Кровь матери

Прижимая к груди искалеченную руку, Уильям, не в силах противиться странному голосу в его голове, пошатываясь, добрел до лежащей на полу Джинни. Пот градом струился по бледному бескровному лицу мальчика. Внезапно все потемнело перед глазами Картера, его ноги подкосились, и он буквально рухнул на пол рядом с гриффиндоркой. Резкий, безумный смех Реддла пронесся по залу. -Признаться, я был несколько озадачен, Гарри, когда василиск оставил тебя в живых… Ведь это так на него не похоже… Но теперь… — На лице Тома блуждала жестокая улыбка, когда он, подавшись вперед, жадно, с безумным блеском в глазах смотрел на кровь, струящуюся из раны Уильяма. — Гарри, скажи, ты когда-нибудь слышал, что бывает с теми, в кого попадает яд василиска? Не получив ответа от неподвижно сидящего на полу подростка, Реддл, хищно осклабившись, продолжил, не спуская с Картера внимательного взгляда: -Гарри, ты ведь уже чувствуешь головокружение и слабость? Не правда ли? Знаешь, что будет потом? Вначале тебе откажут пальцы… Ты просто перестанешь чувствовать их. Это произойдет так неожиданно… — Тяжело дыша, Уильям, против воли, внимательно вслушивался в страшные слова Тома. — Затем у тебя начнут отниматься руки и ноги… Гарри, ты даже не представляешь, как быстро это произойдет. Затем тебе станет трудно дышать… Ты начнешь задыхаться… После чего ты потеряешь способность говорить… Да, Гарри, представляешь, ты даже не сможешь перед смертью умолять меня, как умоляла твоя грязнокровная мамочка! Зеленоглазый слизеринец вздрогнул и, резко подняв голову, изумленно уставился на темноволосого юношу. Наслаждаясь произведенным эффектом, Реддл медленно обошел Джинни и, остановившись напротив сидящего на каменном полу мальчика, произнес, холодно улыбаясь: -Знаешь, Гарри, что последним откажет тебе? Сердце. Ты уже не сможешь дышать, но ты все еще будешь жив. И тогда… — Красивое лицо юноши внезапно исказилось. — НО ДАЖЕ ЭТО НИЧТО В СРАВНЕНИИ С ТЕМ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ СО МНОЙ!!! -Ты ошибаешься! Я ничего не делал тебе. — Стараясь побороть слабость, как можно тверже произнес Уильям, снизу вверх взирая на темноволосого волшебника. -НИЧЕГО?! — Глаза Тома пылали гневом и ненавистью, когда он, подавшись вперед, яростно прокричал: -КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК ГОВОРИТЬ СО МНОЙ?! ТЫ ЛИШИЛ МЕНЯ ВСЕГО! МОЕГО ТЕЛА! МОЕЙ ВЛАСТИ! ТЫ ОТНЯЛ У МЕНЯ ОДИННАДЦАТЬ ЛЕТ ЖИЗНИ!!! И ЭТО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ «НИЧЕГО»?! -Ты безумен… — Мертвенно-бледный, Картер смотрел в исказившееся от ненависти лицо юноши. -Безумен… –.Реддл рассмеялся коротко и резко, и от этого смеха по спине Уильяма пробежали мурашки. — Знаешь, Гарри, возможно, ты прав, и я действительно безумен, но кто, как не ты, сделал меня таким… — Презрительно скривившись, юноша подался вперед. — Вижу, ты до сих пор не веришь мне. Не так ли? Что ж…- Холодная улыбка снова появилась на губах красивого волшебника — Гарри, возможно, это поможет убедить тебя… Произнеся эти слова, юноша резко взмахнул рукой, и в ту же секунду в воздухе стали появляться золотистые буквы, соединившиеся в надпись: «Том Марволо Реддл». -Это имя я получил при рождении. — Все еще не спуская глаз с Уильяма, произнес старший волшебник. — Моя мать назвала меня в честь одного ничтожества, который… Впрочем, Гарри, он не заслуживает того, чтобы мы даже упоминали о нем… А это имя… По мановению руки Тома, золотистая надпись вдруг задрожала. Буквы, повинуясь волшебству, начали перелетать с одного места на другое, пока не соединились в слова, от которых все внутри Картера похолодело от ужаса… Лорд Воландеморт. -Я выбрал сам… Потрясенный, зеленоглазый мальчик, не мигая, смотрел на эту ужасающе-пугающую надпись. Удивительно, хотя все внутри его буквально сжималось от страха, внешне он смог сохранить невозмутимость. Лорд Воландеморт. Странно, но чем дольше Уильям смотрел на эти слова, тем более спокойным он становился внутри. Какое-то чувство странной умиротворенности медленно, но верно охватывало ребенка. -Поразительно, Гарри, ведь еще несколько часов назад ты был полон сил и энергии, а я был всего лишь бесплотным духом, и как сильно все изменилось за это время. Кто бы мог подумать, какую пользу способна принести ничтожная тетрадка в руках глупой девчонки, если ею управляет никто иной, как я. Признаться, Гарри, я хотел, чтобы честь воскресить меня, выпала семье моего самого преданного слуги. И я почти добился своего, но по роковой случайности все мои планы пошли прахом. Я, великий Лорд Воландемор, оказался в руках какой-то маленькой противной девчонки! Уильям чувствовал, как медленно, но верно силы покидают его. Предательская сонливость все сильнее окутывала его сознание. Наконец, голова мальчика упала на грудь, а веки смежились… Не спать! НЕ СПАТЬ!!! Опять этот надоедливый голос… Кирпич, еще один, и еще… УИЛЬЯМ, НЕТ!!! СЛУШАЙ МЕНЯ!!! Кирпич, еще один, и еще… Только бы не слышать этот голос, только бы… Внезапно острая, ни с чем несравнимая боль пронзила тело второкурсника. Вскрикнув, он очнулся и, широко распахнув глаза, огляделся. -…я окажу честь вам обоим! Гарри, ты должен гордиться тем, что станешь одним из моих первых даров великому Салазару Слизерину! Дневник. Забери его у девчонки. Быстрее! Взгляд ребенка упал на Джинни, все еще неподвижно лежащую на холодном полу. Мертвенно-белое лицо младшей Уизли напоминало восковую маску. Казавшаяся бездыханной, она продолжала прижимать к груди черную тетрадь. Забери его! Скорее! На мгновение зажмурившись, чтобы избавиться от красной пелены перед глазами, слизеринец протянул руку и, с трудом высвободив тетрадку из объятий гриффиндорки, положил ее на пол. Искалеченная рука Уильяма, словно плеть, безжизненно повисла вдоль тела. Продолжая бороться с предательской слабостью, Картер раскрыл старую, с пожелтевшими от времени страницами тетрадь и с удивлением понял, что она абсолютно пуста. Уничтожь его! -Что ты делаешь? Если раньше Уильям не был до конца уверен в том, что голос в его голове не был, своего рода, бредом, вызванным ядом василиска, то сейчас, услышав нотки подозрения, смешанные с едва различимым страхом в голосе Воландеморта, мальчик убедился в его реальности. Уильям, скорее! Похоже, яд успел слишком сильно повлиять на умственные способности ребенка, потому что как иначе можно объяснить то, что он сделал в следующее мгновение? Вместо того чтобы воспользоваться волшебством, наш герой сам или, быть может, повинуясь чужой воле, поднял с пола непонятно откуда взявшийся клык змея и, не в силах сдержать стон, вонзил его в одну из пожелтевших страниц. -НЕЕЕЕТ!!! –Подобно раненому зверю, закричал Реддл. Невероятно, но из бреши, пробитой клыком, подобно крови, хлынула черная жидкость! Нечеловеческий крик Воландеморта, зловонная субстанция, вытекающая из дневника, настойчивый голос в голове слизеринца, странная озлобленность, вдруг охватившая его… Удар, еще один, и еще… -НЕЕЕТ!!! Лицо Реддла исказилось от боли и ужаса, когда он кинулся вперед, чтобы остановить Картера. Казалось, еще мгновение, и он набросится на мальчика, но внезапно по его телу пробежала дрожь, он скорчился, закричал и… растворился в воздухе. В следующую секунду младшая Уизли, все это время остававшаяся неподвижной, застонала. Ресницы девочки затрепетали, и вот она, наконец, распахнула глаза, недоуменно уставившись в потолок. -Джинни… — Хрипло произнес Уильям, чувствуя, как с каждой секундой силы покидают его. — Джинни, вставай… Понадобилось какое-то время, чтобы она, мертвенно-бледная, медленно повернула голову и посмотрела на говорившего. -Джинни… — Пот градом струился по лицу Картера. -Ты должна встать… Забери птицу… Она там… У стенки… Рыжеволосая гриффиндорка, словно не слыша Уильяма, продолжала оцепенело смотреть на него. Наконец что-то промелькнула в ее глазах. Лицо девочки внезапно исказилось, она застонала и, приподнявшись на локте, едва слышно прошептала: -Где я? Что со мной? -Джинни, это я, Гарри… Я ранен и… — Холодный воздух подземелья с трудом проникал в легкие слизеринца. — Джинни… Ты должна… Прошу… Просто… верь мне… Ты… — Картер попытался поднять с пола то, что осталось от дневника, но с ужасом понял, что пальцы больше не слушаются его. — Узнаешь… это? Задыхаясь, второкурсник попытался рассказать младшей Уизли все, что знал о случившемся. Подземелье, василиск, Том Реддл, Воландеморт, клык, дневник… Ослабевший, зеленоглазый ребенок с трудом ворочал языком. -Я помню раковину… — Нахмурившись, произнесла девочка. — Каждый раз, когда я ее видела… что-то обязательно случалось… Что-то плохое… Мама говорила… Она говорила… — Гриффиндорка на мгновение замолчала. — Она говорила, что это дар Пруэттов… Что он проснулся во мне… Что нужно время… И тогда я смогу лучше понимать увиденное… Мама была так счастлива… — Последние слова младшая Уизли произнесла едва слышно, испуганно глядя на Уильяма. Из груди слизеринца вырвался хрип, и он начал судорожно хватать ртом воздух. Широко распахнув глаза, девочка с ужасом смотрела на мальчика. -Я… Гарри… Я сейчас… Сейчас… Все, что произошло в дальнейшем, плохо отпечаталось в памяти Картера. Кажется, девчонка что-то несла в руках… Да, определенно, это было что-то длинное и красное. А еще… Еще она что-то говорила ему. Но слышал ли он ее? Видел ли? Кажется, он падал… Да, он падал вновь и вновь, но почти не чувствовал боли… А девчонка… Кажется, она плакала. Но, почему? И, что это? Какой-то голос… Да, определенно, кто-то говорит с ним. Девчонки не должно здесь быть. Что? Девчонки не должно здесь быть! Девчонки? УИЛЬЯМ!!! В следующую секунду волна боли насквозь пронзила тело мальчика. Выгнувшись, он закричал и раскрыл глаза. ИЗБАВЬСЯ ОТ ДЕВЧОНКИ! ЖИВЕЕ! -Гарри! — Младшая Уизли, обхватив себя руками, сидела на полу и, покачиваясь из стороны в сторону, громко рыдала. — Гарри, ты жив! Я… — Девочка продолжала всхлипывать. — Так испугалась. -Ты должна… уйти… — Едва слышно прошептал Картер, чувствуя, что тело больше не подвластно ему. — Я… помогу тебя… — Слова с трудом проталкивались сквозь одеревеневшие губы мальчика. -Но как же ты? Гарри… -Если… ты… хочешь… жить… слушай… меня… Возьми… все… и иди… Несмотря на то, что зрение почти полностью покинуло Уильяма, мальчик абсолютно точно знал, где находится. Вот тот самый темный коридор, пол которого усеян грудой костей… Вот труба, ведущая наверх… А вот он, неподвижный, пустыми незрячими глазами глядящий в потолок… -Иди… -Гарри, профессор Дамблдор обязательно поможет теме! Я… Я приведу его! — Всхлипывая, лепетала рыжеволосая девочка. — Мама говорит, что он самый могущественный волшебник из всех! Он поможет тебе! Обязательно поможет! -Джинни… Отдай мою… палочку… п-профессору… Снейпу… И скажи… Я хотел… прийти… Правда… хотел… И мне… жаль… Очень жаль… Правда… Гриффиндорка что-то еще говорила Картеру, но он больше не обращал внимания на ее слова. -Вингардиум Левиоса… — Едва слышно прошептал второкурсник и, непонятно откуда взявшаяся волна магии прошла сквозь его тело. -Откройс-с-с-ся… Уильям не слышал криков младшей Уизли, не видел, как она, вскрикнув, оторвалась от земли и, что-то прижимая к груди, исчезла в трубе. Он даже не заметил, как коридор, ведущий в Тайную комнату, внезапно погрузился во тьму… Знаешь, Гарри, что последним откажет тебе? Сердце… Кажется, последнее, что запомнилось Уильяму — это безумный смех Реддла, набатом звучавший в его голове…