Ради кофе можно пойти на всё

      — Что-то ты хмурый, — Лабель с усмешкой прокомментировал угрюмый вид своего телохранителя Гарса, сложившего руки на груди и расставившего ноги так широко, что между ними можно было реку пускать.       — В порядке, — как обычно лаконично отозвался тот и кивнул на входную дверь клуба. — Идём?       — Да-а, — сверившись с телефоном, Лабель бросил взгляд на очередь желающих войти и хмыкнул. — Какой странный день.       — М? — Гарсу явно было некомфортно возле разодетой и разукрашенной толпы, совсем не двусмысленно пожирающей глазами его обтянутые футболкой мускулы.       — Ничего. Дресс-код же, почему ты не оделся?       Гарс машинально осмотрел свои тёмные прямые джинсы и синюю футболку, провёл пятернёй по золотистым волосам, убирая их назад, хотя несколько прядок всё равно обрамили красивое лицо.       — Так удобнее.       — Ты выделяешься, — Лабель закатил глаза.       Ему не было дела до того, как выглядел его телохранитель, но тот действительно привлекал внимание, будучи просто обычным. Интересно, как отреагирует Рикс на такого совсем не подозрительного ошивающегося рядом посетителя? Можно было обойтись и без него, только в последнее время было неспокойно, и шататься одному даже в знакомых местах Лабель всё же не решился, впервые согласившись со старшей сестрой, настаивающей на сопровождении.       Изогнув брови, Гарс прошёлся взглядом по своему спутнику, который и сам знатно контрастировал с гостями клуба: чёрные брюки, чёрный закрытый верх как от сутаны со стоячим римским воротником и расшитой серебряными узорами накидкой на плечах, уложенные под небрежность смоляные волосы и серые с поволокой глаза — в общем, надругательство над католической верой, учитывая, кто изображал священника.       — Вы тоже, — вынес свой неутешительный вердикт, на что Лабель только коротко рассмеялся и хлопнул его по плечу.       — Главное, что в тематику подходит. Не забудь, о чём я тебя просил.       — Помню, — заметно смутившись, Гарс потёр сзади шею. — Это обязательно?       — Конечно. Враги повсюду, — Лабель весело подмигнул ему. — Пошли, как раз десять.       Поведя плечами, будто смог бы избавиться от попавшей на него невидимой грязи, Гарс мрачной фигурой двинулся вслед в голодное чрево бушующего клуба.       

***

      На исходе десятой минуты, как Лабель пришёл и ждал его у барной стойки, Рикс нехотя признался себе, что немного нервничал. Ему, может, и было стыдно за своё затянувшееся опоздание, но ноги просто отказывались выходить из гримёрки и нести к тому, кого сам же пригласил. Сам ведь всё организовал и придумал! Так чего бояться? Рикс вновь взглянул на смску «Ты где?» и глубоко вздохнул. Наверное, он боялся, что Лабель не оценит такой неприглядной правды и недоговорок, не поймёт и вся их хрупкая история оборвётся, так толком и не начавшись.       — Ну вот, — проговорил Хотч, разглядывая свой тяжкий труд визажиста-самоучки на глазах Рикса, который ни в жизни не смог бы сам так ровно подвести их чёрной подводкой. Отпустив его лицо, взглянул на свой макияж в зеркале и недовольно цокнул.       — Забей, тебя в такой раскраске мать родная не узнает.       — Она как раз узнает, — Хотч усмехнулся. — В цирке, знаешь ли, выступают с белилами покрепче.       — Тогда Лабель родной не узнает, — хмыкнул Рикс. — Не переживай.       С непривычки глаза чесались — он макияжами для образов не увлекался, предпочитая другие акценты, — и руки надо было срочно чем-то занять, например, попыткой напечатать ответ, не попадая по долбаным мелким кнопкам с первого раза. Поправив нимб, Хотч облокотился бедром на трюмо. Взгляд из-под густо накрашенных белым ресниц, на краях которых даже были маленькие пёрышки в тон, оценивающе прошёлся по костюму друга.       — Я не переживаю, Марго сказала, что мне не придётся выходить в зал.       — С чего бы? — от такой новости Рикс даже отложил телефон, всё же справившись и отправив сообщение. Хотч действительно выглядел умиротворённым и спокойным на фоне своих сообщений, хотя и немного отстранённым, как будто о чём-то параллельно думал.       — Заказали на частные посиделки в одной из випок на компанию, — пожав плечами, Хотч снова взглянул на свой ангельский образ в отражении и довольно улыбнулся. — Впрочем, меня и правда сложно узнать.       — Повезло-повезло, а истерика-то какая была, — подначил Рикс, напоминая о смсках днём. — Пизда тебе явно не светит, только хуи, как и хотел.       — Эх, какие уж там хуи, меня теперь интересует только один.       — Да ты что-о, неужели она? — Рикс округлил в неверии глаза и добавил страшным шёпотом, будто ругался в церкви: — Моногамия?       — А что? — неожиданно отреагировал Хотч и проверил ещё раз белоснежные крылья, которые в прошлый раз расцарапали ему спину и стали причиной размолвки с предыдущим любовником. — Гарси хороший. Может, что и выгорит.       — Не могу поверить, что слышу от тебя такие слова. Стареешь, друг.       — Заткнись, — ткнув Рикса в бок, Хотч кивнул на телефон. — Тебя там самого не заждался ещё принц наш? Он терпеть не может опоздунов. Или ты его маринуешь?       — Да, пора бы, — Рикс тут же сник. Ему казалось, что как только он выйдет из шумной полной веселья гримёрки, то никогда больше не вернётся, навечно лишив себя возможности испытать привычные эмоции от своеобразной рутины стриптизёра, которая ему по-своему нравилась. Сам себя накрутил и сам же теперь мучился. — Пойду.       — Удачи, — Хотч шлёпнул его по заднице, обтянутой лаковой кожей, и послал воздушный поцелуй, стоило Риксу недовольно прошипеть, обернувшись, и потереть место удара.       Подойдя к тяжёлому занавесу, отделявшему закулисье от общего зала, он ещё раз вдохнул и выдохнул, потряс руками, чтобы сбросить напряжение. Пластырь надо отрывать сразу, а не тянуть, на Лабеле свет клином не сошёлся — обычно он сходится на Риксе во время танца. Вот и не надо придумывать обратное. Хорош бегать.       Набравшись наконец смелости, он выскользнул из-за портьеры и, смешавшись с гостями, разодетыми во всевозможные греховные версии всего, что могло быть связано с религией, подобрался к Лабелю в конце бара. Краем глаза Рикс заметил сидевшего неподалеку Гарса и с трудом подавил удивление, вклиниваясь между очередным ангелочком и священником, который поднял на него недовольный взгляд. Хотя стоило Лабелю разглядеть внешний вид Рикса, как недовольство быстро сменилось любопытством. Из-за шумной музыки и гомона разговоров вокруг приходилось повышать голос:       — Привет, извини за опоздание, — за баром уже было не присесть и пришлось облокотиться локтями на стойку, привлекая внимание бармена. — Как обычно.       Изначально Рикс не хотел пить вообще, но Лабель болтал в руке стакан с янтарной жидкостью — снова виски — и не составить компанию было бы невежливо. Наверное. Или просто хотелось расслабиться. Главное, с шеста позже не свалиться. Мгновение и в его ладонь лёг коктейль из водки, сливок и кофейного ликёра — первая работа не оставляла и здесь.       — Привет. Да ничего, — Лабель коснулся чёрных перьев за его спиной, проверяя их гладкость и проводя по всей длине. — Так долго наряжался? Тебе идёт.       — Кхм, спасибо, — усмехнувшись, Рикс почувствовал, как зарделись от дежурного комплимента щёки, сливаясь с общим цветом его образа демона. — Как тебе рога?       — Настоящие? — беззастенчиво протянув руку к красным рожкам на ободке, Лабель сосредоточенно пощупал их. — Так и знал, что ты дьявол.       — Если ты священник, то можешь меня изгнать.       — Или призвать, — улыбнувшись краю стакана, Лабель стрельнул в него игривым взглядом, от которого у Рикса мурашки побежали по коже и дёрнулся член. На фоне полуобнажённых тел в гримёрке, да и на танцполе, одетый Лабель вызывал куда больше желания.       Тьфу, какое ещё желание, не испортить бы всё сначала своим признанием. Рикс поспешил приложиться к своему коктейлю, отвлекаясь мыслями от безбожно красивого лица, которое ещё недавно покрывал поцелуями. Отвлекаться не получалось.       — М, так почему клуб? — всё же спросил Лабель, и стекло непроизвольно лязгнуло Риксу о зубы. — Любимое место?       — Э-э, не то чтобы… вообще, я больше люблю спокойные места. Как кофейня, например.       — И всё же мы не в кофейне, — Лабель прищурился, пока губы, влажные от виски, тянулись в кошачью улыбку.       — Мы там уже столько раз были, — в тон ему ответил Рикс, притворно качая головой и обводя руками танцпол, — хотел удивить!       — Удивил не то слово, — с каждым глотком серые глаза блестели всё оживлённее.       — Звучит так, как будто тебя приглашают только на вечеринки да тусовки.       — Пф, — фыркнув, Лабель облокотился спиной на стену позади себя, поймал взгляд Рикса, который, стоя рядом, скрывал их от любопытных носов. — Я, скажем так, не хожу на свидания.       — Вот как, — только и смог ответить Рикс, делая очередной глоток. Ему нестерпимо захотелось курить.       — А ты?       — Я?       — Часто ходишь на свидания? — Рикс задумался, припоминая свои редкие связи, которым больше подошло бы слово случки, чем свидания, и отрицательно помотал головой. — Ни за что не поверю. На тебя вешаться должны.       — О, не заставляй меня говорить «нет, на тебя», — рассмеялся Рикс.       — На меня вешаются, — Лабель пожал плечами, обводя пальцем край своего стакана. — Только, полагаю, не в том смысле, в каком ты подумал.       — И в каком же я подумал?       Облизнув губы, Рикс не заметил, как наклонился ближе, подпадая под чары аромата дорогого парфюма и пронзительного взгляда серых глаз, напоминающих ему плотный сигаретный дым. Лабель задрал подбородок, разглядывая его в ответ.       — Ты мне скажи.       И снова это пьянящее лучше алкоголя чувство — весь мир исчез. Ни музыки, ни голосов, один шум крови в ушах, как и растворились люди, предметы, окружение, остались только выкрашенная чёрной краской стена и Лабель на её фоне в своём облачении священника, которому отчаянно хотелось исповедоваться. Может, даже на коленях. Рикс опустил взгляд на губы Лабеля и подумал, что хотел бы его не просто поцеловать, а трахнуть. Ещё раз этот блядский рот, вечно говорящий загадками, а потом и самого Лабеля. До звёздочек, до надрывных стонов и всхлипов, до мокрой кожи. И судя по потемневшим глазам напротив похабные мысли крутились не только в его голове.       Зачем они вообще тратили время на разговоры?       — Ну так? — насмешливый голос вывел из фантазий, возвращая их взглядам осмысленность.       — Я забыл, о чём мы говорили, — искренне ответил Рикс и вернулся к отрезвляющему холодному коктейлю, но эффект был, к сожалению, краткосрочным.       — Неважно, — Лабель поправил свой тугой ворот, улыбнулся. — Лучше расскажи, как дела у твоей сестры. Как её зовут ещё раз?       — Дарея. Боги, тебе реально интересно?       Растёкшись по барной стойке, Лабель подпёр кулаком щёку и серьёзно покивал. Не найдя темы получше (не говорить же о том, ради чего их встреча была организована именно здесь), Рикс повёлся на уловку и принялся в красках описывать, каким же ребёнком была Дарея, стараясь, впрочем, не вдаваться в детали о родителях кроме сухого факта их кончины. Почувствовав тонкий лёд, Лабель не задавал неудобных вопросов, а может, просто не хотел, чтобы обсуждение затем перескочило и на его больное место «отцов и детей», хотя о сёстрах всё же немного рассказал, а потом и о годе, проведённом в Италии. В любом случае они ещё ни разу не разговаривали о чём-то нейтральном так долго, без подколок, двойного дна в каждом слове, из-за чего беседа была особенно приятной и лёгкой. Пусть даже в антураже развратного круга Ада.       Второй стакан виски подходил к концу, но Лабель вовсе не выглядел захмелевшим, в отличие от редко пьющего крепко Рикса, которому вторая порция коктейля развязала не только язык, но и руки, позволяя ладони скользнуть по чужому колену. И чего он так боялся и долго тупил?       — Да ты не просто дьявол, ты самый настоящий инкуб, — промурчал Лабель, совсем не противясь поползновениям.       — Кто? — Рикс вновь оказался слишком близко.       — Распутный демон, — Лабель ответил на выдохе и почти позволил себя поцеловать, когда вдруг упёрся рукой в плечо Рикса и заглянул в помутневшие глаза. — Сколько времени?       — Времени? Времени. Чёрт… — похлопав себя по отсутствующим карманам, Рикс развёл руки в стороны, — …я понятия не имею.       — Думаю, мы не опоздаем, — вмиг собравшись, Лабель изящно, как и всегда, сошёл с барного стула и обернулся на Рикса, который наблюдал за его фокусами из-под нахмуренных бровей. — Идём.       — Куда?       — На приватную вечеринку, она, должно быть, уже в разгаре, — тёплые пальцы обхватили ладонь, потянули за собой, вынуждая подчиниться. Трезвость ещё никогда так резко не приводила Рикса в чувство.       Какая, нахрен, вечеринка? Он хоть и расслабился, но краем сознания, минуя болтовню и флирт, следил за номерами на сцене и до его выхода оставалось ещё три выступления и два перерыва. План у него был незамысловатый — разговорить, расположить, а потом пойти да станцевать вместо кучи объяснений. Если же и сегодня его выступление сорвётся, то Лабель может уже не стараться — Марго уволит Рикса раньше.       — Может, останемся тут? — слабая попытка остаться в общем зале, чтобы ничего не пропустить, успехом не увенчалась. На ходу бросив нечитаемый взгляд через плечо, Лабель отрицательно помотал головой.       — Нет-нет, меня там ждут, — он остановился в коридоре у двери в випку, где Рикс бывал не раз, и шумно вздохнул, встречаясь с удивлённым взглядом: — Забыл кое-что сказать.       — Что? — Рикс не сразу заметил, как со спины к ним подкрался Гарс.       — Я ведь хозяин этого клуба. Часть наследства. Вот, надо было сразу сказать, но мы что-то заболтались. Ладно, идём, — на последнем слове Лабель распахнул дверь в комнату, погружённую в привычный полумрак с меняющимся цветным светом под потолком.       Десяток человек, чьи лица даже если получилось бы разглядеть, невозможно было бы запомнить из-за грима и макияжей, увлечённо болтали и были достаточно откровенно заняты друг другом. Атмосфера была интимнее, располагала к переходу границ и вскрытию рамок дозволенного в близкой компании. Их помпезное появление привлекло всеобщее внимание, последовали весёлые приветствия, рукопожатия и улюлюканья. Какие-то знакомые, товарищи по праздному времяпрепровождению?       От напряжения у Рикса заныли виски. Внезапное признание Лабеля заставило его на мгновение забыть, что новость в общем-то новостью не была и давно ему известна. Только какой смысл в том, чтобы бросать её вот так в лицо, намёк, что Лабель уже всё про него знал? Или действительно просто сознался, раз уж Рикс сам его сюда позвал? И тогда Рикс всё ещё мудак, скрывающий какую-то ерунду? Надо было просто ляпнуть в ответ «понятно, а я тут стриптизёр кстати». Сука, да почему с ним было так сложно!       Лабель уселся на свободное место широкого длинного дивана, похлопал рядом, приглашая Рикса сесть, и проигнорировал Гарса, севшего по другую руку.       — Ты теперь всегда с охраной? — уточнил Рикс, кивая на их немого спутника и надеясь замять тему владения клубом.       — Да. Другие скажут, у меня паранойя разыгралась, но мне так спокойнее. Не обращай на него внимания, — беспечно пожав плечами, Лабель понизил голос: — Гарс у нас не фанат подобных заведений.       Прикусив язык, Рикс заставил себя промолчать, чтобы не ляпнуть, что он в курсе. Уже видел, уже заметил, а ещё, к неудобству всех присутствующих, знал про отношения с Хотчем, от чего виски запульсировали с новой силой. Жаль, драгоценный коктейль остался на баре, сейчас бы опрокинуть его залпом. А лучше чисто водку. Два шота. И закурить.       Перегнувшись через Гарса, Лабель заговорил с близсидящим парнем (или девушкой? так и не поймёшь), но из-за громкой музыки расслышать хоть слово было сложно. Рикс отвлёкся на своё покрытое красным глиттером тело, проверяя целостность блёсток, которые плотным слоем покрывали его обнажённую грудь и шею. Вроде всё на месте.       — Мы ничего не пропустили, — вернувшись к нему, пояснил Лабель, как будто они оба ждали что-то определённое.       — Что именно? — напряжённо спросил Рикс, стараясь не бегать глазами по помещению в ожидании какой угодно подставы вплоть до выпрыгивающих из стен ниндзя или плана-перехвата.       — Маленькое шоу. Ещё один факт обо мне: я большой любитель стриптиза, — «да что ты», — с эстетической точки зрения. Красивые люди красиво танцуют и показывают себя, в этом что-то есть, м?       — Да, пожалуй, — Рикс даже почти гордился тем, как спокойно ответил и не дрогнул ни одним мускулом.       — Ты когда-нибудь на такое ходил? — с любопытством спросил Лабель, расслабляясь рядом и вновь поправляя воротник, который Риксу не терпелось расстегнуть, чтобы запустить руки к оголённой горячей коже.       — Доводилось.       — Ты полон сюрпризов, — Лабель усмехнулся, — всё я о себе да о себе, следующий факт с тебя. Нет, два, ведь я сказал два.       — Отлично, я как раз хотел сказать…       — Ш-ш, — подобравшись, Лабель вдруг приложил палец к губам Рикса, заставив того от неожиданной близости замолчать, — давай после привата. А то мало ли, что ты там расскажешь, а я уже настроился на развлечения.       Он легко рассмеялся, но ответная улыбка Рикса вышла кислой. И почему он даже не удивился, когда через пару мгновений «показывать себя» к ним явилось божественное существо во плоти так похожее на Хотча, чьё накрашенное под ангела лицо при виде гостей даже не дрогнуло в гримасе, стойко сохранив одухотворённое мягкое выражение с порочной ноткой. Профессионализм не спугнёшь. Рикс поймал томный взгляд из-под белых ресниц с пёрышками, которым исследовали гостей, устанавливая с каждым зрительный контакт, и в момент, когда они посмотрели друг на друга, Хотч не удержался и с едва заметной улыбкой подмигнул ему.       «Так ты знал!» — Рикс вложил в свой прищур всё душившее его возмущение. — «Знал, козлина, и не сказал ни слова!»       «Сорян, я ни при чём», — означало кокетливое моргание Хотча, прежде чем он начал своё чарующее представление падшего ангела.       Зная его номер наизусть, Рикс не мог даже для виду изобразить нужный интерес и уж тем более не собирался пускать слюни на своего друга (давно в прошлом), но у него было немного времени подумать. Получается, Лабель знал, что Хотч работает в клубе, поэтому устроил, видимо, этот очень смешной перформанс. И что они друзья тоже знает? Было бы логично, такой как Лабель должен был всё про Хотча выведать, прежде чем с ним работать. Почему в голову не приходило раньше, что всё уже давно известно?! Рикс закатил глаза от своих мыслей — потому что сам так не жил, очевидно, как и не имел привычки за кем-либо следить и выяснять информацию окольными путями. Обычно люди были готовы рассказать о себе сами, стоило спросить, чему он учился заново последнее время.       Так Лабель знал и делал вид, что не в курсе? От такого допущения по коже пробежался табун мурашек, даже как-то пугающе. Исподлобья Рикс взглянул на него, любующегося грацией Хотча, словно впервые понял, с кем связался. Не какой-то там одногруппник или коллега по работе, не знакомый знакомой, не безликий парень на один раз. Связи, деньги, совсем другие возможности. Совсем другая жизнь. Вот чёрт, угораздило же глупому сердцу биться чаще именно от его взгляда.       Рикс закинул руку на спинку дивана (клуб может и дорогой, а если свет включить, то потрёпанно здесь всё, как у него дома) и задумчиво постучал пальцами по обивке. Если Лабель хотел увидеть его реакцию на Хотча, то почему даже не бросил едкой или намекающей фразочки, только с восторгом подмечал каждое волнующее движение гибкого тела, но скорее с любопытным интересом, чем вожделением. Взгляд вильнул через черноволосую макушку к Гарсу, от которого за версту несло энергией камня, в который тот отчаянно хотел превратиться. О, не для него ли на самом деле было представление?       На Хотче остались лишь нимб, крылья и весьма номинальный лоскут белой ткани на бёдрах. Самый падший из падших, он уделил несколько мгновений каждому из гостей, позволяя каждому прикоснуться и опорочить ангела ещё больше. Рикс скрыл улыбку, когда Хотч, дойдя до онемевшего Гарса, невесомо скользнул по его губам чёрными в туши пальцами, которые были скрыты вначале под белоснежными перчатками — любимая часть номера. Но то, что произошло дальше, заставило лишиться дара речи и Рикса.       Шагнув к Лабелю, Хотч мягко вклинил колено между его ног, склонился к лицу — пальцы в краске коснулись чистой кожи, пачкая. Лабель поначалу выглядел растерянным, хоть и не отстранился, но, прищурившись, понял, что за игру затеял его ассистент, беззастенчиво зарабатывающий себе повышение, и был готов подыграть. Контраст выбеленной ангельской фигуры с чёрными одеждами священника, который выбрал согрешить, привлёк внимание всех собравшихся, но Рикс и Гарс, сидевшие по обе стороны от целующихся, оставались в первом ряду зрелища.       Много чего Рикс ожидал от сегодняшнего дня, вплоть до самых смелых фантазий, но точно не Хотча, сливающегося в нежном поцелуе с Лабелем, который охотно отвечал, прикусывая чужие губы. Чужие! Рикс даже зажмурился на секунду, решив, что всё увиденное таки оказалось горячечным сном. Придушенный вздох заставил его открыть глаза и убедиться, что всё реальнее некуда. Он хотел переглянуться с Гарсом, но тот был полностью поглощён сценой и не мог отвести взгляда, хотя уж ему стоило бы первому скривиться и спрятать глаза. Причём по нему было не понять, возмущали его целующиеся (не с ним) парни или возбуждали, или и то и то.       Риксу скрывать было нечего — у него член встал колом от одной плавной линии вытянутой лебединой шеи. Он помнил, как так же Лабель тянулся к нему, целовал куда с большей страстью и рвением, так что их маленькое представление не смогло обмануть. Только разжечь ещё больше желание, ставшее почти болезненным.       — Хорош, — Гарс вцепился в запястье Хотча и дёрнул на себя, из-за чего ангел наконец оправдал своё звание падшего и не слишком изящно свалился прямо ему на колени.       — Даже так, — хмыкнул Лабель, проведя большим пальцем по своим измазанным в помаде губам, и без лишних слов коротко кивнул своему телохранителю, который неловко поймал его взгляд. Сидевший на коленях Хотч попытался было подняться, но Гарс, нахмурившись, не позволил.       Рикс бы непременно поинтересовался, что за обмен таинственными знаками, но был слишком занят разглядыванием красивого профиля и больше не планировал терять время. В конце концов поговорить они всегда успеют, а момент надо было ловить сейчас.       Его ладонь скользнула на узкую талию, потянула к себе, вынуждая Лабеля отвлечься от Гарса и удивлённо обернуться, чтобы немедленно встретиться с жадными губами Рикса. Если он и хотел сопротивляться, даже ради игры, то не смог, мгновенно растаяв в сильных руках и позволяя марать свой дорогой костюм священника о красные дьявольские блёстки в тесных объятиях. Рикс вплёл пальцы в шёлк чёрных волос, привлёк ещё ближе, не в состоянии насытиться чужой отзывчивостью, мягкостью и податливостью, словно Лабель и сам весь бесконечный вечер жаждал их близости. Нежно прикусив его нижнюю губу, Рикс смазал поцелуй ниже по вкусно пахнущей коже, склонился к подставленной шее, разрываясь между желанием укусить и провести языком, чтобы ощутить терпкий и при том сладкий вкус одеколона.       Лабель его нещадно пьянил, гипнотизировал, затягивал в омут, протягивая руку и предлагая утонуть вместе, а Рикс был только рад.       Оторваться друг от друга было сложно, но всё же возможно: Рикс не мог справиться с тяжёлым дыханием, когда от долгих поцелуев не хватало воздуха, рядом фыркал на свой перепачканный наряд Лабель. Подавшись к нему, Рикс хрипло прошептал ему в ухо:       — Моя очередь уводить тебя.       В серых глазах блеснуло озорство.       — И куда же? — он коснулся губами скулы Рикса, путая мысли.       — В место без лишних зрителей.       Встать с удобного дивана оказалось задачей со звёздочкой, особенно когда сердце колотилось от адреналина и выпитого накануне; Рикс потянул Лабеля за собой, тот чуть не споткнулся, но они всё же добрались до двери в коридор. Выпроводив спутника первым, Рикс обернулся на Хотча, увлечённого гневным спором с Гарсом, и понадеялся, что другу ничего не грозит. Не грозит же?       — Не Супер Майк, конечно, но какая грация! Тебе понравилось? — голос Лабеля заставил всё-таки оставить сомнения позади.       — Нормально, — со знанием дела Рикс взял его за руку и подвёл к раскрытым шторам свободной полувипки-полукомнаты-для-привата-или-быстрого-перепиха. Несколько таких таинственных штор встречались между пронумерованными дверями, где уединение и приватность стоили в разы дороже.       — Просто нормально? Пф, ну и запросы, — Лабель засмеялся, плюхнулся на полукруглый диванчик небольшого помещения с шестом посередине. Стриптизёры не жаловали эти комнатки, называя их каморками, и тут действительно было тесно, особенно после просторной випки для компании. Зато интимнее. — А ты знаток клуба, я посмотрю. Я и то забыл про шторы.       — Ага, — сказать что-либо ещё Рикс не мог, вся кровь из мозга давно утекла в напряжённый член, поэтому без лишних слов настиг Лабеля и, склонившись заместо Хотча, впился в приоткрытые губы голодным поцелуем.       Соображать становилось труднее с каждым едва различимым стоном, Рикс не глядя расстегнул «ошейник раба божьего», несколько пуговиц сутаны, ощутил, как колола пальцы горячая кожа. Потрясающие ощущения.       — М-м, стой, стой.       Удивительно, но Лабель умудрился не забыться и даже заставить Рикса отстраниться, в красном полумраке вглядываясь ему в глаза снизу вверх. Риксу хотелось расцеловать его лицо, но пришлось спросить:       — Что такое?       — Ты сказал, тебе не нравятся такие места. Но ты знаешь здесь даже потайные комнаты, — несмотря на сбившееся дыхание, Лабель говорил серьёзно, а серые глаза смотрели испытующе, будто ища подвох уже в одной реакции на свои слова.       — Да и что? — Рикс попытался вновь вовлечь его в поцелуй, но Лабель не дался, подозрительно сощурившись.       — Нет, давай честно. Я уже всё сказал, твоя очередь.       — Почему сейчас? — выдохнув, Рикс уселся рядом под скрип своих облегающих штанов. Он только теперь почувствовал, как давил на голову ободок с демоническими рогами, или то были неудобные мысли, распирающие череп изнутри.       — Потому что я не люблю…       — …обман? Я помню, — Рикс взглянул на Лабеля, который склонил голову набок в ожидании пояснений. «Рви пластырь, дурак». — Ладно, ты хотел факт за факт?       Резко поднявшись, он одним прыжком взобрался на низкую платформу с шестом и уверенно взялся за холодный металл рукой. Лабель следил за ним с выражением искреннего непонимания, что Рикса ужасно раздражало. Если всё давно известно, то к чему весь этот фарс? Медленно сделал круг вокруг оси, резко сел, разводя колени в стороны на идеальные сто восемьдесят градусов, неспешно поднялся, почти скользя торсом по шесту. Поначалу резкие от адреналина движения наполнились профессиональной плавностью, его дьявольский танец, предназначенный сегодня для всей публики, исполнялся персонально для шокированного его грациозностью одного единственного гостя.       Красный глиттер на голом торсе успел смазаться, впрочем, всё ещё выглядел магически притягательно, стоило скудному свету попасть на блёстки; крылья, плотно прилегающие к спине, добавляли его образу веселящегося демона ещё больше лёгкости. И, наверное, будь Рикс истинным адским отродьем, то заметил бы, как загипнотизировал Лабеля своим представлением, как хмурые брови не сочетались с губами, ловящими искрящийся воздух.       Рикс исполнил свой любимый трюк и спустился с шеста вниз головой, упёрся ладонями в пол, ловя равновесие, и через изящный кульбит оказался на коленях перед Лабелем. Опустившись на четвереньки, подполз к самому краю сцены и поймал взгляд широко раскрытых серых глаз. Если бы он только мог увидеть их двоих со стороны — падение последнего бастиона перед инкубом, картина маслом.       — Святой отец, я согрешил, — его хриплый от прерывистого дыхания голос заставил Лабеля облизать пересохшие губы. — Не сказал, что я и есть Супер Майк.       — Ты… что?! — большие глаза Лабеля стали ещё больше, занимая пол-лица, вуаль гипноза растворилась, и он растерянно поморгал, зашипел: — Что за бред?! Это шутка какая-то?       — Ты хотел факт, я продемонстрировал наглядно, — Рикс подтянулся и сел перед ним на колени, хотя из-за высоты сцены их лица были почти вровень друг с другом.       Повисло неловкое молчание. Лабель расстегнул ещё несколько пуговиц на рубашке, словно от сложившейся картинки ему выбило весь воздух из лёгких и надо было вздохнуть сильнее.       — Хочешь сказать, что тогда ты… мы…       — Да… я был и Пьеро-официантом, и тем ковбоем, и…       — И?!       — Не знаю, любым Супер Майком, которого ты знал, — извиняющаяся улыбка Рикса не возымела должного эффекта, он добавил со смешком: — Ну, кроме того, который ужасно танцевал.       — Боги… — закрыв глаза, Лабель потёр пальцами виски.       — Ты что, правда не знал? Ты же сам сейчас Хотча позвал, и я подумал, что…       — Хотч, конечно… я должен был догадаться, — Лабель откинулся на спинку и посмотрел на Рикса по-новому, но расшифровать его взгляд не получалось. — Знаешь, что он мне сказал перед концом своего рабочего дня сегодня?       — Э-э, нет?       — Чтобы я расслабился и получал удовольствие. Я ещё подумал, что он слишком много фамильярничает.       — Да, он любитель, — Рикс не смог сдержаться от усмешки, представив Хотча-ассистента, комментирующего потенциальные потрахушки своего босса, которым являлся Лабель. Из-за затёкших ног пришлось пересесть на край сцены, из-за чего их колени теперь касались друг друга, но Лабель, казалось, не заметил. — Он ведь в безопасности с Г… этим твоим?       — Кем? А, да, я просто хотел повеселиться. Сказал Гарсу, мол, у меня подозрения и надо будет очень тщательно проверить того, на кого покажу.       — Ты ведь в курсе, что они…       — Хах, да. В отличие от других секретов.       — Так ты что, реально не знал?       — Нет, — нервно намотав кудрявую прядь чёлки на палец и отпустив, Лабель взъерошил волосы. — Хотя это было очевидно. Но… мне было не до этого.       — Я не врал тебе.       — Недоговаривал, м?       — Ну типа… я никому не рассказываю о работе тут.       — И зачем же она тебе нужна тогда? Лёгкие деньги, лёгкий секс? — он опёрся локтями на колени и заглянул Риксу в глаза, планируя, видимо, препарировать душу того до конца.       — Из-за Дареи. Зарабатываю на лучшую жизнь для неё. Так уж сложилось.       — Хм.       По сощуренным глазам было не понять, Лабель поверил или всё ещё в чём-то подозревал, а сам Рикс не знал, стоило ли ему оскорбиться или продолжать оправдываться. Хотя ради сестры он и на коленях бы умолял, чёрт там с интрижкой, остаться бы с работой. Наконец Лабель, придя к какому-то решению мысленно, улыбнулся одним уголком губ и покачал головой:       — Ладно, ты Супер Майк, я — владелец клуба, в принципе это ничего не меняет. Так даже интереснее. Почти ролевые игры.       — То есть… ты не злишься на меня? — Рикс позволил потянуть его за руку к себе на диван; Лабель закинул локоть на спинку и подпёр голову ладонью, рассматривая его так, словно видел впервые.       — Нет, а должен? Танцуешь и танцуешь, я это люблю, будешь танцевать для меня, — длинные пальцы рассеянно погладили голую кожу часто вздымающейся груди, проверяя не останутся ли блёстки на подушечках, Лабель поднял на Рикса заинтересованный взгляд: — Или есть что-то ещё?       Почесав бровь, Рикс задумался, стоило ли вываливать и второй мучивший его факт, в правдивости которого у него не было такой уж железной уверенности. Пока он взвешивал за и против, Лабель продолжил говорить:       — Хорошо, что ты сам сказал. Пожалуй, узнай я случайно об этом позже, то точно решил бы, что у тебя какое-то задание.       — Задание?       Лабель пожал плечами.       — Не просто так я таскаюсь с телохранителем даже на свидание. И не просто так приходилось уезжать из страны. Симпатичный бариста подбирается ко мне, пока работает параллельно в моём другом бизнесе, и не упоминает об этом. Сложно было бы поверить в такое совпадение, понимаешь?       «Боги, вот это я бы влип», — пронеслась мысль в голове Рикса, и он заставил себя выпалить:       — С меня второй факт, — брови Лабеля поползли вверх от резких слов. — Не знаю, как это прозвучит. В общем, э-э… ладно, я лучше спрошу.       — О чём?       — Ты был тут, в клубе, три недели назад? Как раз перед понедельником, когда вы с Августой впервые пришли в кофейню?       Рикс мог бы поклясться — зрачки Лабеля непроизвольно дрогнули и расширились, затмевая серую радужку, что говорило за него лучше любых слов, но пришлось заставить себя терпеливо дождаться ответа. Расслабленный вид улетучился: такие вопросы явно не пришлись по вкусу.       — А что?       — Просто скажи, — Рикс сглотнул и добавил тише, — пожалуйста.       Задумавшись, Лабель всё же с неудовольствием кивнул и отвёл глаза.       — И что с того? — глупо было ожидать, что он бросится рассказывать в подробностях, чем занимался в ту ночь.       — Я тоже. Ну, был тогда тут, как раз открутил свой номер, собирался домой. И, ну… — под прицелом напряжённого взгляда Рикс понял, что давить не стоило, как бы ни хотелось. — Отлично провёл время. В туалете. С кем-то длинноногим. Я сам не видел, ногами восхищалась компашка у зеркала. Вот, и так вышло, что… я об этом вспомнил случайно в начале недели после…       — Хватит.       Раскрытая ладонь Лабеля почти уткнулась Риксу в нос, пока второй он спрятал глаза и шумно вздохнул. Молчание было ещё более натянутым и неловким, чем первое, когда Лабель вдруг хмыкнул, фыркнул, а потом негромко засмеялся. Его искренний смех оказался заразным, и вот они уже оба сидели рядом, не в силах справиться с рвущимся наружу весельем от абсурдности ситуации и сложившегося пазла. Вряд ли кто-то из гостей понял бы, почему из-за шторы в коридоре випок слышно не привычные стоны, а плохо сдерживаемый хохот.       Отсмеявшись, Лабель смахнул подступившие к глазам слёзы и с резко посерьёзневшим выражением поймал смеющийся взгляд напротив.       — Ну ничего себе. Я, конечно, понятия не имею, о чём ты, но… — прильнув к Риксу, он хитро улыбнулся и перешёл на едва различимый шёпот, — …но меня очень возбудила твоя интересная история. Таинственный незнакомец на коленях по ту сторону, так волнительно. Много ты думал об этом потом?       Рикс облизал губы, растягивая их в усмешку и чувствуя, как тёплая ладонь уже гладит член сквозь преграду ткани. Это всё-таки был он!       — Я не видел, думаешь, он был на коленях? — так же тихо спросил Рикс, прижимая Лабеля к себе ближе и ловя его смеющийся выдох губами за мгновение до того, как впиться поцелуем в нежную кожу шеи.       — Предполагаю, — игриво бросил Лабель, пока одной рукой развязывал шнуровку штанов Рикса, а пальцами другой путался в его волосах.       Наконец-то помещение будет использовано по назначению, оно должно было изголодаться по привычным звукам и жару вместо ледяных стен, возводимых между людьми. Рикс кайфовал от долгожданной возможности расстегнуть проклятую рубашку, снять её с Лабеля, чтобы стянуть ему руки за спиной и очертить языком одному ему ведомые узоры на белых ключицах и ниже к розовым жемчужинам сосков. От него пахло уже привычной сладостью вперемешку с алкоголем, и Рикс был готов признаться себе, что ничего другого не хотел бы больше никогда ощущать.       От рубашки священника с накидкой они всё же избавились, как и от крыльев, рогов, лишних слоёв. Больше не нужны маски и образы. Лабель недовольно бурчал, что из-за блёсток на шее и груди не мог расцеловать его так, как хотелось бы, на что Рикс смеялся и сам с упоением целовал каждый сантиметр, не имея преград. Мозг ещё не верил, что желаемое было в его руках, извивалось под ласками, вжималось телом в тело, грело ладони и просило о большем, но тело отзывалось раньше мысли и не нуждалось в осмыслении происходящего — оно хотело наслаждаться.       — Тебя не напрягает? — нависнув над распластанным под собой Лабелем, Рикс кивнул на закрытую штору, которая ни разу даже не колыхнулась с момента их прихода.       — Плевать… — судя по осоловелому взгляду серых глаз, его сознание уже с радостью капитулировало и не планировало возвращаться до ближайшего оргазма.       — И то, что здесь столько народу переебалось, м?       — Мне на всё сейчас плевать, Рикс. Кроме тебя, — красивые руки с тонкими запястьями и длинными пальцами потянулись к его шее, чтобы привлечь к себе, и сердце зашлось первой космической.       Покачав головой, Рикс провёл ладонью от плеча по талии к бедру, подхватил под задницу, сминая её пальцами, и в очередной раз порадовался, что сегодня они были не клиент и стриптизёр, потому что можно было в любой момент целовать и кусать покрасневшие губы, ощущать чужой язык в своём рту и отвечать тем же. Кем они были тогда — он не знал и не хотел думать.       Рикс перевернул Лабеля на живот, вновь навалился сверху, выбивая сдавленный выдох, грубо сжал обнажённую ягодицу из-под спущенных брюк. Какая же отменная задница у него была, такая, какую Рикс и представлял с момента их знакомства, даже лучше, потому что ещё и идеально ложилась в его ладонь. Все нужные приблуды вроде смазки и презервативов в избытке валялись как само собой разумеющееся на специальном столике рядом с диваном. Влажные пальцы скользнули в ложбинку между, Лабель выгнулся со стоном:       — Чёрт… — и насадился глубже, без лишних слов прося ещё и ещё.       Настоящее испытание для терпения Рикса, у которого голову кружило как при жёсткой пьянке, но весь выпитый алкоголь давно выветрился, достаточно было зарыться носом в чёрные волосы и поймать сладкий запах. Им даже не понадобилась долгая подготовка, Лабель принял его член с рваным вздохом и Рикс почувствовал, как давно был нужен, стоило тому опереться затылком о его плечо, а рукой прижать к себе ещё ближе за шею. От ощущения тесноты в глазах темнело, особенно когда мышцы сжимались, казалось одно неверное движение и сдержаться точно не выйдет.       Рикс улёгся поверх удобнее, просунул руку под грудью, чтобы прихватить шею, почувствовал как нырнул кадык Лабеля от тяжёлого сглатывания из-за запрокинутой головы и нарочито медленно двинул бёдрами. Короткие ногти полоснули шею сзади, призывая ускориться. Как можно было отказать.       Кожа быстро стала влажной, Рикс чувствовал, как капли пота рассекают спину, слышал, как хрипло стонет Лабель, мыча в подушку, видел, как ему отдавали весь контроль над собой, доверялись и отдавали все бразды. Рикс, для которого контроль был важен как воздух, поплыл. Слишкомслишкомслишком хорошо.       Достаточно и пары резких толчков, войти до шлепка яйцами и прижаться всем телом, чтобы кончить под тугим давлением. Он и не заметил, что Лабель извернулся помогать себе, отняв у него эту возможность, но Рикс всё же накрыл его ладонь своей в последние мгновения — горячая сперма обожгла пальцы. Ничего, у них впереди ещё много прекрасных разов, и Рикс успеет изучить каждый миллиметр желанного тела.       Они замерли, пытаясь отдышаться, хотя Лабелю определённо было тяжелее, буквально, на нём лежала целая гора мышц, прижимая к дивану, от которого хотелось наоборот отстраниться. Попытка скинуть Рикса с себя не увенчалась успехом — тот, разомлев, только сжал его бока сильнее. Если бы он мог сфокусироваться, то ощутил бы грудью, как колотилось чужое сердце и как напряжены мышцы, будто у них был не фантастический секс с долгожданным финалом, а борьба. На смерть.       — Слезь, — задушенно пробурчал Лабель, вновь предпринимая попытку освободиться. Слишком нервную для человека, которому следовало расслабленно валяться и приходить в себя.       — Да чего ты, — Рикс поцеловал его за ухом и потёрся носом. — Ещё минутку.       — Нет! — брыкаясь своими длинными конечностями, Лабель всё же смог выкрутиться и, оттеснив Рикса к спинке, принялся судорожно одеваться, попутно вытираясь салфетками.       Ничего не оставалось, как последовать его примеру. Рикс стащил презерватив и, завязав, выкинул в мусорку, незаметно встроенную в столик с приблудами для утех — всё для комфорта дорогих клиентов.       — Что за перемена? — в отличие от уже одетого Лабеля ему было лень даже затягивать шнуровку своих кожаных штанов, так что концы верёвок бестолку болтались. Рикс поймал тонкое запястье, заставляя посмотреть на себя. — Сбежать решил?       — Может быть, — шикнул Лабель, но Рикс только удивлённо задрал брови.       — Не ершись, — он потянул его на себя, вынудил сесть себе на колени и погладил по вновь спрятанному в брюках бедру. — Я тебя никуда не пущу всё равно. Один раз уже сбежал, хватит.       — Не понимаю, о чём ты…       — Ну да-да, — смеясь Рикс поцеловал упрямо сжатые губы, которые тут же сдались под малейшим напором. Всё же Лабель привык совсем иначе проводить время в клубе, Рикс догадался, потому поспешил не дать уйти и удержать строптивого дикого кота в капкане объятий.       — Ты тоже от меня сбегал, — Лабель ткнул его в грудь для убедительности, где от блёсток остались лишь бледно-розовые следы. Опять находить их ещё неделю в самых неожиданных местах…       — Поступил как мудак, каюсь, — и снова нежный поцелуй, потому что невозможно было оторваться, когда сердце неделями просило и умоляло.       Перестав сопротивляться, Лабель ответил, глубоко вдохнул слабый запах пота и сигарет, от которого у него член готов был встать второй раз, прошёлся пальцами по ещё жаркой коже. Как приятно оказалось разрешить все загадки, не влезать в чужую жизнь и позволить другому человеку самому открыться, не разочароваться и не обжечься, а напротив — согреться.       Рикс как раз собирался спросить, какие у Лабеля были планы на выходные или на всю жизнь, когда из-за шторы, откуда и музыка-то едва доносилась, раздалось громогласное:       — Где этот недоносок?! Какого хера его жопы нет на сцене?! Я его лично за шкирку выволочу!       Грудной голос Марго он узнал бы из тысячи. Её было сложно разозлить, настоящий образец ангельского терпения, но стоило всё же доиграться на её нервах и не сносить никому головы. Штора отлетела в сторону, едва не сорвавшись с карниза и являя их двоих взбешённой директрисе. Как от удара током Лабель мгновенно слетел с колен Рикса и в секунду оказался на другом конце дивана, сам не на шутку перепугавшись грозной тучной фигуры в проёме. Впрочем, Марго даже не взглянула на него.       — Ты! — длинный алый ноготь указал прямо на Рикса, загнанного в ловушку посередине комнаты. — Ты доигрался! Это была последняя капля! Собирайся и вали, ты уволен!