Вне игры

Стоя напротив кухонного стола, Дима ждал, пока вскипит чайник, параллельно листая телефон. Чувства переполняли Масленникова, только мужчина не мог понять, почему и на кого он злится. Он не мог понять Иманова, который обиделся на него из-за ерунды. Его ревность казалась Диме абсурдной, и математик не мог подумать, что Елизавета так изменит их жизнь. Лиза казалась безобидной и невинной, как только девушке потребовалась помощь, Дмитрий бескорыстно оказал услугу, но кто бы знал, что Лиза это расценит по-своему? Дима показывал вежливость при общении с ней, не более. Возможно, она была приятным собеседником, но Дмитрий не горел желанием переходить из рабочих отношений в дружеские, поэтому по-доброму улыбался всякий раз, как Лиза оказывалась на горизонте. Он видел, что девушке нужна поддержка, что ещё пару дней и у неё закончится практика, а если Димы не будет рядом, то её съедят другие учителя, которые не будут воспринимать молодую студентку всерьёз. Именно по этим причинам мужчина считал, что ревность Эмиля не уместна. Не узнав его отношения к девушке, он напридумывал того, чего не существует, при этом испортив настроение обоим. Все планы на каникулы резко обрушились, Дима понимал, что ни он, ни Эмильен не захотят друг с другом разговаривать в ближайшее время, но рука Масленникова по привычке тянулась в переписку с Эмилем, чтобы как обычно написать его: «я доехал, а ты как?» Электрический чайник выключился, забурлив на всю комнату — Дима вынул электроприбор из розетки, доставая с верхней полки любимую чашку. Кинув чайный пакетик в кружку, заливая всё это дело кипятком, Масленников откладывает телефон и собирается наконец-то расслабиться. Только вот, почему-то, на душе всё равно не спокойно.

***

Дни проходили с бешеной скоростью: Эмиль всё ещё продолжал готовиться к игре, но сил уже не было. Он лежит на кровати в своей комнате, смотрит на потолок, пока не слышит, как в дверь кто-то позвонил, а голос мамы становится звонче и веселее — значит, Сударь пришёл. Иманов лениво встаёт с кровати, идёт в коридор, однако на пороге своей комнаты сталкивается с Никитой: — О, привет, — друзья пожимают друг-другу руки, после чего Эмильен пропускает парня в комнату. — Идём сегодня играть? — Давай завтра, а? — Эмиль плюхается на кровать, смотря на Резнева. — Может как в старые-добрые фильмец глянем? У меня чипсы есть, хочешь? Никита оценивающе смотрит на своего друга, пока взгляд не метнулся в сторону. Он оглядывается, начиная со шкафа одежды, заканчивая спальным местом. Видимо, этот вопрос был риторическим, ведь хозяин комнаты уже скрылся, кажется, на кухню за едой. Пожимая плечами, Сударю оставалось лишь поудобнее устроиться и ждать парня. — Повезло, твои любимые, — Иманов кидает упаковку Никите, который машинально ловит её в воздухе. — Так, какой фильм хочешь посмотреть? — Эмиль, мне страшно, — сглатывает Сударь, смотря, как Эмиль закрывает дверь за собой. — Ты же спрашивал, волнуюсь ли я, но до последнего думал, что нет. — Что-то стряслось? — Эмильен садится рядом, стараясь бесшумно открыть чипсы, но пакет предательски шуршит. — Волнуюсь за родителей. Я же в Питер собираюсь уезжать, как же они одни с Женей? Да и по мелкой скучать буду. Я словно навсегда уезжаю в неизвестность, а мы с тобой вообще как? Ты ж мне как брат, Эмиль. Парень внимательно смотрел на Никиту, размышляя у себя в голове. Его взгляд мелькнул на часы: а время-то тикает… — Это не значит, что мы перестанем общаться, Никит. Я уверен, что ты хорошо устроишься там. Думал насчёт команды? — Да, — Сударь сглотнул. — Если всё будет хорошо, то вступлю в Питерскую команду по баскетболу, а сам? — Не знаю, — вздохнул Эмиль. — Пережить бы последнюю игру, а там будет видно. Они замолчали, растворяясь в тишине. Оба парня слышали, как за окном резвились дети, пиная мяч: а ведь пару лет назад это были они. Неряшливый Никита, который всё время падал и смышлёный Эмиль, будучи всегда рядом, верный друг и соратник. — Не хочу время проебать на хуйню, жить хочется нормально, понимаешь? Мысли Иманова были о Масленникове. Только после этой фразы его, кажется, осенило. Они всё ещё не разговаривали, обижаясь друг на друга, но Эмилю было плохо от того, что они тратят это время впустую. Стыдно за себя, что сбежал, что не дал Диме всё сказать. А если эта ссора полностью испортит их отношения? После душещипательного разговора Никита как ни в чём не бывало выбирал фильм с компьютера Эмиля — его глаза пали на комедию. Иманов на это лишь молча кивнул, хотя смеяться сейчас вообще не хотелось. Парень уже блуждал в чертогах разума, вспоминая образ мужчины, его идеальные руки и его безупречность. И так всегда, Эмиль, наверное, с первого дня знакомства считал Диму идеальным, но чем больше он узнавал мужчину, тем больше разочаровывался. Появлялся страх, что все чувства были не к Дмитрию, а к вымышленному человеку, но за эти мысли хотелось себя ударить. Какие бы ссоры и разногласия у них не были, чувства Иманова не потухают, а наоборот разгораются ещё больше. Спустя полтора часа фильм закончился, Никита, кажется, был не сильно заинтересован сюжетом, потому что уже минут десять дрыхнул на подушке Эмиля. Иманов был не против и, закрывая ноутбук, он отложил его куда подальше, а сам сместился влево, чтобы не будить друга. Его взгляд пал на телефон, который Эмильен не брал весь фильм, поэтому баскетболист решил проверить входящие сообщения. И вот, не успел парень вспомнить Диму, как получил от него весточку спустя пять дней бессмысленной молчанки. Хотелось вспрыгнуть с кровати от радости, значит ли, что Масленников сделал первый шаг к решению конфликта? Учитывая то, что в Диме постоянно присутствует нерешительность, это действительно было огромным достижением. Глаза пробежались по переписке с мужчиной, но Эмиль почему-то ожидал другого сообщения: Дима 18:06 Эмиль, ты жив вообще? Прости, что накричал на тебя, я был очень уставшим. Он поднял взгляд вверх, словно ему было противно… противно от собственного парня. После этого разговора Эмиль хотел быть услышанным, но Дима до сих пор не понял, что Иманов на него обиделся не за крики, а за его игнорирование. Видимо, этот диалог был впустую, Эмильен понял, что до Масленникова никак не достучаться и, принимая поражение, парень стал печатать сухой ответ:

Эмиль 18:08 Да, всё хорошо. И ты меня прости

Эмиль извинялся ради приличия, ведь не считал себя виноватым. Он не мог извиняться за свои чувства, за свою обиду, которая до сих пор осталась. Если Дима не верит Эмилю, то парень будет до последнего верить мужчине и его искренним чувствам.

***

В последний день каникул Столяров решил провести тренировку в школе. Эмиль лениво перебирал ногами, возвращаться в учебное заведение до окончания законных выходных не хотелось — снова появился этот страх перед уроками. Смотря на то, как разминается Никита, Иманов повторял те же самые движения. Мысленно парень блуждал по четвёртому этажу, где-то у кабинета Масленникова, который всегда рад его видеть в любое время суток. Тогда Эмиль решил сделать своему парню сюрприз — кажется, Дима говорил, что выйдет в школу на день раньше, а значит шанс встретить его увеличивается. Теперь у них получится побыть вдвоём, и им никто и ничто не помешает. Иманов был горд собой, он не умел устраивать сюрпризы, но Эмиль всё же надеялся, что такое понравится Масленникову, с которым они не виделись уже целую неделю. На игре он выкладывался по полной, однако всё равно смотрел, как большая стрелка на часах постепенно приближается к двенадцати, ожидая пятнадцати ноль-ноль, как жаль, что Иманов не знал, что Дима сейчас не один… Сам Масленников заходил в школу, чтобы принести все нужные отчёты и забрать документы. Он усаживается на кресло и, слегка на колёсиках отодвигаясь назад, смотрит в ноутбук, куда на почту приходило много спама. Пока Дима чистил ненужные сообщения, он начал потирать переносицу. В последние дни его мучила жестокая бессонница, мужчина не мог понять почему, а кофе давно не помогал. Повседневная рутина с головой затянула Масленникова, который не привык ко всему этому. Он уже мечтал вырваться и уехать отсюда, хоть сам и понимает, что не делает это только из-за родни и Эмиля. Он слышит слабый стук в дверь, который приводит Масленникова в чувства, мужчина пялится на выход, пока оттуда не появляется лицо Елизаветы: — Не помешаю? — девушка смущённо улыбается и, увидев кивок мужчины, сразу пробирается ближе. — А ты чего тут делаешь так поздно? — У меня был последний день практики и… — Лиза с каждым своим словом подходила всё ближе, пока не оказалась вплотную к столу, по-доброму заглядывая в глаза Диме. — Хотела отблагодарить тебя за помощь, ты не представляешь, как ты выручил меня, спасибо. — Не стоит, — он усмехнулся, пододвигаясь ближе к рабочему месту, смотря на экран, где удаляются ненужные файлы. — Я проходил через такое на своей практике, поэтому прекрасно понимаю тебя. — Нет, всё же стоит, ты правда мне помог. Дима следил за ней периферическим зрением, пока не потерял из виду. Девушка шла прямо, оказавшись за спиной у Дмитрия. Такое положение сразу напрягло Масленникова, который привык видеть все её действия, а оглядываться назад было бы неловко. — Ну, тогда не за что, — он всё ещё улыбается, но его выражение лица изменилось, когда практикантка положила свои хрупкие ладони на кресло. Тонкие пальцы стали двигаться к Диме, поэтому мужчине пришлось выпрямить спину, садясь ближе к краю кресла. Спина и шея адски болели, из-за чего Масленников шикнул, коснувшись до позвоночника. Заметив этот жест, Лиза сразу подсуетилась: — Зачем себя так не щадить? — её руки передвигаются на плечи мужчины. — Сколько проблем со здоровьем из-за такой непростой работы. Лиза начинает массировать спину Масленникова, а мужчина, совсем не ожидавший такого поведения от практикантки, цепляется руками за стол, напрягая всё тело. Он пытается отдалиться от девушки, которая никак не отстаёт от бедного Димы. Всё время Елизавета с Дмитрием были у всех на виду — по крайней мере в классе с учениками, в котором Лиза не могла позволить себе чего-то большего, но несмотря на это, всё равно пыталась привлечь к себе внимание. Оставшись наедине, девушка, видимо, почувствовала себя увереннее. — Нет, не надо, это лишнее, — Дима резко выбирается из плена Лизы, вскакивая с кресла. Он поворачивается к ней лицом, чтобы видеть, как минимум, её руки и контролировать, чтобы она их не распускала. Взгляд Лизы, такой дикий, сумасшедший и желанный, бесцеремонно блуждал по всему Диме, и именно тогда Масленников, кажется, прозрел. Теперь слова Эмиля воспринимаются по-другому. Видя поведение практикантки, Дмитрий понимает, что всё это время она откровенно лезла к нему, но из-за постоянного стресса, работы и учеников Дима не мог разглядеть элементарного. Абстрагироваться от Елизаветы не получалось, она, к сожалению, не может читать мысли Масленникова, в которых мужчина считает её поведение отвратительным. — Слушай, я скоро пойду, поэтому… давай, пока, удачи в будущем. — И всё? — её недоумённый взгляд заставил Диму удивиться. А на часах уже три часа ровно, если бы только мужчина знал, что именно в этот неподходящий момент к нему мчится на всех порах его возлюбленный, преодолевая расстояния в виде ступеней и трёх этажей. Если бы он только знал, что Эмиль здесь, то он обязательно бы извинился за то, что не захотел выслушивать байки про его «ревность». — Всё, — Дима переводит взгляд в сторону, потому что чувствует отвращение к Лизе. К Лизе, которая всё время вела себя как белая и пушистая, а сейчас она — хищник, и Диме не кажется, ведь это подтвердил Иманов, а он ему верит. Её руки снова тянутся к нему, Дмитрий делает шаг назад. — Тебе лучше уйти, я серьёзно. Девушка не знает слова «нет», как жаль, что Дима не смотрел на неё в тот момент. Лиза сокращает расстояние между ними, прикрывает ладонью их лица, как это делают в романтических фильмах, и целует его в губы. Просто, бесцеремонно и так… неожиданно и быстро, чтобы Масленников не успел оттолкнуть. Мир уходит из-под ног И кто бы знал, что именно в этот момент радостный долгожданной встречей Эмиль заметит, что дверь в класс математики почему-то открыта. Видимо, это никак не напрягает Эмильена, который толкает дверь вперёд, не стучась, сразу заходя вовнутрь, но замирая на пороге. Сюрприз Масленникова шокировал куда больше… При виде Лизы рядом с Димой становится больно, но обнаружив, как она потянулась к его парню за поцелуем, на душе заскребли кошки. Сердце стучало с бешенной скоростью, Эмиль застыл на месте не в силах даже шевельнуться. Он перестал дышать, всё внутри неприятно скручивало, а бабочки в животе и без того подохли. Реакция у Димы неплохая, если он почти сразу оттолкнул от себя Лизу, однако эти мгновения для Эмиля были вечностью. Наслаждался ли он поцелуем или стал жертвой — непонятно, но Иманов всё ещё не мог не смотреть на них, на эту, блять, счастливую парочку! Эмиль кричал внутри; услышав шорохи, Дмитрий поворачивает голову в сторону и сразу вздрагивает, испытывая те же эмоции, как Иманов — боль. Все слова пропадают, Лиза при виде ученика усмехается, отойдя в сторону, демонстрируя всем своим видом: «этот мужчина — мой». — Эмиль, — глаза Димы становятся стеклянными, он ненавидит себя, Лизу, весь мир. Хочется кричать, бежать к Иманову, чтобы объясниться. Дима уже делает первый шаг навстречу, но Иманов по инерции отступает, закрывая за собой дверь. В ушах у Масленникова звенит, мужчина пытается понять, что же он натворил и как подставила его Лиза. Всё ещё стоя у стола, к Диме пришло не только осознание, но и гнев, отчего он ударяет кулаком по столу, роняя папку со стола, заставляя Лизу вздрогнуть. — Пошла на хуй отсюда, быстро! Дмитрий не помнит, когда последний раз он был так зол, не помнит, с какой недовольной физиономией выходила из класса Лиза и как со всей силы закрыла дверь, отчего неприятный звук разлетелся по всему кабинету. Он помнил лишь потерянного Эмиля, который был готов расплакаться на месте из-за такого ножа в спину. Помнил, как парень почти бесшумно закрыл дверь и ушёл… — Блять, долбоёб, — ругнулся Дима, когда понял, что стоять сейчас в кабинете и ненавидеть себя бесполезно, нужно срочно найти Эмиля. Только вот, Иманов не хочет, чтобы он его искал. Выбежав на улицу, парень быстро скрылся, ведь понимал, что за ним может пойти Масленников. Он уже чувствовал, как вибрирует его телефон от звонков с такого родного номера, который в один момент стал таким чужим. Эмиль не верил, что Дима мог поцеловать её сам, по крайней мере отказывался. Видя потерянного Дмитрия, становилось противно — несмотря ни на что, Масленников всё равно предал его, он знал, на что она способна, знал! Но всё это теперь не имеет значения, Эмиль полностью разочаровался в Диме.