Не хочется думать об осени

      Джозеф встал раньше, чем обычно, он оставил себе в запасе целый час перед работой, чтобы успеть поговорить со своим незапланированным гостем. День за окном выглядел солнечным и тёплым. Ода с удовольствием опустил ноги на согретый утренними лучами паркетный пол. Он любил натуральные материалы, в его квартире почти не было пластика, зато было несколько горшков с живыми растениями и даже небольшой искусственный водопад, наполнявший тишину комнат едва уловимым плеском воды.       Детектив набросил на плечи и быстро завязал на поясе юката в мелкую село-голубую клетку. Эта традиционная японская домашняя одежда имела довольно свободную форму и открывала гладкую безволосую грудь мужчины. Он мельком заметил это в зеркале, остановился и перевязал пояс поплотнее. Теперь, соблюдя все приличия, он мог выйти в гостиную.       Его гость крепко спал, раскинувшись по диванным подушкам. Диван был ему явно тесен, он перекинул ноги через спинку, а рука свисала с края, касаясь пола. Плед был скомкан и собрался у пояса, позволяя рассмотреть прекрасно развитое тело. Джозеф подумал, что давно не видел так безмятежно спящего человека и что ему хотелось бы провести кончиками пальцев по его приоткрытым губам, чтобы почувствовать на своей коже размеренное горячее дыханье. Он даже протянул руку.       Ненормальный жар от лица лейтенанта чувствовался уже в паре сантиметров от кожи. Джозеф нахмурился и приложил ладонь к чужому лбу. Пирс завозился, сморщил нос и перехватил руку Джозефа своей:       — Пора вставать?       Его голос звучал разбито и сонно, он так и не открывал глаз.       — Я хотел поговорить с вами до того, как уйду на работу, но вы весь горите. Разговор подождёт до вечера.       — Всё нормально, я сейчас встану, — лейтенант приподнялся, и Джозеф заметил, что его кожа блестит от пота, а мышцы слегка подрагивают. — Это из-за того, что я долго не спал нормально.       — Это из-за того, что вы попали под дождь. Даже без градусника видно, что у вас температура. Мне жаль, что приходится оставлять вас в таком состоянии, но я не могу пропустить работу.       — Вы что, оставите незнакомца в своей квартире? — Пирс удивлённо приподнял бровь, пытаясь сфокусировать взгляд на Джозефе.       — Даже если вы меня обворуете, в таком состоянии всё равно не сможете далеко уйти. Максимум доберётесь до лифтов. Найду вас там вечером и помогу дойти обратно.       — Вы слишком добры ко мне. — Лейтенант застонал. — Кажется, вы правы, я умираю.       — Вставайте. Я отведу вас туда, где умирать будет немного комфортнее. — Джозеф позволил мужчине опереться на свою руку и накинул на его плечи плед.       — Куда это?       — В мою постель.       — О… — неопределённо пробормотал лейтенант, с трудом ворочая языком. — Хотите, чтобы я расплатился за ваше гостеприимство? Вас заводит секс с инвалидами?       — Да, воспользуюсь вашим беспомощным положением, — отозвался Джозеф зло, мужчина опирался на него всем весом своего разгорячённого после сна тела и, помимо того, что это чертовски мешало идти, детектив мог в полной мере ощущать его естественный запах, свежий и будоражащий неуместные желания.       — У вас странные вкусы. Вам нравятся уроды? Я слышал о таком. Парень возбуждался от вида ампутированных ног своей подружки…       — Заткнитесь, пожалуйста, Пирс.       — В этом… В этом нет ничего стыдного, правда, вы можете мне рассказать… — Лейтенант закашлялся.       — Я надеюсь, когда вы придёте в себя и вспомните этот разговор, вам будет стыдно.       — Я никогда не сожалею о сделанном, мне бывает стыдно только за то… чего я не сделал…       — Вы такой патетичный сегодня, — Джозеф остановился у своей расправленной постели и позволил безвольному горячему телу лейтенанта сползти со своего плеча на простыни, тот приподнялся на локте, пошатываясь: капли пота стекали по рельефным мышцам груди на крепкий пресс, тонкая хлопчатобумажная ткань нижнего белья не скрывала очень приличных размеров мужчины.       — Вы смотрите на мой член?       — Да что с вами сегодня?! — Взвился Джозеф, чуть ли не в лицо кидая Пирсу одеяло. — Накройтесь уже, я принесу лекарство!       Детектив, раскрасневшийся и сердитый, пулей вылетел из комнаты под недоумённое полусознательное бормотание лейтенанта: «Но вы же правда смотрели…»