Не хочется думать об осени

      Звонок застал Джозефа в середине рабочего дня. «Детектив Ода», — бросил он в трубку с раздражением, едва оторвавшись от бумаг. Это было непрофессионально, но сегодня был сложный день, из которого всё ещё прошла только половина. Дик Чейни на днях выписался из больницы и снова пропал, на этот раз уже по-настоящему. Его сестра объявила его в розыск. Дело снова поменяло свой статус, и на долю Джозефа, конечно, упала вся бумажная работа. Сам Кастелланос ещё с утра уехал проверить все доступные адреса Чейни и опросить соседей. Счастливчик — погода за окном была сегодня отличная.       — Почему вы больше не приходите?       Джозеф замер. Этот голос он услышать не ожидал.       — Вас не учили представляться, мистер Ниванс? — Улыбка тронула его губы помимо воли.       — А вас не учили не отвечать вопросом на вопрос? — Кажется, собеседник тоже улыбался.       Повисло лёгкое радостное молчание, тот вид молчания, который вполне можно считать разновидностью диалога без слов.       — Так что же? — снова раздался знакомый голос. — Сегодня хорошая погода, не хотите заскочить на обед?       — Я… — Джозеф посмотрел на часы: свой обед он пропустил ещё час назад, он колебался. — Подозреваемого перевели. Мне будет сложно получить пропуск.       — Вот как… — протянули расстроенно на другом конце связи. — Тогда встретимся в том французском кафе, недалеко от больницы. Идёт? Сколько вам до него добираться?       — Минут пятнадцать, — детектив посмотрел на часы. — Но ведь вам нельзя выходить.       — Я договорюсь с медсестрой. Значит, через пятнадцать минут?       — Через двадцать.       — Вам не обязательно приводить себя в порядок, детектив Ода. Вы мне и так нравитесь.       — Идите к чёрту.       Джозеф сбросил звонок и рассмеялся, зажимая рот ладонью. Он аккуратно закрыл дело, заложив нужное место открыткой из Осаки, побарабанил пальцами по столу. Да, он уходил, не доделав работу, но право на обед у него было. Даже Себастьян к этому не придерётся. Перед тем, как покинуть кабинет, Джозеф открыл шкаф и осмотрел себя в зеркало пригладил волосы: вполне сносно для того, чтобы встретиться со случайным знакомым, который не имеет никакого значения в его жизни.

***

      Было немного странно видеть Пирса не в больничной одежде, но Джозеф узнал его сразу. И даже не по привычно заколотому рукаву армейской куртки. Очертания его широких плеч, вихры на макушке, то как он держит голову и складывает на столе руки — всё теперь казалось привычным и хорошо знакомым, даже не смотря на то, что их встречи исчерпывались несколькими обедами в больнице.       Лейтенант сидел за столиком у окна и рассматривал меню. Он хмурился, но его лицо тут же просветлело, как только он обернулся и заметил Джозефа.       — Эй! — Он энергично взмахнул рукой. — Вы пришли!       — Вы же сами меня пригласили. — Джозеф подумал секунду, где ему присесть, рядом или напротив, и выбрал место напротив, он сдержанно улыбнулся.       — А вы могли не прийти. — Карий глаз рассматривал его поверх меню, второй всё ещё был закрыт повязкой. — Вы обещали мне визитку, а в итоге мне пришлось стянуть её у медсестры. Вы обманщик, мистер детектив, я был готов ко всему.       — Кажется, вам действительно скучно в больнице, — пробормотал Ода, слегка краснея и отводя взгляд. — Когда вас выписывают?       — Понятия не имею. — Лейтенант беспечно пожал плечами. — Как по мне, я давно здоров. Может, они хотят держать меня там, пока новая рука не отрастёт, как считаете?       — Это было бы очень оптимистично с их стороны. — Джозеф поискал взглядом официантку. — Вы определились с выбором?       — Да, я хочу попробовать вот это, — мужчина развернул меню страницами к детективу и показал пальцем на блинчики, утопающие в воздушном сливочном соусе и сиропе.       — Это десерт.       — Ну и что?       — Ничего, просто десерт едят после обеда.       — Посмотрите на часы, я уже обедал. Или вы считаете, мне позволили бы пропустить эту великолепную больничную трапезу? Овощи на пару и котлеты без единого грамма соли, м-м-м. — Лейтенант вздохнул и покачал головой. — Я просто хотел вас увидеть. Так что заказывайте свой обед, а я приступлю к десерту.       — Хотели меня увидеть?       — Да, хотел. Что такого? — На лице мужчины появилось упрямое, немного детское выражение.       — Обычно, когда мне такое говорят, это означает, что ко мне есть какое-то дело. — Улыбнулся Джозеф, он подозвал официантку и попросил принести пасту с морепродуктами и бокал белого вина, лейтенант тоже сделал свой заказ.       — У меня нет к вам никаких дел, честное слово.       — Жаль. Если бы были, могли бы видеться чаще.       Джозеф сам не понял, как это сказал. Хотелось закрыться меню и сгореть со стыда, но меню на столе уже не было.       — А так не можем?       На этот раз молчание было напряжённым. Джозеф возблагодарил всех синтоистских богов, когда официантка поставила перед ним бокал вина, и он смог спрятать своё замешательство за глубоким глотком.       — Простите, у меня много работы, — сказал он, вежливо улыбаясь.       — Вы меня избегаете.       Джозеф чуть не поперхнулся вином. Это был не вопрос. Нельзя же быть таким прямолинейным: что на уме, то и на языке... Детектив сжал зубы, он терпеть не мог врать.       — Неправда. Я же обедаю с вами прямо сейчас.       — Тогда пообедаем вместе и завтра тоже? Или позавтракаем? — Лейтенант как будто старательно готовил для него минное поле.       — Завтра мне нужно опрашивать свидетелей.       — Ещё через день?       — И ещё через день.       — И потом тоже?       — До выходных.       — Значит, в субботу?       Лейтенант сидел, сдвинув брови и сжав лежащую на столе ладонь в кулак, его взгляд стал холодным, а уголок рта справа едва заметно подрагивал.       — Не смейте врать про работу, — глухо сказал он, не дав Джозефу раскрыть рот.       Хотелось протянуть руку и положить свою ладонь поверх чужой, напряжённой как струна, сказать, что зайдёт завтра утром, и, может, ещё после работы. Что больница совсем рядом с участком, и они могут видеться каждый день. Но Джозеф только натянул манжету пониже, чтобы скрыть начинающий наливаться синяк на запястье, и сказал:       — Сейчас многие работают по субботам. Разве вы не знали?       Взгляд, который он получил в ответ, бил посильнее пули.       — Не знал. Я ничего здесь не знаю, я восемь лет не был на «гражданке».       — Мне жаль, Пирс.       Его лицо на мгновение смягчилось.       — Вы так хорошо произносите моё имя, — улыбнулся он и потёр переносицу пальцами. — Мне, наверное, лучше идти. Если честно, я не договаривался с медсестрой, просто в больнице очень плохая система безопасности.       Лейтенант легко поднялся на ноги, он был высоким и гибким, и можно было сейчас легко представить его на поле боя, всматривающимся в горизонт, из-за которого придёт враг. Он пошарил в кармане и положил на стол несколько купюр.       — Это за мой заказ. И, пожалуйста, мистер детектив, больше никогда никому не врите.       Он кивнул ему, не глядя в глаза, развернулся на каблуках и стремительно вышел, ссутулившись и вцепившись пальцами в болтающиеся на шее жетоны.