Ради кофе можно пойти на всё

      За свою вспыльчивость Лабелю было, пожалуй, немного стыдно. Не стоило в конце рабочего дня ставить Рикса перед фактом, что тот нужен вечером до ночи, и потом говорить, чтобы он как угодно решал, с кем оставлять сестру. Лабель сам не знал, что на него нашло, видимо, сказывалось напряжение последних недель, потому как ему вовсе не хотелось грубить. Но Рикс после одной поблажки решил — теперь всё будет сходить с рук. От воспоминания о его злом лице губы сами разошлись в усмешке. Сбив пепел в выдвижную пепельницу дверцы автомобиля, Лабель скосил взгляд на молчаливого соседа.       — Ещё злишься?       Он мог бы спросить, но заткнул себе рот фильтром сигареты, позволяя Риксу начать разговор первым.       

***

      — С чего это ты куришь?       Они молчали уже добрых полчаса, куда только можно так долго ехать. Рикс перестал злиться на выкрутасы Лабеля еще по пути домой, когда в спешке думал, куда девать сестру. Пришлось оставить её одну с котом под замком, впрочем, не впервой, Рикс не сомневался, что Дарея ничего не учудит, тем более она была научена строго и чётко отвечать на сообщения, но лёгкая тревога неприятно фонила. Когда с одной проблемой было покончено, его мысли уже занимала необходимость откопать в шкафу что-то, чтобы выглядеть «представительно», как ему сказал Лабель.       С непривычки было некомфортно в костюме, который Рикс последний раз надевал на выпускной, но хотя бы университетский, а не школьный. Руки так и просились оправить стрелки на брюках или дёрнуть манжеты, приходилось то и дело сжимать-разжимать пальцы, покоящиеся на колене, пока сам Рикс задумчиво смотрел в окно. Когда же нос учуял знакомый сигаретный запах, он не сразу поверил и с удивлением уставился на невозмутимого Лабеля.       — Почему нет? — ответил тот скучающе, пожав плечом, и затянулся. Рикс выгнул бровь, даже не думая, как выглядел, пока в открытую наблюдал за столь эстетичным зрелищем.       — Потому что ты не куришь, — всё же нашёлся с гениальным ответом. — И как давно?       — А у нас что, разговор по душам? — Лабель усмехнулся и вжал фильтр в пепельницу, резко смяв его в бычок. — Год. Может, два.       — И зачем? — Рикс не смог удержаться от хвастовства: — Я вот бросил.       — Стресс, — односложно бросил Лабель и усмехнулся последним словам.       — Помнится мне, ты предпочитал другие способы его снятия. Алкоголь… — протянул Рикс, припоминая и не замечая в сумерках, как лёгкий румянец окрасил белые щёки, — …сек…       — Стресса стало больше, — грубо оборвал его Лабель, захлопнул пепельницу и метнул в Рикса свой типичный взгляд начальника.       Но общие воспоминания проскочили в мыслях обоих, разлетелись вокруг искрами, наэлектризовывая скупое пространство заднего сиденья автомобиля. Взгляд Лабеля будто подёрнулся дымкой, изменившись, и Рикс шумно вздохнул, как фырчащий дракон пытался бы задуть разгорающийся огонь и случайно раздул бы его сильнее. И если бы водитель не совершил аккуратно своё вежливое покашливание, то одни Боги знают, сколько бы ещё они пытались то ли убить друг друга глазами, то ли сожрать.       — Так вот, о сегодняшнем вечере, — Лабель отвёл взгляд первым, мгновенно сбрасывая создавшееся высоковольтное напряжение, посмотрел на навигатор, оценивая, сколько ещё ехать.       — Да-а, — смутившись заминке, Рикс провёл пятернёй по волосам, путая пальцы в прядях. — Что там за вечер такой, что пришлось напяливать костюм?       — Достаточно важный, раз есть такой дресс-код, — вновь усмехнулся Лабель, окончательно взяв себя в руки, и сел удобнее, легко проведя ладонями по коленям. Рикс заметил кольцо и мысленно цокнул. На него что, отдельная невидимая лампочка направлена, как будто светится! И насмехается! — Мы едем в чайный дом, принадлежащий одной богатой индийской семье.       — Чайный дом? Чаи будем гонять? — беспечно уточнил Рикс, на что Лабель улыбнулся почти жалостливо.       — Всё, что тебе надо знать, что сделка с ними имеет для меня большое значение, что это весьма своеобразные люди, а твоя задача — внимательно слушать, наблюдать за обстановкой, держать лицо. Уж постарайся, как обещал.       — Это какие-то ещё одни твои друзья? — ехидство всё же проскочило в вопросе Рикса и Лабель одарил его взглядом «что ты несёшь?» из-под вздёрнутых бровей.       — Друзьями я бы их не назвал, — сдержанно ответил, несмотря на студёный холод в серых глазах. — Дубеи — враги моей сестры.       — Враги Августы? — Рикс впервые подумал, что он был совсем не в курсе дел Флавиев дальше того, что показывала пресса, и мурашки, разбегающиеся в тот момент по коже, намекали на не самый лучший расклад.       — Да, — вздохнув, Лабель пояснил тоном уставшего учителя: — Её политическая программа подразумевает поддержку местных производств, местных производителей и бизнесов. В общем, классическая национальная политика. В таких случаях под раздачу неизменно попадают иностранные компании, показательная порка и всё в таком духе. Бесконечные проверки, парочка случайно перевозбуждённых органов полиции, в лучшем случае закроют конторку-другую, в не самом оптимистичном варианте — кого-нибудь выдворят из страны или посадят.       В не самом оптимистичном варианте?! Рикс не успел вставить и слова, так как Лабель безэмоционально продолжил:       — Нормальные люди с этим легко справляются, залегают на дно и пережидают, но Дубеи, точнее, Басу-Дубеи… всё никак не привыкну, что Амрит женился. В общем, они слишком упрямые, громкие и любят привлечь ненужное внимание. Словом, идеальные кандидаты, чтобы с ними повоевать для журналистов.       — А тебе-то что до них?       Несмотря на услышанное и холодок вдоль позвоночника, Рикс в дурака играть не стал. Он читал рабочий договор перед тем, как подписать, видел пункт о языке за зубами и штрафы, от которых глаза на лоб полезли — легче будет сразу продаться в рабство. Да и разговор с Домиником тоже намекнул, чего ожидать. Что он там говорил про своего шефа? Наркотики, подставы и преступные сетки? Вряд ли с таким окружением Лабель занимался вышиванием на досуге.       — Сказал же, — Лабель взглянул на него искоса, — важная сделка.       «И во что ты, блять, ввязался?» — подумал Рикс, ещё из окна машины завидев заметно выделяющийся на фоне общей архитектуры города дом в несколько этажей. От него так и веяло восточной культурой в каждой детали от сложной резьбы, украшающей окна и стены, до причудливых балконов, которые выглядели весьма зловеще в вечернем освещении. Они плавно остановились у входа, и Рикс уже взялся открыть дверь, как Лабель остановил его, тихо заговорив:       — Просто слушай, подмечай детали, всё, что бросится в глаза. И будь начеку. Если заметишь что-то странное — скажи мне.       — Разве это не рядовая встреча? — Рикс покосился на телохранителя, которого Флавий выселил ехать на переднем сиденье. Берут ли с собой охрану на обычные мероприятия? Хотя, он ведь и в клуб из-за паранойи с ней таскался когда-то.       — Да… но у меня нехорошее предчувствие, — задумчиво ответил Лабель и похлопал по креслу впереди, чтобы первым вышел его телохранитель.       Их компанию впустили после того, как камеры на входе просканировали лица, и, по ощущениям Рикса, сквозь двери они вошли в совершенно другой мир. Первым, что он отметил, был удушающий запах непривычных благовоний, настоящее марево, висящее густым облаком. От такого и голова может разболеться. Внутри индийского дома всё убранство кричало о богатстве и достатке: вычурная мебель с деревянными кружевами ручной работы, изящные статуэтки и картины, колонны, стены и пол из красного дерева, даже занавески на редких окнах — и те красные, что придавало помещению интимной атмосферы.       Перед Лабелем, идущим впереди своего сопровождения, как из-под земли вырос мужчина с длинными волосами по пояс. Рикс без удовольствия отметил, что распущенный чернильный каскад выглядел весьма вызывающе. Неужели все «друзья» Лабеля выглядят один выёбистее другого?!       — Добрый вечер, мистер Флавий, — обладатель неприличной гривы открыто улыбнулся, легко качая головой в знак приветствия.       — Добрый вечер, мистер Вайш, — ответил тем же Лабель.       Они обменивались дежурными репликами о дороге и погоде, пока Вайш со знанием дела вёл их сквозь арки из комнаты в комнату, из-за чего дом, снаружи не шибко большой, показался Риксу огромным. На светском вечере было на удивление людно и даже немного шумно. За поворотом их своеобразная делегация остановилась у лестницы на следующий этаж.       — Господин Дубей уже ждёт вас, мистер Флавий, — Вайш любезно указал рукой наверх, одарил любопытным взглядом чёрных глаз Рикса. — Насколько я помню, разговор подразумевался приватный…       — Да, — успевший сделать шаг на ступеньку выше, Лабель взялся за перила и обернулся к своим сопровождающим. — Боман, пойдёшь со мной. Рикс, жди здесь.       И продолжил путь дальше как ни в чём не бывало, даже не подозревая, каким горящим от ярости взглядом провожали его в спину. «Жди здесь! Можно подумать, я какая-то собака!» — разгонялись неприятные мысли в голове, но их рой нарушил спокойный голос:       — Зал в вашем распоряжении, — смилостивился Вайш и, больше не оглядываясь, последовал за гостем.       — Вот же… — процедил сквозь зубы Рикс, которого оставили в непонятном месте делать непонятно что без каких-либо точных пояснений.       Тупить у лестницы долго не вышло бы. Выдохнув, Рикс спокойно развернулся и наскоро оценил обстановку зала, похожего на чайную комнату и, вероятно, ей являющегося: никакого общего фуршета, зато был один свободный столик и даже с нетронутыми закусками. Рикс справедливо решил, что лучше всего будет приклеиться к этому месту и не привлекать к себе лишнего внимания блужданием по незнакомому дому. Усевшись вполоборота к остальным гостям, он осмотрел непонятную индийскую еду, напечатал сестре сообщение и получил быстрый ответ с весёлыми смайликами, отвлёкся на зал и взгляд сам заскользил по гостям. Отдыхающие на расшитых диванах, они негромко переговаривались, пока раскуривали кальяны, не позволяя плотному дыму в воздухе рассеяться ни на миг; среди них были и мужчины, и женщины, одетые в дорогие костюмы и платья традиционного стиля, непременно обвешанные украшениями с головы до ног. Вероятно, гости были тоже из Индии и входили в местную диаспору, так как привычных европейцев было куда меньше.       Рикс задумался, сталкивался ли с чем-то индийским в их стране до сегодняшнего дня, потому как фамилия Дубей о чём-то смутно напоминала, но мысль никак не ловилась. Дубей-Дубей, дуб, дубина, где же он видел эту фамилию…       — Здравствуйте, — незнакомый женский голос вывел из раздумий, заставив Рикса поднять взгляд на подошедшую девушку в золотистом сари. В ушах и волосах, на шее и запястьях блестели золотые украшения, создавая ей образ ожившей дорогой статуэтки и заявляя о высоком статусе хозяйки с порога.       — Здрасьте…       — Вы ведь пришли с мистером Флавием? Его секретарь? — она легко села напротив под мелодичный звон своих вычурных богатств, улыбнулась, но улыбка её контрастировала с напряжённым взглядом. На озадаченный кивок Рикса («секретарь?») протянула через стол руку с ещё одним брачным набалдашником на пальце, от чего захотелось закатить глаза. — Амала Басу-Дубей.       — Рикс Остер, — сколько ещё раз ему придётся представляться подозрительным личностям? Рукопожатие вышло быстрым, как будто ей не хотелось тратить ни одной лишней секунды. — Ла… Мистер Флавий на встрече, если вам нужен он…       — Я знаю, где он, — она улыбнулась шире. — С моим мужем. Признаюсь честно, желание мистера Флавия поговорить стало для нас неожиданностью. Флавии так долго истязали нашу лавочку…       Её притворная грусть только заставила Рикса выгнуть удивлённо бровь. Назвать «лавочкой» шикарный трёхэтажный дом в центре города? Для кого этот цирк.       — Простите?       Неожиданно к ним подошла сотрудница чайного дома с подносом, молча поставила перед Риксом маленькое железное блюдце с бортами, а затем в его центр небольшую железную чашку с напитком. Непроизвольно вдохнув аромат, Рикс понял, что ему принесли кофе, только он ничего не заказывал.       — Фирменный индийский кофе, — внесла ясность Амала и изящно сложила руки перед собой на столе. — Из наших зёрен. Но вы наверняка и так знаете, что наша компания лидер кофейного рынка в Неориме.       Рикс вежливо улыбнулся, теперь вспоминая, где уже встречал фамилию Дубей — на пачках кофейных зёрен, которые рутинно вскрывал и высыпал в бункер кофемашины в кофейне по десять раз в день. Знакомый запах кофе после душных благовоний показался особенно бодрящим и приятным, но пить что-то, подсунутое столь странным образом, Рикс не торопился.       — Угощайтесь, — настаивала Амала, наблюдая за ним. — Уверена, вам понравится.       — Вы хотели о чём-то поговорить? — чашка была горячей, Рикс отнял от ободка пальцы. Лабель, сукин сын, что за подстава, разговаривать один на один с такими змеями?!       — Ха-ха, а вы проницательны, — Амала спокойно поймала внимательный взгляд собеседника, спросила с любопытством: — Вы ведь недавно работаете на мистера Флавия?              — Относительно, — ответил Рикс уклончиво и недоверчиво прищурился.       — До нас доходили слухи, что с ним бывает… непросто. Ни один из помощников не продержался и полугода, несмотря на то, что дураков Флавии не нанимают. И я подумала… — лениво тянула Амала, разглядывая свои ногти, как вдруг посмотрела на Рикса в упор, из-за чего чашка с кофе чуть не выпала у того из пальцев, — …почему бы не предложить вам что-то поинтереснее? Чтобы вы не тратили время в ожидании неизбежного увольнения.       «Что за…», — Рикс лихорадочно думал, выгадав себе пару секунд за глотком кофе и смакованием пробирающего до дрожи приятного терпкого вкуса. Отставив чашку на блюдце, уточнил осторожно:       — И что это за предложение?       Сузив глаза, Амала хитро улыбнулась, из-за чего по коже Рикса разбежались колкие мурашки. Конечно, ни о каком уходе от Флавия не могло быть и речи, но стоило перед отказом выяснить, что тут вообще происходило, раз уж Дубеи, по всей видимости, не имели понятия, кто Рикс такой для Лабеля на самом деле. В последующее шипение Амалы приходилось вслушиваться:       — Мы планируем расширяться, выращивать кофе на плантациях ближе к Бенгалии…       «Кофе их компании из горного региона на юге, а Бенгалия это восток, разве нет? Восток Индии даже не входит в кофейный пояс Земли».       — …который бы обжаривался в нашем центре в Англии…       «Их обжарочный центр находится в Амстердаме, я точно помню. Столько раз приходилось читать методичку про их кофе, чтобы рассказывать гостям».       — …а затем реализовывался там же. И мы в поисках кого-то с отличными коммуникативными навыками. Оплата будет достойная, переезд за наш счёт, — Амала наклонила голову набок и вновь улыбнулась, пока Рикс неспешно делал очередной глоток. — Вы понимаете, о чём я?       Рикс ничего не понимал. Либо Амала Дубей совершенно не разбиралась ни в кофе, ни в делах своей же компании, либо… говорила о чём-то другом? У него был вариант убедиться в своих домыслах.       — Что в вашем понимании достойно? — деловито спросил в надежде, что его бешеный стук сердца не слышно всем вокруг.       Явно обрадовавшись, что собеседник беспроблемно шёл на контакт, Амала достала откуда-то из сари телефон и быстро набрала в калькуляторе сумму, развернула экран Риксу и тот едва успел подавить шок от количества нулей. Нет, столько за коммуникативные навыки в кофейной индустрии точно не платят. Такие суммы платят за совсем другую работу.       В мгновение ока Амала спрятала телефон в складках одежды, постучала ноготками обеих рук по столу и усмехнулась, бросая взгляд на гостей, не греет ли кто уши на их едва различимом шёпоте.       — Так что? Интересно?       Рикс нервно сглотнул.

***

      — Верно ли я понял, мистер Флавий, что вы от имени Августы Флавии предлагаете совершить преступление против её же ближайшей советницы? Ид, если мне не изменяет память. Так делаются дела в Неориме? — веселился Амрит Дубей, поглядывая то на Лабеля, сидящего напротив, то на Рэйтана, расположившегося по правую руку.       — Ваша интерпретация, конечно, имеет место быть, — Лабель был предельно сосредоточен на их разговоре, так как, раскрыв суть визита, должен был теперь взвешивать каждое своё слово. — Но я бы не спешил с громкими обвинениями. Вы хотели преференций? Мы готовы пойти навстречу за услугу. Это честно, как считаете?       — Считаю, что вы хитрый лис, — Амрит цокнул и покачал головой с усмешкой. — Загнали нас в тупик и не оставляете выбора.       — Я протягиваю вам руку помощи, — настаивал Лабель, вопреки словам складывая руки на груди. — Моя просьба не должна составить для вас труда. Я наслышан о том, как легко вы убираете неугодных подобным образом.       — И в чём же провинилась эта старушка? — хохотнул Амрит, упираясь локтями в колени и сцепляя пальцы перед собой. Его жгучий взгляд разбивался о холодную неприступность Лабеля.       — Это не имеет значения. Сделайте до конца следующей недели то, о чём прошу, и мы сможем обсудить особые условия для вашей компании. Или вам комфортно в душных силках моей сестры? От проверок ещё не устали?       — Тц…       — Могу подождать, когда придушит сильнее, — пожал плечами Лабель, чувствуя подступающее головокружение от напряжения. Этого ещё не хватало.       — Рэйтан, что думаешь? — Амрит перевёл пронзительный взгляд на своего советника, прищурился, выжидая.       — Думаю, что с ножом у горла стоит быть покладистее, — усмехнулся тот и сел прямее, хотя его осанке и так можно было позавидовать. Лабель всё никак не мог понять, как умиротворённый Вайш оказался в компании таких взбалмошных людей, как Дубеи, словно их ангел-хранитель или кто там у них вместо него в местной религии.              Услышанную колкость Амрит не оценил и раздражённо провёл по волосам рукой с кольцом в виде морды тигра, пока обдумывал решение.       — Какие у меня гарантии, что это предложение не ловушка от госпожи Флавии? Звучит всё-таки сомнительно, — Дубей взглянул вновь на Лабеля, но тот и бровью не повёл, всем видом изображая скуку. — Убрать кого-то чужими руками это одно, а…       — И всё. Только это нам от вас и нужно. Моя сестра не смогла бы прийти сама, поэтому доверила столь деликатный разговор мне. Мой визит же уже сам по себе гарантия исполнения любых обязательств со стороны нашей семьи, — усмехнувшись, Лабель кивнул на Рэйтана. — Послушайте своего друга и не обижайте меня грубыми предположениями. Мне нет никакого резона обманывать. Наоборот, я рискую, приходя к вам лично, но тем самым выказываю уважение.       — Очень ценно, — сквозь зубы бросил Амрит, явно не вдохновлённый проникновенной речью. Мало кому с мозгами пришлась бы по душе идея подставлять с наркотиками советницу одной из самых влиятельных политических фигур, которая кошмарила их последние несколько месяцев. — Дайте угадаю, если откажусь?..       Вместо ответа Лабель только улыбнулся одними краешками губ, Амрит несдержанно выдохнул. Если не согласятся, то всему их теневому бизнесу, когда в мешках с зёрнами провозился и менее законный товар, придёт конец. Дубей тяжело поднялся, вынуждая сделать тоже самое и Лабеля с Рэйтаном.       — Я дам вам ответ до конца недели. Мне надо уточнить, насколько возможно то, что вы просите.       — Уверены, что вам нужно столько времени? — Лабель вздёрнул одну бровь. Согласиться Амриту Дубею всё равно придётся: за дверью его решение, пока неверное, переменится флюгером на ветру в нужную сторону. Если, конечно, Лабель верно понял информацию об отношениях внутри семьи Басу-Дубеев.       — Уверен. Как раз пойду выяснять, — огрызнулся Амрит, сверкая ярко-зелёными от гнева глазами.       — Хватит, — укоризненно влез Рэйтан и неодобрительно покачал головой, когда их с Дубеем взгляды встретились.       — Тогда буду ждать первого шага к нашему сотрудничеству, — закончил их разговор Лабель.       От душного густого запаха благовоний и напряжения у него кружилась голова, он устал и совсем не считал, что всё прошло успешно или хотя бы гладко. Переговоры, ожидаемо, вытянули всю душу. А уж риск, на который он пошёл, приехав сюда лично, и вовсе мог того ни на секунду не стоить. И всё же внизу лестницы его ждала зала чайной комнаты, где дышать было легче, а кровь медленно возвращалась к побледневшим губам. Дубей и Вайш шли позади Флавия и телохранителя, поэтому не сразу заметили, как к гостю подошёл его секретарь, брошенный накануне в одиночестве.       — Разговор есть, — шикнул Рикс, склоняясь к Лабелю так близко, что тому в нос ударил до боли знакомый аромат древесного парфюма. Отрезвляюще приятно.       Сердце ускорилось в предвкушении.       — На тему? — Лабель остановился, вынудив всех за собой тоже притормозить.       — Э-э, может, отойдём? — Рикс покосился на злого Дубея, который, сложив руки на груди, всем видом давал понять, что не может дождаться, когда компания Флавия исчезнет из его дома.       — Извините, — вежливо кивнув, Лабель последовал в сторону за Риксом.       Он заметно нервничал, пока рассказывал, что жена Амрита пыталась переманить его, предлагая какую-то мутную работу, связанную с чем угодно, но точно не с кофе, и Лабелю понадобилась вся выдержка, чтобы не дать уголкам губ растянуться в широкую улыбку. Всё, как он и рассчитывал, Амала даже предвосхитила его ожидания в своей самонадеянности, так как Лабель предполагал более изящное предложение как раз в перерыве между первыми и вторыми переговорами, когда на вторых он бы и смог додавить. Что ж, не придётся приезжать ещё раз.       — Прекрасно. Просто прекрасно. Спасибо, что рассказал, — его глаза вероятно сияли неожиданной для Рикса радостью. — Господа, — Лабель обернулся, привлекая внимание, сделал угрожающий шаг. — Скажите, будьте любезны, как так получается, что пока я иду вам навстречу, за моей спиной ваша, мистер Дубей, жена пытается заполучить моего сотрудника?       — Что? — Амрит нахмурился, но удивлённым не выглядел.       — Мне кажется, это некрасиво, — протянул Лабель, подходя ближе и недовольно сводя брови. — Я попросил о пустяке, готов был предложить свою поддержку, но если вы хотите говорить на таком языке…       — Постойте-постойте, — Рэйтан положил ладонь на плечо Амрита, чтобы предотвратить очередной раунд ругани. — Давайте не горячиться, надо выяснить детали.       — Можем выслушать госпожу Басу-Дубей. О, вот и она, — несмотря на строгий тон, Лабеля происходящая сумятица развлекала. Слава богам, что всё сложилось столь удачно, не зря говорят, что кто владеет информацией, тот владеет миром.       — Что-то случилось? — Амала натянуто улыбнулась мужчинам, остановившись возле Амрита, который вдруг схватил её за запястье и дёрнул к себе.       — Ты что наделала?!       — Что такое? — впрочем, поведение мужа её не напугало, а скорее разозлило. Лабель фыркнул, отыгрывая свою роль оскорблённой гордости.       — Ты действительно пыталась переманить сотрудника мистера Флавия, махарани? — сменив гнев на милость проворковал Дубей, встречаясь взглядами с женой. Та оскалилась под стать ему и даже не попыталась солгать:       — А ты действительно решил исключить меня из вашей беседы и думал, что я не попытаюсь хоть что-то сделать, махарадж?       — Амала, ты… — Амрит глубоко вдохнул, удерживая себя в руках и не замечая, как она поморщилась от сжавшихся пальцев на тонком запястье. — Это был не самый обдуманный поступок.       — Но мы…       — Тц.       — Да ты…       — Тц!       — Не тцыкай мне! — выдернув руку, госпожа Дубей определённо была готова вцепиться ему в глотку. — Да ты знаешь, чего мне…       — Успокойся, — перебил её Амрит и хмыкнул. — Почему бы не согласовывать со мной свои планы?       — Ещё чего, — Амала гордо задрала подбородок. — Я хотела как лучше!       — Не сомневаюсь, — вздохнул Дубей. Судя по мрачному взгляду, брошенному на Флавия, он понял, что тот рассчитывал на подобное поведение его своенравной жёнушки.       — Переманивать моего сотрудника у меня под носом это вопиющая наглость, — завёл свою шарманку Лабель, разводя руки в стороны. — Что же нам делать?       Воздух между ними будто сгустился, потяжелел и помрачнел, ложась на плечи вязким дымом, из-за чего хотелось ими передёрнуть. Лабель с достоинством выдержал мечущий молнии взгляд Дубея, ни в какую не желающего прогибаться. Его можно было понять, может, Лабель бы даже смягчился, но ему нужна была подстава советницы Ид именно таким образом, с подкинутыми наркотиками и последующим публичным скандалом. Если бы не внутренние разборки Басу-Дубеев, ему просто пришлось бы потратить больше времени на то, чтобы добиться своей цели.       — Полагаю, господин Дубей мог бы согласиться на сделку, — ладонь Рэйтана словно змей-искуситель вновь легла на плечо Амрита и атмосфера неуловимо изменилась: из неё будто высосали весь накал, оставив лишь бледную тень раздражения. — И тогда этот небольшой конфликт можно будет считать исчерпанным.       Согласно улыбнувшись, Лабель перевёл взгляд с Вайша на Дубея и тот, сдавшись, едва заметно кивнул. Амала, ещё минуту назад готовая драться с мужем из-за своей оплошности, притихла, поняв наконец, что некая сделка не была предметом мечтаний Амрита.       — О чём речь? — всё же встряла, не удержав язык за зубами.       — Пойдём наверх, махарани, — сдержанно проговорил Дубей, не смотря на неё, — расскажу по пути.       Они с Лабелем наконец попрощались, сохранив вежливые приличия, Амрит повёл Амалу обратно в кабинет и от их парочки, поднимающейся по лестнице, доносились обрывки фраз о великой фамилии Басу и умных женщинах в роду под аккомпанемент усталых дубейских вздохов. Вайш, проводив своих господ взглядом, усмехнулся, не скрываясь.       — Благодарю за содействие, — обратился к нему Лабель. — Приятно знать, что хоть кто-то видит ценность моего предложения.       — Я лишь делал то, что должен. А люди делают, что хотят, — спокойно ответил Рэйтан, сверкнув в его сторону чёрными омутами бездонных глаз, в которых будто таилось знание о том, с какой целью на самом деле Флавий затеял свою игру. — Хотелось бы оказать вам сегодня истинное индийское гостеприимство. Останьтесь, отдохните в чайной, я распоряжусь об отдельной комнате.       — Не смею сомневаться в вашем гостеприимстве, но не стоит, — Лабель так устал, что уже едва держал лицо.       — Я всё-таки настаиваю. Недолго, просто отдохните, это всё, что я хотел бы вам предложить, — почему-то Рэйтану было сложно сказать нет, хотя любому другому Лабель ответил бы куда резче, но загадочный советник Басу-Дубеев обладал не иначе как магией убеждения.       — Что ж, только если недолго.       — Рад слышать, — благодарно кивнув, Рэйтан отошёл, чтобы предоставить их важным гостям лучшую зону отдыха.              Оставшись в компании своих людей, Лабель впервые за время пребывания в индийском доме вздохнул свободно. Головокружение сошло на нет, но в висках всё равно неприятно стучало от долгой концентрации. Теперь же внешний мир — гомон голосов из чайной, аромат восточных благовоний, очертания предметов вокруг — обрушился на него разом и хотелось отчаянно простонать, уткнуться лбом в подушку и пролежать так несколько часов.       — Что это была за херня? — ошеломлённо спросил Рикс, первым нарушив его личное пространство. Точнее, единственным, Боман, стоявший рядом изваянием, не стал бы разговаривать с Лабелем о произошедшем. — Эй, ты в порядке? Совсем бледный…       Раздражённые интонации Рикса сменились волнением, вызывая странное щекочущее чувство в грудной клетке. Его присутствие на столь сложной встрече, пусть даже не в непосредственной близости, придавало Лабелю сил и бодрило, хотя, вероятно, Риксу не понравится осознание, что он был частью не слишком хитроумного плана.       Лабель прокрутил кольцо на безымянном пальце и слабо улыбнулся, поднимая взгляд на единственного человека, с которым чувствовал себя спокойно.

***

      Рикса совершенно не устроил ответ «в порядке», потому как выглядел Лабель после своей встречи откровенно хуёво, у него даже синяки под глазами появились, словно из него всю душу вытащили и оставили бродить по земле бледной тенью себя прошлого. Необходимость остаться в загадочном доме, чьи хозяева вовсе не были рады гостю в лице Флавия, тем более не добавляла краски его побелевшему лицу. Поэтому, как только они прошли в предложенную Рэйтаном уединённую комнату с диванами в узорчатых подушках и угощениями на низком столике, а дверь за ними закрылась, оставив наедине (Боман стоял по ту сторону на страже), Рикс уточнил ещё раз, настойчивее:       — Ты точно в порядке?       Они сидели рядом на угловом диване, Рикс бросал исподтишка взгляды на молчавшего Лабеля, каждый следующий задерживался всё дольше и вот уже он не заметил, что не просто смотрел, а любовался его профилем. Одёрнув себя, Рикс потрогал мягкую обивку дивана и подумал, что когда они с Дареей переедут, надо будет найти что-нибудь похожее в новую квартиру, правда, поскромнее. Чтобы на такие ткани заработать, пришлось бы соглашаться на предложение Амалы Басу-Дубей.       — Да, — всё же сподобился ответить Лабель и для уверенности кивнул. — Да, просто устал. Переговоры были сложными.       — Я заметил, — Рикс хмыкнул, понизил голос до шёпота в месте, где у стен есть уши: — В следующий раз предупреди хотя бы, что ты там задумал.       — В следующий? — заинтересованно уточнил Лабель, провожая взглядом лепёшку, которую Рикс обмакнул в острый соус.       — Да понял я уже, что тут к чему, — пожав плечами, Рикс закинул лепёшку в рот и выпучил глаза от остроты, но заставил себя прожевать и проглотить, как будто у него не намокли от слёз глаза. — Кх… боги, как только такую острятину можно есть. А ты не смотри на меня так, типа я тупой и не мог бы догадаться! Ты, видимо, забыл моё прошлое место работы. Я там встречал людей похуже какого-то… кхм, короче, ты понял.       Рикс болтал без задней мысли, пока сооружал себе что-то вроде тако, напихивая в остатки лепёшки всё, что не было похоже на острое, поэтому не заметил, как на последнем предложении изменился в лице Лабель.       — Твоя оценка ситуации достойна восхищения, — усмехнулся он, наоборот к еде не притрагиваясь, и тихо прошелестел так, что Рикс не услышал: — Храбришься…       Их разговор прервал деликатный стук в дверь и вошедший следом мистер Вайш в компании сотрудника, несущего кальян с горящими углями.       — Скрасить ваш вечер, — кивнул Вайш, складывая руки перед собой.       — Благодарю, — Лабель к неожиданному подарку отнёсся менее подозрительно, чем Рикс ожидал, а со странным длинноволосым индийцем и вовсе едва ли не кокетничал. — Как там мистер Дубей? Оттаял?       — О, — Вайш скрыл ухмылку за поднесённой к губам ладонью. — Они с госпожой Басу в процессе примирения и поиска общего языка. Не переживайте, после они непременно решат все дела в хорошем настроении. Вы удачно воспользовались их недопониманиями.       Их смешки и какой-то смысл между строк ускользали от Рикса, чувствующего лютое раздражение от того, что Лабель не пояснил ему суть своих действий. Он сделал себе мысленную пометку непременно затребовать разъяснений, хотя и придётся вернуться к этой теме уже вне чайного дома, где подробности по очевидным причинам было не обсудить. Наконец, Вайш оставил их, Лабель легко вскрыл одноразовый мундштук и откинул пластиковый фантик.       — Мы реально будем курить кальян в этом проклятом доме после твоих не ебаться сложных переговоров, когда ещё десять минут назад тот стрёмный хер хотел прикончить тебя на месте? — неспешно проговорил Рикс, наблюдая, как Флавий с наслаждением затягивался, так легко доверившись чему-то из рук Вайша.       Задрав голову, Лабель выдохнул густые клубы сладковатого дыма с нотками дыни, с улыбкой взглянул на озадаченного Рикса.       — Да. А что?       — Твою ж… ничего, дай сюда, — и выхватил трубку из пальцев Лабеля.

***

      — Не могу поверить, что она правда считала, будто я соглашусь. С чего бы? — засмеялся Рикс и вновь вдохнул дым сильными лёгкими.       Басу-Дубеям определённо надо было не чаем с кофе заниматься, а перейти на курительные смеси — кальян курился как воздух, но в голову давал как надо, из-за чего их обоих быстро развезло с пары затяжек. Лабеля больше, потому что он так и не поел из-за сдавленного горла, и теперь губы норовили расплыться в блаженной улыбке, а глаза закрыться, чтобы скрыть яркий блеск.       — Однажды они уже подобрали выкинутого мной ассистента. Но это было давно, я не придал значения тогда. Жаль, конечно, парня, — откинувшись на спинку, он провожал взглядом причудливо клубящийся дым, выдохнутый Риксом.       — Почему жаль?       — Если он уехал в Европу и его след там бесследно пропал… Сам понимаешь, шансы, что у него всё сложилось удачно, крайне малы. Учитывая характер предложения, — пожал плечами Лабель и с трудом успел прикусить язык, чтобы не напомнить о собственном предложении трёхлетней давности. Было бы нелепо обсуждать то время в нынешних обстоятельствах. Ужасная нелепица.       — Да-а… — задумчиво протянул Рикс, отводя взгляд и проводя рукой по волосам. Лабель несдержанно шумно вздохнул. — Ты чего?       — Ничего, — он запретил себе думать, никаких мыслей. Вот бы ещё хватало сил на него не смотреть и не травить себе душу.       — Ладно.       Коленка Рикса стукнулась о его, Лабель вздрогнул и, подняв глаза, получил в лицо облако дыма, на мгновение поглотившее всё вокруг. Всё, как он и хотел, смотреть и не видеть, но сердце от чего-то забилось сильнее. Пальцы по привычке потянулись прокрутить кольцо на безымянном, чтобы угомонить поднимающийся внутри хаос, только, парадокс, к нему не хотелось прикасаться. Будто можно было бы обжечься.       Запахи благовоний полностью уступили лёгкой сладости кальяна с горьким шлейфом, изысканное помещение с изобилием индийской росписи кружилось, превращаясь в калейдоскоп, а негромкая музыка будто и вовсе растаяла, неразличимая даже на фоне. Рикс взялся снимать с себя пиджак и Лабель в очередной раз за день подумал, как же ему шли рубашка и костюм, и в очередной раз прогнал желание сказать ему об этом.       — Кстати, — нарушил неловкую тишину Рикс, отбросив пиджак в сторону, — всё хотел спросить. Вряд ли мой вопрос тебя, конечно, удивит…       — Что? — на секунду выпав в другую реальность своих фантазий, Лабель понял, что терял над собой контроль. Плохо, очень плохо.       — Почему твоя сестра такая сука?

***

      — Моя… сестра? — Лабель нахмурился, забил паузу глубокой затяжкой и выдохнул разом, заливая колени дымом. — А-а, ты про выставку?       — Про неё самую, а ты что, в курсе? — Рикс уже был готов пересказывать всё в деталях и теперь упёрся локтем в подлокотник дивана ближе к Лабелю, расстроенно подпирая щёку кулаком.       — Да… видел тот сюжет, — звучал он так, будто ему увиденное нанесло непоправимую травму, поэтому слова лишнего было не дождаться. — Как Дарея?       — Нормально, к счастью. Отвлеклась потом и как-то разрулили. Но меня так выбесила там женщина из команды Августы, седая такая, ты её знаешь?       — Хах, а есть ещё приметы? — с интересом уточнил Лабель, поглядывая на Рикса слишком уж знакомо блестящими глазами, от чего сердце больно ёкало в груди. Буквально больно, физически.       — Мерзкая.       — М-м, видимо, ты про её главную помощницу, Ид.       Рикс обрадованно хлопнул рукой по подлокотнику.       — Точно, Ид! Она не дала мне вмешаться в их поганую съёмку. Потом ещё так радовалась, как всё вышло. Тьфу.       — Представляю, она профессионалка, — загадочно улыбнувшись, Лабель добавил тише: — Что ж, возможно, месть настигнет её быстро.       — А как твоя сестра? Ну, другая, с этой всё уже понятно, — Рикс спросил раньше, чем его мозг обработал последние услышанные слова, но уточнить про какую-то месть не успел.       — Паули… с ней всё хорошо. Я надеюсь, — смена темы заставила Лабеля нахмуриться. — Она редко на связи.       — Граут не может за неё отчитаться? — хмыкнул Рикс, со скрипом вспоминая, кто куда уехал три года назад.       — Может, но я бы хотел чаще общаться напрямую с ней, — Лабель отвлёкся на затяжку, давая понять, что продолжать разговор о младшей сестре не намерен. Вероятно, жалел и о сказанном.       Рикс настаивать не стал, потому как весь мозг у него уже был в дыму, придавая мыслям лёгкость воздушных шариков, которые появлялись и лопались. Несмотря на абсурдность ситуации, нахождение непонятно где и с самым неожиданным человеком из возможных — ему было весело. Что наводило на мысли, а точно ли в кальяне был просто табак?       Иначе было не объяснить, зачем он ляпнул вдруг:       — Ты из-за меня женился?       От его выпущенного стрелой вопроса Лабель подавился вдохом и, схватившись за грудь, зафырчал дымом, который пошёл носом.

***

      Кровь застучала в ушах, оглушая, прилила к щекам, разливаясь розовым румянцем. Это был последний во вселенной вопрос, который он хотел услышать и на который надеялся никогда не давать ответа. Рикс бросился стучать ему по спине и от жаркого прикосновения стало ещё хуже, но уже в другом плане. Не надо было нанимать его, не надо было связываться.       Несмотря на то, что он откашлялся, тяжёлая рука всё ещё лежала на спине. Столько лет Лабель потратил, куя себя нынешнего из калёной стали, чтобы так просто рассыпаться хрупким стеклом, стоило Риксу заглянуть ему в глаза с искренним беспокойством. С таким же, как раньше.       — Всё в порядке? — спросил Рикс как будто одними губами, на которые Лабель, не подумав, опустил взгляд. Не надо было.       Ответить он не мог, невысказанное сдавило горло силком.       

***

      Рикс не знал, почему не отпрянул от Лабеля сразу же, и потом наверняка придумает себе объяснение, что просто хотел как следует рассмотреть соринку в чужом глазу или магия какая, или всё происходящее было плодом его накуренного воображения. Но это потом, а пока он замер перед Лабелем и не дышал, бегая глазами по его лицу. Зачем? Ждал разрешения? На что?       Чего он ждал от Лабеля?

***

      Чего он ждал от Рикса?       Что он отпрянет? Напомнит про кольцо, укоризненно посмотрит? Или зло, или раздражённо, или насмешливо, или… ревниво.       Сглотнув боль в горле, Лабель качнулся ветвью на ветру, подался вперёд, ближе, так и не отводя взгляда от приоткрытых губ перед собой.

***

      Рикс вдохнул глубже, различая в какофонии ароматов тот единственный, которым когда-то надышаться не мог, сотни раз скользя кончиком носа по шее у края волос.              Помутнение рассудка. Иначе почему он слегка наклонил голову, словно мог бы поцеловать?       

***

      Почему так жарко, неужели от бешено колотящегося сердца?       

***

      «Я не должен, это неправильно».       

***

      «Ну же. Сделай это первым».

***

      Резкий ритмичный стук пудовых кулаков в дверь заставил их обоих вздрогнуть и открыть глаза, чтобы увидеть друг друга на расстоянии совсем жалких сантиметров.       — Он сейчас зайдёт, — севшим голосом сказал Лабель, отклоняясь, посмотрел Риксу в глаза, встречая там такую же растерянность, какую увидел бы и в своих собственных.       В подтверждение его слов Боман шкафоподобной тенью тут же скользнул в комнату, игнорируя напряжение, которое ножом можно было резать, и то, как неловко босс изображал интерес к едва тронутой еде на столе, пока его ассистент запутался в рукавах пиджака.       — Нужно немедленно покинуть здание. Сюда едет полиция. Много полиции.       — Чего? — наваждение окончательно спало и Рикс, надев наконец пиджак, вертел головой от Бомана к Лабелю и обратно. — Какая ещё полиция?       Лабель же, насколько позволяло его состояние, резко встал, от чего перед глазами у него заплясали звёздочки и он опёрся на любезно подставленный локоть Бомана. Кальянная трубка скатилась с колен, с глухим стуком ударилась об пол.       — Обсудим по пути. Если Боман говорит надо, значит, надо сию секунду.       — Вы можете идти? — уточнил телохранитель, всё же обращая внимание на чрезмерную бледность Лабеля куда сильнее обычного.       — Я подстрахую, если что, — Рикс уже стоял рядом, кивая Боману на выход. — Веди, давай.       — Да, идём, — поторопил Лабель, у которого голова взорвалась болью от необходимости быстро оценить ситуацию. Полиция? В чайный дом Дубеев? Именно сегодня ночью? Неужели Августа что-то узнала, прознала про его план? Но это было невозможно.       Абсолютно невозможно.       Следующий за ним по коридорам Рикс тоже ломал голову, но над другим — неужели они чуть не поцеловались? Или поцеловались, потому что отпечаток дыхания на губах жёгся и ощущался реальным прикосновением. Нет, только хотели. Что, и Лабель тоже? А сам Рикс? Хотел, конечно хотел. Чертовски хотел от жадности вгрызться в Лабеля и вновь почувствовать его тепло, отзывчивость и ответную жажду.       А ведь он так и не ответил на вопрос о женитьбе.       Машина уже ждала их у чёрного выхода по сигналу Бомана, который, видимо, досконально знал план здания, так как ни на мгновение не сомневался в пути. Они отъехали так резво, что Рикс закрывал дверь находу, и за первым же поворотом в спину ударили разрывающиеся полицейские сирены, подъезжающие к дому. Всего секунда, чтобы разминуться и умчаться в противоположную сторону.       Отдышавшись, Лабель задал единственно волнующий его вопрос на данный момент:       — Боман, что за полиция, ты знаешь?       — Точных сведений нет, — вместо телохранителя ответил водитель, Тиберий, всё тот же. — Удалось перехватить только приказ наряду.       — Ясно. Спасибо, — Лабель выглядел растерянным, нервно потирал пальцами лоб.       — Куда ехать, мистер Флавий? — спросил Боман, бросив быстрый взгляд через плечо на босса.       — А за нами что, погоня? — встрял Рикс, пытающийся вникнуть в происходящее, пока нашаривал ремень безопасности, чтобы пристегнуться. Стиль вождения Тиберия на скорости заставлял почти летать по салону.       — Нет. Это… какой-то заказ на Дубеев, полагаю, — Лабель продолжил рассуждать вслух себе под нос: — Но не случайный. Слишком уж вовремя, как будто знали. Августа? Да нет, не может быть…       — Августа натравила на них полицию? — ответа Рикс не дождался.       — Надеюсь, Дубеи предприняли меры безопасности. Если они сорвутся, придётся всё сначала, а времени нет…       — Да о чём ты? — Рикс повысил голос, не заметив, как переглянулись между собой Тиберий и Боман.       — Куда едем, мистер Флавий? — повторил вопрос водитель.       — Третий адрес, — бросил Лабель и снова погрузился в свои мысли.       — Принято.       — Что за третий адрес? — Рикс начал задумываться, не выпрыгнуть ли ему из машины на скорости сто, потому что нутро безошибочно чувствовало опасность.       — Рикс, прошу, давай потом. Мне надо подумать, — и Лабель замолчал, отвернувшись к окну. Его напряжённый профиль в ночи то и дело окрашивался оранжевым светом редких фонарей.       Стоило им отъехать на приличное от чайного дома расстояние, как машина сбавила скорость, поехала плавнее, держа курс в один из богатых районов. Лабель как воды в рот набрал, хмурился и смотрел куда-то мимо улиц невидящим взглядом, так что Риксу ничего не оставалось, как проверить телефон и прочитать подробный отчёт от Дареи, которая в час ночи должна была уже спать. По крайней мере в двенадцать от неё пришло «спокойной ночи! и от Гендаля!» и пятнадцать (со скуки Рикс посчитал) смайликов, зевающих и спящих. Один смеющийся, наверное, затесался случайно.       Высокое здание, возле которого автомобиль остановился, было Риксу незнакомо. Мало ли высоких зданий в их мегаполисе, стекляшки, царапающие небо, мало чем друг от друга отличались. Хотя голова всё-таки немного закружилась, когда Рикс задрал её, чтобы в чернеющем теле небоскрёба увидеть свет только на последнем этаже.       Он думал, что Лабель пойдёт по своим делам и отправит его домой, но Флавий всё так же молча вышел из машины, вынуждая Рикса спешно следовать за ним наряду с телохранителем. В конце концов, что ещё ему оставалось? Тиберий всё равно останется где-то здесь и не будет катать его по городу без указания. Каждая дверь погружённого в сон здания легко открывалась ключ-карточкой, которую Лабель прикладывал к панелям на автомате. Последний раз он использовал её, чтобы активировать доступ к последнему этажу в лифте.       На сорок пятом этаже Рикс ещё не бывал, даже на каких-нибудь экскурсиях. Его вообще к высоте не тянуло, хотя особого страха перед ней не испытывал, но и без надобности высоко не лез. Из них двоих в облаках, во всех смыслах, органичнее смотрелся Лабель.       Чем выше они поднимались, тем больше тревожился один и сильнее мрачнел другой. Только Боман сохранял убийственное спокойствие, готовый к любому вызову.       — Мы приехали к тебе домой? — всё же решился спросить Рикс, слишком уж взвинченный, чтобы молчать дальше. В маленьком лифте его вопрос прозвучал неожиданно громко.       — Нет, — Лабель отстранённо наблюдал за медленной сменой цифр на дисплее.       — В смысле? — казалось бы, тревога не могла стать ещё агрессивнее. — К кому тогда?       Вздохнув на цифре сорок четыре, Лабель прикрыл глаза и бросил тихое:       — К моей головной боли.       — Это ещё кто? — прошипел Рикс в аккурат, когда двери лифта открылись и перед ними, загородив убранство квартиры, предстала не иначе как белокурая нимфа в коротком голубом пеньюаре, словно сотканном из воздуха, и лёгкой накидке поверх. Лениво уперевшись рукой в стену у лифта, девушка соблазнительно изогнулась, демонстрируя едва прикрытые изящные формы.       — Кто я? — она усмехнулась, оглядывая явившихся среди ночи гостей, остановила игривый взгляд на Лабеле, который закатил глаза. — Я — его жена.