Неосуществимая мечта железной леди

      Экран смартфона в темноте такси ослеплял, выжигая на сетчатке короткие фразы Руби. Джастин перечитал их трижды, прежде чем осознал смысл написанного.       «Что ты имеешь ввиду?» — набрал в ответ на последнее сообщение.       Руби долго печатала. Очень долго. Это заставляло каждый нерв вытягиваться в струнку в ожидании информации, которая могла застать врасплох. Спустя несколько минут, в чате появилось:       «Он возглавляет "Shadow Spokes". Не знаю, слышал ты о таком или нет, но формально это клуб любителей мотоциклов. Хотя по факту банда стервятников. Они занимаются перебивкой номеров, мелкими грабежами и… кое-чем похуже. Джейкоб втягивал меня в это. Постоянно. Делал меня соучастницей, чтобы я не могла уйти. И я не думаю, что он завязал. Это опасный человек, от которого лучше держаться подальше».       Джастин замер, глядя на бегущую строку набора текста. Руби добавила:       «Я сомневаюсь, что он не заставит эту девушку заниматься своими делишками. Он обожает использовать "чистых" девочек в качестве курьеров для доставки краденого. Копы редко тормозят таких милашек. Если она с ним — она уже в ловушке. Всё, что могу, я рассказала, и надеюсь, это чем-то поможет твоим родителям или родителям этой девушки. Но в одиночку лучше не лезь в это».       Парень сжал телефон так крепко, что затрещал корпус чехла. — Вы приехали, — глухо отозвался водитель с переднего сиденья.       Перед Джастином высился особняк Биберов — монумент безупречности, за которым скрывались холодные расчёты и амбиции его родителей. Он не мог зайти внутрь и просто продолжить свою обычную жизнь, зная то, что знал теперь. — Разворачивайтесь, — бросил парень, лихорадочно листая список контактов. — Едем к гаражам на окраине.       Ему нужен был Калеб. Не тот Калеб, который травит шутки в модной кофейне, а тот, который знал изнанку города лучше, чем свои пять пальцев.       Идти к родителям или в полицию сейчас было равносильно самоубийству. Если копы начнут копать под Джейкоба, посыплется вся карточная структура нелегального бизнеса окраин. Полетят головы всех, кто причастен к гонкам и теневым сделкам. Включая Калеба. Джастин не мог так подставить единственного человека, которого считал другом.       Парень прижал телефон к уху, слушая длинные, раздражающие гудки. — Что бы ты сейчас не делал, не вешай трубку, — быстро проговорил, как только на том конце ответили. — У меня есть инфа о «Shadow Spokes». Срочно. Я уже еду к твоему гаражу, будь там. — Воу, полегче, мой доморощенный друг, — раздался в трубке хриплый, на удивление спокойный голос. — Ты хоть знаешь, в чьи дела лезешь? Ладно, я буду. Но если это что-то неважное, я выкину тебя в кювет.       Через двадцать минут такси затормозило у ржавых ворот гаражного кооператива. Воздух здесь был пропитан запахом дешёвого табака и машинного масла. Джастин расплатился и быстрым шагом направился к боксу, из-под ворот которого выбивался тусклый жёлтый свет.       Калеб сидел на перевёрнутом ящике. Его взгляд, обычно насмешливый, сейчас был холодным и оценивающим: — Ты выглядишь так, будто увидел привидение, чел. Выкладывай. — Моя неудавшаяся невеста, — Джастин тяжело дышал, пытаясь унять дрожь в руках. — Помнишь, я говорил, что она уехала на байке с чуваком? Так вот, её забрал тот самый тип, который сейчас заправляет в «Shadow Spokes». Есть вероятность, что он будет использовать её как курьера. «Чистое» лицо, чтобы возить нелегальщину через посты.       Калеб замер. Потом медленно поднялся, и тень от его фигуры легла на стену. — Откуда такие подробности? — процедил, прищурившись. — Про «Spokes» знают многие, но про их «курьерские схемы» — единицы. Кто слил тебе инфу? — Руби рассказала, — выдохнул Джастин.       Калеб на мгновение опешил, а затем его губы растянулись в едкой, понимающей ухмылке. Он сложил руки на груди и качнул головой. — О-о-о, твоя лесная фея? — Калеб притворно округлил глаза, возвращая себе привычный манерный тон. — Надо же, а я думал, вы там гербарии собираете. Она-то вообще каким боком с этим связана? — Она, как оказалось, раньше тоже была его соучастницей, — Джастин нахмурился. — Полагаю, не по своей воле. И у нас есть шанс уничтожить этого парня, если мы вытащим Лизу. — «Мы»? — Калеб хохотнул, но в глазах не было ни капли веселья. — Ты хоть понимаешь, что если я впишусь за какую-то девчонку против «Shadow Spokes», в этом городе начнётся война, которую не потушат даже бабки твоих предков? — Но… — Джастин, — друг тяжело вздохнул, перебивая. — Три года назад я из-за Джейкоба чуть не угодил за решётку. Он технично перевёл стрелки, когда копы накрыли склад с крадеными запчастями, и как раз поэтому в итоге возглавил банду. Я обещал себе, что не буду высовываться, пока не буду уверен, что смогу закопать его окончательно. — Теперь у нас есть рычаг, — Джастин подался вперёд. — Лиза. Если мы переманим её на свою сторону до того, как она замарает руки, она даст показания против него. — Или он раздавит нас вместе с ней, — отрезал Калеб. — Но… у меня тоже есть кое-какая инфа. В пятницу «Shadow Spokes» устраивают закрытые заезды на старом аэродроме. Там сто проц будет и Лиза. Джейкоб любит хвастаться новыми «игрушками». Если хочешь поболтать с ней, тебе придется влиться в толпу. Можем составить какой-нибудь беспалевный план сейчас, но умоляю тебя, не надо тащить меня с собой. Я сам лично в пасть ко льву не сунусь.       Калеб замолчал, внимательно вглядываясь в лицо Джастина. Он надеялся увидеть там сомнение, но встретил лишь ту самую глупую, благородную решимость, которая обычно приводит либо в морг, либо в тюрьму. Поняв, что отговаривать бесполезно, Калеб выругался сквозь зубы. — Слушай, рыцарь печального образа, — он сделал шаг к Джастину, нависая над ним. — Если ты реально собрался лезть в это болото, тебе нужна актуальная информация. Я с Джейкобом не пересекался со времён суда, а «Shadow Spokes» — ребята скрытные. Но твоя лесная фея… она ведь была внутри. Она знает, где он может прятать девчонку. Расспроси её.       Джастин резко вскинул голову, и в его глазах вспыхнуло упрямство: — Нет. — В смысле «нет»? — Калеб приподнял бровь. — Я не буду впутывать Руби. Она только-только начала говорить со мной… Она боится его до дрожи в коленках, Калеб. Я не стану заставлять её проживать этот кошмар снова ради того, чтобы мы «подготовились».       Калеб громко фыркнул, картинно закатив глаза, и снова уселся на ящик: — Ну конечно. Святой Джастин оберегает покой прекрасной дамы. Благородно, чел, просто охренеть как благородно. Только учти: на аэродроме в пятницу благородство тебе не поможет. Если попадёшься Джейкобу под горячую руку без козыря в рукаве, он сделает из тебя отбивную раньше, чем ты успеешь сказать «простите».       Джастин хотел было огрызнуться, но его прервал резкий вибросигнал. Парень выхватил телефон из кармана и увидел новое сообщение от Руби: «Забудь всё, что я написала. Пожалуйста. Я зря это рассказала. Просто удали переписку и не смей ничего предпринимать. Это не твоя игра, и ты в ней не выживешь. Не делай глупостей».       Парень сжал челюсти так, что заболели зубы. Экран мигнул и погас, отразив его бледное, решительное лицо. — Она просит меня забыть о Джейкобе, — глухо произнёс Джастин. — Умная девчонка, — Калеб одобрительно кивнул, потирая руки. — Слушай её. Поезжай домой, выпей смузи и забудь про «Shadow Spokes».       Джастин медленно убрал мобильник в карман и посмотрел другу прямо в глаза: — Она просит забыть, потому что боится. И именно поэтому нельзя это всё так оставить. — О боги, дайте мне сил, — простонал Калеб, ударяя себя ладонью по лбу. — Ладно, «герой». Открывай карты. Если мы не спрашиваем Руби, придётся вспоминать всё, что я знаю о логистике этих отморозков. Но учти: на аэродром ты идёшь один. Я своим лицом светить перед Джейкобом не стану, ещё раз говорю.       В тусклом свете лампы гараж казался штабом заговорщиков. Джастин знал, что отец лишит его наследства за один только привод в полицию. Но впервые в жизни он чувствовал, что делает что-то, что не было прописано в его идеальном расписании. Парень снова выудил телефон из кармана и открыл в приложении карту их городка, приближаясь к другу. — Почему тебе не плевать, Джастин? — Калеб прищурился, вглядываясь в его лицо. — Я б ещё понял, если б ты так за Руби всполошился, потому что ты уже. С первой встречи за ней бегаешь, готов был искать по всему городу… Окей. Но Лизу эту ты ж едва знаешь?       Джастин подошёл к верстаку и провёл пальцем по холодному металлу какого-то инструмента. — Потому что матушка уже выбрала мне галстук на мою свадьбу, — тихо ответил он. — Отец выбрал мне участок под открытие моей будущей клиники. Если я сейчас просто пойду домой и позволю этому уроду сломать жизнь девчонке, которую он воспринимает как товар, то я признаю, что я такой же товар. Я не за Лизу впрягаюсь. Я борюсь за право сделать хоть что-то, что не одобрят мои предки.       Калеб помолчал, а потом коротко рассмеялся: — То есть это у нас подростковый бунт с опозданием? Дорогой подарок ты себе выбрал на совершеннолетие, чувак. Опасно дорогой.       Товарищ резким движением смахнул со стола пустые банки из-под энергетика и забрал смартфон из рук Джастина. Его пальцы уверенно залетали по сенсору, увеличивая спутниковые снимки окраин. — Смотри сюда, — голос Калеба стал деловым. — «Shadow Spokes» не сидят на месте, но у них есть костяк. Вот этот заброшенный завод по переработке пластика на южной промзоне. Официально — свалка, по факту — их «офис». Там они перебивают номера и хранят всякое перед отправкой, — он прочертил ногтем воображаемую линию по экрану. — Основной маршрут курьеров идёт через старый мост и заправку на выезде. Там камеры через раз работают, и копов почти нет. Если Джейкоб втянул твою Лизу, она будет мелькать именно здесь. А в пятницу… — Калеб переместил карту к огромному серому прямоугольнику в десяти милях от города. — Старый аэродром. Въезд один, со стороны леса. Там будет пост — пара качков на байках. Если ты на обычном такси туда подкатишь, тебя развернут или сразу в багажник упакуют. — И что мне делать? — Джастин внимательно изучал схему. — Возьмешь у меня старую «Джетту». Она побитая, пыльная, зато не отсвечивает. Права, как я помню, у тебя есть. Нацепишь кепку, старую куртку, поменьше пафоса в глазах, и сойдешь за своего. С Лизой сможешь поговорить только в «технической зоне», это за ангарами. Там они обычно заправляются.       Джастин кивнул, запоминая каждую деталь. Голова гудела от избытка информации, но страха не было. Только ледяная сосредоточенность.       Бибер вышел из гаража глубоко за полночь. Улицы окраины были пустыми, и только редкие фонари выхватывали из темноты щербатый асфальт. Ждать такси здесь пришлось бы вечность, поэтому парень побрёл в сторону центра пешком, переваривая план. Уверенность, появившаяся в боксе, начала сменяться тягучей усталостью, но мысли о пятнице не давали расслабиться.        Следующий день встретил город липкой жарой. Воздух застыл, предвещая грозу, которая никак не могла разразиться. Весь день Джастин чувствовал себя натянутой струной. Дома было невыносимо: мать обсуждала по телефону очередную возможную кандидатуру на роль невестки, отец раздражённо листал документы, а Джастин прятался в своей комнате, глядя на экран телефона.       Ему нужно было увидеть Руби. Не чтобы выспрашивать подробности. Он и так уже влез по уши. Просто чтобы убедиться, что она не замкнулась в себе окончательно после того, что рассказала ему вчера.       Джастин знал, что приходить к ней домой — идея паршивая. Сёстры Руби, особенно строгая Скарлет, о которой она упоминала, явно не обрадуются парню из «другого мира» на своём пороге. Поэтому он просто отправил короткое: «Я в твоем районе. Буду на ближайшей к тебе остановке через полчаса. Выйдешь?»       Ответа не было долго. Джастин уже успел доехать на такси и намотать несколько кругов вокруг остановки, нервно оглядываясь по сторонам. Он уже решил, что девушка проигнорирует его, когда увидел знакомый силуэт.       Руби шла медленно, прихрамывая чуть сильнее, чем обычно. Видимо, из-за жары и напряжения нога болела сильнее. Она была в той же безразмерной футболке, волосы собраны в небрежный пучок, а взгляд… взгляд был такой, будто она пришла на допрос. — Зачем ты здесь? — бросила вместо приветствия, остановившись в паре метров от Джастина и сохраняя невидимую границу. — Хотел убедиться, что ты не выбросила телефон в реку после того, что писала мне вчера, — парень попытался улыбнуться, но вышло криво.       Руби скрестила руки на груди, её пальцы впились в собственные предплечья: — Я серьезно, Джастин. Ты должен всё удалить и забыть. — Я удалил, — соврал, но уверенно. — Но я не удалил из памяти то, что ты мне доверилась. Ты рассказала то, что явно не говорила никому. Неужели ты думаешь, что после этого я могу просто забить на тебя?       Руби замерла. Её лицо на мгновение изменило выражение, защитная маска дала трещину. Она посмотрела на его руки, потом снова в глаза: — Ты узнал, что я… соучастница стрёмной фигни. Любой нормальный человек на твоём месте уже бы стёр мой номер. — Значит, я ненормальный, — Джастин заговорил тише, стараясь не спугнуть её. — Потому что мне не противно. Мне жаль, что тебе пришлось проходить через эти вещи. Ты была ребенком, которого использовали. Это не делает тебя плохой.       Руби отвела взгляд, её губы плотно сжались в тонкую линию. Она молчала, разглядывая носки своих потрепанных кроссовок. Напряжение в её плечах чуть спало, но девушка всё ещё выглядела так, будто готовилась сорваться с места и исчезнуть среди дворов. — Идём, — Джастин кивнул в сторону берёзовой рощи. — Воздух в городе как в духовке, а у реки должно быть полегче.       Они медленно двинулись. Парень вновь подстраивался под шаг Руби, намеренно замедляясь, чтобы ей не приходилось ускоряться через боль. Он видел, как она время от времени закусывает губу, когда нога попадает на неровный камень, но не предлагал помощи. Знал, что сейчас это может её разозлить.       У реки было тихо. Тяжёлые, багровые облака застыли над водой, отражаясь в зеркальной глади, и закат казался зловещим, но по-своему красивым. — Ты выглядишь так, будто не спал неделю, — негромко заметила Руби, когда они устроились на привычной лавочке. Девушка сидела, обхватив колени руками, и смотрела на поплавок забытого рыбаками обрывка лески.       Джастин прислонился спиной к шершавой спинке скамьи, чувствуя, как гудят ноги после ночного марша из гаража Калеба. — Просто… семейные дела, — парень старался, чтобы голос звучал максимально беззаботно. — Родители опять за своё, дома атмосфера как перед трибуналом.       Джастин посмотрел на профиль Руби. В свете заходящего солнца её лицо смягчилось. Колючая броня, которую она носила, здесь, у воды, казалась тоньше. — Руби, я хотел спросить… — он замялся, подбирая слова. — Тебе когда-нибудь хотелось просто всё бросить и уехать? Ну, знаешь, в место, где никто не знает, кто ты. Где нет прошлого. — Прошлое всегда ездит в багажнике, Джастин, — Руби горько усмехнулась. — Куда бы ты ни приехал, ты выйдешь из машины, откроешь его, и оно будет там — вонять и портить тебе жизнь. От него нельзя уехать. Его можно только… перерасти. Наверное.       Девушка вдруг повернулась к нему. Расстояние между ними сократилось, и Джастин почувствовал слабый запах её шампуня. Что-то простое, вроде ромашки. Взгляд Руби замер на его лице, изучающе и почти нежно. — У тебя глаза слишком честные для этого города, — тихо произнесла она без сарказма в голосе. — Пообещай мне. — Что именно? — Что ты действительно удалил те сообщения. Люди вроде Джейкоба… они не играют по правилам. Они их сжигают.       Джастин почувствовал, как внутри всё сжалось от её слов. Он смотрел в глубокие, полные тревоги глаза напротив и понимал, что лжёт своим молчанием. Но ложь была единственным способом защитить её покой. — Я обещаю, что со мной всё будет в порядке, — он не ответил прямо, но Руби, кажется, этого не заметила.       Парень осторожно, почти невесомо, коснулся кончиками пальцев её ладони, лежащей на коленке. Руби вздрогнула, но руку не убрала. Напротив, медленно развернула ладонь, позволяя его пальцам скользнуть по своей коже. — Смотри, — прошептала девушка, кивая на горизонт.       Последний луч солнца прорезал тучу, окрашивая воду в ярко-оранжевый, почти огненный цвет. На несколько секунд мир вокруг них стал нереальным, вырванным из контекста. Существовали только они двое и этот «неправильный» закат. — Красиво, — выдохнул Джастин, глядя на воду.       Они просидели так до самых сумерек, пока первые капли обещанного дождя не начали разбивать зеркало реки. Прощание у остановки было коротким. Руби быстро кивнула и скрылась в тени деревьев, а парень остался стоять под козырьком остановки в ожидании такси.       К утру пятницы гроза сменилась душным, неподвижным маревом. Город будто замер в ожидании чего-то неизбежного и оставался таким до самого вечера.       Джастин покинул дом родителей после ужина, наплевав на вопросы матери вслед. В гаражах Калеб встретил его молча. Он просто бросил на верстак ключи от старой, покрытой слоем многолетней пыли «Джетты» и кивнул на сложенную кепку. — Бак полный. Но ради всего святого, Джастин, если запахнет жареным — жми на газ и не оборачивайся.       Дорога до старого аэродрома заняла почти час. Джастин старался не смотреть в зеркало заднего вида на своё отражение. В дешёвой кепке и поношенной куртке, которую одолжил у Калеба, он сам себя едва узнавал.       Место назначения встретило его низким гулом, от которого вибрировала земля. Десятки байков, припаркованных вдоль взлётной полосы, блестели хромом под мутным солнцем. Джастин припарковал «Джетту» в тени покосившегося ангара, за грудой ржавых бочек, откуда открывался идеальный обзор на импровизированную трибуну.       Джейкоб стоял, прислонившись к своему массивному чёрному байку, и в его позе сквозила ленивая, хищная уверенность хозяина жизни. В находившейся рядом девушке Джастин с трудом узнал Лизу. Её длинные светлые волосы превратились в огненно-рыжее каре. Видимо, чтобы никто не смог опознать по листовкам. На девушке была кожаная куртка с эмблемой «Shadow Spokes», которая смотрелась на хрупких плечах чужеродно, как клеймо. Со стороны они с Джейкобом выглядели как идеальная пара из какого-нибудь фильма про плохих парней: он что-то шептал ей на ухо, она смеялась, откидывая голову назад. Но Джастин, вспоминая слова Руби, видел другое. То, как цепко рука Джейкоба сжимала локоть девушки, не позволяя ей отойти ни на шаг.       Гонки начались внезапно. Рёв форсированных движков заглушил все мысли. Байки срывались с места, оставляя за собой шлейф жжёной резины и пыли. Джастин ждал момента, когда Лиза останется одна, но Джейкоб был тенью. Даже когда к нему подходили другие члены банды, он удерживал девушку при себе, точно ценный трофей, который нельзя выпускать из виду.       Через пару часов, когда заезды закончились и толпа начала редеть, Джастин понял, что его план «просто подойти и поговорить» разбился о реальность. Лиза была в клетке, стены которой состояли из рычащих моторов и людей в косухах.       Когда байк Джейкоба взревел, и они с Лизой направились в сторону дальних ангаров, Джастин тоже завел «Джетту». Он двигался поодаль, держась в слепой зоне, пока парочка не остановилась у самого заброшенного бокса, скрытого от глаз основной толпы.       Джастин пригнулся, заглушив мотор и приоткрыв окно, чтобы слышать происходящее из-за угла. — …всё готово? — раздался хриплый голос. — Он должен заплатить за то, что начал вершить такие дела в одиночку. — Калеб сидит тихо, Джейк, — ответил другой голос. — Стоит ли влезать в это? — Лишний игрок мне не нужен. И уж тем более, такой, — процедил первый с холодом, от которого волосы вставали дыбом. — Сегодня ночью. Мне нужно, чтобы курьер доставил «подарок» прямо под дверь его забегаловки. Лиза справится. Даже в новом образе она выглядит так невинно, что если её заметят, никто не подумает на неё.       Джастин замер, вцепившись в руль так, что побелели костяшки. Сердце заколотилось в горле. Он увидел, как Джейкоб передаёт Лизе небольшой, плотно замотанный свёрток. Девушка взяла его, и Джастин заметил, как на мгновение её лицо побледнело, а пальцы дрогнули. Она знала о содержимом. Или догадывалась. — Не подведи меня, детка, — Джейкоб поцеловал её в висок, но взгляд его оставался пустым и жёстким. — Сделай это, и всё у нас будет, как я и обещал.       Байк снова взревел, и они начали разворачиваться. У Джастина, вероятно, оставалось совсем немного времени, прежде чем Лиза отправится в город, чтобы причинить вред его единственному другу. И он был единственным, кто мог это остановить.       Парень рванул с места, едва дождавшись, пока гул байка Джейкоба немного стихнет. Старая «Джетта» протестующе взвыла, но выдала максимум скорости, на которую была способна. Джастин выжал педаль в пол, надеясь срезать путь по старой грунтовке.       Одной рукой он вцепился в руль, другой — быстро вытащил из кармана телефон. На пятый гудок Калеб наконец ответил. — Джастин? Ты ещё не в багажнике одного из качков? — голос друга отдавал обыденной насмешливостью, что в этой ситуации казалось безумием. — Калеб! Где ты?! — перекрикивая свист ветра в приоткрытом окне. — Всё ещё в гараже. А что за паника? Ты что, динозавра на аэродроме встретил? — Хуже, — Джастин резко крутанул руль, обходя глубокую рытвину. — Они хотят тебе навредить. Джейкоб… я слышал их разговор. Лиза сейчас повезёт какой-то «подарок» к твоей «забегаловке». Калеб, что это вообще за место и где оно?       На том конце повисла тяжёлая пауза. Слышалось только, как звякнул металл об пол — видимо, Калеб что-то выронил. — Забегаловка? — друг выдохнул это слово со странной смесью горечи и усталости. — Это и есть мой гараж, Джастин… — Но… — парень на секунду опешил, чуть не вылетев на обочину. — Почему Джейкоб его так называет? Это же просто бокс в кооперативе! — Долго объяснять, — отрезал Калеб, и его интонация вмиг лишилась всей шутливости. — По телефону ты мне всё равно не поверишь. Да и не время сейчас. Значит так, слушай меня внимательно: разворачивай «Джетту» и дуй домой. Я сам со всем разберусь. Но девчонку твою ловить не буду, даже не проси. Мне главное — спасти гараж и то, что внутри. — Но Калеб! Я ничего не понимаю! При чём здесь «забегаловка», зачем ему… — Джастин, заткнись и слушай, — товарищ почти рычал. — Я всё тебе покажу и расскажу. Обещаю. Только, ради бога, останься жив до утра и не лезь, куда никто не просит. Приезжай к гаражу завтра в девять. Всё, отбой.       В трубке раздались короткие гудки. Джастин в ярости ударил ладонью по рулю. Он чувствовал себя слепым котёнком, которого бросили в центр гладиаторской арены. Джейкоб играет в какую-то масштабную игру, Руби боится его до смерти, а Калеб, оказывается, владеет не просто гаражом, а неким секретом, из-за которого люди готовы идти на поджог, убийство или… фиг его знает, что они вообще задумали.       Парень посмотрел на дорогу. Впереди уже показались огни ночного города. Он мог бы поехать к гаражам, наплевав на запрет, но понимал: если Калеб решил «разбираться сам», то он там только подставится под удар.       Сжав зубы, Джастин направил машину в сторону центра. Всю дорогу перед глазами стоял образ Лизы с тем самым свёртком в руках.       «Завтра», — повторил про себя парень. — «Завтра я узнаю всё».