — за закрытой дверью ванной вновь была слышна льющаяся вода, и Рикс поймал себя на выдохе с облегчением. Ладно, наверное, и наследники корпораций едят яичницу с помидорами, не будет же он отказываться. Память услужливо подкинула яркое воспоминание ночи, как этот самый наследник стоял перед ним на коленях, и щёки залило краской, как сковородку разбитым яйцом.       — Вкусно пахнет, — голос Лабеля опять застал врасплох, заставив вздрогнуть. Что за бесшумные передвижения?       — Только ешь быстрее, я не хочу опаздывать, — недовольно пробурчал Рикс и поставил две тарелки с горячим завтраком на стол. — Приятного аппетита.       — Спасибо, — Лабель неожиданно дружелюбно улыбнулся и взялся за вилку. Ехидно прищурившись, он ткнул зубчиками в сторону Рикса. — Всё как договорились. Постель и завтрак.       — Что? — пришлось приложить усилия, чтобы отвести взгляд от растянутых в хитрой улыбке губ. — А. Ну да.       Они взялись за еду. Поглядывая на Лабеля исподлобья, Рикс лихорадочно думал, понял ли он тоже. Можно ли вот так определить просто по члену?! Помнит ли он вообще хоть что-то из того вечера или это была одноразовая акция. Или постоянная?! Рикс чуть не подавился и всё же закашлялся.       Справиться о его состоянии Лабель не успел — телефон, лежащий экраном вниз, засветился. Нахмурившись, он прочитал пришедшее сообщение и закатил глаза.       — Что-то случилось? — Рикс не был уверен, что в самом деле хочет знать ответ. В прошлый раз после такого вопроса умер папаша.       — Да… я планировал поехать домой сейчас, но придётся всё-таки в офис. Как же утомило, — откинув дорогой телефон на стол как какую-нибудь салфетку, он решительно поднялся. — Спасибо ещё раз за гостеприимство.       — Э-э, не за что? — «можно ли засчитать отсос за благодарность».       — Пойду одеваться, — Лабель с отстранённым видом ушёл к дивану, куда переложил свою одежду. Не решившись обернуться, Рикс доел свою порцию и сложил тарелки у раковины. Он всё продолжал думать, как бы выяснить и обсудить волнующий его вопрос.       — Раз такое дело… Подкинешь до бизнес-центра? Не охота идти пешком, я вчера чертовски устал, — прикусив язык, Рикс не дал себе похабно пошутить о причине усталости помимо работы.       Вновь одетый в свой чёрный костюм, но теперь с правильно повязанным галстуком, Лабель стоял у двери, по привычке глядя в телефон. В ответ он только неопределённо мотнул головой и всё же оторвался от экрана, встречаясь с заинтересованным взглядом Рикса и часто моргая. Молчание затягивалось.       — Так подкинешь? — ещё раз уточнил Рикс, задирая брови. У него так паранойя разовьётся, точно ли поцелуи и минет были реальностью?!       — Эм, — Лабель выглядел по-странному сбитым с толку простой просьбой и вдруг расправил плечи, уверенно кивнув. — Знаешь, да. Подкину.       — Отлично, только мы слишком рано приедем.       — Мы с сестрой часто приезжаем рано, — пожал плечами Лабель, убирая телефон в карман. Видимо, признал, что дежурных фраз в их разговоре недостаточно. — Отец… всегда начинал работу с рассветом.       — Хах, да, я помню, как в одно такое утро она пыталась поиграть мной в боулинг на переходе, — усмехнувшись, Рикс скинул рюкзак на пол и уселся на обеденный стул лицом к спинке. Раз они поедут, то нужды спешить не было. Потемневший взгляд Лабеля, когда он перекидывал ногу через сиденье, не остался незамеченным. — Что? Такое не забыть.       Они посмотрели друг на друга — Лабель так и стоял у входной двери, теперь оперевшись на неё лопатками. Глаза его в полутьме коридора, куда плохо доходил утренний свет, скрывали мысли; Рикс прищурился, вспомнив, что его последние слова прекрасно относились и к глори хоул в ночь перед судьбоносной встречей на том самом переходе.       — Да, не забыть, — повторил Лабель, облизнув нижнюю губу, и вдруг прижал пальцы одной руки к виску, морщась. — Хотя у меня с памятью не очень. Весь вчерашний день как в тумане.       Рикс изогнул в недоумении брови. Чего? До какой степени там в котелке туманно?       — Что, прямо не помнишь?       — М-м, — задумавшись, Лабель покачал головой, — помню какими-то урывками, что напился и шантажом напросился к тебе.       — Ну не шантажом…       — Видимо, с пива из-за разного градуса меня потом совсем развезло, — он поймал взгляд Рикса и виновато улыбнулся. — Надеюсь, я ничего такого не сделал.       «Либо он правда забыл, во что я не верю, либо хочет сделать вид, что ничего не было», — размышлял Рикс, бегая глазами по лицу Лабеля, строящего из себя пациента с амнезией. — «Я его обидел своим резким уходом? Тут повёл себя как мудак, не поспоришь… Или он тоже вспомнил клуб и теперь даёт заднюю, не дай бог я заговорю об этом? Сука, как же с ним сложно!»       — Ничего такого, — подыграл Рикс и ухмыльнулся, — вёл себя как ангел. Даже денег за пиво не попрошу.       — Пф, — Лабель фыркнул, отводя глаза, — какое благородство.       — Между прочим. А мог бы и за постель, и за завтрак, и на чай ещё потребовать, — не унимался Рикс.       — Могу и оплатить, — ощетинился Лабель, сверкнув в его сторону своим раскалённым серебром.       — Да не надо, оставь себе. Я человек щедрый, — Рикс взглянул на настенные часы, игнорируя открытый рот Лабеля после его слов. У них было ещё немного времени. — А что ты так стушевался, когда я попросил подвезти? Вчера ехать со мной в одном такси тебя не смущало.       Ещё не отойдя от предыдущего выпада, Лабель в немом удивлении поморгал. Рикс и сам себе не смог бы объяснить, откуда в нём проснулась такая тяга к дерзости, вероятно винить стоило раздражение из-за накопившегося напряжения несостоявшегося разговора. При этом начинать его Риксу тоже не хотелось. Растерянный мгновение взгляд Лабеля переменился на меланхолию, он посмотрел в потолок и выдохнул:       — Это никак с тобой не связано, — и замолчал, упрямо поджав губы.       — И… — Рикс поднялся со стула, задвинув обратно, так как время неумолимо бежало во время их гляделок.       — И всё, — железно ответил Лабель, снова глядя глаза в глаза: блеск серебра потух, от стиснутой челюсти аж выделились и так высокие скулы. Рикс залюбовался.       — Окей, — мирно подняв руки, он хмыкнул. — Вызывай такси.       — Уже, — Лабель развернулся ко входной двери и невзначай бросил через плечо: — Это не такси, за мной приехал личный водитель.       — Надеюсь, не твоя сестра, — пробормотал Рикс, закидывая рюкзак обратно на плечо и выходя вслед за своим необычным гостем на лестничную площадку. Ключ оглушительно провернулся в замке несколько раз.       — К счастью, нет, — раздалось едва слышное позади, но когда Рикс обернулся, то Лабель выглядел так, словно ничего не сказал, вновь исчезнув с головой в телефоне.       Личный водитель ожидал их в мерседесе S-класса, при виде которого Рикс не удержался и присвистнул.       — Ну вы с сестрой прямо идеологические противники. У неё бэха, у тебя — мерс.       — Хм, забавно. Никогда об этом не думал, — честно ответил Лабель, разглядывая на подходе наполированный серый автомобиль, удивительно подходящий к цвету его глаз. Небось поэтому и выбрал.       Молчаливый мужчина самой непримечательной внешности из возможных поспешил открыть пассажирскую дверь Лабелю, который не поскупился на дружелюбное приветствие, затем с той же учтивостью собирался открыть и для Рикса, но тот опередил его и сел сам.       До бизнес-центра ехали молча: Лабель гневно печатал какие-то сообщения, со скоростью света стуча пальцами по экрану, Рикс же смотрел в окно на город, который всегда видел только пешеходом. Необычные ощущения. Так и привыкнуть можно. Плавно затормозив перед высоченной башней, залитой солнечными лучами, водитель привычным образом заехал на парковку, где Рикс ещё недавно подслушивал разговор старшего Флавия с младшим. Воспоминание заставило его передёрнуть плечами — многое же успело измениться за такой короткий срок.       — Тиберий, выйди, пожалуйста, — ровным голосом скомандовал Лабель, когда они остановились на отведённом месте, у которого даже была своя табличка. Без лишних вопросов водитель выскользнул из машины, отошёл на пару шагов и тут же закурил.       — И как это понимать? — с любопытством спросил Рикс, отворачиваясь от курящего Тиберия (он ему немного позавидовал) к напряжённому Лабелю.       — Ты хотел знать, почему я сомневался, — неожиданно заговорил тот, встречаясь спокойным взглядом с чужим удивлением, как будто готовился к разговору всё утро. — Мой… отец никогда не принимал меня безоговорочно. Считал, что я позорю нашу фамилию своими предпочтениями. Поэтому с кем бы я ни проводил своё время, я никогда не демонстрировал свои связи публично. Таков был уговор. И вся наша корпорация, как живое существо, всегда наблюдала за мной.       — А…       Лабель не дал Риксу вставить слова, продолжив:       — Но некоторым вещам пора меняться. Мне стоит начать с малого.       — Я не очень понял… — Рикс часто поморгал, хмурясь. У него резко заболела голова прямо по центру лба. Подавшись к нему, Лабель накрыл своей горячей ладонью его собственную, лежащую между ними, и сердце забилось где-то в горле.       — Ещё раз спасибо.       — За что? — язык едва ворочался в пересохшем рту.       — За возможность побыть собой. Хотя бы недолго, — рука соскользнула с кисти Рикса, оставив после себя фантомный ожог. — Пора идти.       Окончательно потеряв дар речи, Рикс не нашёлся с ответом. Мысли носились по черепной коробке как угорелые, скача из угла в угол, врезаясь друг в друга и взрываясь. Что блять? Что за нахуй?! И только когда дверь автомобиля хлопнула за покинувшим его Лабелем, он вышел из транса и поспешил вылезти следом. Пока Рикс пытался разобраться с каруселью безумия в своей голове, они успели дойти до главного входа, где Лабель коротко попрощался, прежде чем позволил зданию поглотить себя.       Ни тебе воркований, ни поцелуев на прощание, ни вообще чего-либо, что действительно прояснило бы сложившуюся ситуацию. Рикс с неудовольствием согласился сам с собой, что не особо-то стремился её разрешить, но легче не стало. Надо же обладать умением перетрясти всю душу, сказав всего-то пару слов и мастерски отсосав. В полном эмоциональном раздрае, который замкнул его в апатичном состоянии, он переступил порог проснувшейся кофейни. Хорошо, что работа всегда оставалась неизменной константой, где всё было понятно до последнего кофейного зёрнышка.       Сторция что-то говорила, Афий о чём-то спрашивал, Орвон шутил, но Рикс ничего не слышал, с бессмысленным взглядом наблюдая за тем, как открывались и закрывались их рты, гримасничали в разговорах лица. Рабочие часы летели быстро, гости превратились в безликую массу, а звуки жизни — в белый шум. После полудня, когда поток посетителей сошёл на нет, Рикс понял, что засыпает. Он так и застыл на баре, прикрыв глаза, пока протирал поверхность после уборки.       — Выглядишь хреново.       Лениво приподняв веко, Рикс увидел перед собой улыбающегося Хотча, как всегда свежего и радостного, несмотря на то, что ночевал он непонятно где. Последовал терпеливый вздох.       — Мало спал.       — У-у, то есть всё-таки…       — Нет.       — Да ладно, даже не…       — Нет.       — Врёшь, — Хотч сощурился, но, к счастью, настаивать на подробностях не стал. — Ладно, я сам в красках представлю, как ты его натягивал.       — Хотч…       — Хотя что-то он грустный сегодня. Плохо ты старался.       — Просто заткнись, — беззлобно бросил Рикс и, потерев уставшие глаза, взялся за поставленный на бар стаканчик. Американо и горячие сливки, напиток, которому впору приходить ему в страшных снах. — Тебя сегодня опять не ждать? Окончательно переехал?       — Нет и нет, — Хотч постучал пальцами по столешнице бара. — У принцессы, точнее принца, сегодня запланирована командировка из башни в филиал. Придётся лететь в другой город.       — Чего? — от услышанного Рикс сжал пачку сливок сильнее, проливая содержимое мимо питчера. — Блять.       — Я тоже самое сказал, но хорошо, что в пятницу мы вернёмся. Как бы весело ни было тут в вашем офисе, я скучаю по танцам, — многозначительно подмигнул Хотч, и Рикс закатил глаза.       — По такому можешь скучать только ты.       — Ха-ха, должна быть у человека радость в жизни. Давай уже сюда кофе, меня ждут.       — Ой, как мы заговорили, — Рикс влил разогретые сливки в кипяток с эспрессо, накрыл крышкой, плотнее сжимая края, и поставил стакан на стойку.       — Не понял, — повертев стаканчик из стороны в сторону, Хотч поднял сердитый взгляд на друга. — Где сердечки? Он же мне жизни не даст своей угрюмой миной.       — Я не…       Но Хотч уже отошёл от него обратно к кассе, где заполнял стоп-лист Афий.       — Кудряшик, одолжи маркер, — Афий даже головы от своих бумажек не поднял, не заинтересовавшись данным ему прозвищем, только достал не глядя из кармана фартука маркер и положил перед гостем. — Премного благодарен.       — Ты чё делаешь? — уперев руки в бока, Рикс сверлил Хотча прищуренными глазами с другой стороны кассы.       — Спасаю свой день, — без тени раскаяния ответил друг, пока рисовал сердечко возле имени Лабеля и, подумав, добавил ещё несколько вокруг.       — Ну это слишком, — всё же сдался Рикс, наблюдая за его художествами.       — На два дня вперёд, — хмыкнул Хотч, возвращая маркер. — Всё, до встречки. Пока-пока!       — Пока, — машинально ответил Афий.       — Пока, — выдохнул Рикс и перевёл взгляд на коллегу, который, как и он, сегодня целый день витал в облаках. Неужели вчерашнее свидание с Лало было таким прекрасным?       Рикс задумчиво почесал подбородок. А ведь если бы Афий не попросил вчера поменяться ради своей пассии, то Лабель бы его вечером тут не застал и молча уехал бы сегодня по своим важным рабочим делам, и Рикс бы так и сварился в своей злости, с концами выкипев. Удивительно, как сложились обстоятельства.       После смены он забрал из детского сада Дарею и, подумав, решил пригласить в гости Тори, всё-таки она его сильно выручила и надо было поблагодарить лично. Чтобы сестра была с ними, Рикс вынес кукольный домик из спальни в комнату, достал из холодильника себе газировку, Тори — какую-то псевдо-полезную бурду, и они уселись за обеденный стол, за которым ещё утром на месте подруги был Лабель. Странно, казалось, что прошла неделя, а не какие-то полдня. Казалось, что с их знакомства прошли месяцы, а не две с половиной недели.       После повседневного обсуждения погоды, быта и капризов Дареи повисла комфортная тишина. Сложив руки перед собой на столе как примерная ученица, Тори склонила голову набок и вдруг спросила:       — Так зачем ты меня на самом деле позвал?       — В смысле?       — Да на тебе лица нет. Всё о чём-то думаешь параллельно. Что-то случилось, из-за чего ты попросил вчера оставить малышку? Я подумала, у тебя внезапная ночная смена или типа того, — понизив голос до шёпота, она уточнила, — ну, в клубе.       — Гр-р, нет, — Рикс стиснул бутылку в руке, приложил прохладное стекло ко лбу, зажмурившись. — Ладно, что-то случилось.       — Другой разговор, — улыбнувшись, Тори сцепила пальцы и уложила на них подбородок, сверкая на него зелёными глазами, полными любопытства. — Неужели наконец-то любовь?       От неожиданности Рикс чуть не выронил свой импровизированный компресс.       — Пф, что? Нет!       — Значит, да. Тебе давно пора было кого-то себе найти. Ну, и кто это?       — Не могу сказать, — уклончиво ответив, Рикс вновь поставил бутылку на стол и покрутил между пальцев, — может, как-нибудь потом.       — Хорошо, — Тори никогда на него не давила, если он действительно не хотел рассказывать, зная, что рано или поздно Рикс поделится, когда будет готов. За это её качество он особенно ценил их дружбу.       — Но есть другая проблема.       — М?       — Клуб.       — А-а, он не знает?       — Нет, — «наверное».       — А ты хочешь быть честным?       — Ну типа того и…       — И не знаешь, как завести разговор?       — Боги, — Рикс посмотрел на Тори со смесью удивления и облегчения, — может, ты вместо меня всё разрулишь?       — Заманчиво, конечно, но нет. Не мне же потом встречаться, — хихикнув, она зафырчала со смеху ещё больше при виде вытянувшегося лица Рикса. Встречаться?! — Я думаю, что придётся сказать как есть. А какие ещё могут быть варианты?       — Если бы я знал, я бы не спрашивал, — пробурчал Рикс и в очередной раз горестно вздохнул. Несмотря на заведённый разговор, ему всё равно не хотелось вдаваться в не слишком привлекательные подробности. — Сложно будет объяснить некоторые моменты…       — Честность всё расставит по своим местам. Просто объясни, как это было для тебя, — Тори пожала худыми плечиками, — если он не идиот, то как минимум не сбежит сразу, а как максимум — поймёт, простит.       — Почему-то мне так не кажется, — мрачно ответил Рикс.       — Не попробуешь — не узнаешь. И чем дольше будешь затягивать, тем сложнее будет объясняться. Или и вовсе уже ничего будет не исправить.       — Вот, умом понимаю, что ты права, а соглашаться не хочу, — Рикс хмыкнул, ловя понимающий взгляд подруги, и сделал глоток приторно сладкой газировки, от которой сводило зубы.       — Он тебе нравится?       Фонтан пузырей пошёл не в то горло, и Рикс закашлялся, из-за чего треклятая газировка чуть не пошла у него носом.       — Кхм, кх-кх, эм. Ну да, наверное.       — Наверное? — скептически изогнув бровь, Тори безжалостно смотрела ему прямо в душу.       — Ладно, да.       — Тогда пробуй скорее.       — Пробуй что? — с серьёзным лицом к ним подошла Дарея. В обеих руках у неё было по игрушке — львёнок и потасканная кукла.       — Иди сюда, — Рикс потянул сестру к себе и посадил на колени, Тори состроила ей смешную рожицу, и Дарея довольно улыбнулась, купаясь во всеобщем внимании.       — Твой брат хочет попробовать быть лучше себя вчерашнего, — с усмешкой ответила за него Тори, вновь складывая руки на столе перед собой.       — И больше не ругаться?       — Эй! С кем это я ругался? — возмущённо встрял Рикс и заставил Дарею подпрыгнуть на коленях, от чего она весело засмеялась.       — Ты на Хотча ругался, — извернувшись, сестра показала ему язык. — И на куколку!       — Куколку? — удивлённо спросила Тори, переводя взгляд на покрасневшего Рикса.       — Неважно, это…       — Он красивый-красивый, он был в кафе тогда и… — Дарея продолжила нечленораздельно бубнить в ладонь, которой ей накрыли рот, Рикс через силу улыбнулся сбитой с толку Тори.       — Забей, я потом расскажу. А ты маленькая ябеда, — он несильно схватил сестру за нос, она взвизгнула.       — Сам такой! — принявшись ёрзать, Дарея выкрутилась из кольца братских рук и сползла с колен, важно задрав подбородок. — Я ухожу!       — Кажется, у тебя проблемы, — шёпотом подыграла Тори, нагнувшись к Риксу, старательно изображающему страх.       — Вот-вот!       — Что же делать… — он понуро опустил голову и вдруг резко дёрнулся к сестре, подхватил её на руки, попутно вставая, и принялся кружить по комнате под её заливистый визг. — Думаю, мы договоримся!       — А-а-а-а! Отпути-и-и! — но смех Дареи говорил сам за себя и быть отпущенной она вовсе не хотела.       Втроём они продолжали веселиться вплоть до вечера, пока Тори не ушла домой, после чего Рикс потратил ещё пару часов на терпеливое знакомство сестры с цифрами. Любовные дела любовными делами, а через месяц ей уже идти в школу, пока брат занят не пойми чем. Наблюдая за тем, как старательно Дарея рисовала закорючки в прописях, он подумал о том, что вопрос с Лабелем действительно придётся решать быстрее. Школу надо оплачивать, из клуба ему не уйти и все его «умолчал и не договаривал» обязательно вскроются, повезёт, если удастся не лишиться работы. Если же Лабель посодействует увольнению из-за оскорблённой гордости, будет время найти что-то на замену.       В напряжении он ждал пятницу, даже не заметив, каким был четверг, наверняка, самым обычным днём. Хотя в череде последних необычных недель и просто день без приключений будет выделяться. Последний будний день перед выходными выдался загруженным: весь бизнес-центр стоял на ушах, словно по мирному пчелиному улью хорошенечко ударили палкой. Рикс гадал, не держал ли ту палку сам Лабель или его сестра, которая, если ему не изменяла память, и должна была возглавить корпорацию по желанию Кассия. У него вырвался нервный смешок при мысли, что именно короткий монолог в машине мог стать катализатором обрушившейся на офис снежной лавины. Ещё и Сторция с таинственным видом сообщила утром, что новый управляющий для кофейни наконец-то найден, но она пока не может раскрывать детали. Что ж, судя по всему, семейка Флавиев вышла из траура и основательно взялась за свои бизнесы.       — Здравствуйте! — в унисон поприветствовали вошедших гостей трое бариста.       — Здрасьте, — передразнил их Хотч, выходя из-за спины молчаливого Лабеля, который сразу прошёл к свободному столу, чтобы положить на него ноутбук. Как всегда в костюме с иголочки, на этот раз сером, как всегда идеальный и даже на удивление бодрый.       При виде его холодной сосредоточенности Рикс засомневался в своей решительности сделать то, что задумал, но всё же пересилил себя и, пока Хотч делал заказ у Афия, соревнуясь в фальшивой любезности, снял фартук и вышел в зал.       — Привет, — собственный голос показался чужим. Лабель поднял на него затуманенный взгляд из-за крышки ноутбука и легко нахмурился, не сразу признав. Впрочем, его лицо тут же разгладилось, и на нём даже отразилась бледная тень улыбки.       — Привет.       Помявшись, Рикс сел напротив.       — Как поездка? — вопрос вырвался прежде, чем он подумал, что вряд ли должен был о ней знать.       — Лучше, чем я ожидал, — не смутившись ответил Лабель. По нему было не понять, о чём он думал, был ли смущён или зол, хотел он общаться или нет, с таким же ровным тоном он раздавал указания личному водителю. Рикс подавил непрошеное раздражение.       — Класс. Я, эм, хотел… в общем, встретиться. Вне кофейни.       — Снова приглашаешь на свидание? — от его невинного уточнения запульсировало в висках. Если он сейчас выдаст нечто из разряда «не одного круга», Рикс с ним точно больше никогда не заговорит.       — Зависит от твоего ответа, — вкрадчиво проговорил, сверля Лабеля напряжённым взглядом. Хитро прищурившись, тот ответил неожиданно спокойно:       — Я не против. На самом деле ты меня опередил, я тоже планировал предложить поговорить.       — Вот как, — только и смог сказать Рикс, чувствуя, как стремительно теряет контроль над ситуацией.       — Да. Когда бы ты хотел встретиться? — Лабель отставил ноутбук немного в сторону и положил руки на стол, с интересом наблюдая за чужой растерянностью.       — Сегодня вечером.       — М-м, хорошо, а где?       — В одном месте… я оставлю тебе адрес.       — Адрес? Это не твоя квартира?       — Нет. Хочу сделать сюрприз.       — Ничего себе, интригуешь. Во сколько точно?       — Около десяти, — Рикс прищурился, следя за реакцией, но Лабель лишь похлопал ресницами, сверяясь со временем на часах.       — Окей, — его беззаботный тон начинал действовать на нервы. Что, даже не будет вопроса, почему так поздно? Взяв в руки телефон, он поднял на Рикса взгляд, по которому ничего невозможно было понять, чем только усугублял чувство нереальности происходящего. — Оставишь свой номер?       — Ага, — Рикс на автомате продиктовал цифры, хотя был уверен, что Лабель их прекрасно знал или мог выяснить по щелчку пальцев, затем достал из кармана джинсов свой телефон и вбил также чужой номер.       — Прекрасно, тогда до встречи?       — До встречи, — тупо повторил Рикс, облизнув пересохшие губы. Он не очень понял, кто кого схватил за хвост, но его руки точно были пусты. — Я скину адрес.       — Буду ждать, — Лабель кивнул с отстранённой улыбкой и придвинул ноутбук обратно, обозначая, что возвращается к работе.       Кивнув на прощание, Рикс встал из-за стола и, отвернувшись, озадаченно свёл брови к переносице. Что ж, что бы ни задумал Лабель (а он точно что-то задумал! хитрый лис!), наконец-то можно будет расставить все точки над «и», освободившись. Каким будет результат такого упражнения Рикс не думал, всячески избегая любых мыслей и тоскливых, и предвкушающих до учащённого биения сердца.       Уже придя домой после смены в кофейне, он отправил адрес на данный ему номер и получил лаконичный палец вверх, а через минуту вторую смску, но от Хотча:       «ты ебанулся???»       И ещё одну:       «какое свидание В КЛУБЕ БЛЯТЬ??? мы же выступаем!!!»       И последнюю обречённую:       «нам пизда»