true happiness

***

      Затасканная белая футболка свободно сидела на худощавом теле Гоши, расслабленно пританцовывающего за приготовлением ужина. Пока что он не мог похвастаться большим разнообразием блюд, которые мог приготовить на скорую руку, но немного жаренной картошки вполне хватало для лёгкого вечернего перекуса на двоих. Из стоящего неподалёку радио играла приятная музыка, в такт которой Солнышкин неторопливо покачивал бёдрами и вырисовывал случайные фигуры руками в воздухе, масло на сковороде тихо шипело, а сама атмосфера на кухне была настолько уютной, что Казимир начал ощущать прилив сонливости, откинувшись на спинку стула, но не переставая наблюдать за возлюбленным.       В последнее время было сложно застать Гошу в настолько приподнятом настроении: напряжённая подготовка к грядущим экзаменам давала о себе знать. Солнышкин постоянно пропадал у репетиторов, не спал до глубокой ночи, надеясь выучить как можно большее количество материала и закрепить его с помощью упражнений, совсем не заботился об отдыхе, загружая себя различными заданиями.       Сейчас же он выглядел беззаботным и счастливым, посылал мягкие улыбки и воздушные поцелуи, оборачиваясь к возлюбленному время от времени, которые Клёнов, подыгрывая ему, хватал руками и прижимал к сердцу, надеясь сохранить около него на долгое время.       — Думаю, ещё пару минут и будет готово, — заметил Гоша, помешивая картофель деревянной лопаткой.       — Твои родители точно не вернуться сегодня?       — Точно. Говорил же тебе, что отец в командировку уехал, а мама к подруге ушла, обещала вернуться только завтра утром. А что, у тебя какие-то особые планы на этот вечер?       Хитрая ухмылка Гоши намекала на вполне очевидные вещи. Казимир отрицательно мотнул головой, краснея до кончиков ушей, чем вызвал громкий заливистый смех Солнышкина.       — Я начинаю скучать по тем временам, когда ты смущался от простого поцелуя в щёку.       — Если бы я остался таким же робким, то сейчас не танцевал перед тобой и футболку, которую ты мне сам отдал, надеть не рискнул. Пожалуй, я бы вообще не пустил тебя на порог поздним вечером, а в крайнем случае отправил спать на диван в гостиной и в комнату свою не пустил. Я знаю, как сильно ты любишь обнимать меня во сне и гладиться по утрам, так что всё к лучшему.       Казимир не мог придумать замечание, которое опровергло бы слова его возлюбленного, поэтому решил промолчать, не говоря вслух о своей лёгкой тоске по милому румянцу на веснушчатых щеках Гоши.       Всё действительно шло к лучшему: совсем скоро им предстоит сдать важнейший школьный экзамен, и Клёнову нравилось думать, что справятся они с этим весьма успешно, после нужно будет зачислиться в вуз, относительно чего надежды Казимира тоже были самыми положительными, далее их ждала взрослая самостоятельная жизнь, переезд в другую страну, где они смогут зажить спокойно. Казимир и Гоша разделяли вполне серьёзные намерения о будущем развитии их отношений, планировали пройти весь этот тернистый путь и достичь желанной цели вместе.       — Гош, ты хотел бы выйти за меня, когда мы станем совсем взрослыми? — озвучил Клёнов часть своих размышлений.       — Конечно, если ты попросишь меня об этом. Учти, без настоящего кольца предложения не принимаются.       — Мы ведь встречаемся чуть больше года. Ты уверен, что мы всегда будем вместе? Вспомни Дмитрия Константиновича и Карена Александровича.       — Ты прав, они ведь рассказывали, что разводились, хотя до этого встречались несколько лет, но, вспомни, сошлись ведь после и снова сыграли свадьбу. В следующем году будут праздновать десятилетие брака.       — Я очень боюсь разочаровать тебя.       — Ты? Меня?       Взгляд широко распахнутых глаз выражал глубокое удивление и лёгкое недовольство. Гоше совсем не нравилось, когда Казимир вспоминал о предвзятом отношении одноклассников к нему, считающих тихого паренька, не любящего выделяться из толпы, странным. Отключив плиту и обтерев руки вафельным кухонным полотенцем, он подошел к возлюбленному, усевшись к нему на колени и заключив в крепкие объятья. Тонкие пальцы мягко поглаживали кожу головы Клёнова, вплетаясь в крашенные длинные пряди, рука на его спине нежно скользила по выступающим лопаткам, успокаивая парня осторожными прикосновениями.       — Я правда люблю тебя таким, каков ты на самом деле. Я хочу связать с тобой всю мою жизнь, ведь не встречал ещё человека, который понимал бы меня как ты, любил в ответ настолько преданно и глубоко. Я невероятно сильно дорожу тобой и не собираюсь терять из-за слов каких-то дураков, поэтому поверь мне, когда я говорю, что ты прекрасен и заслуживаешь быть любимым.       Гошины слова невероятно тронули Казимира. Он стиснул возлюбленного в таких же тесных объятьях, шепча на ухо слова любви и признательности. Никто ранее не выражал свою любовь к нему настолько открыто, не волновал его сердце на протяжении длительного времени. С Солнышкиным он чувствовал себя действительно легко и свободно, мог поделиться любыми своими переживаниями и получить поддержку, готовый платить тем же за проявленную заботу.       — Гош, я люблю тебя больше жизни.       — Знаю, и я тебя. Давай всегда будем вместе, что бы не ждало нас в будущем.       — Конечно, ведь я уже никогда не смогу тебя отпустить.

***