Грани сознания

      Декабрь уже несколько дней как перевалил за свою середину, приближая Рождество словно Хогвартс-экспресс, несущийся на всех парах. Солнечная, но холодная погода вновь сменилась обильными снегопадами, не прекращающимися несколько суток подряд. Жители маленькой деревеньки, где находился дом Поттера, каждый день выгребали со своих участков целые кучи снега, а шумные машины расчищали дороги с интервалом в несколько часов, впрочем, без особого успеха. Многие люди искренне завидовали их новому соседу и его подружке, у которых, кажется, ветра сами раздували многочисленные осадки, а потому парень брал лопату всего пару раз за последний месяц, да и то, походу, от скуки или для разминки.       Знали бы они, сколько сил потратил Гарри на то, чтобы заколдовать свой небольшой дворик таким образом, чтобы отсутствие снега казалось магглам всего-лишь естественными причудами погоды, а не подозрительной деятельностью одного волшебника. Он несколько суток накладывал заклинания, проверял как это выглядит со стороны, снимал чары и применял их заново, не забывая следовать советам Гермионы в тех местах, где слишком уж сильно выделялись греющие чары или невидимые навесы из вариации щитовых чар.       — Порой мне кажется, что проще было купить снегоуборочную машину, — улыбнулся Гарри, заваливаясь в дом и стряхивая с себя капли тающей воды. — Ну побегал бы по утрам, не перетрудился бы…       — Зато как вы натренировали фантазию и сколько применили умений, — ответила ему Гермиона, заваривающая пару стаканов с кофе. — Это должно быть очень полезно, для общего развития и я бы с радостью помогла, если бы помнила как.       — Ну да, еще и повеселились чутка, кидаясь снежками, — принял Поттер горячий напиток. — Кажется, мы курса с пятого так не бегали по сугробам.       — Вам лучше знать, — пожала она плечами. — Но обещайте мне, что в следующий раз не станете так промокать! Вы можете простыть и потом будете ходить с соплями! Я ведь уже читала, что волшебники также не могут моментально вылечить банальную простуду, а приходится также несколько дней пить бодроперцовое зелье!       — Хорошо, — усмехнулся Гарри, делая глоток кофе. — В будущем я буду лучше следить за собой.       Тепло от камина приятно согревало продрогшее тело. Как бы парень не бахвалился, но за целый день на улице он успел основательно промерзнуть, а потому горячий напиток был весьма кстати. Вроде мелочь, но такая забота со стороны Гермионы, пару дней как окончательно оправившейся от перенесенного срыва, приятно разливалась внутри, согревая душу и организм. Несмотря на свой юный ментальный возраст, едва переваливший за двенадцать лет, девушка налету схватывала все привычки Гарри, порой делая все прежде, чем он успеет попросить или сделать сам, угадывая в точности желаемое. Если бы он не знал о состоянии ее памяти, то мог бы подумать, что Гермиона регулярно занимается легиллименцией в отношении него, но девушка пока даже не знает такого слова. Однако пора было уже начинать заниматься с ней практической магией, начав с самых основ.       — Хотя признаться, я весьма соскучился по снегу, — произнес Гарри. — В своих путешествиях я старался избегать холодных зим, проводя это время на берегу различных океанов или тропических островов.       — Я бы тоже с радостью погрелась на солнце, — присела рядом Гермиона, остужая свой кофе струйкой прохладного воздуха изо рта. — Но больше всего я хочу восстановиться, а там уже полечу куда угодно.       — Кстати об этом, — чуть выровнялся на диванчике Поттер. — Ты прочитала те учебники, что я добыл тебе в библиотеке?       — От корки до корки, — гордо кивнула она. — Еще не приступила к дополнительной литературе для легкого чтения, что вы принесли вдобавок, но первый курс Заклинаний поняла хорошо.       — Тогда что можешь рассказать мне о чарах Репаро? — начал небольшую проверку Гарри, хотя знал, что это не особо нужно, но ей будет приятно блеснуть знаниями.       — Репаро или как его еще называют, заклинание восстановления, — с готовностью и огоньком в глазах начала Гермиона, — применяется для починки различных твердых предметов. Оно было изобретено Орабеллой Наттли приблизительно в середине восемнадцатого века и впервые было применено для исправления разрушений, нанесенных Колизею в Риме двумя группами магов, после крупных гонок на метлах. Существует несколько вариаций заклинаний и для лучшего эффекта следует конкретизировать название предмета. Например Окулус Репаро или Папирус Репаро, позволяющие не чинить все подряд, а лишь необходимую вещь с большим качеством.       — Молодец, — похвалил ее Поттер. — Профессор Флитвик дал бы за такой ответ как минимум десять баллов.       — Пятнадцать, — чуть потупила она взгляд от небольшого смущения. — Он дал мне пятнадцать баллов всего за пару занятий до изучения Левиоссы.       — Ну, теперь уже тебе лучше знать, — хохотнул Гарри и увидел легкую улыбку на ее лице. — Подожди минутку, я сейчас.       Поттер поднялся с диванчика, прошел в свою комнату, приблизился к дубовому шкафу и достал оттуда небольшую коробочку, не открывавшуюся уже больше пяти лет с тех самых пор, как он с трудом отыскал ее среди уцелевших улик после облавы мракоборцев в поместье Малфоев, за несколько дней до своего отъезда. Он хранил ее как зеницу ока, зная, насколько она ценна для Гермионы, надеясь вернуть к какому-нибудь значимому событию, но все никак не получалось, учитывая, что она вполне себе нормально работала с новым инструментом.       И вот сейчас, когда подруга помнила себя двенадцатилетней, был прекрасный момент вновь вручить ей столь родную вещь, напоминавшую переплетение виноградной лозы, полученную из рук мистера Олливандера перед поступлением на первый курс. Да, ее новая палочка была ничуть не хуже и лежала на соседней полке, но именно эту Гермиона должна была помнить сейчас и именно с ней все должно было получиться куда лучше.       — Вот, — протянул он коробочку девушке, когда вернулся с ней в зал. — Это твое. Ты должна ее помнить.       — Мое? — не сразу поняла Гермиона. — Что это?       — Открой, — улыбнулся Гарри. — Тебе определенно понравится.       Слегка недоверчиво взглянув на друга, Гермиона сдвинула в сторону непрозрачную крышечку и увидела под ней свою первую палочку, давно потерянную после пленения егерями на седьмом году их совместных приключений. Да, она пока не помнила этого момента, но тем не менее, даже задержала дыхание, пока протягивала руку к столь родному инструменту. Она чувствовала, как палочка наполняет теплом ее ладонь, ощущала, как предмет словно узнал прежнюю хозяйку и одарил чем-то неведомым, но столь родным и близким, что у Гермионы даже проявилась небольшая слезинка от переизбытка чувств и легкая судорога в теле.       — Спасибо вам, — чуть дрожал ее голос. — Я так давно хотела вновь взять ее в руки… Хотя у меня создается ощущение, что в «Норе» рядом со мной лежала другая палочка…       — Верно, — кивнул Гарри, чуть улыбаясь от этой трогательной картины воссоединения. — Там у тебя была вот эта, — продемонстрировал он купленную перед седьмым курсом палочку, взамен неприятного инструмента Беллатрисы Лестрейндж. — И потом ты вспомнишь, почему все произошло именно так. Но шесть лет назад ты потеряла свою первую палочку, а я нашел и наконец вернул. Признаться, это было непросто, но у меня все получилось.       — Спасибо вам… Гарри, — посмотрела она своими карими глазами на друга. — Я словно чувствую ее… Ощущаю, как она рада вновь оказаться в моей руке… А вы в очередной раз столько делаете для меня… Я даже не знаю, как отблагодарить вас…       — Мне не жалко, — улыбнулся он, продолжая стоять, оперевшись на дверной косяк. — Я должен был давно вернуть ее тебе, но все повода не было.       — Я в неоплатном долгу перед вами, — вновь смотрела она на палочку, наполняясь воспоминаниями. — Я… У меня просто не хватает словарного запаса…       — Тогда я могу гордиться собой, — хохотнул Гарри. — Не часто такое происходит, чтобы ты лишалась дара речи. Ну что, готова приступить к практике и вновь стать настоящей волшебницей?       — Да, — кивнула Гермиона. — Я хочу этого больше всего на свете.       — Тогда приступим.       Он подошел ближе, достал из кармана заранее заготовленный кусочек какой-то ткани, легким движением волшебной палочки и заклинанием Диффиндо разрезал его на несколько частей и положил на стол. На первом курсе Гермиона освоила простейшие чары еще до посадки в Хогвартс-экспресс, так что и сейчас, как надеялся Гарри, это не должно было вызвать трудностей.       — Давай, попробуй ее починить, — кивнул он подруге. — Помнишь правильное движение?       — Да, — подтвердила она, сделав взмах. — Вот так же?       — Верно, — улыбнулся Гарри. — Делаешь тоже самое, а потом кончиком указываешь на нужное место, произнося формулу. Попробуй.       — Минутку… — чуть взволнованно направила она свою палочку на ткань. — Репаро!       К сожалению обоих магов, но несмотря на правильность действий, не произошло абсолютно ничего. Даже после нескольких попыток цель продолжала оставаться разрезанной. Возможно, как-то мог повлиять тот факт, что Гарри располовинил ее магией, однако его собственная попытка без проблем соединила лоскутки в единое целое, создав довольно прочные связи. Поттер видел, как у Гермионы моментально потухли глаза и словно исчез запал. Она явно надеялась, что все получится с первого раза, поскольку заклинание было наипростейшим, но увы, безрезультатно.       — Возможно, ты просто недостаточно сконцентрировалась, — высказал предположение Гарри, вновь кромсая лоскуты. — Попробуй еще раз, но направь при этом все желание сквозь палочку на ткань.       — Я стараюсь, — тихо проговорила она, делая одну безрезультатную попытку за другой. — А что если я потеряла возможность колдовать?       — Это невозможно, — скептически произнес Поттер, наблюдая за ее потугами со сжавшимся сердцем. — Волшебник не может лишиться своей силы… Ну, по крайней мере, мне о таком неизвестно…       — А если я своим выбросом заперла их вместе с воспоминаниями? — грустно спрашивала Гермиона. — Что если я решила полностью избавиться от магии в себе?       — Такого быть просто не может, — попытался подбадривать ее Гарри. — Даже память ты отшибла себе не до конца, а просто прикрыла блоком. Возможно и с магией тоже самое…       — Думаете, что просто нужно время на пробуждение волшебницы внутри меня? — спросила она не поднимая взгляда. — А что если это не поможет? Что если я превратилась в маггла?       — Вряд ли, — пожал плечами Поттер. — Магглы не могут видеть Хогвартс.       — Но могут сквибы! — едва не плакала Гермиона. — Я уже читала о них! Они способны видеть замок, дементоров и все остальные магические вещи, но не могут колдовать!       — Ну-ну-ну, не переживай так, — присел он рядом и прижал подругу к своей груди. — Ты просто отличная волшебница и способна вытворять такие вещи, какие мне и не снились. Нужно лишь заглянуть внутрь себя и найти путь к магии, так же как к воспоминаниям. Палочка же отреагировала на тебя? Значит магия жива и теплится в теле!       — А что если я все же потеряю ее? — всхлипывала девушка. — Что если я больше никогда не смогу колдовать?       — Даже если и так, то это ничего не изменит, — поглаживал Гарри дрожащую Гермиону по волосам. — Ты всегда будешь оставаться собой и плевать на магию. Для меня ты явно не станешь хуже, а если кто-то будет иметь что-то против, то советую просто не обращать внимания и жить дальше.       — Я очень хочу вновь научиться колдовать, — глубоко дышала она. — Очень…       — Научишься, я уверен в этом, — говорил Поттер. — Давай тогда пока дадим твоему организму понять, чего мы от него хотим. Первый толчок для пробуждения магии мы сделали, пойдем поспим, а завтра продолжим практику. Если хочешь — слетаем в гости к Уизли, развеемся, а то ты уже столько сидишь дома безвылазно…       — Да, хочу, — кивнула она. — Хоть книги и позволяют скрасить одиночество, но общение мне точно не помешает.       — Тогда идем, — помог он ей встать. — Не зачитывайся перед сном, силы еще понадобятся.       — Хорошо, — слабо улыбнулась Гермиона. — Я постараюсь.       Уже засыпая Гарри слышал как подруга, забив на его советы, раз за разом повторяет заклинание, надеясь получить результат, но увы, судя по ее все сильнее срывающемуся голосу, ничего не получилось. Парень хотел было вновь попробовать убедить ее пока прекратить попытки, однако, зная ее упорство, решил не вмешиваться, позволив сделать то, что хочет Гермиона. Со временем она, поняв всю бесполезность своих действий, закончила повторять формулу и довольно сильно расстроилась, судя по доносящимся звукам всхлипов, после чего окончательно затихла, провалившись в сон.       Следующим утром Гарри обнаружил ее весьма грустной и поникшей, пытающейся вновь овладеть своими силами и собственным сознанием, пока парень готовил им завтрак. Она больше не плакала, а скорее злилась сама на себя, методично взмахивая палочкой и указывая ей на все те же пару лоскутков ткани. Даже во время еды, чего раньше никогда не было, Гермиона не останавливала практику, забив на все уговоры Поттера спокойно поесть, лишь странно поглядывая на него между попытками починить разрыв.       — Я понимаю, упорства тебе не занимать, — придержал он ее руку, разогнавшуюся уже до невероятных скоростей. — Но так ты точно выбьешь кому-нибудь глаз.       — Это моя фраза! — резко высказалась девушка. — Я сказала ее Рону на уроках по чарам!       — Но сейчас сама же ее нарушаешь, — улыбнулся Гарри. — А говорила, что никогда не станешь переходить черту своих же правил.       — Сейчас мне важнее научиться колдовать, чем соблюдать правила! — зыркнула она на него так, что желание мешать ей заниматься магией пропало моментально. — РЕПАРО!       К их бесконечному удивлению, пара кусочков ткани не слиплись воедино, нет. Скорее наоборот, вопреки всем ожиданиям, они вспыхнули прямо на столе столь ярким пламенем, словно были основательно пропитаны в ракетном топливе. Гарри тут же выхватил свою палочку и затушил горящие лоскуты, а затем разогнал потоками ветра дым, от которого сразу хотелось закашляться.       — Ну вот, а ты боялась, — следующим взмахом руки открывал он окна, впуская зимнюю стужу. — Как видишь — магия жива. Нужно лишь вспомнить, как контролировать ее.       — Простите… — потупила Гермиона взгляд, перебарывая першение в горле. — Я не хотела… Но я же думала починить, а не поджигать…       — Ты уверена в этом? — хихикнул Гарри. — Или уже настолько сильно ненавидела эту тряпочку, что желала ей скорейшей смерти?       — Может быть и так, — тихо ответила она. — Простите… Я не понимаю, как так получилось…       — Это был стихийный выброс, — объяснял Поттер. — Дети обычно не могут контролировать свою магию и она выполняет их желания, подкрепленные сильными эмоциями. В Хогвартсе же учат заставлять ее работать так, как того хочет мозг, а не чувства. И теперь тебе требуется вновь все взять в свои руки и не позволять злости брать вверх.       — Но это значит, что я смогу колдовать? — с надеждой подняла на него взгляд Гермиона. — Смогу? Верно?       — Ты уже колдовала, — ободрял ее Гарри, с теплом в душе наблюдая за появляющейся на лице улыбкой. — Так что да, сквибом ты не стала.       — Это просто замечательно! — расцветала девушка. — И кстати, я сегодня спала с артефактом профессора Макгонагалл.       — И не сказала мне? — изогнул бровь Поттер. — Зачем?       — Я надеялась, что он поможет мне больше вспомнить о колдовстве… — вновь чуть смутилась она. — И да, он работает. Я вспомнила примерно три недели после событий с троллем и то, как демонстрировала вам с Роном огонь в стеклянной банке… А потом подпалила мантию профессора Снейпа… Возможно поэтому и подожгла ткань, а не испарила или заморозила…       — Это просто великолепно, — обрадовался Гарри. — И как? Ничего не болит? Не тошнит?       — Нет, — помотала Гермиона головой. — Я чувствую себя отлично, а вы чуть не убились в первом матче по квиддичу! — внезапно выпалила она. — Что случилось? Почему профессор Снейп хотел причинить вам вред?       — О, так вот почему ты так зыркала на меня с утра, — хохотнул парень. — Поверь, история куда более запутанная и я советую тебе все же самой все вспомнить, а не слушать мои давно забытые воспоминания. Но скажу сразу — Снейп хотел помочь, а злодеем был Квирелл.       — Профессор Квирелл? — выронила она от удивления вилку из руки. — Но…       — Узнаешь, — подмигнул Гарри. — Это станет одной из тех историй, после которых ты должна была перестать со мной дружить и забыть меня как страшный сон, дабы не влипать в опасные ситуации. Спи подольше с артефактом и уже через недельку все вспомнишь сама.       — О, это хорошо мотивирует, — улыбнулась Гермиона. — Мы пойдем сегодня к Уизли?       — Да, — кивнул парень. — Они ждут нас к ужину, так что можешь пока отдохнуть от практики и почитать те книги, что я принес из библиотеки.       — Так и сделаю, — согласилась девушка.       Вечер в «Норе», как и всегда, произошел в уютной семейной обстановке. Друзья, уплетая вкуснейшие блюда, с удивлением послушали историю о перегрузке сознания и были рады тому, что нашелся способ безопасного восстановления памяти. Миссис Уизли чуть пожурила Гарри за беспечность и, когда Гермиона и Джинни отправились наверх, а Рон пошел помогать отцу в сарае, порасспрашивала парня о их жизни и тех слухах, которые распускает Рита Скитер.       — Гарри, дорогой, у вас точно все хорошо? — спрашивала Молли. — Просто я тут читала всякое… Будто вы слишком уж часто заглядывали в Мунго… По определенным причинам…       — Я уже несколько дней не получал газет, а потому не особо в курсе всех слухов, — пожал плечами он. — Но что бы не придумала эта курица, то вряд ли это будет правдой. Гермиона действительно очень сильно пострадала от перегрузки и потому провела много времени в больнице, но ничего более пока не происходило.       — Ну и хорошо, — выдохнула она. — Но ты на всякий случай почитай завтрашний «Пророк». Я уверена, что там будет продолжение истории.       — Непременно, — кивнул Гарри. — Если вы не против, то я пойду к Рону и мистеру Уизли? Они просили помочь разобраться в некоторых маггловских вещах.       — Конечно, дорогой, иди, — улыбнулась миссис Уизли. — Я рада, что у вас с Гермионой все налаживается.       На следующий день, как и предлагала Молли, Гарри таки прочитал очередную статью назойливой журналисточки о его взаимоотношениях с подругой. Тот объем сказок, который буквально выплеснулся на его голову, приводил одновременно в бешенство и недоумение по поводу того, как можно было вывернуть наизнанку их походы регулярные к целителю. Да, возможно они действительно выглядели как пара, бредущая под руку для планирования семьи, но это же было не так! Гарри просто хотел поддержать подругу, дать ей знак, что все будет хорошо, а не бросать одну посреди незнакомого коридора! Но так нет же, эта сука перевернула все с ног на голову и теперь Поттер стал несчастным богатеньким сиротой, которого с помощью любовных зелий охомутала коварная магглорожденная ведьма, желающая привязать к себе с помощью ребенка!       Это уже выходило за любые рамки приличий и хрен бы с ним, если бы Скитер поливала только его дерьмом, не привыкать. Но сейчас Рита вновь переключилась на Гермиону, как на четвертом курсе, а это могло привести к далеко не самым приятным последствиям и письмо с гноем бубонтюбера стало бы наименьшей из проблем. Пусть репутация Поттера сейчас была далеко не самой высокой, но тот же Рон уже успел рассказать, сколько существуют идиоток, готовых вешаться на богатого и знаменитого парня ради того, чтобы удачно выскочить замуж и там уже жить припеваючи. Та же Ромильда Вейн действительно не поскупилась на Амортенцию, а ненавистный взгляд Чжоу в сторону Гермионы на занятиях ОД все еще иногда возникал в сознании Гарри. Словом, это все ставило подругу в не самое выгодное, да еще и опасное положение, так что следовало как-то из него выбираться.       Прокушенный совой палец до сих пор немного кровоточил, а тлеющие угольки, в которые превращалась газета в камине, нисколько не добавляли спокойствия. Лишь сидящая в соседней комнате Гермиона, старательно пытающаяся обуздать свою внутреннюю энергию, не позволяла начать орать во всю глотку наиболее грязные ругательства из его лексикона.       Чуть скрасить ситуацию помогла лишь сияющая от радости подруга, сообщившая о своих успехах и одним взмахом палочки починившая треснувшее окно от врезавшейся в него невоспитанной птицы. Она была так горда собой, так улыбчива и счастлива, что из души Гарри словно ураганом выдуло любой негатив, оставив там лишь радость от того, что Гермиона не просто взяла под контроль свою магию, но и впервые за последние полтора месяца обратилась к нему на «ты». Плюс еще сама вспомнила кличку своего любимого кота, хотя никаких предпосылок к этому не наблюдалось.       Ближе к вечеру, как и было оговорено, на пороге появилась профессор Макгонагалл для обучения Гермионы следующим стадиям заклинаний и проверки имеющихся. Гарри несколько дней думал, рассказывать директрисе о своем местоположении или же лучше водить девушку в школу. Однако Поттер боялся повторения перегрузки сознания и потому все же принял первый вариант, прекрасно понимая, что Минерва уж точно не станет трубить направо и налево адрес его дома.       — Что ж, у мисс Грейнджер отличный прогресс, — заключила Макгонагалл после нескольких часов общения, попивая предложенный чай с десертом. — Она с легкостью выполнила практически все заклинания Трансфигурации за первый курс, хорошо показала себя в чарах и знаниях зелий.       — Я только сегодня утром смогла вспомнить как обращаться к внутреннему источнику магии, — сконфуженно произнесла Гермиона.       — Важен был первый толчок, — тепло улыбнулась Минерва. — Я смотрю, артефакт неплохо выполняет свою работу?       — Да, профессор, — кивнул Гарри. — Несколько ночей все идет просто идеально и мы уже перескочили через зимние каникулы. Думаю до конца недели Гермиона вспомнит события всего первого курса и хорошенько поколотит меня за избыточный риск с камнем.       — Еще немного и я поколочу вас… Тебя за то, как ты нагоняешь интригу и ничего не рассказываешь! — насупилась девушка. — Хотя все это напоминает мне сериал с лихо закрученным сюжетом и я очень жду каждой новой серии и окончания первого сезона!       — Прекрасное сравнение, мисс Грейнджер, — похвалила Минерва. — Думаю это поможет вам легче принимать свою ускоренную во много раз жизнь.       — Да, ведь весь вопрос в отношении к происходящему, профессор, — смущенно улыбнулась Гермиона. — Я пыталась концентрироваться на том, что это именно я делала практически вчера, но из-за смешивающихся событий настоящего и прошлого, получалось весьма плохо, так что проще было абстрагироваться и взглянуть на ситуацию под другим углом.       — Но это же все же ваша жизнь, — заинтересованно говорила Макгонагалл, прихлебывая чай. — Не чужая, не навязанная тайным сценаристом, а ваша.       — А как вы воспринимаете свои давние воспоминания, профессор? — задала свой вопрос девушка. — Вы же помните их довольно отрывочно, минимум конкретики и скорее похоже на расплывчатые единичные образы. Можете ли вы с гарантией утверждать, что они принадлежат вам, а не были впихнуты в голову каким-нибудь магом?       — Я… — задумалась женщина. — Даже не знаю что на это ответить… Пожалуй соглашусь с вами, мисс Грейнджер. Это действительно может быть так. Вполне возможно, что я могла прочитать о подобных событиях в книге и применить их на себя.       — Вот я примерно так и делаю, — говорила Гермиона. — Чтобы в очередной раз не уехать в Мунго со съехавшими набекрень мозгами, я разделяю прошлое и настоящее на реальность и фантазии. Я знаю, что они настоящие и принадлежат мне, но стараюсь держать их в узде, чтобы однажды утром не сбежать из дома Гарри на урок по Трансфигурации для первокурсников, поскольку моя давняя жизнь требует именно этого. Понимаете?       — Приблизительно, — кивнула она. — Хотя да, вы же за ночь наполняетесь большим объемом информации, слегка затеняющим собой вчерашний день. Вы словно проживаете огромный период жизни в другом времени, а утром вновь должны вспомнить, что примерно месяц назад, по вашему исчислению, ложились спать в доме у мистера Поттера?       — Как-то так, — подтвердила Гермиона. — Для моих мыслей я вчера вечером улеглась в башне Гриффиндора после трудного дня, слушая краем уха разговоры Парвати и Лаванды.       — Пожалуй, вы одна способны справиться с такой задачей, — покачала головой Макгонагалл. — Думаю многих такое просто свело бы с ума… Вы действительно молодец, мисс Грейнджер, я завидую вашему упорству и старательности.       — Спасибо, профессор, — улыбнулась девушка. — Ведь благодаря вам это становится возможным.       — Не забывайте делать перерывы, — напомнила она. — Хотя бы раз в несколько дней спите без артефакта. А сейчас, пожалуй, я вернусь в замок, если вы не против. Время уже позднее.       — Конечно, мэм, — взял слово Гарри. — Мы так и делаем, когда сознание начинает путаться. Когда вы придете в следующий раз?       — Думаю устроить экзамен по завершению восстановления всего первого курса воспоминаний, — накидывала Минерва на плечи уличную мантию. — Это будет наиболее логичным.       — Как скажете, — согласился он. — До встречи, профессор.       — Всего хорошего, мистер Поттер, мисс Грейнджер, — прощалась Минерва. — Я была рада видеть вас в добром здравии.       До самого конца дня, пока не пришло время ложиться спать, Гермиона носилась по всему дому и заставляла различные предметы летать, прыгать, изменять форму, ломаться и чиниться по мановению ее волшебной палочки. Ее так радовал факт наличия магии и что будущее сквиба миновало ее стороной, что энергия просто лилась рекой, наэлектризовывая воздух и заставляя и без того пышные волосы топорщится во все стороны.       Даже несколько дней спустя, когда первые эмоции чуть улеглись, она продолжала искать в книгах новые заклинания и тут же пытаться применить их на практике, по сотне раз за день туша и зажигая камин, пытаясь готовить еду не прикасаясь к ней руками и всячески экспериментируя со своими возможностями, украшая убранство к Рождеству различными лентами и еловыми ветками, собранными в окружавших деревеньку лесах. На счастье, когда Гарри возвращался с работы, то дом пока оставался в целости и сохранности, соседи не пытались вызывать спецназ на захват странной девушки, а на столе его дожидался горячий ужин и стакан с соком, чаем или кофе.       Все это вносило такой уют и комфорт в его душу, что хотелось навсегда осесть в этом доме с Гермионой, постоянно видеть ее радость и улыбку на лице, рассказывать интересные истории из прошлого или настоящего, видеть интерес в глазах при повествовании о разных странах, наблюдать за тихими вечерами с книгами или ее сном в кресле перед камином. Если повезет, то всего через несколько месяцев девушка вновь станет собой, ибо наполнялась воспоминаниями с огромной скоростью, взрослея прямо на глазах и не получая при этом никакого дискомфорта, что не могло не радовать Гарри, хотя по утрам он и наблюдал за тем, как ей было необходимо примерно полчаса задумчивого разбора по полочкам текущих и давних событий. Один разок, после особенно долго сна и соответственно такого же длительного действия артефакта, девушка на полном серьезе воплотила в жизнь свои опасения и таки чуть не убежала на урок по Заклинаниям, лишь на пороге поняв, что не знает как туда добраться и дуясь потом на Гарри за его посмеивания.       — Ну как, врубилась когда ты сейчас? — хихикал он, пока девушка сидела, скрестив руки на груди.       — Врубилась, — бурчала Гермиона. — Но мог бы и пораньше напомнить, а не наблюдать за тем, как я метаюсь в поиске мантии Гриффиндора и пытаюсь понять, почему уснула в спальне девочек, а проснулась непонятно где с взрослой версией тебя! И ведь это не вызвало вопросов… Ну вырос и вырос… Бывает…       — Нормально так ты поспала, в таком случае, раз я успел так повзрослеть, — откровенно смеялся Гарри. — Одиннадцатилетний сон это сильно. Ладно, не смотри на меня так, лучше сделай сегодня ночью опять паузу. Тебе не помешает прийти в себя.       — Так и хотела, — согласилась девушка. — Завтракать будешь?       — Пожалуй, пропущу, — вздохнул Поттер. — Мне бы поскорее прибыть на работу, ибо ребята придумали какую-то новую фишку для метлы и хотят протестировать ее до прихода начальства. Зато, возможно, вернусь домой на часик-другой пораньше.       — Как знаешь, — пожала она плечами. — На ужин макароны с мясом пойдут?       — Пойдут, — кивнул Гарри, вставая со стула. — Не шали сильно, хочу все же ночью спать, а не общаться с пожарным расчетом.       — Я уже не маленькая! — воскликнула Грейнджер. — Всего через четыре месяца воспоминаний будет тринадцать!       — Хорошо, — согласился он. — Пожалуйста, не спали дом, пока я буду на работе, почти тринадцатилетняя Гермиона. Увидимся!       Оставив у себя за спиной негодующую по поводу его шуточек подругу, Гарри накинул рабочую мантию, проверил на месте ли палочка и иные необходимые вещи, после чего вышел из дома и направился в сторону края деревни. Он старался, если того не требовала срочность, трансгрессировать подальше, чтобы соседи не заприметили внезапных исчезновений и в целом видели, что он жив, здоров и не бездельничает, а значит является нормальным гражданином общества.       Даже Дурсли, если бы не знали его лично, были бы рады получить себе такого соседа, пусть и любящего свои странные темные плащи. Он приветственно кивал людям при встрече, был вежлив в очередях в магазине, похоже имел девушку, с которой не ссорился так, чтобы слышала вся округа. Словом, был идеальным человеком, от которого можно было не ожидать подвоха. Да и сами жильцы других владений также старались вести себя культурно и вежливо, не лезли в чужую жизнь, а спокойно вели свои дела, настраивая на расслабленность и покой.       Он брел по заснеженным улочкам, улыбаясь своим мыслям и думая над тем, не пора ли повторить попытку посещения Хогвартса, ведь целитель Мейзор разрешил это сделать, просто плавно и аккуратно. Он хотел порадовать девушку, вновь дать ей возможность прикоснуться к атмосфере древнего замка и старательно обдумывал план безопасной прогулки, не особо смотря по сторонам. Именно по этой причине Гарри спокойно добрался до края деревни, зашел за небольшой холмик и, оглядевшись, трансгрессировал на работу, не заметив внимательно следящего за ним с другой стороны петляющей дороги взгляда.