Грани сознания

      Дни и ночи сменяли друг друга все чаще и чаще, с неумолимой скоростью приближая Рождество и сопутствующие ему праздничные дни. Солнце в это время года всего на несколько часов показывалось из-за горизонта, дабы потом вновь уступить место темноте и холоду, однако было в этом времени нечто волшебное, не позволяющее забывать о прекрасном и светлом, наполняющим мир теплом и предвкушением чего-то особенного.       Многие дома были украшены разноцветными переливающимися гирляндами, ночное небо радовало целой россыпью ярких звезд, а внутри жилищ ароматно пахла выпечка, смешивающаяся с запахом красивых елей, занимающих центральное место в гостиных. Даже в небольшом домике, обжитым парой давних друзей, нашлось местечко для пышного рождественского дерева, на украшение которого они потратили не один довольно веселый час в прошлую субботу, веселясь как умели.       Гарри, вернувшись домой после тяжелого и последнего в этом году трудового дня, развалился у камина на любимом диванчике и просто смотрел на весело пляшущие языки пламени, слушал приятно трещащие дрова и всем телом чувствовал уют родного дома. Рядом с ним сосредоточенно читала очередной учебник Гермиона, не столь давно с небольшим смехом отметившая свое ментальное тринадцатилетие, которая продолжала уверенно двигаться вперед и каждый день спать с возвращающим память артефактом, забив на все уговоры Поттера иногда отдыхать, поскольку если она чего-то захотела, особенно связанное с новыми знаниями, то переубедить ее притормозить было практически нереально.       Несколько дней назад у них состоялся довольно обширный разговор по итогам первого курса, где девушка с шокированным выражением лица выслушивала всю правду о Снейпе, Квирелле, Волдеморте и встрече Гарри со своим злейшим врагом. Да, она слышала эту историю и тогда, но в девяносто втором году Поттер сам был маленьким и явно не мог передать словами все произошедшее, да и не до конца понимал истиной опасности их похода в Запретный коридор на третьем этаже.       — Поверить не могу, что я решилась на такую авантюру! — восклицала Гермиона. — Мы же нарушили все возможные школьные правила! Нас же могли исключить!       — А по итогу наградили кучей баллов и позволили Гриффиндору взять кубок школы, — усмехнулся Гарри.       — Скорее профессор Дамблдор просто вернул то, что мы потеряли из-за истории с Норбертом, — скептически заметила девушка. — Ну да ладно… Хотя это было весьма… Интересно и захватывающе.       — Видимо после нашего похода на эти испытания в тебе и поселилась эта жажда приключений, — смотрел на нее Поттер, чувствуя внутри весьма странные эмоции. — И порой было забавно наблюдать, как ты стремишься соблюдать правила, но следом сама же ведешь нас на их нарушение.       — Вы с Роном меня испортили! — ткнула она пальцем в парня. — В маггловской школе я бы никогда так не поступила!       — В маггловской школе и не было трехголовых псов на пару с торчащим из затылка духом Темного Лорда, — подмигнул ей Гарри. — Ничего, привыкнешь со временем. У нас каждый год будет какое-то приключение.       — Нет бы просто учиться и набираться знаний, — бурчала Гермиона. — Как мы вообще закончили Хогвартс и сдали экзамены?       — Узнаешь, — вздохнул он. — Но при просмотре своих ночных сериалов с крайне реалистичной картинкой можешь сильно не переживать. Как видишь — я, ты и Рон живы, здоровы и вполне адекватны.       — Это да, — согласилась девушка. — Словно я узнала последнюю главу книги, убедилась в относительно счастливом конце и теперь смело читаю сюжет, не особо напрягая нервы. Как думаешь, много людей так делают?       — Без понятия, — пожал плечами Гарри. — Но подозреваю, что прилично. Ладно, скоро прибудет профессор Макгонагалл. Ты готова к небольшому экзамену за первый курс?       — Готова! — закивала Гермиона. — Уж к проверке знаний я готова всегда!       История о том, как одиннадцатилетний пацан буквально вышел победителем из схватки со взрослым и опытным темным магом тронула девушку до глубины души. Да, пусть там сыграла защита его матери, но Гарри же не шел вперед, уверенный в своей неуязвимости. Он искренне считал, что вполне может умереть, но упорно двигался дальше, надеясь не дать Волдеморту захватить камень и воскреснуть. Та смелость и стержень, что сидели внутри Поттера, позволили ей совершенно иным взглядом посмотреть на друга, в очередной раз убеждаясь в том, что он является по-своему великим волшебником, а потом, в порыве чувств, заключить в крепкие объятия, позволяя Гарри вновь вспомнить это чудесное ощущение.       С другой стороны она уже успела поучаствовать во снах с начавшимися издевательствами Малфоя по поводу чистоты ее крови. И хотя Гарри всячески убеждал ее не обращать внимание, и что подобное отношение встанет слизеринцу боком, Гермиона после таких ночей вставала в весьма расстроенных чувствах и лишь теплые слова и успокоительные объятия друга позволяли ей прийти в себя, а потом начать интересоваться объяснением происходящего на втором курсе Хогвартса, по поводу которых Поттер тоже не давал особых комментариев, в очередной раз убеждая, что вспомнить все самой будет куда интереснее.       За день до Рождества Гарри довольно рано проснулся от того, что в окно настойчиво долбилась какая-то сова, оказавшаяся так знакомым Сычиком Рона. Пусть уже не молодая птица, но все еще доблестно выполняющая свою работу, так и не научилась стойкости и гордости своих более крупных собратьев, а потому, как только Поттер впустил ее в дом, начала закладывать крутые виражи вокруг люстры, забыв при этом отдать письмо, опомнившись лишь через несколько минут.       Развернув пергамент, парень удивился, что написано оно было не самим другом, а Джинни, явно одолжившей крылатого почтальона за неимением своего. Гарри не часто получал от нее писем и сейчас не совсем понимал причин послания, но, развернув и прочитав первые строчки, лишь хмыкнул, когда понял, что писали-то не совсем ему.       Гарри, привет!       Слушай, тут же Рождество на носу, а я совсем забегалась и забыла, представляешь? В любом случае у меня был план выгулять Гермиону в Косой или еще куда, поскольку она уже давно просилась развеяться, а не только тухнуть в твоей каморке (ладно, шучу, она не против прожить там до конца дней, ха-ха). В любом случае, ты не мог бы переместить ее ко мне к полудню? У меня есть некоторый план, от которого ты будешь в восторге и, может быть, некоторые мысли таки сформируются в твоей пустой голове. Ну да ладно, это уже детали.       Я думаю, что опасности в этом не будет, особенно если мы побродим по маггловским кварталам. Сколько ей там уже в мыслях? Пора бы оторваться от книжек и начать познавать мир вокруг себя. В общем, жду либо ответа с отказом (чего крайне не советую, иначе получишь мой фирменный сглаз при встрече), либо приводи ко мне Гермиону к обозначенному сроку. Ну и чмокни от меня еще куда-нибудь не в щеку, если осмелишься. Или рановато пока?

Джинни.

      Хмыкнув от написанного привычным дерзким стилем письма, Гарри свернул его в трубочку и смачно зевнул, потянувшись до хруста затекших за ночь костей. Джинни явно проснулась ни свет ни заря, чтобы послание пришло так рано. Ну или отправила Сыча еще вчера, а он заплутал по пути или просто уснул на ветке, а потому сейчас продолжал носиться под потолком, имея переизбыток энергии. Часы показывали всего семь часов и потому даже Гермиона едва ли встала, хотя из-за ее двери уже начали доноситься знакомые звуки пробуждения, а в голове довольно завлекательно мелькали шальные мысли исполнить поручение Уизли.       Махнув рукой в сторону чайника и тем самым нажав на кнопку включения, Гарри побрел в ванную, умылся холодной водой, позволяя организму окончательно проснуться, а затем вернулся на кухню и стал заваривать ароматно пахнущий кофе на двоих. Пусть Гермиона и не была страстной любительницей этого напитка, но всегда была рада присоединиться в уже привычном для Поттера утреннем ритуале, что произошло и сегодня, едва он закончил с его приготовлением.       — Доброе утро! — приподнял руку со стаканом парень.       — Привет, — тепло улыбнулась она, садясь на стул. — Мой без сахара?       — Как и всегда, — кивнул он. — Угощайся.       — Ну и ночка… — вздохнула девушка. — Какие планы на сегодня?       — Джинни приглашает тебя в гости, — отхлебнул кофе Гарри. — Хочет прогуляться с тобой по магазинам.       — Она давно приглашала, — вспоминала держащаяся за кружку Гермиона, отходящая от очередных недель воспоминаний и вновь возвращаясь в реальность. — Довольно забавно считать ее маленькой первокурсницей и взрослой одновременно… Впрочем, как и себя.       — Много видела сегодня? — уточнил Поттер.       — Кто-то заставил кошку мистера Филча оцепенеть, — погрузилась в мысли девушка. — Кажется, еще были слова на стене об открытии некой Тайной комнаты… Кстати, Джинни была очень подавлена этими событиями.       — Еще бы, — хмыкнул Гарри. — Скоро узнаешь почему. Что по итогу скажешь на ее приглашение? Она была очень настойчива.       — Пожалуй, мне не помешает прогуляться с ней, — сделала она глоток кофе. — Когда отправимся?       — Джинни ждет к полудню, так что у тебя есть немного времени на обстоятельный разбор по полочкам произошедшего в Хогвартсе, — ответил он.       — Тогда и займусь этим, — кивнула Гермиона. — Будешь завтракать?       — А смысл? — хихикнул Поттер. — Джинни, скорее всего, предупредила мать, а та в очередной раз будет охать, какие мы недокормленные и что нужно срочно переместить пару фунтов еды прямо нам в желудки.       — Это да, — прыснула девушка, вспоминающая их походы в гости к Уизли. — Хорошо, поедим у них.       Через несколько часов, когда Молли в очередной раз накормила их вкуснейшими домашними блюдами, а Гермиона и Джинни, пообещав не задерживаться допоздна, трансгрессировали в неизвестном направлении, Гарри решил воспользоваться выходным днем с пользой и отправился в Косой переулок, где хотел решить одну из досаждающих проблем, порой портящих настроение, пусть уже и не столь часто, как раньше, но все же бесящих каждый раз, при прочтении статей одной назойливой журналистки. Да и были еще несколько вопросов, с ответами на которые мог помочь зажатый в кармане стеклянный флакончик.       В связи с приближающимися праздниками, народу было не счесть. Там и тут сновали волшебники, в сторонке стояли кучка занятых важными разговорами гоблинов, а недалеко от ветеринарной аптеки даже затесался редкий в этих краях кентавр, выбравшийся из леса лишь по очевидной причине крайне тяжелой болезни одного из своих собратьев, решивший обменять магические лесные растения на лекарства. Запахнув поплотнее свое темное пальто и пройдясь по столь знакомой мощеной улочке практически до самого конца, Гарри остановился перед довольно большим трехэтажным зданием, где испокон веков располагалось главное издание магической Британии.       Офис «Ежедневного Пророка» был наполнен множеством работников, а также шумом магических станков, печатающих очередную «сенсацию». Уж кто-кто, а эти писаки не прекращали свою работу никогда, даже в Рождество, поскольку всегда гнались за тиражами и продажами, забивая на логику и здравый смысл. Гарри может быть и хотел в детстве стать журналистом, представляя себя в образе этакого Кларка Кента, которого видел в комиксах Дадли, днем пишущего правду, а ночами спасающего простой народ в костюме Супермена, но реальная жизнь навсегда отбила это желание, показав всю гнилую суть современной журналистики магического мира.       — Добрый день, — подошел он к девушке на входе. — Могу я встретиться с Ритой Скитер?       — У вас назначено? — даже не поднимала она своего взгляда, рассматривая глянцевый журнальчик с модой этого года.       — Нет, но она определенно захочет со мной увидеться, — хмыкнул парень.       — Как вас зовут? — перелистнула девушка очередную страницу.       — Гарри Поттер, — представился он, заметив как резко был отброшен журнальчик. — Ну что, вы отведете меня к ней?       Как оказалось, Скитер давно ждала, когда Гарри придет на разборки по поводу ее статей. Случившаяся в «Дырявом котле» стычка глубоко задела журналистку, поскольку мало кто позволял себе общаться с ней в таком тоне, да еще и практически прямо угрожать. Она решила во что бы то ни стало смешать с дерьмом остатки репутации парня и надеялась на то, что Поттер прибежит мириться и даст эксклюзивное интервью, где можно будет раскрутить известного наивного дурачка на пикантные темы его жизни, а потому аудиенция была предоставлена немедленно, откладывая все остальные встречи до востребования.       — Гарри Поттер! — расплылась в жеманной улыбке Скитер, едва он оказался на пороге ее кабинета. — Какая неожиданность! Я так ждала этой встречи!       — Вновь противоречишь сама себе, Рита? — хмыкнул парень. — Так неожиданность или все же ждала встречи?       — Все вместе, — не смутилась она. — Присаживайтесь. Чай? Кофе?       — Пожалуй, последую примеру Аластора и откажусь, — сел он в предложенное кресло. — Не хочу получить в организм сыворотки правды. Особенно здесь.       — Ну что же вы, мистер Поттер, — сделала обиженный вид журналистка, отхлебывая из своей кружки. — Я не пользуюсь такими низкими методами. Мои респонденты всегда сами готовы поделиться своими переживаниями. Как насчет обстоятельной беседы о побеге Мальчика-который-выжил? — взлетело так знакомое перо с ярким зеленым хвостом. — Быть может немного поговорим о мисс…       Вспышка пламени в один миг испепелила и Прытко Пишущее Перо, и пергамент, где уже начали проявляться первые строчки, а также и весь запас пишущего инструментария на столе журналистки. Гарри давно хотел маленькой мести этой наглой вещице, настроенной, кажется, прямо на мерзкие мысли Скитер. И вот теперь, словно получив облегчение, Поттер спрятал волшебную палочку обратно и сцепил ладони, поставив локти на подлокотники.       — Признаюсь, это было очень приятно, — вежливо произнес Гарри, глядя на не ожидавшую такого поворота Риту. — Я сюда не интервью пришел давать, а серьезно говорить.       — И что же ты хочешь мне сказать, юнец? — прошипела журналистка, теперь уже действительно обиженная из-за потери столь ценной вещицы, с которой она длительное время связывала сознание. — Ты не первый, кто хочет угрожать мне, но закон на моей стороне!       — Твои приписки в конце газеты меня мало волнуют, — не менял своей позы Поттер, лишь слегка шевеля рукой в воздухе, словно изображая задумчивость. — А вот статьи, бросающие грязь на меня и Гермиону, очень даже.       — А, так значит я была права! — торжествующе произнесла Скитер. — Не просто так вы ходили в Мунго, не так ли? Значит Грейнджер действительно все это время гонялась за знаменитым сиротой? Ах, хороша! А такой скромницей казалась! Грязнокровая выскочка!       — Я готов многое терпеть, — переменился в лице Гарри. — Все твои статейки просто бесят, но за оскорбление Гермионы ты получишь сполна.       — Опять угрозы, Поттер? — хохотала она. — В этом кабинете повсюду следящие заклинания. Если причинишь мне вред, то тебя тут же упекут в Азкабан и никакая дружба с министром тебе не поможет! Любое атакующее заклинание и служба безопасности сразу скрутит тебя, как преступника!       — О, уволь, — скривился Поттер. — Я тебе кто, Волдеморт что ли? — с улыбкой пронаблюдал он за вздрогнувшей Ритой. — Все еще боишься? Ну право дело. А ведь я его убил, если ты не помнишь. Окончательно и бесповоротно, чего не смог даже Дамблдор.       — Помню! — резко бросила Скитер. — Но это не делает тебя величайшим волшебником в истории! Я раскатаю тебя в порошок так, что каждый будет тыкать пальцем и смеяться при одном лишь появлении в поле зрения!       — Да неужели? — встал со стула Гарри, нависнув над ее столом. — А силенок хватит у маленького жучка? Или как обычно, будешь скрываться за личиной других?       — Я всегда работаю сама! — рявкнула краснеющая от злости журналистка, смотревшая прямиком ему в глаза наиболее желчным взглядом.       — Сейчас проверим! — достал он палочку. — Акцио, Оборотное зелье!       На несколько секунд Гарри затих и просто ждал, произойдет ли что-то, пока Рита с довольной ухмылкой наблюдала за его неудачной попыткой найти в ее кабинете далеко не самое законное зелье, на хранение и применение которого требовалось особое разрешение Департамента магического правопорядка. С каждым мгновением торжествующее выражение лица все больше преобладало над злостью, позволяя ей перехватить инициативу.       — Не нашел, Поттер? — усмехнулась Скитер. — Я не нарушаю закон и не пользуюсь оборотными зельями! Я не такая дура, как ты думаешь!       — Да неужели? — хмыкнул Поттер, садясь обратно. — Ладно, пока поверю. Но если считаешь, что на этом все закончилось, то сильно ошибаешься!       — Я не впервой слушаю таких как ты! — бросила Рита, делая еще глоток чая и словно вздрагивая от его вкуса. — Мне часто приходят угрозы и я научилась с ними бороться!       — Мне было бы интересно узнать об этом, но потом, — довольно улыбнулся Гарри. — Лучше скажи мне, что ты знаешь о причинах моих походов в Мунго с Гермионой.       — Ничего я не знаю, — ответила она, приобретя максимально нейтральный взгляд. — Только придумываю догадки поскандальнее и печатаю их.       — Когда ты или твои подельники последний раз встречались с Гермионой? — продолжал допрос Поттер. — Используешь ли ты или твои помощники Оборотное зелье?       — Я видела ее пару месяцев назад в «Дырявом котле», вместе с Уизли и Поттером, — продолжала Скитер. — После этого я не вступала с ней в контакт и не искала встречи. Оборотным зельем мы пользуемся, но последний раз был почти полгода назад.       — Где находится дом семьи Уизли?       — Без малейшего понятия, — смотрела Рита куда-то в стену перед ней. — С тех пор, как они наложили Фиделиус в девяносто шестом, их адрес для меня стал неизвестен, а после снятия чар я не узнавала его вновь.       — Хорошо, — кивнул Гарри, глянув на часы. — Спасибо за честные ответы и спокойной ночи.       Легкий щелчок пальцами словно заставил журналистку закатить глаза, упасть лбом на стол и моментально захрапеть таким басом, которому Рон мог лишь позавидовать. Второй взмах руки приманил невидимый пузырек со смесью сыворотки правды, снотворного и стирающего память зелья, предоставленного Минервой Макгонагалл по его просьбе. Уж слишком очевидны были меры безопасности Скитер, учитывая то, какому количеству людей она успела насолить, а потому следовало подготовиться заранее.       Профессору Слизнорту пришлось изрядно попотеть, чтобы совместить три столь разных зелья в одном, да еще и с отложенными по времени эффектами, однако не зря он считался одним из лучших мастеров-зельеваров в мире, а также чуть ли не единственным в Британии, кто мог изготовить качественный Феликс Фелицис. Правда бесплатно он работать не стал, ибо заказ был не от школы, а от частного лица, но Поттеру было не жалко оплатить услуги старого учителя.       Пусть Гарри щелкнул пальцами лишь для эффектности и театральности, не умея пока усыплять людей без палочки, но именно Гораций смог на пару минут отсрочить действие снотворного, а добавочная компонента надежно зачистит память Скитер об этом разговоре. Ну а тайна сгоревшего пера пусть так и останется для нее тайной, не жалко. Оставалось только радоваться тому, что его игры в беспалочковую магию наконец стали приносить свои плоды, а потому Рита даже не подумала связать взмахи пустой ладони и звуки капель в районе ее стакана. Уж слишком сильно была занята злостью и криками.       Выбравшись из здания «Пророка» и удивив девушку на входе пусть и задумчивым, но улыбчивым лицом, чего явно не должно было быть после встречи с ее начальницей, Гарри побрел по Косому переулку в направлении известного всем бара, дабы пропустить стаканчик-другой чего-нибудь вкусного, а по пути продолжал размышлять над случившимся диалогом. Судя по всему, Скитер не имела никакого отношения к случившемуся с Гермионой, а Поттер очень хотел найти злоумышленника еще до того, как она все вспомнит.       По словам целителя Мейзора, девушка к этому моменту должна быть уверена, что все хорошо, что угроза миновала и никто ей больше не угрожает, дабы в очередной раз не получить паническую атаку и откат на двенадцать лет назад. Самым лучшим как раз и будет показать, что этот урод пойман, осужден и обсуждает с сокамерниками свою незавидную судьбу, а потому Гарри крайне надеялся, что это была лишь акция Риты, направленная на раздутие очередной скандальной истории. Однако та, походу, действительно действует лишь через печатное слово, предпочитая не марать руки в подобном. Но тем не менее, нужно было еще хорошенько обмозговать, как заткнуть эту писаку, чтобы она больше не швырялась такой откровенной ложью.       Так ничего и не придумав насчет таинственного обидчика, Гарри допил свою порцию сливочного пива, поблагодарил Тома за гостеприимство и отправился домой, дабы наконец немного разобраться в своих финансовых делах и подбить все расходы и доходы. Все же ему требовалось точно знать, сколько денег можно было тратить на различные мероприятия, сколько отложить на непредвиденные обстоятельства с Гермионой, а сколько оставить как неприкосновенный запас.       До самого вечера, пока серебристый конь не оповестил его голосом Джинни, что они вернулись с прогулки, парень ковырялся в бумажках, записывал и переписывал различные цифры, переводил галлеоны в сикли, те в кнаты, а потом складывал это все воедино. Как оказалось, денег еще было весьма предостаточно, поскольку на работе дела шли довольно успешно и начальство вручило своим сотрудникам довольно крупные премии. Это позволило несколько выдохнуть и потом хорошенько подумать над тем, куда можно было вложить высвободившиеся средства, а пока следовало двинуться в «Нору».       В необычном доме Уизли, как оказалось, были лишь Гермиона и Джинни, сидящие на креслах в гостиной и о чем-то весело болтающие. Хозяйка дома, похоже, ушла куда-то за покупками вместе с мужем, братья жили в своих жилищах, забегая лишь на выходных, позволяя девушкам спокойно разговаривать на свои темы. Незаметно зашедший в дом Гарри лишь с улыбкой стоял у входа и слушал как они смеются над какой-то шуткой, а любимая подруга трясет своей пышной каштановой шевелюрой, показывая какую-то сценку, чем вызывала ностальгическую улыбку о очередной поток эмоций на сердце.       Их голоса вносили в душу тепло и уют, заставляя просто опереться спиной на стену и прикрыть глаза, погружаясь в воспоминания. После жаркой стычки в кабинете у Скитер, Гарри словно вернулся на десяток лет назад, когда еще не началась война, все проблемы решались выученными уроками, тот же Турнир был еще далеко и можно было просто спокойно сидеть в гостиной Гриффиндора, расслабляться и болтать с друзьями, слушая их истории и шутки.       Сейчас же смех Гермионы, поддерживаемый хихиканьями Уизли, позволял забыть обо всех проблемах и настроиться на все светлое и чистое, что было в его жизни. Любимая подруга могла лишь взглядом своих карих глаз успокоить и поддержать, а также напитать силой и уверенностью в завтрашнем дне, чего никогда не удавалось даже Джинни. Точнее она пыталась, но это лишь сильнее убеждало Гарри в правильности мысли об отъезде в свое путешествие, а сейчас хотелось лишь остаться тут навсегда и не думать ни о чем.       — Привет вам, — обозначил свое присутствие Поттер, подходя ближе. — Ну как погуляли?       — Просто превосходно, — улыбнулась ему Гермиона. — Мы обошли, кажется, половину Лондона, набрав целую кучу вещей! И спасибо за выделенные деньги, я обязательно верну все до пенни, когда смогу вновь работать.       — Пустяки, — махнул рукой Гарри, приземляясь в мягкое кресло. — Мне не жалко.       — Еще бы, — хихикнула Джинни. — Особенно если Герми послушно бродит за тобой по отделам, а не отмахивается в стиле «зачем мне это на работе в аптеке?», то можно даже выбрать кое-что прикольное.       — Полагаю, в аптеке действительно это не нужно, — вздохнула Грейнджер. — Но, учитывая обстоятельства, пока можно и принарядиться…       — И где же оно все? — уточнил Поттер, оглядывая девушку. — Смотрю в чем привел, в том и уведу домой.       — В пакетах наверху, — усмехнулась Уизли. — Попроси дома устроить показ мод, тебе понравится. Там такие платья, закачаешься.       — Может быть, — кинул Гарри быстрый взгляд на чуть смутившуюся подругу, представляя ту в изысканных нарядах. — Как в целом день прошел? Не устали?       — Нет, — с готовностью перевела тему Гермиона. — Хотя я целый день пыталась выведать у Джинни про события второго курса, но она молчит, как и ты!       — Не самая приятная история, — чуть вздохнула рыжая. — Как вспомнишь — так поймешь почему…       — Ну и фиг с вами, — махнула рукой Грейнджер. — Подождите немного, я сейчас вернусь.       Пока Гермиона ушла по своим делам, Гарри хотел было просто посидеть и повтыкать в огонь, позволяя мозгам временно отключиться, однако хитрый взгляд Джинни одномоментно нарушил все его планы. Она явно желала что-то рассказать, пока подруга оставила их наедине и теперь ей не терпелось начать диалог, на всякий случай накинув вокруг заглушающие чары.       — Ладно, — хмыкнул Гарри. — Чего хочешь?       — Давай, рассказывай, — пересела она в кресло поближе. — Каково оно, жить вместе с Гермионой? Что-то мы давненько не задевали эту тему.       — Эм… — не совсем понял смысла вопроса Поттер. — Да нормально, примерно как в палатке во время войны, а что?       — Да вот просто она мне тут поведала, как ты о ней заботишься, сама не понимая насколько это важно, — продолжала Уизли. — И там и тут, везде и всюду, не забывая водить к врачам, к Макгонагалл, постоянно оберегать от опасностей и мило пить кофе по утрам. В палатке такого определенно не было.       — Возможно, — пожал плечами он.       — Скажи только честно, — допытывалась девушка. — Ну тебе же нравится это все? Ты же радуешься тому, что приходя домой тебя там встречает Гермиона с ужином? Нравится видеть улыбку на ее лице по утрам? Нравится проводить с ней время, учить летать на метле и орудовать со сковородкой?       — Ну может быть, — уклончиво ответил Гарри, получая тепло в душе от каждой представляемой картины. — К чему ты ведешь?       — А что ты чувствуешь, когда думаешь о том времени, когда Гермиона вылечится до конца и съедет обратно к себе? — смотрела ему в глаза Джинни. — А если это случится раньше? Возможно, уже к семнадцати-восемнадцати ментальным годам, а это будет всего через месяцок с небольшим, наша мисс Самостоятельность решит, что доставляет тебе слишком много неудобств и захочет вновь жить одна?       — Ну… — помрачнел Поттер. — Да, это будет не самым приятным действием, но такова наша жизнь. Ты же прекрасно ее знаешь. Если она захочет, то кто я такой, чтобы удерживать ее на месте?       — Балбес ты, вот кто ты такой, — глубоко вздохнула Джинни. — Гарри, ну почему до тебя так долго доходит? Что, как баран уперся головой в слово «дружба»?       — Да что доходит-то? — воскликнул он.       — Мерлин, как же с тобой трудно… — выпустила воздух из легких Уизли. — И как мы с тобой вообще переспали?       Джинни откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди, смотря на Гарри своим непередаваемым взглядом. Она словно крутила на языке какие-то весьма неприятные и едкие для парня фразы, но не решалась их высказывать, боясь обидеть или закончить диалог, хотя ей было что еще сказать.       — Слушай, Гарри, — выдала девушка через минутку размышлений. — Я понимаю, что лезу не совсем в свое дело, но хочу только лучшего для вас обоих.       — Говори уже, — прикрыл он глаза в ожидании примерно понятной речи.       — Я же не просто так над тобой издеваюсь всякими фразочками и намеками про женитьбу, — говорила Джинни. — Я вижу как ты на нее смотришь, вижу как она на тебя реагирует, пусть пока и не понимает почему. Но ее воспоминания из этого дома, когда она была старше, уже корректируют мысли и поведение. Я ее попросила и Гермиона при мне настраивалась на то время, думая иначе и взрослее, как с тобой на кухне несколько недель назад. Она делилась со мной переживаниями насчет Рона, размышляла о будущем, открывала мысли…       — И что же такого ты еще заметила? — язвительно спросил Поттер, не разлепляя глаз.       — Вас тянет друг к другу, — уверенно ответила она. — Почему Гермиона между Роном и тобой выбрала тебя в палатке? Да и хрен с Роном, почему она выбрала тебя, а не родителей? Почему шла до самого конца? Почему не прокляла самыми страшными карами после того как узнала, что ее Обливиэйт нельзя отменить?       — Потому что она… — запнулся Гарри, вновь задерживая взгляд на девушке. — Потому что…       — А ты сам подумай по какой причине ты всегда отдавал предпочтение ей, а она тебе? Почему ты уходил к ней от Чанг посреди свидания? — продолжала Джинни. — Почему ушел от меня? Почему примчался по первому ее зову в Австралию? Почему так помогаешь сейчас, когда мог просто поселить до излечения в Мунго и все? Почему так активно пытаешься найти ее обидчика? Я ведь заметила тебя в Косом, когда ты забегал в «Пророк». Ты же к Скитер ходил, верно?       — Верно, — не стал отрицать Гарри. — Я должен был все выяснить.       — Это не отменяет всего остального! — добивала Уизли. — Почему ты…       — Да потому что она моя любимая подруга! — выпалил он. — Я должен найти этого урода! Что тут не ясного?       — А мне кажется, что последнее слово в этом аргументе про подругу явно лишнее! — шипела девушка. — Когда поймешь очевидное? Когда ты это наконец признаешь?       — Давно признал! — неожиданно даже для самого себя рявкнул парень, принимая все, чем так горела его душа последнее время при каждом взгляде на Гермиону.       — Словами мне это скажи! — поймала она висящего жука за ниточку, аж наклонившись вперед от предвкушения. — Ну! Давай! Никто не услышит!       — Я люблю ее, Джинни! И всегда любил! — вырвались из горла давно желаемые слова, а с сердца словно свалился висящий там много лет тяжеленный груз. — Довольна? Добилась своего?       — Да, — с улыбкой откинулась она обратно. — Теперь довольна. Вот теперь можно и поговорить.