Неосуществимая мечта железной леди

      Руби не была уверена, спала ли вообще. Когда глаза открылись, комната начала проявляться очень медленно: сначала потолок, потом пятно света у окна, затем тень от шторы. Девушка лежала неподвижно, расфокусировав взгляд, и ждала, когда мысли станут более связными.       В воспоминаниях первым делом нарисовался вчерашний вечер. Ненавязчивый, но явно изучающий взгляд почти постороннего человека. Такой внимательный, что аж тошно. После аварии Руби уже давно привыкла к тому, что люди любят бесцеремонно её рассматривать. Кто-то — с интересом, кто-то — с отвращением или с жалостью. Однако это другой случай.       В голове самопроизвольно всплыла ещё одна мысль: «Нельзя было соглашаться на эту чёртову прогулку». Но теперь думать об этом уже поздно. Руби сжала пальцы, чувствуя, как ноет нога. Боль была тянущей и будто напоминала о себе специально, чтобы девушка не забывала, где её место. Дышать можно. Жить — тоже. Но без чрезмерного энтузиазма.       Руби раздражало почти всё. Прежде всего, собственное безволие. То, что она позволила себе расслабиться и на секунду почувствовала себя полноценной. Она знала эту ловушку. Подобное всегда начиналось одинаково, с «адекватного человеческого разговора», а заканчивалась вопросами, от которых хотелось провалиться сквозь землю.       Джастин тоже раздражал. Не потому, что сделал что-то не так, а наоборот, потому что был слишком нормальным и сдержанным. Таким, каким не должен быть очередной человек, внезапно появляющийся в её жизни.       Руби повернула голову к окну. За ограждением кто-то смеялся, хлопнула дверь машины, пролетела птица. Мир продолжал существовать сам по себе, не нуждаясь в её присутствии. Это почти утешало. Означало, что она может оставаться в стороне. Но вместе с этим накатывала другая, более опасная эмоция. Страх. Если кто-то вдруг останется рядом с ней, придётся вспоминать прошлое. Не в общих чертах, а по-настоящему. Нужно будет называть вещи своими именами и говорить вслух то, что до сих пор жило только внутри.       Девушка сомневалась, что сможет выдержать это. Закрыла глаза, надеясь провалиться обратно в сон, если его вообще можно было так назвать. Но в сознании снова образовалась река, блики закатного солнца на воде и силуэт Джастина рядом. — Чёрт, — выдохнула почти беззвучно.       День только начинался и уже казался отвратительным. Ещё через десять минут Руби заставила себя подняться с постели и, не заправляя её, спустилась на завтрак.       На кухне было светло и слишком безмятежно. Телевизор на фоне негромко вещал последние новости. Кармен сидела за столом с чашкой кофе, листая что-то в телефоне, а Скарлет методично резала хлеб. Они вполголоса переговаривались обо всякой ерунде. О погоде, о чьей-то знакомой, о том, что в магазине снова подняли цены. Обычная утренняя болтовня, безопасная своей нейтральностью.       Руби приземлилась за стол и положила ладони на холодную поверхность. Тело всё ещё ощущалось тяжёлым спросонья, а голова — пустой и звонкой одновременно. — Ты бледная, — заметила Скарлет, тут же развернувшись к сестре. — Плохо спала? — Нормально, — машинально отозвалась девушка.       В этот же миг дверь громко хлопнула, и в помещение ворвался поток уличного воздуха. В кухню стремглав влетела Джинджер, размахивая охапкой корреспонденции: — Почтальон сегодня явно был не в духе, или у него личная вендетта против нашего дома.       Она швырнула содержимое на стол — письма, рекламки, местную газету. Что-то разлетелось веером, что-то сползло на пол. Среди всего мелькнула чёрно-белая листовка с фотографией светловолосой девушки и крупной надписью сверху, но Руби не стала заострять внимание. — Опять всякий спам? — вздохнула Кармен. — Спам, газета, какая-то дичь, — отмахнулась Джинджер. — А, и да, в городе какая-то девчонка пропала. Все носятся, полиция, объявления на каждом столбе. Прямо как в дешёвом триллере.       Она сказала это легко, между делом, уже наливая себе сок и не глядя на бумаги. Руби вновь скользнула взглядом по столу. Листы лежали беспорядочно, перекрывая друг друга, но фотография снова попалась на глаза. Лицо как лицо. Молодая. Таких — тысячи. — М-да, — пробормотала девушка, придвинув к себе чашку.       Тема сменилась так же быстро. Скарлет что-то сказала про работу, Кармен — про планы на вечер, а Джинджер уже рылась в холодильнике, напевая себе под нос. На лестнице послышались шаги, и на кухне появились Робин и Роуз. Сонные и растрёпанные они переглянулись и молча заняли свои места за столом. Утро окончательно стало «семейным».       Скарлет бросила быстрый взгляд на Джинджер, которая достала из холодильника банку маринованных огурцов. — Даже не думай, — строго сказала старшая. — Сначала поешь нормально, потом уже побежишь по своим делам. — Да меня пацаны уже ждут, — протянула Джинджер, не оборачиваясь. — Мы договаривались… — Подождут, — отрезала. Спорить было бессмысленно. — Я сказала, поешь.       Скарлет сняла с плиты кастрюлю, быстро разложила кашу по тарелкам, поставила на стол хлеб и масло, а потом наконец-то села вместе со всеми. Некоторое время слышался только звон ложек о тарелки и негромкое бормотание телевизора. Но вдруг Джинджер замерла, не донеся еду до рта. — О, — она потянулась к пульту и сделала звук погромче. — Это вроде про ту девчонку.       На экране сменился сюжет. Ведущая с серьёзным лицом говорила ровным, отрепетированным голосом: — Семнадцатилетняя Лиза, дочь владельца консалтингового агентства «Morgan & Co» Эйдена Моргана, пропала вечером восьмого июля. По словам родителей, девушка покинула благотворительный приём и с тех пор не выходила на связь. Последний раз её видели в районе Ривер-стрит в компании неизвестного мужчины на мотоцикле… — Ну конечно, — фыркнула Кармен, отставляя тарелку. — Богатая девочка, байкер, побег с приёма. Прямо романтический набор. Сама виновата, честно. — Кармен, — Скарлет резко одёрнула её. — Ей семнадцать. Это ребёнок. С ней могло случиться что угодно. — Да брось, — пожала плечами. — Захотела приключений — получила. — Или получила то, чего не ожидала, — тихо возразила старшая.       Руби слушала вполуха. Медленно водила ложкой по тарелке, не особо понимая, ест ли вообще. Мысли цеплялись друг за друга, сворачиваясь в неприятный комок. В животе что-то сжалось, словно кто-то медленно провернул там холодный крючок. Девушка автоматически опустила ладонь на стол, заземляясь, будто это могло упорядочить раздумья.       Несовершеннолетняя девочка и плохой парень. Слишком знакомо. Она уже знала, чем заканчиваются такие истории. Руби отвела взгляд от экрана и сосредоточилась на чашке перед собой. В этот же момент в кармане пижамных штанов завибрировал телефон. Девушка помедлила секунду, решая, стоит ли вообще доставать его, но потом всё-таки сунула руку и вытащила мобильник. Дисплей мигнул новым уведомлением. Джастин.       Руби поджала губы. Хотелось просто перевернуть телефон экраном вниз и сделать вид, что ничего не произошло. Но взгляд всё равно зацепился за превью сообщения: «Доброе утро. Понимаю, если ты сегодня не в настроении, но вдруг захочешь ещё разок прогуляться. Можно просто посидеть где-нибудь. Без разговоров, если хочешь)»       Девушка раздражённо выдохнула через нос. Именно это и злило больше всего. Он не давил, не требовал и не задавал лишних вопросов. Оставлял слишком много пространства и давал дурацкую надежду на что-то хорошее.       Руби отложила ложку. Каша уже остывала, но это не волновало. Пальцы зависли над дисплеем, а размышления превратились в тревожный водоворот: «Зачем он это делает? Почему даёт выбор? Чего вообще приклеился как банный лист?»       Она быстро напечатала, прежде чем успела себя остановить: «Я подумаю.»              Ответ не заставил себя ждать: «Только не забудь мне сказать о своём решении :)»       Девушка фыркнула и закатила глаза, но уголок рта всё же дёрнулся в подобии улыбки. Руби быстро напечатала ещё пару строк, потом стёрла половину, снова написала… — И кто это у тебя там такой интересный? — внезапно спросила Скарлет, внимательно глядя на сестру. — Никто, — сухо ответила Руби, не поднимая головы. — Интернет-друг. — Это тот, который мне… — Кармен не успела договорить.       Под столом Руби резко пнула её ногой. Не сильно, но достаточно, чтобы та охнула и тут же заткнулась, бросив на сестру недовольный взгляд. — Ой, — вмешалась беззаботная Робин. — Это тот красивый мальчик, который вчера приходил? — Какой ещё мальчик? — Скарлет мгновенно насторожилась. — Он что, сюда приходил? — Никто никуда не приходил, — Руби медленно подняла глаза к потолку. — И вообще, у вас всех слишком богатая фантазия. — Руби, если к тебе кто-то… — Всё нормально, — отчеканила слишком быстро. — Правда, — встала из-за стола, не доев кашу, и снова взяла телефон в руку. — Я наверх.       Не дожидаясь реакции, Руби вышла из кухни и поднялась по лестнице, ощущая, как внутри снова поднимается знакомое напряжение. Она завалилась обратно на свою кровать, облокотившись на подушку. Мобильник опять завибрировал в руках, нарушая тишину комнаты, и девушка с неохотой поднесла его к глазам. Новое сообщение от Джастина гласило: «Как день начинается?»       Руби фыркнула, набирая ответ: «Так же, как и вчера».       «Не слишком весело, да?» — пришло почти сразу.       «Не настолько, чтобы это кому-то было интересно», — девушка хотела сохранить дистанцию, но ловила себя на том, что ждёт следующего сообщения.       Джастин: «Понимаю. Мне тоже иногда хочется просто сидеть и ничего не делать».       Руби вновь взглянула на потолок. Её привычка пристально изучать мелкие трещины, чтобы отвлечься от мыслей, смешалась с ощущением, что этот парень действительно тянется к ней, даже когда она этого не хочет. И, что страшнее, ей это почти не неприятно.       Руби: «Так. Скука и апатия. Всё как обычно».       Джастин: «Скука — лучший повод выйти из дома))»       Девушка приподняла бровь, и пальцы опять застыли над экраном.       Джастин: «Твайлайт парк в центре города? В 4?»       Руби поморщила лоб, взвешивая ситуацию. Чувство тревоги нивелировалось вроде бы здравым смыслом. Можно и скататься. Хотя бы сёстры на какое-то время перестанут гундеть, что она целыми днями лежит.       Руби: «Ок, в 4 так в 4»       Джастин: «Отлично))»       Девушка отложила телефон и устало выпустила воздух из лёгких. «Это ничего не значит», — мысленно повторила она, убеждая саму себя. Закрыла глаза на несколько секунд, пытаясь понять, какие эмоции испытывает и испытывает ли вообще.       Когда Руби снова разлепила веки, стрелки на часах над входом в комнату подбирались к полудню. Пространство вокруг не изменилось, а мысль о предстоящей встрече по-прежнему настойчиво маячила где-то на задворках разума. Всё это граничило со странной обязанностью. Чем-то, что должно было случиться неизбежно. Девушка села на кровати и несколько секунд просто смотрела перед собой, силясь вспомнить, когда в последний раз за эти летние каникулы вообще выбиралась куда-то дальше своего района. Она даже до бабушки в итоге не дошла, а тут ехать в центр города… Это ж надо одеться и выглядеть как человек.       Руби медленно поднялась, прислушиваясь к телу. Нога вновь отозвалась тупой болью, но в целом терпимо. Девушка открыла шкаф и уставилась внутрь, бессмысленно надеясь, что её гардероб сам подскажет решение. Хотелось стать как можно более незаметной, чтобы зеваки в общественном транспорте не пялились слишком пристально.       Тёмная футболка, джинсы и кроссовки. Волосы — в хвост. Это на удивление потребовало не так уж много усилий, однако в ванной Руби задержалась дольше обычного. Из зеркала на неё смотрело знакомое бледное лицо с усталыми глазами, что выглядывали из под чёрной чёлки. Ничего нового, но почему-то девушке показалось, что отражение не совпадает с тем, каким должно быть. Очень взрослое, как будто кто-то прожил за неё пару лет.       В конце концов вернувшись в комнату, Руби вновь приземлилась на кровать и потянулась к книге, лежавшей на тумбочке. Она вытащила её с общей полки в гостиной ещё вчера вечером, но не нашла в себе сил приступить к чтению. Сейчас же всё равно нужно было как-то скоротать время до выезда.       «Кто-то, по-видимому, оклеветал Йозефа К., потому что, не сделав ничего дурного, он попал под арест. Кухарка его квартирной хозяйки, фрау Грубах, ежедневно приносившая ему завтрак около восьми, на этот раз не явилась. Такого случая ещё не бывало. К. немного подождал, поглядел с кровати на старуху, живущую напротив, — она смотрела из окна с каким-то необычным для неё любопытством…»       Руби хмыкнула про себя. Отличное начало. Проснуться и вдруг понять, что с тобой что-то не так, хотя ты даже не можешь объяснить, что именно. Очень знакомо.       «…Всегда он был склонен относиться ко всему чрезвычайно легко, признавался, что дело плохо, только когда действительно становилось очень плохо, и привык ничего не предпринимать заранее, даже если надвигалась угроза».       Перевернув первую страницу, девушка обнаружила, что читает уже внимательнее. Эта фраза зацепила неприятно точно, как если бы была написана не про вымышленного героя, а про неё саму. Плыть по течению и притворяться, что всё в порядке, пока что-то конкретное не подденет побольнее. Ничего не предпринимать заранее, потому что тогда пришлось бы признать проблему и назвать её, а значит, взять на себя ответственность что-то менять…       От собственной привычки закрывать глаза на очевидное и тянуть до последнего, иногда становилось досадно. После таких ситуаций частенько оказывалось, что уже поздно, и момент, когда можно было что-то сделать, давно прошёл.       Но Руби и сейчас предпочла избегание. Проще было продолжить читать книгу и внушить себе, что они с Йозефом К. совсем не похожи. Ведь по задумке автора речь шла о выдуманном персонаже, а не о настоящем человеке.       «Я только высказал просьбу: ничего не предпринимайте в отношении моего процесса. И вы никак не должны обижаться; поймите, что мне совершенно безразлично, чем окончится этот процесс, и над их приговором я буду только смеяться. Всё это, конечно, лишь в том случае, если процесс вообще состоится, в чём я сильно сомневаюсь».       Девушка закрыла книгу на мгновение и уставилась в окно. Вот оно. Это ощущение — быть внутри чего-то не особо доставляющего удовольствие, не понимая правил и не видя выхода. Только у К. это судебный процесс, а у неё — просто жизнь.       Руби снова посмотрела на часы. Времени оставалось достаточно, поэтому она позволила себе ещё немного почитать, погружаясь в текст, пока неприятные думы понемногу улетучивались, приглушённые чужими, пусть и мрачными, словами.       К трём часам смысл написанного начал теряться, а взгляд всё чаще соскальзывал на часы. Руби вложила закладку и убрала книгу в рюкзак. Надела кроссовки, и, помедлив у двери, всё же выплыла из комнаты. Первый этаж встретил непривычной тишиной, и это даже немного успокоило. Слава богу, никаких напутствий, вопросов и неуместных взглядов от сестёр. Да и вообще-то она всё ещё формально под домашним арестом… будет лучше, если Скарлет не заметит, что она ушла.       На улице было по-летнему светло и лениво. Асфальт отдавал тёплым запахом пыли, а слух цеплялся за размеренное стрекотание насекомых. Руби неспешно направилась к остановке, периодически глядя по сторонам: на выгоревшие газоны, редкие облака и проходящих мимо людей.       Автобус приехал довольно быстро. Девушка села у окна, прислонилась виском к стеклу и позволила городу проскальзывать мимо. Магазины, остановки, чужие дворы — набор декораций, к которым она вновь не имела прямого отношения. Чем ближе маршрут подбирался к центру, тем заметнее менялось окружение. Машин становилось больше, а люди на остановках выглядели собраннее. Мир ощущался шумнее и живее, и от этого внутри появлялось странное чувство.       Руби поймала своё отражение в стекле, и на секунду ей показалось, что она здесь лишняя. Перемещаться за пределы своей привычной картинки было немного пугающе.       Автобус остановился, и механический голос объявил остановку. Девушка выпрямилась, собираясь с духом, и выбралась наружу вместе с потоком людей. Воздух здесь отличался — был плотным, насыщенным запахами кофе, свежего асфальта и листвы. Руби на мгновение замерла, оглядываясь, а потом неторопливо направилась в нужную сторону, ориентируясь по указателям.       Твайлайт парк встретил тенью и спасительной прохладой. За коваными воротами шум центрального района заметно стих, растворившись в кронах деревьев и далёких голосах. Высокие дубы смягчали свет, дорожки петляли между клумбами, где-то смеялись дети, но звук не раздражал, будучи фоновым и ненавязчивым. Руби прошла вглубь парка и приземлилась на свободную лавку. Она снова достала книгу и углубилась в текст, позволив мыслям опять раствориться в выдуманном мире.       «…это, конечно, очень способствует намерению усыпить внимание обвиняемого, обезоружить его и вдруг обрушить на него приговор… Впрочем, для преувеличенной тревоги никаких оснований пока что не было». — Что читаешь? — внезапный вопрос прожужжал над ухом, мгновенно вырывая девушку из мира Йозефа К.       Она вздрогнула от неожиданности, подняла взгляд и тут же обнаружила перед собой Джастина, который сидел прямо рядом, на той же скамейке. Не говоря ни слова, Руби чуть приподняла книгу, демонстрируя обложку. — Кафка? — констатировал парень, прищурившись. — Мрачновато.       В его голосе не прозвучало ни насмешки, ни осуждения; только осторожный интерес. Руби захлопнула книгу и безразлично пожала плечами, соглашаясь, но не собираясь это обсуждать.       Джастин не стал подсаживаться ближе. Наоборот, чуть сдвинулся, оставляя между ними небольшое расстояние, словно давая девушке возможность в любой момент встать и уйти. Она отметила это про себя, хоть и не подала вида. — Затягивает? — спросил с осторожностью в голосе. — Или это из серии «читаю, потому что так надо»? — Затягивает, — Руби на секунду задумалась. Вопрос вроде был адекватный. — Там… узнаёшь себя. Не в хорошем смысле. — Понимаю, — Джастин кивнул, принимая ответ без попытки копнуть глубже. — Иногда книги говорят то, что сам не можешь сформулировать.       Девушка бросила на него ещё один быстрый взгляд. Парень смотрел не на неё, а куда-то вперёд, на дорожку, где медленно шли люди. — Ты давно тут? — поинтересовалась скорее из вежливости. — Минут пять, — он флегматично усмехнулся. — Увидел тебя с книгой и подумал, что лучше не отвлекать. Но потом понял, что так и буду сидеть здесь как идиот. — Справедливо. — Честно сказать, я удивлён, что ты всё-таки приехала, — добавил уже серьёзнее. — Я боялся, что ты передумаешь. — Я тоже, — честно ответила Руби и тут же пожалела об этом. Но Джастин не ухватился за признание. — Я… не особо куда-то выбираюсь в последнее время. — Из-за ноги? — В том числе, — девушка напряглась, но всё же кивнула. — Раньше я играла в баскетбол. Много. А потом… — не договорила, надеясь, что он додумает. — Это отстой, — тихо произнёс парень. — Когда что-то, что было частью тебя, вдруг исчезает.       Она снова посмотрела на него, уже внимательнее. Не каждый стал бы так формулировать. — У тебя, — Руби резко опустила взгляд на свои колени. — С музыкой ведь похожая история. — Да, — Джастин моргнул, потом кивнул. — Наверное. Родители считают, что это пройдёт и что я «перерасту». Стану важным дядей, заведу правильную жизнь, правильных людей рядом, — пожал плечами. — А музыка пусть остаётся чем-то вроде… «милого хобби». — А ты? Ты тоже так считаешь? — Нет, — ответ последовал слишком быстро. — Просто я не умею идти напролом. Мне проще… не спорить. Делать вид, что всё норм. — Не звучит как выигрышная стратегия, — девушка осклабилась. — Знаю, — впервые за весь разговор Джастин поднял на неё взгляд. — Но пока работает.       Руби не стала спорить. В голове всплыло слишком много примеров из собственного опыта, где «пока работает» не заканчивалось ничем хорошим. — Ты не похож на человека, который и дальше будет делать вид, — выдала неожиданно для себя. — Почему? — парень слегка наклонил голову. — Потому что ты хотя бы это осознаёшь. Большинство людей даже до этого не доходят. — Может быть. Мне кажется, ты тоже не из тех, кто не замечает проблему. — Не факт, — холодно. — Я просто хорошо игнорирую. — Иногда это единственный способ выжить, — не стал разубеждать.       Эта фраза повисла между ними как исповедь, которая не требовала реакции. Девушка вновь посмотрела на книгу у себя в руках и провела пальцем по корешку: — Ты не обязан это всё слушать. Я вообще… не самый приятный собеседник. — Я не чувствую себя обязанным. Мне просто… интересно с тобой. Без каких-то условий.       Именно это её и пугало: без условий, ожиданий и без попытки что-то из неё выжать. — Мы можем просто посидеть, — добавил Джастин, спохватившись. — Или пройтись. Или ты можешь читать дальше. Я не против. — Давай пройдёмся, — Руби снова словила себя на нежелании его отталкивать. — Только медленно. — Конечно, — он встал первым, но не потянул её за собой.       Девушка поднялась следом, осторожно перенося вес на здоровую ногу, и Джастин подстроился под её шаг. Руби плелась рядом и убеждала себя, что это всё ещё неважно. Просто беседа. Но почему-то ей не хотелось убежать, чтобы поскорее вернуться обратно в свою скорлупу.       Они направились вдоль аллеи, где тень от деревьев ложилась на землю неровной мозаикой. Девушка держалась сбоку, чуть позади, но не отставая. — Тут спокойно, — Джастин скорее просто отмечал факты, чем пытался завести разговор. — Я раньше не особо любил этот парк. Он мне казался… слишком шумным. — А сейчас? — Сейчас норм. Наверное, дело не в месте.       Руби хмыкнула. Ей нравилось, что он не пытался заполнить паузы любой ценой, и молчание между ними не давило. — Много раз здесь был? — спросила спустя минуту. — Ну, иногда прихожу. Когда нужно проветрить голову. Или когда дома становится слишком… тесно, — он грустно улыбнулся. — Хотя там, по сути, всегда так.       Они свернули к более узкой дорожке, где людей было меньше. Откуда-то неподалёку играла музыка. Девушка заметила, что дышит ровнее, чем в самом начале. Тело всё ещё было напряжено, но уже не так, как обычно бывало рядом с посторонними людьми. — Ты… — Джастин запнулся. — Если не хочешь отвечать, можешь не отвечать. — Опасное вступление, — девушка хихикнула. — Просто… — парень ненадолго замолчал, подбирая слова. — Тебе сейчас комфортно здесь? Не вообще, а именно сейчас.       Почему-то от этого вопроса понимать собственные эмоции стало ничуть не легче. Не «почему ты такая», не «что с тобой случилось», а всего лишь — как самочувствие в этом конкретном моменте. Джастин как будто всё время оставлял перед ней открытую дверь, чтобы она могла сделать шаг назад.       Руби не ответила сразу. Посмотрела на тропинку под ногами и на собственную тень, которая двигалась, прихрамывая. — Терпимо, — наконец произнесла девушка. — Это уже что-то новенькое. — Тогда я рад, — Джастин удовлетворённо кивнул. — Мне было важно не… не сделать хуже. — Большинство людей об этом не думает, — Руби вновь покосилась на него. — Я просто знаю, как это, когда тебе пытаются залезть в душу насильно. — И что ты тогда делаешь? — Закрываюсь ещё сильнее, — Джастин усмехнулся. — А потом рефлексирую ситуацию, проецирую на других и в конце концов стараюсь никогда не становиться для кого-то таким же навязчивым и… лишним.       Руби молчала несколько мгновений. Где-то внутри появилось слабое ощущение, что рядом с этим человеком можно не защищаться каждую секунду. — Хоть ты и говоришь заумными словечками, но ты не лишний, — наконец, пробормотала она, опережая собственные мысли. — По крайней мере… пока.       Следующие несколько метров они прошли практически в одном темпе, и ничего вокруг не предвещало перемены атмосферы. Сначала девушка уловила внезапную реакцию своего тела: резкое давление под рёбрами. Воздух вокруг отчего-то стал плотнее и тяжелее. Руби подняла взгляд и заметила в тени деревьев того, кого не хотела видеть больше никогда.       Джейкоб шёл навстречу привычной, ленивой и уверенной походкой. Рядом с ним шагала незнакомая девушка, но Руби почти не обратила на неё внимания. Весь мир сузился до одного лица.       Джейк тоже сразу рассмотрел её. Его губы растянулись в знакомой игривой улыбке, и он полувежливо-полухищно кивнул. Со стороны жест наверняка показался бы приветливым и почти дружелюбным. От этого стало только хуже. Руби застыла на долю секунды, а потом стремительно ускорила шаг, чтобы поскорее ретироваться. Нога опять откликнулась болью, но девушка проигнорировала это, срываясь почти на бег. — Руби? — Джастин растерянно семенил следом. — Эй, подожди… ты куда?       Она не ответила. Сердце билось слишком громко, прямо в ушах, заглушая все остальные звуки. В голове вспыхивали обрывки неприятных воспоминаний. Даже не в виде образов, а в форме ощущений: холод металла, запах горячего асфальта, свет ламп в больничном коридоре. Девушка всё ещё двигалась слишком быстро и знала это, но остановиться не могла. — Руби, стой! — в интонации Джастина появилось напряжение.       Она остановилась, едва не споткнувшись. Сделала глубокий вдох, потом ещё один. Плечи задрожали, хотя девушка изо всех сил старалась держать лицо. Парень осторожно подошёл ближе, но не вплотную: — Всё в порядке? Ты… побледнела. — Да, — Руби уставилась в пространство поверх его плеча. — Просто… показалось. — Тот парень… Ты его знаешь? — Знала, — девушка сжала пальцы в кулак, потом медленно расслабила. — Раньше.       Джастин качнул подбородком, не требуя пояснений. Несколько секунд они просто стояли, позволяя воздуху снова разрядиться от напряжения. Потом парень аккуратно повернул голову в сторону, откуда пришли: — А девушка рядом… ты её заметила? — Какая девушка? — Руби нахмурила лоб. — Та, что была с этим типом, — уточнил Джастин. — Со светлыми волосами, в чёрной куртке.       Руби попыталась восстановить картинку в памяти, но там всё равно всплывало только лицо Джейкоба. Остальное теряло свои очертания. — Нет, — коротко бросила она. — Я на неё даже не смотрела. — Ясно, — парень не стал настаивать, но пауза получилась слишком выразительной. — Просто… Сегодня утром по телеку… В новостях не видела её? — В новостях? — Да. История с пропавшей девушкой. Лиза. Я её вроде как знаю.       Пазл начинал складываться. Листовка с фотографией за завтраком, голос ведущей. И, получается, бывший. «Как же невероятно тесен бывает мир», — Руби машинально обхватила себя за локоть. — Ты давно его знаешь? — негромко спросил Джастин ещё через пару мгновений. — Того парня. — Достаточно. — Прости, — тут же добавил он. — Я не из любопытства. Просто… если это тот самый байкер, о котором говорят, мне бы хотелось понимать, насколько всё серьёзно. Мои родители пытались сосватать эту девчонку мне, но она сбежала с чуваком. Я, кажется, вчера уже рассказывал тебе. Так вот, я лица не видел, только шлем и телосложение. А потом выясняется, что она так и не возвращалась… не то, чтобы меня это волновало, но ситуация с пропажей вышла стрёмная. Хотя похищенной она вроде не выглядит. Скорее довольной. — Он умеет казаться нормальным. Даже… обаятельным, — девушка замолкла, рассматривая носки своих кроссовок. Джастин напрягся, но не перебил. — А потом становится поздно, и ты понимаешь, что тебе запудрили мозг. — Тогда… — Джастин тихо выдохнул. — Тогда нам не обязательно дальше это обсуждать. — В смысле? — Руби подняла на него удивлённый взгляд. — В прямом, — пожал плечами. — Я спросил не для того, чтобы ты мне что-то объясняла. И точно не чтобы копаться в этом. Она живая и просто сбежала от родителей, так что… Если тебе ок просто гулять, мы просто гуляем.       Он сделал шаг вперёд, но тут же притормозил, подстраиваясь под её темп, словно это было чем-то само собой разумеющимся. — И… — добавил после паузы, — Если вдруг станет не ок — мы уходим. Или садимся. Или ты меня посылаешь. Любой вариант нормальный. — Ты правда странный, — девушка ещё сильнее замедлила шаг от неожиданности. — Мне так уже говорили, — Джастин вновь усмехнулся. — Одноклассники. — А ты? — А я что? — спокойно. — Если человек хочет со мной общаться, пусть это будет потому, что он хочет. Не потому, что я его заставляю или притворяюсь кем-то другим.       Аллея постепенно выводила их к небольшой поляне, где музыка звучала уже тише. Плечи Руби инстинктивно опустились. Тело почему-то решило, что быть на чеку больше не имеет смысла. — Ты ведь мог начать расспрашивать меня об этом парне, — произнесла она спустя время. — Большинство бы так и сделали. — Знаю, — он кивнул. — Но я же не большинство.       Они остановились у скамейки под дубом, который шелестел от ветра и добавлял природные аккомпанементы к мелодии. Джастин не стал садиться. Только опёрся на спинку и вопросительно посмотрел на девушку: — Присядем или пойдём дальше?       Руби медленно опустилась. Парень остался стоять рядом, не нависая и не вторгаясь в личное пространство. — Ты ведь понимаешь, — начала девушка. — Что мы не друзья, и я могу в любой момент исчезнуть, если захочу? Просто… пропасть. — Понимаю, — ответил сразу. — И это будет твоё право.       Она ожидала чего угодно: шутки, попытки обесценить, уверений, что «со мной такого не будет». Но этого не последовало. — И тебя это не бесит? — Бесит, — честно признался Джастин. — Но это моя проблема, а не твоя.       Эта фраза почему-то зацепила. Руби медленно выдохнула и словила себя на том, что впервые за долгое время не чувствовала рядом с парнем тревогу. Девушка некоторое время молчала, разглядывая узор плитки под ногами. Потом вновь заговорила первой: — Ты вообще умеешь быть неудобным? — О, конечно, — Джастин оживился. — Сомневаюсь. — Ладно, — сделал вид, что задумался. — Иногда я слишком много думаю. Иногда — слишком мало говорю. А иногда — говорю глупости в самый неподходящий момент. — Это уже ближе к правде.       Джастин улыбнулся без тени самодовольства, и Руби непроизвольно ответила ему тем же.       Между ними снова повисла лёгкая, не требующая немедленного заполнения пауза. Ветер кокетливо пошевелил листочки над головой, и несколько упали на спинку скамейки. Один из них скользнул по плечу девушки. Она инстинктивно дёрнулась, а Джастин протянул руку, чтобы стряхнуть… и замер на полпути. — Можно? — спросил, не касаясь.       Руби колебалась всего мгновение, потом кивнула. Пальцы парня невесомо коснулись ткани её рукава. — Всё, — так же спокойно протянул Джастин, убирая руку. — Лист был настойчивый, однако. — Коварный тип, — Руби фыркнула, улыбнулась и заговорила чуть тише. — Спасибо.       Ещё несколько минут они просидели молча, слушая попсовую музыку издалека и шорох листвы над головой. Потом Джастин выпрямился и жестом указал в сторону аллеи: — Хочешь ещё немного пройтись? Или уже хватит впечатлений на сегодня? — Давай чуть-чуть, — Руби открыла глаза и задумалась. — А потом… мне, наверное, пора. — Окей, — без явного разочарования. — Тогда выбирай маршрут.       Девушка обозначила дорожку, ведущую к выходу из парка. Не самый живописный путь, но Джастин безмолвно согласился и побрёл рядом. Они двигались медленно, иногда останавливались, чтобы посмотреть на уличного музыканта или погладить беззаботно виляющую хвостом бродячую собаку. Разговор снова стал ни к чему не обязывающим: о песнях, которые застревают в голове; о том, что парк вечером выглядит иначе и о том, как неловко иногда быть «нормальным». — Я, кстати, плохо ориентируюсь, — признался парень. — Всегда боюсь свернуть не туда. — Ты же тут уже был. — Именно поэтому и боюсь, — усмехнулся. — Привыкаешь к одному маршруту и паникуешь, если что-то меняется. — Понимаю… — негромко протянула Руби.       Когда они подошли к перекрёстку у ворот, она немного сбавила ход. Джастин заметил это и тоже стал идти медленнее, не задавая вопросов. — Остановка отсюда минутах в пяти, — произнесла девушка. — Провожу, — сказал так, будто это что-то безусловное. — Если ты не против. — Не против.       Они покинули парк и направились дальше. В какой-то момент Руби чуть оступилась, и нога опять напомнила о себе неприятным тянущим ощущением. — Всё нормально? — Джастин мгновенно затормозил. — Да. Просто… — она не стала продолжать и только махнула рукой.       Парень промолчал и осторожно протянул ладонь, не хватая её, а по-прежнему оставляя выбор. Руби посмотрела на его руку, потом на него… и через секунду переплела их пальцы. Хватка получилась неуверенной. Джастин сжал её руку ровно настолько, чтобы поддержать, но не удерживать.       До остановки они дошли уже так, но на удивление без напряжения. Это прикосновение не воспринималось как «шаг вперёд» или «обещание». Скорее как временное совпадение траекторий. Автобус ещё не подъехал. Девушка отпустила ладонь парня первой и встала чуть в стороне, привычно сохраняя расстояние. Джастин не приблизился. — Спасибо, что позвал, — выдала она, глядя на расписание. — Это было… ну, прикольно. — Мне тоже. И я рад, что ты согласилась приехать. Правда. — Я не обещаю, что буду писать. Или что мы увидимся скоро. — Я и не жду. Мне достаточно того, что сейчас было честно.       Автобус показался из-за поворота. Руби шагнула ближе к дороге, но обернулась в последний момент, прежде чем зайти: — Джастин? — М? — Ты правда… нормальный. — Это лучшее, что мне сегодня говорили, — парень рассмеялся, и его щёки приобрели розоватый оттенок.       Девушка вошла в автобус, приземлилась у окна и на секунду поймала на себе тёплый взгляд Джастина. Пока парк, остановка и знакомая фигура за стеклом медленно исчезали, Руби даже не сразу поняла, что автобус уже тронулся. Город за окном поплыл быстрее, и только тогда в голове стало относительно тихо.       Девушка откинулась на спинку сиденья и уставилась на своё отражение. Лицо по-прежнему выглядело усталым, но уже как будто бы не таким взрослым. Это было странно. Обычно после любых «выходов в люди» оставалось ощущение, точно с неё содрали кожу, а сейчас — только… комфорт?       Именно это слово всплыло в подсознании первым и тут же вызвало раздражение. Комфорт был опасен. Он усыплял бдительность. Именно с этого всё когда-то начиналось с Джейкобом: сначала комфорт, потом «он не специально», а дальше — трость в шкафу и ощущение, что прежнюю версию себя больше не вернуть.       Руби сжала пальцы на лямке рюкзака, проверяя реальность момента. Нога ныла, опять напоминая о том, что может случиться. «Не такой, как другие», — снова впустив в голову мысль о Джастине, девушка тут же встретила её внутренним скепсисом. —«Все сначала "не такие"».       И всё же… он не пытался быть героем или мачо. Не делал вид, что понимает больше, чем понимает на самом деле, и не смотрел так, словно уже всё решил за неё. Это сбивало с толку даже сильнее открытых манипуляций.       Девушка зажмурила веки и позволила автобусу укачивать себя, как колыбельке в детстве. Впервые за много дней в голове не крутились одни и те же сцены по кругу, а пустота внутри не казалась липкой. Телефон завибрировал в кармане. Руби достала его, увидела краткое «Отпиши, как доберёшься», пролистала пару постов в соцсети и тут же наткнулась взглядом на заголовок: «Пропавшая: Лиза Морган. Полиция просит помощи».       Фотография той самой девушки с милой улыбкой, светлыми волосами и взглядом, в котором ещё нет тревоги. Под постом — десятки комментариев: догадки, сочувствие, чужие переживания, аккуратно упакованные в слова.       В грудной клетке что-то сжалось. После сегодняшней прогулки картинка была более полной. Руби пролистнула пост дальше, не читая, и открыла диалог с Джастином. Несколько секунд она смотрела на пустое поле ввода, потом начала печатать — сначала нерешительно, стирая слова, потом быстрее, опасаясь передумать:       «Я должна тебе кое-что сказать».       «Тот парень из парка. Джейкоб».       «Он мой бывший».       «И да, он по ходу тот самый байкер из сводок».       «Я не влезаю в расследования и не знаю эту твою знакомую».       «Но я знаю его. Он угробил мне жизнь».       Палец завис над кнопкой отправки. Руби задержала дыхание всего на секунду и нажала. Последнее сообщение ушло, а автобус в этот момент как раз повернул на её улицу. Город снова стал знакомым. Руби не знала, что будет дальше, но позволила себе рассказать больше, чем хотелось.