Грани сознания

      Новый день встретил Гарри уже привычным и ожидаемым шумом из ванной комнаты, где приводила себя в порядок вставшая еще раньше Гермиона. За этот месяц он уже чуть сместил свой график сна и потому не бурчал как недовольный дед, которому помешали шумные детишки. Сейчас Гарри лишь лениво приоткрыл глаза, потянулся словно маленький маленький котенок и поднялся с кровати, осоловелым взглядом ища какую-нибудь одежду, дабы выглядеть прилично и не смущать подругу своим внешним видом.       И хотя за этот месяц, учитывая не такое уж большое пространство дома, они успели не один раз наткнуться друг на друга не полностью одетыми, а во время их странствий в палатке Гермиона часто переодевалась просто отвернувшись спиной, сейчас Поттер понимал, что ее детскому сознанию это должно казаться весьма неприличным, и потому старался соблюдать нормы и правила, дабы не испортить заготовленный сюрприз иногда лезущим невпопад пошловатым юмором.       Сегодня была суббота, а значит полностью свободный день, который Гарри мог посвятить своей подруге и познакомить ее с Хогвартсом. Парень крайне надеялся на то, что замок поможет ей пробудить больше воспоминаний и дать существенный скачок в их прогрессе. Он хотел провести ее по знакомым коридорам, показать знаковые места, а затем просто оставить у входа в библиотеку, после чего, учитывая ее любовь к знаниям, за ней можно было возвращаться только через месяц, да и то не факт.       — Доброе утро, — улыбнулась ему Гермиона, когда Гарри выбрался из своей комнаты. — Я как раз хотела приготовить завтрак. Будете омлет?       — Не откажусь, — кивнул Поттер, включая чайник. — Как спалось?       — Весьма неплохо, — начала орудовать с посудой девушка. — Вчерашний день в доме у Уизли пробудил довольно большое количество воспоминаний. Проблема лишь в том, что они пришли из совершенно разных периодов времени и я немного путаюсь в происходящем…       — Ну да, — подумал Гарри. — Ведь в отличии от моего дома или Мунго, там ты была очень много раз…       — Нужно как-то структурировать новые мысли, — с задумчивым видом перемешивала она яйца с молоком. — Я уже разобралась, что первый раз появилась в «Норе» в четырнадцать и там была подготовка к какому-то мероприятию.       — Чемпионат мира по квиддичу, — вспомнил Поттер. — Мы тогда впервые выбрались все вместе на хоть какое-то масштабное событие и это было весьма интересно.       — Причем множество воспоминаний пришли уже утром, словно с небольшой задержкой, — выливала Гермиона готовую смесь на разогретую сковородку. — Кажется, подсознанию нужно время на адаптацию.       — Ну или просто во сне действительно сильнее приоткрывается твой блок, — предположил Гарри, слыша щелчок отключившегося чайника. — Помнишь, что твои кошмары о происшествии прорывались именно ночами.       — Может быть, — пожала она плечами, посыпая готовящийся омлет зеленью. — Но воспоминаний было столь много, что утром аж даже немного побаливала голова, но я успела поработать с ними и нашла некоторую интересную особенность.       — Надеюсь, уже все прошло? — посмотрел на подругу Гарри, наливая себе и ей чаю.       — Да, сейчас все хорошо, — кивнула Гермиона, орудуя лопаткой и перемешивая омлет, чтобы не подгорел. — Просто небольшое помутнение минут на пять.       — Вот и славно, — улыбнулся Поттер, возвращаясь за стол.       Еще несколько минут девушка занималась завтраком, доводя его до желаемой степени готовности, параллельно закидывая пару кусочков хлеба в уже ожидающий своей работы тостер и напевая что-то про себя. Гарри наблюдал за этой картиной и почему-то чувствовал какое-то непонятное тепло внутри, словно ему было просто по душе происходящее. Нравилось смотреть на Гермиону в этом фартуке в клеточку, нравилось разговаривать с ней по утрам в спокойной обстановке, а не в бесконечных попытках выжить, нравилось чувствовать уют и запах заботливо приготовленной пищи, раскладываемой по тарелкам. И было даже немного грустно, что рано или поздно, но Гермиона исцелится и вновь станет жить сама по себе, разрушая эту неуловимую связь.       — Что скажешь насчет себя? — поинтересовался Гарри, беря в руки вилку. — На сколько ощущаешь свой возраст?       — Трудно сказать, — пожала она плечами, усаживаясь на свое место. — С одной стороны, я все еще считаю себя одиннадцатилетней, закончивший четвертый класс девочкой. С другой же у меня в голове есть четкие воспоминания о том, как я танцевала на свадьбе Билла и было мне там кажется… Семнадцать?       — Почти восемнадцать, — кивнул Поттер. — Да, интересное было время.       — И во мне словно сталкиваются две меня, — продолжала девушка. — Обычно я думаю и веду себя так, словно весь этот месяц, но когда перекручиваю события в «Норе», то во мне словно просыпается другой человек. Я будто начинаю мыслить иначе, рассуждать совсем по-другому, пусть и примерно с теми же ценностями.       — И в чем это выражается? — поинтересовался Гарри.       — Минутку, сейчас настроюсь.       Гермиона прикрыла глаза и стала наполнять себя появившимися воспоминаниями о своей более взрослой жизни. Ее лицо немного хмурилось, глаза под веками явно подрагивали, а лоб время от времени покрывался морщинам от сведенных бровей. Поттер с интересом поглядывал за этой небольшой трансформацией и когда девушка вновь открыла свои карие глаза, то в них явно произошли некоторые изменения, а взгляд стал явно взрослее и серьезнее.       — Гермиона? — позвал ее парень.       — Все в порядке, Гарри, — улыбнулась она. — Я все еще я.       — Ты словно выглядишь иначе, — заметил он. — Как будто ближе к себе настоящей.       — Я ощущаю это, — кивнула Гермиона, делая глоток чая. — Пусть и помню далеко не многое, но сейчас могу легко принять, что ты мой лучший друг, а не просто наставник. А еще я ощущаю множество эмоций, которые пока не сильно понимаю, ибо не нахожу им объяснений.       — Например?       — Волнение, легкий страх за свою жизнь и будущее, — задумалась девушка. — Предвкушение чего-то великого и грандиозного… А еще что-то приятное, словно ощущение близости с родным человеком…       — Со мной? — стало интересно Поттеру.       — Вроде да, — кивнула Гермиона. — Однако есть еще что-то более сильное… Но это странно…       — Почему? — чуть напрягся Гарри.       — Я… — подбирала слова она. — Кажется, я… Не знаю… Возможно я влюблена в кого-то… Но это непонятно пока… Я всегда считала, что когда полюблю человека, то мысли о нем будут только абсолютно позитивные и теплые, а тут… — пощелкала Гермиона пальцами. — Я словно в сомнениях насчет себя… Словно понимаю, что это не мой человек, но продолжаю стремиться к нему… Как к какой-то запретной и не очень полезной вещи, желая ее добыть всеми силами, пусть она и не особо мне нужна… Ты не знаешь, кто это может быть?       — Знаю, — со вздохом кивнул Поттер. — На момент свадьбы Билла, у тебя уже длительное время зарождались отношения с Роном.       — С Роном? — удивленно спросила Гермиона и вновь погрузилась в себя, представляя в мыслях рыжего друга. — Да… Кажется… Определенно… Но…       — Но почему ты сейчас живешь у меня, а не у него? — со смешком спросил Гарри.       — Да, — согласилась она. — Почему так?       — Со временем твои сомнения оказались выше влюбленности, — откинулся на спинку стула Поттер, сложив руки на животе. — Через пару лет ты поняла, что жизнь с Роном не принесет тебе счастья, а будут одни лишь ссоры, скандалы и развод через год-другой. Вы слишком разные.       — Вчера он не показался мне прямо-таки отвратительным, — пожала Гермиона плечами. — И, кажется, мне было хорошо в его компании.       — Он не плохой сам по себе, — объяснял Гарри. — Но увы, не следит за словами, довольно завистлив и даже пару раз оставлял нас в трудных ситуациях.       — Ты про те случаи, когда я поддержала тебя и стала наиболее ценным человеком в жизни? — вспомнила его фразы девушка.       — Ага, — вздохнул Поттер. — Рон тогда поступал как отвратительный кретин, сначала завидуя моей нежелательной славе, а потом ревнуя тебя ко мне.       — А были поводы? — изогнула она бровь с легкой улыбкой.       — Только в его голове, — хмыкнул Гарри. — Просто мы были действительно крайне близки, словно родные брат и сестра. А Рон посчитал это нашими тайными отношениями и бросил посреди леса одних.       — И после этого я еще простила его? — скептически спросила Гермиона. — Я была такой дурой?       — Против гормонов и влюбленности сложно переть даже с твоим развитым мозгом, — хихикнул Поттер. — Тебе нужно было переболеть и принять взвешенное решение.       — Хорошо, я еще подумаю над этим, — кивнула она. — Возможно возникнут некоторые сложности, учитывая имеющиеся сейчас чувства к Рональду, но при этом еще и знания о том, чем все закончится. Я сейчас пока вернусь мыслями к ранней себе… Так будет проще, да и длительное время довольно трудно концентрироваться на ином отношении к жизни.       — Хорошо, — улыбнулся Гарри.       Через некоторое время, когда друзья покончили с завтраком, а Гермиона пришла в себя от очередной смены образа мышления, сидя чуть потирая виски, Гарри собрал посуду и принялся ее мыть, размышляя над тем, как поступать с ней в тех или иных ситуациях. Стоило ли сразу рассказывать окончание какой-либо всплывшей в ее мыслях истории? Как поступать в тех моментах, когда юное сознание еще не сможет осознать тяжести случившегося? Неудачные отношения с Роном были лишь капелькой, вполне доступной для понимания даже девочке, а все остальное? Презрение к магглорожденным? Война? Зверства Волдеморта и пытки в поместье Малфоев? Постоянная жизнь на волоске?       Она ведь не просто так упоминала о страхе за свое будущее. Это значит, что воспоминания пробуждают все эмоции, следующие в этот период, а значит Гермиона просто не будет понимать себя в такие моменты. А потому это сразу отметало желание просто рассказать ей о взрослой жизни, пропустив всю молодость, иначе ее сознание попросту не справится, не видя объяснения тем или иным действиям и эмоциям. Следовало плавно и последовательно восстанавливать память и древний замок очень мог в этом помочь, особенно одна ситуация, в которой можно было проверить ее реакцию на сильные потрясения.       — Ну как, пришла в себя? — поинтересовался Гарри, когда закончил с посудой.       — Да, — чуть устало кивнула она. — Это очень выматывает, но при этом так интересно! Словно прочитать кусочек книги своей судьбы, наугад открыв на середине. Но не думаю, что это очень уж полезно…       — Я тоже так рассудил, — улыбнулся Поттер. — Книги следует читать последовательно, иначе можно запутаться и не понимать, что вообще происходит в сюжете.       — Вы абсолютно правы, — уверенно сказала Гермиона. — И спасибо за прояснение ситуации с мистером Уизли. Это решило множество ненужных проблем.       — Обращайся, — хмыкнул Гарри. — Давай немного передохнем, а потом у меня есть для тебя небольшой сюрприз.       — Какой? — сразу загорелись ее глаза.       — Узнаешь, — хитро посмотрел на нее Поттер. — Тебе определенно понравится.       Еще несколько дней назад Гарри отправил сову профессору Макгонагалл, предложив встретиться и душевно поговорить, на что Минерва ответила радостным согласием и назначила субботу, как более свободный день, когда большинство учеников будут в Хогсмиде, а учителя могут расслабиться и отдохнуть, занимаясь своими делами. Поттер знал, что директриса никогда бы не поверила статейкам Скитер и потому встреча обещала быть приятной, особенно для Гермионы.       Чуть повалявшись на диванчике и переодевшись в уличную одежду, пара волшебников вышли на улицу и, привычно взявшись за руки, трансгрессировали на тропинку, ведущую от магической деревни к огромному замку, по которой было совершено так много походов за их годы обучения в школе. Перемещение подняло вокруг них небольшое облачко снежной пыли, перекрывающей видимость, но когда оно осело и Гермиона смогла понять их место положение, то взвизгнула от восторга и кинулась обнимать друга крепкими объятиями.       — Мистер Поттер, это просто чудесно! — повисла она у него на шее. — Спасибо! Я так хотела попасть сюда! Вы действительно волшебник!       — Да брось, — хихикал парень, не ожидая такой бурной реакции. — Ничего такого…       — Нет, это действительно великолепно, — не отпускала его Гермиона, вызывая ностальгическую смесь чувств. — Я целый месяц вспоминала о нем, а теперь могу увидеть вживую! Чем мне отблагодарить вас?       — Привыкай чаще звать по имени, — смеялся он, обнимая в ответ. — А то не всегда получается.       — Хорошо, — чуть смутилась девушка. — Я буду стараться, Гарри.       Направляясь по тропинке в сторону Хогвартса и наблюдая за все увеличивающимся замком, Поттер учил подругу правильно держаться за него, чтобы не вызывать двусмысленностей среди учеников и не только. Он позволил Гермионе зацепиться за свой локоть и уверенно держаться на скользкой тропинке, рассказывая по пути о происходящих здесь забавных случаях и прося сдержанно вести себя в стенах школы.       Гермиона старалась следовать его советам, но как только они прошли сквозь главные ворота, вызвав даже у Гарри приступ грустноватой ностальгии, девушка замерла на месте и, с расширенными глазами, просто не могла сделать и шага от навалившихся воспоминаний. Даже один вестибюль и находящиеся здесь песочные часы с очками факультетов давали целый поток образов о прошлом и огромный поток информации, пытавшиеся проломать барьер в ее голове, заставив даже чуть зажмуриться и глубоко задышать.       — Все хорошо? — участливо поинтересовался Гарри. — Ты в норме?       — Да, — выпустила она воздух из легких. — Просто сразу много всего… Я пытаюсь концентрироваться на начале года и событиях первого курса, чтобы все шло по порядку… Минутку, сейчас все пройдет.       Как и обещала Гермиона, довольно скоро ей стало лучше и она даже смогла улыбнуться, позволяя Поттеру вести ее вперед к кабинет директрисы. Живые портреты, висящие в избытке на стенах, иногда узнавали и приветствовали бывших учеников, а движущиеся лестницы хоть и могли запутать незадачливых студентов, но всего через тридцать секунд Грейнджер вспомнила систему их поворотов и уверенно двинулась вперед, повинуясь внутреннему чувству знания направления.       — Это очень интересно! — делилась она ближе к четвертому этажу. — По моему мнению, я никогда здесь не была, но при этом прекрасно знаю эти места. Это так странно и удивительно, вы не находите? Кажется, на этом этаже находится библиотека и класс Заклинаний?       — Верно, — кивнул Гарри, следуя за ней. — И мы обязательно туда забежим, но после встречи с профессором Макгонагалл.       Кабинет директрисы, как и всегда, охранялся безмолвной каменной горгульей, строго следящей за всеми желающими попасть в охраняемые ею владения. И хотя Гарри знал как минимум четыре способа сделать это без ее ведома, но тем не менее, сейчас это не требовалось и потому он просто назвал требуемый пароль, который ему сообщила Минерва в письме и, пронаблюдав за забавной реакцией Гермионы на ожившую статую, повел ее внутрь.       За почти шесть лет, прошедших с момента его последнего общения с портретом Дамблдора, обстановка комнаты практически не поменялась, представляя все то же круглое помещение в несколько уровней, целые шкафы, забитые различными книгами и приборами, а также все то же высокое директорское кресло, на котором восседала сухая пожилая женщина, расплывшаяся в теплой улыбке от вида своих старых учеников.       — Мистер Поттер, мисс Грейнджер, — произнесла она. — Добро пожаловать назад!       — Здравствуйте, профессор Макгонагалл, — подошел ближе Гарри. — Давненько я не был в этих стенах.       — Вам это позволительно, — улыбнулась Минерва. — Тилли!       — Да, мадам директор? — появилась эльфийка с низким поклоном.       — Будь так добра, принеси нам три кружки чаю и какого-нибудь печенья.       — Одну минутку, Тилли все сделает, — пропищала она и исчезла, оставив на столе заказанное.       Расположившись на предложенных местах и сделав по несколько глотков ароматного напитка, Гарри и Гермиона рассказали свою историю, основательно удивив директрису. Она и не ожидала, что интересные события, упомянутые Поттером в письме с предложением встречи, будут столь невероятными, представляя очередные сражения или встречи с темной магией, но никак не то, что ее любимая ученица сейчас внутри стала той маленькой лохматой девочкой, которую она привела в замок и надела на голову Распределяющую шляпу, начавшую совершенно иную жизнь.       — И как вы справляетесь с этим, мистер Поттер? — поинтересовалась Минерва. — Должно быть весьма непривычно брать на себя такую роль?       — Да, этого я определенно не ожидал, после длительного отсутствия в стране, — согласился Гарри. — Но все хорошо, память плавно восстанавливается и я надеюсь, что рано или поздно, но мы сможем выдернуть все до капли.       — А мне так интересно во второй раз познавать мир, — взяла слово Гермиона. — И я так рада, что смогла стать лучшей ученицей школы за последние годы! Это очень почетно для меня!       — Да, вы прекрасно сдали экзамены ЖАБА, — улыбнулась Макгонагалл. — Одиннадцать превосходно по всем предметам даже после пропуска целого года обучения. Это невероятный результат, мисс Грейнджер.       — Спасибо вам, — смущенно краснела от похвалы девушка. — Надеюсь, что я при необходимости смогу повторить это достижение.       — Конечно сможете, я никогда в вас не сомневалась, — подбодрила ее директриса и вновь повернулась к Гарри. — Мистер Поттер, вы писали, что хотели попросить какую-то услугу? Чем я могу помочь в такой ситуации?       — Вы можете дать Гермионе разрешение на посещение школы и библиотеки? — спросил он. — Так ей будет проще восстанавливать память, поскольку воспоминания лучше прорываются сквозь блок при нахождении в знакомом окружении.       — О, это мы сделаем без проблем, — кивнула она. — Считайте, что уже получили допуск. Я предупрежу мистера Филча и мадам Пинс, что мисс Грейнджер может посещать школу в дневные часы.       — Спасибо вам, — не сомневался в ее положительном ответе Гарри. — А есть возможность пользоваться школьными каминами, чтобы не тратить каждый раз по часу на поход за пределы антитрансгрессионных чар?       — Можно, почему нет, — пожала плечами Минерва. — Скажите адрес своего дома и я дам вам доступ.       — Мой дом не подключен к каминной сети, — ответил Поттер. — Но я могу отправлять ее с работы и принимать там же. Если вы позволите перемещение из офиса компании «Нимбус», то я был бы только рад этому.       — В обычных случаях я бы не пошла на подобное, — чуть задумалась Макгонагалл. — Однако, учитывая ситуацию и ваши заслуги перед школой, то я сделаю исключение. Но только при условии, что никто не узнает об этом пути в Хогвартс! Даже ваши коллеги!       — Разумеется, — кивнул Гарри. — Спасибо вам, профессор! Это очень поможет в нашем деле.       — Обращайтесь, — улыбнулась она. — Скажите, а кто занимается проблемой мисс Грейнджер в Мунго?       — Целитель Мейзор и его бригада, — ответил Поттер с легким удивлением от вопроса. — А что?       — Я бы хотела обсудить с ним ситуацию и, возможно, чем-то помочь, — пояснила Минерва. — Быть может взгляд со стороны даст новый толчок в исследованиях.       — Хотелось бы, — усмехнулся Гарри.       Чуть разомлев от тепла камина и вкусного чая, Поттер рассказывал о своих путешествиях и том, что видел в других странах. Профессор Макгонагалл было очень интересно послушать о чем-то новом и необычном, а потому разговор был больше монологом, который она и Гермиона с вожделением слушали, иногда смеясь над его шутками или удивляясь нестандартным ситуациям, поскольку даже в этаком «отпуске» парня иногда тянуло за острыми ощущениям в не самые безопасные места.       — Вы отлично провели время, мистер Поттер, — улыбнулась Минерва. — Жаль я в свои годы не совершила что-то подобное. И я бы с радостью послушала еще, но увы, дела не ждут.       — Может заскочу как-нибудь еще, — кивнул Гарри. — Спасибо вам за встречу, профессор. Мы пойдем, погуляем по замку, если вы не против.       — Конечно, — ответила женщина. — Была рада видеть вас в целости и сохранности, мистер Поттер, учитывая ваше рвение влипать в опасные истории. Мисс Грейнджер, я надеюсь, что вы в скорости вспомните все и вновь станете собой.       — Я тоже на это надеюсь, профессор, — говорила она. — И спасибо за разрешение на посещение школы, я буду рада вновь оказаться в месте, где скрывается столько знаний!       — Если хотите, то я могу иногда устраивать небольшую проверку навыков и помогать там, где могут возникнуть трудности, — предложила Макгонагалл. — Все же мистер Поттер хоть и умелый волшебник, но у меня есть огромный опыт работы со студентами.       — Это было бы просто чудесно, мэм, — согласился Гарри. — Думаю, через недельку-другую можно будет провести первый экзамен.       — Так и поступим.       Сердечно попрощавшись с Минервой, друзья вышли из кабинета, спустились по спиральной лестнице и остановились возле горгульи, занявшей свое место за их спинами. Гарри думал над тем, куда теперь следовало двинуться изначально. Можно было пойти в гостиную Гриффиндора или Большой зал. Как вариант были библиотека, Астрономическая башня или же поле для квиддича, но правильней было направиться в то место, где зародилась их дружба. Особенно учитывая тот факт, что ее воспоминания как раз подошли к этому моменту.       Ведя подругу по коридорам школы, Гарри стал замечать, что Гермиона старается все больше смотреть не по сторонам, а в пол, словно чего-то смущается или боится, но как бы он не пытался расспросить подругу, та лишь отмахивалась и говорила, что все в порядке и не стоит обращать внимания. Просто воспоминания от окружения продолжали накатывать большой волной и необходимо их было обработать без поступления новых.       Несколько лестниц и пара прямых привели их одному из женских туалетов недалеко от Большого зала. Гарри знал, что это будет трудным испытанием, но необходимым, а потому пропустил подругу вперед, а сам остался чуть позади, позволяя ей самой погрузиться в произошедшее. Гермиона сначала не поняла, что они здесь делают, но затем, взглянув на кабинки и внутренности комнаты, замерла на месте и прижала руки ко рту, не в силах справиться с яркой нахлынувшей картиной того, как огромный тролль приближался к ней своей шаркающей походкой. Как резкий отвратительный запах ударяет ей в нос, как огромная дубина волочится по полу и вот-вот будет готова размазать ее по стене.       Стоя посреди туалета, Гермиона, словно услышав какой-то звук, резко обернулась назад и увидела двух юнцов, вбегающих вслед за гигантской машиной смерти и замирающих в нерешительности. Она всем сердцем чувствовала, что ничего не сможет им помочь, что все трое через несколько минут будут напоминать лишь перемолотый мешок костей без признаков жизни, но ничего не могла с этим поделать и лишь слезы лились из ее глаз.       — Не переживай, — произнес стоящий чуть в стороне Гарри. — Все будет хорошо, но вспоминай, вспоминай! Ты знаешь, что будет дальше!       К ее бесконечному удивлению, худой черноволосый парнишка, знающий от силы полтора заклинания, после безуспешной попытки вытащить ее из оцепенения, выхватил палочку и прыгнул на шею тролля, пытаясь хоть как-то отвлечь его от замершей в ужасе Гермионы. Он стучал его по плечам, колотил по голове, что-то орал в ухо, но огромному созданию был абсолютно плевать на что-то, напоминающее назойливую муху и тогда мальчишка просто воткнул ему палочку в нос, не зная что совершить иного, а тролль в ответ схватил его за ноги и попытался прибить своей дубиной.       — Гарри… — упала она на колени, не в силах остановить поток сознания. — Нет… Только не ты… Ты не можешь… Умереть…       — Вспоминай, Гермиона, — присел он рядом. — Ты должна знать, как все началось.       К ее бесконечному удивлению, оставшийся на земле Рон выхватил свою палочку и выпалил первое попавшее в голову заклинание, из-за которого она и обиделась на него несколько часов назад, когда в своей надменной манере пыталась показать свои навыки и научить бестолкового парня. Уизли смог выдернуть из руки тролля дубину и обрушить ее на голову его, моментально отключив сознание и спасая жизнь всей троице первокурсников, завершая столь яркую и почти живую сцену.       Слезы лились по щекам стоящей на коленях молодой девушки, лицом к лицу столкнувшейся со смертельной опасностью. Пусть это и произошло всего-лишь в воспоминаниях, но они были столь живыми и настоящими, будто произошли наяву. Гарри, поняв, что представление в ее голове закончилось, присел прямо на пол рядом с ней и прижал к груди, позволяя выпустить эмоции и прийти в себя, поглаживая по волосам и говоря ободряющие слова.       — Вы… Вы… — всхлипывала девушка. — Вы спасли меня… Вы и Рон… Рисковали так… Ради практически незнакомого… Человека…       — А должны были сбежать? — усмехнулся Гарри. — Поверь, тогда даже и мысли не было бросить тебя здесь. Лишь желание вытащить из той ситуации, к которой сами же и привели своими словами.       — Вы не виноваты, — утирала она слезы. — Я сама вела себя слишком надменно, за что получила вполне заслуженную реакцию… Ведь в обычной школе у меня по этой же причине не было друзей…       — Зато потом они появились, — продолжал держать ее в руках Поттер. — С этих пор мы практически всегда были вместе, за исключением некоторых периодов разногласий.       — Это было так… Смело… — дергалась Гермиона. — Я… Я не знаю что сказать… И сейчас… Сейчас вы столько делаете ради… Меня… Чем я заслужила это?       — Как я и говорил, мне есть за что бороться, — ободряюще улыбнулся Гарри. — Ты потом вспомнишь все, что мы пережили вместе и поймешь, что ради друг друга мы пойдем на смерть, если это потребуется.       — Я очень хочу получить эти воспоминания, — успокаивала она свое дыхание. — Очень хочу вновь быть той, кто может понять ваши чувства и ответить тем же…       — Вспомнишь, — пообещал Поттер, помогая ей подняться на ноги. — Давай ты сейчас умоешься, а потом мы еще погуляем по замку, я покажу несколько значимых мест без таких эмоциональных переживаний и мы пойдем домой, хорошо?       — Да, — кивнула Гермиона, споласкивая лицо и прижимаясь лбом к холодному стеклу. — Сейчас, минутку… Что-то голова побаливает.       — Тогда может сразу поедем домой? — поинтересовался Гарри.       — Нет, — ответила девушка, желающая больше знаний. — Я в норме. Давайте зайдем хотя бы в библиотеку…       Не видя особых причин для беспокойства и объясняя состояние подруги излишне эмоциональным днем, Поттер вел ее в храм знаний и тишины, бывший любимым уголком Гермионы на протяжении многих лет жизни. Именно здесь она черпала большинство своих знаний, находила самые невероятные решения их проблем и бесконечно тыркала, чтобы более ленивые друзья не забывали про учебу, а не только играли в шахматы и квиддич.       Мадам Пинс, глянув на новых посетителей своим взглядом коршуна, пропустила двоих магов к стеллажам с книгами и в этот момент Гермиона, вновь почувствовав любимые запахи свежего пергамента, а также увидев глазами многоэтажные полки с пыльными фолиантами, смогла наконец улыбнуться и с видимой ностальгией в глазах пройтись вдоль рядов, оглядывая все вокруг и ловя на себе взгляды нескольких студентов, решивших позаниматься в выходные.       — Вот здесь мне точно нравится, — сообщила девушка. — Это определенно то место, где я буду проводить все свободное время! Я погуляю?       — Иди, — разрешил Гарри, а сам сел на одну из лавочек, взмахом руки приманил лежащий неподалеку выпуск «Пророка» и принялся изучать его содержимое.       Гермиона бродила между стеллажей, проводя пальцами по корешкам различных изданий, обещающих научить и рассказать о самых разнообразных разделах магии. Какие-то из названий сразу позволяли ей вспомнить содержание и добавить еще воспоминаний в сознание, а какие-то не говорили совершенно ничего, будто не были прочитаны или сидели значительно глубже.       Она уже давно заметила, что хорошо открываются события, находящиеся в пределах нескольких месяцев от ее текущего представления времени, а на более долгие периоды требуется куда большая концентрация. Как например вчера, в «Норе», она лишь через несколько часов вспомнила о свадьбе Билла или лете перед четвертым курсом, зато сейчас на лету схватывала информацию о первом курсе обучения в школе, продолжая периодически потирать виски от нарастающей боли в голове и борясь с какой-то непонятной слабостью.       Гарри же так и сидел в самом начале библиотеки и потому стал объектом обсуждения практически каждого, кто входил в помещение. Все же он продолжал оставаться одной из самых известных личностей современности, пусть и пропал на несколько лет из поля зрения общественности, а вернувшись стал этаким затворником. И вот сейчас, к удивлению студентов, Поттер просто расположился в школьной библиотеке и читал газету, словно это было абсолютной нормой для него.       — Скитер, сука, — со вздохом свернул он издание, обещающее в одном из следующих выпусков невероятную сенсацию по поводу его личности. — Что же ты опять придумала?       — Мистер Поттер, — донесся из глубины библиотеки знакомый возглас довольно тихим голосом. — Гарри… Помогите…       Не медля ни секунды, парень быстрым шагом двинулся туда, откуда услышал клич подруги и, пройдя несколько рядов, увидел ее, сидящую на лавочке с абсолютно бледным лицом и активно капающей из носа кровью, пропитывающей светлую кофточку на ее груди и оставляющую там бурые пятна.       — Гермиона! — резко подбежал он ближе. — Что случилось?       — Я не знаю… — еле выдавила она. — Мне очень плохо… Страшно болит голова и совсем нет сил…       — Ты можешь идти? — вытащил Гарри палочку, накидывая пару диагностических чар и прекращая кровотечение из носа.       — Не думаю… — закрыла Гермиона глаза. — Я не могу даже стоять…       — На тебя кто-то напал и заколдовал?       — Нет… — помотала она головой и чуть не потеряла от этого сознание. — Я была одна и просто ходила… Я…       — Держись, Гермиона, — колотилось его сердце. — Сейчас доберемся до мадам Помфри, она поможет.       — Да, идем…       Наплевав на все предрассудки, Гарри просто взял подругу на руки и быстро понес в Больничное крыло, по пути пытаясь подбадривать слабеющую с каждой секундой девушку и безумно волнуясь от очередной непонятной ситуации. Несмотря на его заклинания, кровь вновь пошла из ее носа и уже не останавливалась никакой магией, оставляя на лице красные пятна и разводы. Поттер не придумал ничего лучше, кроме как оторвать от своего рукава кусочек ткани и сделать пару тампонов, моментально пропитавшихся насквозь.       — Держись, Гермиона, — шептал он на ходу. — Скоро тебе помогут.       — Я… — резко дернулась девушка за несколько поворотов до конечной точки. — Я сейчас… Меня… — попыталась она прикрыть рукой рот.       Не задавая глупых вопросов в очевидной ситуации, Поттер бегом внес девушку в так удачно находящийся рядом туалет, где ее активно вывернуло утренним омлетом в одну из раковин. Ноги Гермионы дрожали и не могли удерживать ее в вертикальном положении даже несколько секунд, а все тело накрывала мелкая судорога. Гарри просто не понимал, что с ней происходит, а потому, как только появилась возможность, вновь взял ее в руки и как можно быстрее понесся во владения школьной целительницы, всем сердцем переживая за ее состояние.       — Мадам Помфри! — прокричал он с порога, пинком открывая дверь Больничного крыла. — Мне нужна помощь!       — Что такое? — выскочила женщина на голос. — Мистер Поттер? Какими судьбами? Что с мисс Грейнджер?       — Гермиона… — положил Гарри уже потерявшую сознание девушку на ближайшую койку. — Я не знаю что с ней… Все было нормально, но затем резко заболела голова, пошла кровь из носа… Ее тошнило…       — Так, отойдите, — вытащила она палочку и приступила к своей работе. — Мисс Грейнджер! Вы слышите меня?       Но на ее манипуляции и действия реакция Гермионы была просто никакой. Гарри, сведущий в целительстве лишь самые азы, мог просто стоять чуть в сторонке и наблюдать за бледной словно смерть подругой, имеющей из свидетельств теплящейся в ней жизни лишь дерганное и неровное дыхание, продолжающий кровоточить нос и редкую судорогу, пробегающую по телу. Легкая паника охватывала его душу, поскольку ничего подобного он раньше просто не видел, да и не знал подобных проклятий, а значит это было нечто иное, неведомое и страшное. И сейчас, пока мадам Помфри носилась от бессознательной Гермионы до стоек с различными зельями и обратно, ему оставалось лишь ждать и лелеять надежду на то, что все образумится и вернется назад. Чего бы им это не стоило.