Я хочу его любить

      Пинки просыпается от того, что будильник Анджи срабатывает на три часа раньше, чем обычно. Звон разносится по комнате ровно без пятнадцати шесть, и Пинки поднимается с невыносимой головной болью, дрожью по всему телу и необоснованно злым настроении. Анджи подрывается с кровати, сгребает все свои предметы с тумбочки и тихо выходит в коридор, пока Пинки сопровождает каждое её движение весьма непонятливым взглядом. Когда дверь за спиной Анджи тихо закрывается, Пинки укладывается обратно и некоторое время пытается понять, почему её тело всё ещё дрожит и страшно ли ей вообще или нет. У неё всё-таки получается заснуть, и она просыпается уже от звона своего будильника спустя почти три часа. Утром в женском общежитии она не застаёт никого, кроме Юнис и Мелоди.  Пинки не опаздывает на первый урок ИЗО и даже отмечает тот факт, что в классе почти никто не отсутствует.  На ИЗО, как правило, большинство — мальчики. Мальчики вообще часто посещали уроки мисс Филлипс. Даже хулиганы и понтовые. Пинки проходит мимо Вэнса и слышит негромкий свист в свою сторону, но игнорирует его, проходя чуть дальше и занимая место рядом с Мэнди Вайлс. Мэнди с улыбкой кивает ей, и Пинки мгновенно замечает её хорошее настроение, распространяющееся по всему классу. На самом деле, она даже заметила его ещё у самой двери — Мэнди не всегда бывает в таком расположении духа, особенно в последнее время. Либо директор ей позволил пропускать некоторые дисциплины в пользу чирлидинга, либо Тед Томпсон умер. Одно из двух.  — Мисс Питерс сегодня в тайне озвучила мне пары на день Булворта среди старшеклассников, — шёпотом произносит Мэнди и подмигивает ей. Пинки поворачивает на неё крайне удивлённый взгляд. За двумя большими мольбертами их не видно, но она всё равно на всякий случай проверяет, может ли мисс Филлипс заметить, что они разговаривают.  — Она планирует собрать всех в актовом зале завтра вечером и сделать это официально, — продолжает Мэнди. — Но я даже не вижу смысла уже туда идти, потому что я знаю абсолютно все пары, которые будут выступать на Дне Булворта. На секунду Пинки замирает. Это кажется странным, потому что у неё ещё не было времени подумать о человеке, с кем она будет танцевать в паре на таком крупном для их некрупного городка событии. Для Пинки это было важным, и она даже уже видела платье, в котором пойдёт. Но, что касалось пары, то у неё просто не было никаких идей. Она всегда думала, что её парой будет кто-то из её ребят. Такое, кстати, было очень часто. Она выступала с Гордом, с Брайсом, Чедом, Бифом, с Паркером, конечно. С Дерби неоднократно. И ставить её в пару с кем-то из её группировки было бы, пожалуй, самым логичным. Поэтому Пинки чуть подталкивает Мэнди локтем.  — Ну, Мэнди, — таким же шёпотом спрашивает она. — А кто будет моей парой?  Наверное, в этот раз Джастин. Пинки хмурится. Мэнди же кивает ей.  — Хорошо, — говорит она. — Но, скажу честно… Либо это будет Тадди, потому с ним Пинки выступала только один единственный раз, когда ещё только-только пришла в Булвортскую Академию. — …я тебе не завидую. Пинки чуть прищуривается. Сердце от лёгкого волнения начинает стучать быстрее. Когда Пинки берёт в руки кисточку, она чувствует, как та скользит в руке, потому что правая ладонь вспотела. Пинки решает спросить: — Неужели они ставят меня в пару с Элджи?  Элджи как-то подарил ей букет цветов, сорванных у здания библиотеки, и Пинки рассмеялась ему в лицо. Зато почти весь прошлый год Элджи делал за неё домашнее задание. Хоть какие-то плюсы у него были по мнению Пинки Готье. — Нет, — Мэнди качает головой, выдыхает и обречённо смотрит на неё. — Константинос Бракус.  Ну всё.  Пинки меркнет прямо на глазах, и Мэнди кладёт ей руку на плечо.  — Это нестрашно, — она пытается её приободрить. — Вы уже стояли в паре на наших тренировках. Либо я могу поговорить с мисс Питерс, если хочешь. — Я хочу, — признаётся Пинки. — У Элджи постоянно потеют ладони, но его легче терпеть, чем Константиноса с его навязчивыми и тупыми попытками подкатить ко мне.  — Хорошо, — Мэнди уверенно кивает ей. — Но ты знаешь мисс Питерс. У неё своё видение и мне будет крайне тяжело её переубедить.  — Может, взятка? — грустно спрашивает Пинки. — У меня есть с собой пара… — Тише, — Мэнди прерывает её. — Давай я просто попробую договориться.  — Давай, — Пинки соглашается без особого энтузиазма. Мэнди права. Мисс Питерс очень тяжело переубедить — особенно, если это касается организации мероприятия. К тому же мисс Питерс не Хаттрик, вряд ли она примет пару купюр в белом конверте. Пинки чувствует, что сегодняшний урок ИЗО она завалит. — Мэнди, — зовёт она. — А с кем ты будешь в паре? Тед?  На мгновение Мэнди становится похожа на постепенно расцветающий цветок. В глазах появляется девчачий блеск, на губах играет улыбка. Боже, это правда Мэнди Вайлс перед ней сейчас? Пинки не видела её такой с её первого свидания с Тедом Томпсоном. Это очень странно. И немного пугает.  — Нет, — Мэнди качает головой. — Это Джонни Винсент.  Первые несколько секунд Пинки просто молча смотрит на неё. То есть у неё в голове совершенно никаких мыслей, она просто молча смотрит на Мэнди и моргает. И только немного погодя, наружу вырывается негромкое:  — Оу. — Я знаю твою реакцию, — Мэнди улыбается ей. — Ты скажешь, что мне срочно надо менять пару, но, Пинки… Пинки словно бы и не слушает её. Пинки не собирается этого говорить. Пинки собирается молчать и просто смотреть на Мэнди Вайлс. У Пинки нет кома в горле, у неё не трясутся руки и сердце быстро не бьётся. Просто Пинки Готье совсем немножечко в шоке. Это как гром среди ясного неба — Мэнди и Джонни Винсент в одной паре. — … я очень рада, что буду с ним.  На Дне Булворта.  У Пинки просто ощущение внутри, что это не должно быть так. То есть Мэнди не должна быть в паре с Джонни Винсентом. Это странно. И это неправильно. Он не подходит ей. И она ему тоже. — Ты рада? — спрашивает Мэнди и несильно толкает её.  Нет.  Я не знаю. — Да, — Пинки выходит из транса. Она моргает несколько раз и берёт в руки кисть для рисования. — И ты увидишь лицо Лолы, когда она узнает об этом.  — Лола идёт к чёрту, — Мэнди усмехается.  Пинки согласно кивает и выглядит отстранённой. Мисс Филлипс даже делает ей пару замечаний во время занятия, потому что у Пинки почти не выходит рисунок. Пинки ссылается на отсутствие вдохновения и плохую погоду, хотя — Мэнди замечает — на улице хорошая погода. Да, там прохладно, но сегодня над Булвортом солнечно. Над Булвортом летают птицы и пожелтевшие листья. Пинки молчит до конца урока. Она прощается с Мэнди и обещает завтра быть на дополнительной тренировке. Сразу после того, как мисс Питерс объявит финальные пары в актовом зале.  Джонни и Мэнди. Нет. Это неэстетично.  Да. Именно. Пинки считает это неэстетичным. Даже Лола ему подходит больше. Боже. Что?  Пинки, успокойся.  Мэнди твоя подруга. Она хочет быть с Джонни на Дне Булворта, вот пусть и будет. Может быть, он сам откажется? Он тоже подумает про эстетику, хотя… Господи, Пинки. Да Джонни Винсенту плевать на эстетику. Может быть, Джонни Винсент просто не пойдёт на День Булворта. Кристи ведь говорила, что он не собирался? Такие мероприятия не в стиле Джонни Винсента. Он не пойдёт. Пинки уверена, что не пойдёт. Ему это не нужно. Пусть лучше сидит один в своей автомастерской.  Пинки выходит из главного корпуса Булвортской Академии, и взгляд сам цепляется за него. Джонни курит у автомата с содовой. Он смотрит в ответ. Тёмно-карие глаза, белая рубашка с завёрнутыми рукавами, серьга-кольцо в левом ухе. Он провожает её взглядом, когда Пинки проходит молча и даже не здоровается. Джонни стряхивает пепел. И отворачивается, потому что к нему подходят Ларри и Рикки.  Пинки очень вовремя замечает на лавочке Горда Вэндома и бежит к нему, как к спасательному кругу.  — Горд! — восклицает она. Мысли возвращаются обратно. — Как я рада, что встретила тебя.  Горд не выглядит радостным.  — Привет, — он здоровается без особого энтузиазма. Убирает книги в сумку и дружественным жестом предлагает присесть рядом.  — Видимо, ты идёшь на День Булворта?  — Да, иду, — Горд кивает ей. — Кстати, спасибо, что оставила мой свитер в Стеклянной Челюсти. Утром было холодно.  — Ты сегодня ходил на пробежку?  — Да, с Чедом и Честером, — он закидывают ногу на ногу. — Готовимся к празднику.  — Я рада, что ты идёшь, — признаётся Пинки. — Только сделай одолжение. Не приглашай Лолу.  — Лола отказалась принять моё приглашение на День Булворта.  И Горд опускает взгляд. Видимо, поэтому он не в лучшем расположении духа. Пинки хочет закатить глаза, но решает не делать этого. Горд — неплохой парень. Просто у него иногда, как и у всех, бывают заморочки.  — Но разве изначально у тебя была не другая спутница? — Была, — Горд кивает, — но я попросил Крэбблснитча позволить мне поменять партнёршу. — Вот об этом я и хотела у тебя спросить, — говорит Пинки и чуть наклоняется к нему.  — Хочешь пригласить Лолу вместо меня? — с лёгкой улыбкой спрашивает он. — У тебя есть все шансы. Ты тоже носишь Акваберри.  — Перестань, — Пинки слегка пихает его кулачком в плечо. Горд негромко смеётся. — Меня поставили с одним парнем. Я стараюсь с ним не встречаться, но он очень влюблён в меня. Я могу с кем-то поговорить, чтобы я не шла с ним и пошла одна?  — Ну, в этой школе мы можем всё, — замечает Горд. — К тому же, зачем на такое событие идти одной? Если тебе нужен адекватный спутник, возьми меня.  — Он может сильно заревновать и очень расстроится, если узнает, — говорит Пинки. — А я не знаю, чего от него ожидать. Он странный.  — Да нет, мы же просто друзья, — Горд пожимает плечами. — К тому же, парень всегда лучше защитит от другого парня.  — В этом ты прав, — Пинки соглашается с ним.  — Я знаю, — Горд кивает ей. — Плюс, не хочется видеть Лолу. Ты сделаешь мне одолжение. — Хорошо, — у Пинки впервые за сегодняшний день появляется улыбка на лице.  Горд — классный. На семьдесят процентов. Он довольно гордый и самодовольный, но он помогает и помогал Пинки довольно часто. Она может помочь ему в ответ. Это хорошая идея — идти с Гордом. Правильная идея. Горд встретит её, довезёт до школы и вернёт обратно в целости и сохранности. К тому же, Горд умеет танцевать вальс. А Джонни Винсент, скорее всего, нет. Ох, Мэнди и мисс Питерс придётся повозиться с ним, если он вообще согласится. Он не согласится. Крупными буквами мерцает в голове Пинки.  Он не пойдёт на День Булворта. Это не в его стиле. Пинки смотрит себе под ноги, а когда поднимает голову, замечает очередной клетчатый свитер Акваберри в толпе. Паркер, как же ты вовремя.  — Привет! — Пинки почти ловит его за локоть. — Я только что попрощалась с Гордом.  Кажется, Паркер не ожидал этой встречи сейчас, потому что когда Пинки касается его руки через ткань свитера, он чуть не роняет мобильный себе под ноги.  — А я говорил по телефону с Джастином, — на его губах появляется лёгкая полуулыбка. — Хочет устроить светский раут сегодня в доме его отца в Долине. Предлагает позвать кого-то из школы.  Пинки чувствует необычный подъём сил после сегодняшнего утра. Паркер смотрит на неё и убирает телефон в карман кремовых брюк.  — Джастин предлагает позвать других учеников, — произносит Пинки, не сводя взгляда с Паркера. — Теперь есть ощущение, что мы все дружим в Булвортской Академии.  — Если всё так и будет, то я буду счастлив. — Брось, Паркер, — Пинки смеётся. — Когда ты вообще был счастлив?  — Ну вот, — парень качает головой. — Ты очень хорошо меня знаешь. Его улыбка — не очень широкая, но тёплая. Скулы — острые. Чёрные волосы и карие глаза. Пинки ловит себя на мысли, что ей нравится это сочетание — когда волосы тёмные и глаза тоже. Это красиво. Пинки поджимает губы, но не даёт своей улыбке пропасть.  — У меня игривое настроение, — говорит она. — И я рада, что всё-таки удалось вытащить тебя из покера.  — Да, знаю, — Паркер качает головой и убирает руки в карманы. — Ты идёшь? Есть ощущение, что они хотят объединить школу против городских.  — Но ты не должен быть свидетелем этого, — замечает Пинки. — Я не планирую идти. Это будет вечер моей рефлексии.   — У меня то же самое, — Паркер пожимает плечами. — Мне нужно отдохнуть от всего и от всех.  — Да, это правильно, — Пинки соглашается с ним. И она кивает ему в знак прощания, потому что, действительно, пора идти. Паркер смотрит на неё, улыбается, неловко опускает взгляд, и они так же неловко расходятся. В воздухе царит лёгкая недосказанность — они ведь не общались после того вечера. Пинки не писала и не спрашивала, как у него дела. Паркер же по своему обыкновению отмалчивался, либо просто не хотел это с ней обсуждать. Что, кстати, более логично для него. Паркер мог быть загадочным и молчаливым. Иногда Пинки была той, кто вытаскивал его из этих мрачных мыслей.  — Паркер, — зовёт она, оборачиваясь к нему. Парень останавливается и ловит её взгляд. Пинки улыбается ему. — Если захочешь порефлексировать в одиночестве… вместе. Я буду сегодня вечером у миссис Томас. Что ты собираешься делать сегодня вечером?  Улыбка на лице Паркера появляется слишком быстро.

///

      И пропадает так же быстро, как и появилась часами ранее. Когда миссис Томас наливает им чай, Пинки старается смотреть в сторону, подальше, во все углы, на саму миссис Томас, на чай, чайник, окна и стены вокруг. Когда старушка уходит, мило улыбнувшись, Пинки не знает, куда себя деть. Она чувствует себя между двух огней. Смотрит сначала на потолок, потом на стол. Выдыхает. На кухне миссис Томас напевает какую-то несложную мелодию. В гостиной, сидя по разные стороны стола, Паркер Оджильви и Джонни Винсент прожигают друг друга мрачными взглядами. Синий свитер Акваберри и чёрная кожаная куртка. Паркер пьёт черный чай. Джонни пьёт чёрный кофе. Пинки хочет добавить в свой чай сливки, чтобы смягчить здесь хотя бы что-то.  — Тоже приехал сюда на машине? — нехотя спрашивает Джонни, обращаясь к Паркеру и совсем не смотря на Пинки. — Да, — Паркер кивает, делая глоток. — Давно водишь?  — Нет, — Джонни качает головой. — Ты? Пинки хочет удариться головой о стол. Она молчит, потому что говорить ей сейчас как-то страшно.  — Год, — отвечает ему Паркер. — А ездишь сюда давно?  — Да, — сухо отвечает Джонни. — Ты тоже? — Практически, — Паркер жмурится. Чай слишком крепкий. — Я не знал, что ты посещаешь это место.  — Я про тебя тоже узнал только сегодня.  Пинки выдыхает.  — Вы во многом похожи, — зачем-то замечает она. Боже, как же это тупо. Зачем вообще она это сказала? — Да, мы с ним прям… близнецы, — говорит ей Паркер и поворачивается к Джонни, смиряя его малость настороженным взглядом. — Ну, кроме одежды.  — Паркер… — Пинки прикрывает глаза и выдыхает.  Паркер смотрит на Джонни Винсента. Кожаная куртка, эта мятая рубашка под ней, небрежная ухмылка. Джонни всем видом показывает, как ему плевать, но он бы вдарил Паркеру хорошенько. Если бы тут не было детей, миссис Томас и Пинки. Он бы врезал Паркеру и переехал бы его на машине пять раз. Даже лучше десять.  — Ведите себя нормально, — просит Пинки. — Миссис Томас скоро придёт. Паркер скрещивает руки на груди и облокачивается на спинку стула. Она ловит взгляд Джонни на себе. Ком в горле встаёт. Джонни специально натягивает на себя фальшивую улыбку, которая больше похожа на жуткий оскал. Когда Паркер решает отойти на кухню, чтобы помыть руки, Пинки ударяет ногу Джонни под столом. — Серьёзно, ты можешь нормально улыбаться? — спрашивает она. — Твоя улыбка выглядит страшно. — А ты вернёшь мне мой свитер? — он бьёт её ногу в ответ. Пинки ойкает. — Я верну его тебе потом, — говорит она.  — Тогда я потом буду тебе улыбаться, — Джонни подмигивает ей. Пинки чувствует лёгкое смущение.  — Пожалуйста, Джонни, — просит девушка. — Только не при Паркере.  — Да, я знаю, — говорит он и кивает. — Ты не хочешь, чтобы твой дружок разозлился.  — Паркер не мой дружок!  — Он очень странный, — Джонни игнорирует её всплеск. — Ведёт себя так, будто делает одолжение своим визитом.  — Паркер не такой.  — Ага. Переубеди меня.  Пинки хочет ещё раз ударить его под столом, но Джонни вовремя ловит её лодыжку ладонью. Его пальцы пробегают по застёжке туфель, по прохладной коже чуть выше. У Пинки прерывается дыхание на долю секунды, мурашки пробегают по спине, небольшая волна, словно ток, спускается по животу. Пинки закусывает губу. Джонни видит это. У него красивые глаза. Пинки это прекрасно знает.  — Здесь где-то есть полотенце? — спрашивает Паркер, внезапно появляясь на кухне.  Пинки резко тянет ногу на себя и ударяется коленом о стол. Джонни откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди. Паркер непонятливо смотрит на неё и кивает.  — Вау, ты в порядке?  — Да, случайно задела, — произносит Пинки, потирая ушибленное место. — Я покажу тебе, где взять полотенце.  Она поднимается из-за стола, смиряя Джонни очень злым взглядом. Тепло его ладони всё ещё ощущается на лодыжке. Пинки кажется, что у неё подкашиваются ноги, когда они с Паркером заходят на кухню и она достаёт ему полотенце из шкафа. Паркер благодарит её.  — Я давно здесь не был, — произносит он, отдавая Пинки полотенце.  — Боишься Нью-Ковентри? — Пинки улыбается ему.  — Нет, — Паркер пожимает плечами, облокачиваясь на столешницу. — Да, это совсем не Долина, но это самый обычный район. Разве что… Он делает небольшую паузу, и Пинки словно бы понимает, что он сейчас скажет ей.  — … этот парень очень странный. Ведёт себя так, словно ему всё без разницы. Кто вообще его пускает к детям?  Господи.  Ну нет.  Только не снова.  У Пинки мысли находятся в зоне турбулентности. Бьются друг о друга с ужасающей силой.  — Возможно, ты прав, — Пинки нехотя соглашается с ним, стараясь держать ровную интонацию в голосе. — Но ты сам видел, как его встретили дети.  — Да они пока не понимают, — Паркер пожимает плечами и касается запястья девушки. — Пинки, правда, держись от него подальше. Он опасен.  А она и держится. Насколько только можно. Но жизнь сама наталкивает её на Джонни. Иногда Пинки чувствует себя морской волной, постоянно бьющейся о каменный берег. Все это кажется абсурдным. Ужасно-ужасно абсурдным. Глупым. Пинки чувствует себя глупой. Постоянно наталкиваться на одного и того же человека, разве так можно?  Джонни смотрит на неё и на Паркера, пока миссис Томас нарезает пирог. Пинки нервничает. Она прячет ладони под столом и царапает ногти. Паркер не сводит сверлящего взгляда с Джонни Винсента. Пинки чувствует себя максимально неловко. Она думает, что ещё немного, и случится взрыв. Например, Паркер скажет что-то Джонни, и тот налетит на него с кулаками прямо при миссис Томас. Но Паркер порядочный. А Джонни не устроит драку здесь. У него есть чувство ответственности. Пинки нервно сжимает подол юбки холодными пальцами.  — Что вы будете делать на День Булворта? — спрашивает миссис Томас с лёгкой улыбкой.  День Булворта. Пинки вжимается в спинку кресла и кидает взгляд на Джонни, который ковыряется маленькой ложечкой в кусочке пирога. Не похоже, что он голоден. Что у него вообще есть аппетит. Он выглядит немного напряжённым. Пинки очень интересно, что он будет делать на День Булворта. Останется ли он здесь, либо в автомастерской. Либо пойдёт на мероприятие вместе с Мэнди Вайлс.  Пинки сжимает подол юбки сильнее. Вряд ли Джонни знает о своей паре. Вряд ли Джонни куда-то пойдёт. Она не знает про их отношения с Мэнди. Он нравится Мэнди, но нравится ли Мэнди ему? Пинки видела пару раз, как они общались в столовой и у фонтана. Господи, да это она сама пустила слух о том, что на вечеринке Теда Томпсона они были вместе. Она хотела сделать плохо Джонни, а, в итоге, делает плохо себе. Пинки не хочет видеть их пару с Мэнди. Серьёзно, не хочет. Просто потому что они не подходят друг другу. Ну, правда. Пинки не видит Мэнди Вайлс в кожаной куртке.  А себя видишь, Пинки?  Ты и кожаная куртка — ещё более абсурдно. — В школе планируется бал в честь праздника, — отвечает Паркер. — А у вас уже есть пары? — с тёплой улыбкой спрашивает миссис Томас. — Пинки, ты идёшь с Паркером?  Пинки вытаскивают из собственных мыслей. Она моргает пару раз, пытаясь сфокусироваться на вопросе.  — Нет, я…  Но Паркер отвечает за неё. — Мы пока сами не знаем, — на его лице рисуется лёгкая улыбка. — Пары объявят завтра вечером в актовом зале.  Пинки смотрит на Джонни. Ей почему-то интересно, что он думает по поводу этого праздника. Кристи же говорила, что он не собирается идти, но Кристи тоже не всегда бывает права. Всё может поменяться. Завтра вечером мисс Питерс огласит списки, и он появится на Дне Булворта вместе с Мэнди. Вместе с Мэнди Вайлс. Это нечестно.  Пинки радует лишь тот факт, что она пойдёт с Гордом. Скорее всего.  Она купит самое красивое платье и пойдёт в нём. И у Джонни Винсента отвиснет челюсть, когда он увидит её. Чёрт.  — То есть вы даже не можете выбрать себе пару? — миссис Томас заметно удивляется. — Это очень странно. Нас мальчики приглашали сами.  — Ну, вот такое у нас глупое рабство, — Пинки пожимает плечами, и тут же ловит на себе немного недопонимающий взгляд Паркера.  Джонни тоже скашивается в её сторону. Это неловко — то, что она сказала.  — Что? Я шучу, — Пинки скрещивает руки на груди, выдавливая из себя невинную улыбку. — Паркер, хоть ты понимаешь, что я шучу?   Паркер вдыхает, чтобы ответить ей, но на ум не приходит практически ничего. Джонни откашливается, подпирает голову ладонью и смотрит на Пинки. Она делает глоток. Чай в её чашке ещё не успел остыть, и она жмурится. Миссис Томас хочет принести ей воду, но Паркер касается локтя старушки и останавливает её.  — Нет, миссис Томас, — говорит он. — Я схожу за водой.  — Она на столе на кухне, — отвечает миссис Томас. — Спасибо, Паркер.  Да, спасибо. Ты такой хороший парень, Паркер Оджильви. Пинки смотрит ему вслед, пытаясь вернуть себе былой настрой. Джонни ловит её взгляд и качает головой — она не понимает, неодобрительно ли это или что-то другое, но Джонни смотрит ей прямо в глаза, брови нахмурены, он всегда хмурится. Пинки видела его улыбку, но сейчас она, возможно, не сконтролировала себя, проявила плохие манеры, ужасно. Пинки кивает ему. Джонни прищуривается. Её нога касается его ботинка. Пинки скорее отдёргивает её назад.  Паркер возвращается с стеклянным графином и наливает Пинки немного воды в чашку. Миссис Томас улыбается ему. Паркер умеет нравиться другим людям. Джонни смотрит на него мрачно, но Джонни может делать, что хочет. И на бал пусть идёт с Мэнди. Пинки резко выдыхает, и Джонни замечает это. Он отвлекается, когда миссис Томас забирает пустые чашки.  — Я помогу, — говорит он и забирает предметы из её рук. Паркер хмурится. — Решил манеры показать, — хмыкает он, когда Джонни скрывается за дверью с чашками.  — Они у него есть, — зачем-то произносит Пинки и тут же хочет ударить себя по лбу.  Но Паркер не видит ничего странного.  — Вот именно, — задумчиво говорит он. — Удивительно, что они у него есть. Да.  Пинки негромко выдыхает. Или нет. Джонни появляется в гостиной в слишком спокойном расположении духа. Пинки не понимает, как у него это получается, потому что сейчас она вся на нервах. Кажется, Паркер замечает её состояние. По крайней мере, Пинки видит, что он смотрит на неё довольно долго, а когда миссис Томас заходит после Джонни, он берёт девушку за руку. Накрывает её ладонь своей. Пинки чувствует, как внутри всё успокаивается, но ненадолго. Потому что Джонни замечает это — то, как Паркер держит Пинки за руку. Он смотрит и поднимает взгляд. Пинки старательно отворачивается. Это дружеский жест со стороны Паркера, и Пинки хочет, чтобы он чаще держал её за руку. От Паркера веет спокойствием. От Джонни — непредсказуемостью. Пинки думает, что холодно именно от этого. Не от того, что здесь открыто окно.  — Слышал, ты играешь в покер с городскими? — Джонни спрашивает его, когда они поднимаются на второй этаж детского приюта.  Миссис Томас попросила их повесить пару портретов в зале, и они оба, почти одновременно, согласились. Сейчас Пинки идёт за ними и просто не знает, чего ещё ожидать.  — Играл в покер, — Паркер поправляет его. — Ты тоже играешь, разве нет?  Пинки переводит взгляд на лидера понтовых. Она не знала.  Джонни не отвечает ему. Когда они останавливаются у просторного зала на втором этаже, Паркер поворачивается к нему: — Откуда ты знаешь про покер? — В школе говорят, — замечает Джонни. — Не думал, что кто-то из вас мог связаться с городскими. — Да, конечно, — Паркер усмехается. — Эти уроды выбили из ребят почти все деньги.  Пинки хмурится. Джонни молча кивает, и Паркер вновь поворачивается к нему.  — Омар Ромеро обыграл в покер всех твоих ребят. — Ага, — Джонни качает головой. — Пришлось разбить ему нос потом. Паркер почти закатывает глаза на такую резкость. Он не видит смысл связываться с Джонни Винсентом. И, конечно, дело не в том, что он его опасается. Вовсе нет.  — Вы тоже играете? — Пинки тянет Джонни за рукав его куртки, когда Паркер пытается разобраться с лестницей. Она говорит шёпотом и становится к нему намного ближе. Так, что он может чувствовать тонкий запах её парфюма. — Джонни, серьёзно?  — Вообще-то играли, — Джонни почти шипит в ответ. — Это не должно тебя волновать. Пинки отдёргивает руку, словно бы коснулась огня. Какой же он грубиян. Невыносимый придурок. Пинки хочет ударить его каблуком по ботинку, но воздерживается. Паркер вешает первый портрет на гвоздь.  — Он ровно висит? — спрашивает парень. — Нет, вообще не ровно, — Джонни хмурится. — Я повешу второй.  Они меняются местами. Пинки закусывает губу. Никогда ребята из Старой Булвортской Долины не будут в хороших отношениях с парнями из Нью-Ковентри. Паркер очень неохотно пропускает Джонни вперёд, и даже кажется на мгновение, что сейчас они столкнутся плечами и начнётся драка, но Пинки знает: Паркер не такой. Он не будет провоцировать, не будет встревать в словесные перепалки и будет подальше держаться от конфликта. Это же Паркер. Паркер Оджильви.  Миссис Томас подходит к Пинки и берёт её под руку, уводя чуть подальше от парней.  — Ты выглядишь расстроенной. — Да нет, миссис Томас, всё в порядке, — Пикни опускает взгляд. — Я просто не знаю. Мне… некомфортно. И я не понимаю, почему так.  — В твоём возрасте это нормально, милая, — старушка улыбается ей, кладя руку на плечо. — Что тебя беспокоит?  Всё, что я делаю, беспокоит меня. Я иду против самой себя.  — Я не понимаю, что мне выбрать, — отвечает девушка.  Я боюсь, что они подерутся, и я подбегу не к тому. Это неправильно.  — Пинки, дорогая, скоро ведь День Булворта. Это поможет тебе расслабиться и повеселиться. — Да, миссис Томас, — Пинки кивает ей. — Но я не чувствую, что хочу идти туда.  Сказала.  Всё.  День Булворта — это яркие ленты и красивые платья. Это улыбки, много смеха и тот, с кем ты хочешь идти. Пинки хочет идти с Гордом. Но Горд — это как будто бы что-то не то. Пинки не видит своего партнёра; она не знает, кто это должен быть. Но она чувствует от предстоящего праздника отвращение. Ей неприятно. Боже. Она хочет спрятаться в своей комнате и не выходить. Какое бы красивое платье она не надела, это будет не тот День Булворта, что обычно.  — Милая, — миссис Томас выдыхает. Она усаживает Пинки на диван и сама присаживается рядом. — День Булворта выпал на мой последний год в Булвортской Академии, но у моей семьи совершенно не было денег на красивый наряд. Перед этим днём мама купила мне платье в комиссионном магазине, но я ужасно расстроилась, потому что большинство моих одноклассников ходили в обуви и одежде Акваберри.  Пинки переводит взгляд на своё отражение. Свитер, юбка и туфли Акваберри. Серебряные серьги и браслет из белого золота.  — Я тоже не хотела идти на праздник, мне казалось это глупым. Я думала, все будут смеяться надо мной, — продолжает миссис Томас. — Но прямо в день перед праздником меня пригласил Том. Он был капитаном команды тогда. И я согласилась. Это было одно из лучших решений. День Булворта — потрясающий праздник, особенно в старших классах.  Пинки улыбается, но улыбка выходит какой-то вымученной. Миссис Томас мягко улыбается в ответ и ободряюще касается плеча девушки.  — Милая, у тебя есть все возможности пойти, — говорит она. — Поверь, твой кавалер тоже будет тебе соответствовать.  Горд?  Горд.  Рядом на диван ложится чёрная кожаная куртка, и Пинки переводит взгляд на Джонни. Он кивает миссис Томас, как бы говоря, что все картины повешены. Небрежно закатывает рукава белой рубашки, и Пинки не может отвести взгляд. Серьёзно просто не в силах, как какой-то чёртов гипноз — на его губах играет лёгкая ухмылка, глаза тёмно-карие, волосы в хаотичном беспорядке, ни грамма манер. Небрежность и безумие. У Пинки невыносимо бьётся сердце. Сильнее, чем раньше. Она закидывает ногу на ногу, и Джонни молча следит за этим движением. Пинки смотрит на него. Глаза в глаза. Лишь несколько мгновений, но это слишком глубоко. Джонни отводит взгляд только в тот момент, когда к ним подходит Паркер. Пинки чувствует себя спокойнее, словно она может прятаться за каменную стену.  — Мы закончили, — произносит Паркер, скрещивая руки на груди. — Может, что-то ещё сделать?  Миссис Томас говорит что-то про скрипящие столы на кухне на первом этаже, и Джонни с Паркером спокойно берутся за дело без лишних слов. Пинки странно видеть то, как слаженно они работают, но почему-то ей кажется, что это ненадолго. 

///

— Просто попытайся вести себя круто, — говорит ей Лола в одном из школьных коридоров. — Они довольно крутые ребята, понимаешь?  Они заходят в гостиную женского общежития,  когда Мэнди сидит напротив камина и наслаждается чтением любимого романа. Анджи уверенно кивает Лоле и уходит на второй этаж, а Лола просто проходит ближе к камину, почти не обращая внимания на Мэнди. Девчонки, всё это время находящиеся здесь, провожают Лолу заинтересованными взглядами, но не спешат ничего говорить ей. Лола взгляды замечает. Она уже привыкла к ним. Все всегда смотрят на неё — с восхищением вперемешку с ненавистью, восторженно и с завистью. Смотрят всегда. Лола не обращает внимания.  — Мрачновато тут у вас, — замечает она.  — Что ты здесь делаешь? — Мэнди пролистывает страницу и поднимает взгляд на Лолу, закрывающую ей свет.  Девчонки молча наблюдают за ними. Они прекрасно знают, что может произойти, когда встречаются две королевы школы.  — Я здесь живу, — отвечает Лола. — Это общежитие.  — Очень остроумно, — кидает Мэнди в ответ. — Что ты делаешь с Анджи? Лола подавляет желание посмеяться. Её кожаная куртка ложится на спинку кресла, красный шарф остаётся на шее. Мэнди закатывает глаза. Лола даже раздевается эффектно.  — Смотря что ты имеешь в виду, — произносит она. — Мы ходили на обед сегодня.  — Поэтому она опоздала на нашу тренировку, — замечает Мэнди, медленно откладывая книгу, и переводит острый взгляд на Лолу. — Анджи очень ответственная. Я не хочу, чтобы кто-то вроде тебя портил её. Кто-то вроде тебя.  Как мило, Мэнди.  Сучка. — Никто не заставляет Анджи общаться со мной, — Лола скрещивает руки на груди. — Она сама подсела ко мне на первом уроке.  — Ты ходишь на уроки? — спрашивает одна из девчонок, находящихся в холле общежития. — Да, — Лола отвечает ей. — И почему всех это удивляет?  Мэнди откидывается на спинку кресла. Плечам холодно, а в голове сотня мыслей. Лола смотрит на неё всё так же — эти её полуприкрытые глаза, уверенная поза и то, каким тоном она общается, Боже, Мэнди просто выдыхает, пытаясь внутренне успокоить себя. Получается плохо. Как жаль, что тут нет ни Кристи, ни даже Юнис.  — Девчонки, вы идёте на День Булворта? — спрашивает Лола, больше обращаясь к другим, нежели к самой Мэнди.  Девочки кивают — конечно, они идут. Все идут. Не ходить нельзя, но правила, порой, можно нарушать. В Булвортской Академии они нарушаются регулярно.  — А ты идёшь, Мэнди? — Лола целенаправленно поворачивается к ней. Хитрая улыбка. Я тебя уничтожу. — Хотя бы кто-то пригласил тебя на бал? Я имею в виду, кто-то ещё хочет быть в паре с девочкой с грязных плакатов?  Кажется, даже Беатрис прекращает читать учебники биологии. Девчонки, находящиеся тут, поскорее замолкают. Мэнди подаётся вперёд. Её взгляд меняется. Такое ощущение, будто она готова сделать скачок и налететь на Лолу прямо сейчас, потому что стоит только конфликту начаться, Лола цепляет её за самое больное. Как и Мэнди её, раз за разом называя шлюхой.  — Ты знаешь, кто будет в паре со мной? — спрашивает она, слегка улыбаясь.  Лола ловит её взгляд. Прищуривается.  — Ну?  — Твой бывший парень, — Мэнди как специально подчёркивает это «бывший». Она усмехается. — Джонни Винсент.  Лола не меняется в лице, но что-то внутри на мгновение останавливает её. Это что-то заставляет других девчонок продолжать следить за сценой, и в холл женского общежития подтягиваются новенькие. Такое всегда происходит, когда Лола и Мэнди сталкиваются — в школе должна быть только одна королева, и Мэнди это прекрасно знает. Лоле плевать на статус. Но Лола никогда не может пройти мимо ссоры с Мэнди Вайлс.  — Это замечательно, — говорит она. — Потому что сегодня меня звали Горд, Кейси и Тед, кстати.  На имени Тед делается акцент, и Мэнди слышит это. Желание выдрать Лоле все волосы становится материальным. Мэнди подлетает к ней и хватает за руку, заставляя Лолу отшатнуться назад. Другие девчонки подскакивают со своих мест.  — Руки от меня убери! — Лола повышает голос. — Ты меня убить решила?   Лола толкает Мэнди.  — Из-за чёртовых постеров меня чуть не исключили из школы, а ты используешь это как игру! — Мэнди толкает её в ответ. — Кто так делает?  — Это никакая не игра и не какая-то дурацкая ссора, — Лола подходит ближе. — Ты пересекла черту!  — Как и ты пересекла, когда упомянула Теда! — у Мэнди в глазах огонь. Голос становится громче и жёстче. — Ты как хочешь, а я возвращаюсь к себе в комнату и надеюсь, ты будешь ночевать не в общежитии.  Она разворачивается и кивает кому-то из девчонок в холле. Но стоит только ей сделать пару шагов обратно, Лола выхватывает учебник из рук Беатрис и бросает в Мэнди. Книга ударяет больно в спину, заставляя Мэнди остановиться. Глава группы поддержки медленно разворачивается. Раскрытый учебник биологии лежит у её ног. Лола невинно хлопает длинными ресницами.  — Ты сейчас серьёзно это сделала? — спрашивает Мэнди.  — Почему ты думаешь, что если ты пойдёшь с Джонни, это сделает тебя лучше? Ты самая обычная глупая сплетница, — теперь Лола повышает голос. — Признай это, Мэнди, ты просто завидуешь мне! Мне не надо ни с кем встречаться и быть в группе поддержки, чтобы быть популярной, в отличие от тебя.  Это явно становится последней каплей. Стены женского общежития Булвортской Академии содрогаются, когда Мэнди буквально подлетает к ней. — Ты, заткнись! — в этот раз она толкает Лолу куда сильнее. И, конечно, Лола даёт отпор.  — Нет, это ты заткнись!  Девчонки сцепляются мёртвой хваткой, и на крики из холла мгновенно прибегают миссис Пибоди и мисс Филлипс. Драку с трудом удаётся остановить — Мэнди держит Лолу за волосы, в то время как та чуть ли не душит её. Красные следы от длинных ногтей, сорванные серьги, растянутая одежда и острые взгляды — что Лола, что Мэнди выходят очень помятыми и весь оставшийся вечер даже почти не смотрят друг на друга.  Уже в ванной на втором этаже, куда они поднимаются под чутким контролем миссис Филлипс, Лола пытается привести в порядок волосы и макияж, но это выходит с трудом. Мэнди прикладывает холодное полотенце к синяку на локте и смотрит на царапины от ногтей на своём запястье.    Миссис Пибоди почти не сводит с них глаз. Лола смывает красную стёртую помаду и ловит взгляд главы группы поддержки на себе.  — Мне это надоело, Мэнди, — ей не так легко говорить, потому что Мэнди заехала ей по губе кулаком, и это довольно неприятно.  Мэнди убирает полотенце в сторону и касается ладонью ушиба на горячей коже. Она поворачивается к Лоле и устало выдыхает.  — Это потому что ты начинаешь проигрывать. 

///

      Пинки не думала, что такое может произойти. Или она думала, предполагала, что может, но не верила до последнего, потому что, ну, разве нечто подобное может случиться с ней, с Пинки Готье?  Пинки могла это представить, что это произойдёт на самом деле. И отметала эти мысли сразу же, как самые глупые.  Но это произошло.  Это произошло, когда они вышли на улицу — она, Джонни и Паркер. Они прошли буквально пару шагов до автомобилей — ребята припарковались буквально в двух кварталов от приюта. Машина Джонни была в переулке с развешанной у верхних балконов одеждой. Паркер оставил машину чуть дальше, просто по той причине, что плохо знал Нью-Ковентри. Конечно, Пинки планировала ехать с ним. Конечно, Пинки планировала быть в Старой Булвортской Долине. Но Пинки не подумала, что в Нью-Ковентри ребятам из Долины лучше не появляться после девяти вечера.  — Ты не в своей тупой школе, — произнёс Отто Тайлер. — Здесь дела делаются по-другому!  И ударил Паркера. Неожиданно. Исподтишка. Так сильно, что Пинки вскрикнула. Она хотела подбежать к нему, но Джонни Винсент схватил её за руку и дёрнул на себя с такой силой, что ей показалось, будто внутри хрустнули кости. Запястье загорелось огнём. Паркер держался за разбитый нос, и это было ужасно.  — В машину, — тихо рыкнул Джонни. — Живо.  Пинки чуть ли не роняет ключи на холодный асфальт. Руки до ужаса дрожат, в коленях — страшная слабость. Пинки чувствует, что сейчас упадёт в обморок. Как назло, она не видит ни одного полицейского, но слышит звук удара — Отто Тайлер валится на землю, схватившись за живот. Джонни встряхивает рукой. У него покрасневшее запястье и очень злой взгляд. На него налетают Дункан и Леон. Сразу вдвоём. Пинки чувствует, как немеют конечности. Связка ключей кажется единственным спасением. Она не успевает подбежать к машине, потому что на пути встаёт Клинт. Загораживает дорогу. Наступает.  Дункан валится на асфальт, и к Джонни присоединяется Паркер. Они почти спина к спине, но Пинки понимает — городские пришли именно за ним. За Паркером.  Клинт делает шаг к ней с мерзкой улыбкой. Пинки прячет связку ключей за спиной.  У Леона будет синяк под левым глазом — Паркер отличный боксёр. Он шмыгает носом, пытаясь остановить кровь и не успевает увернуться от удара Леона вовремя — получает в рёбра, падая на колено. Джонни перехватывает кулак Леона и выворачивает руку, заставляя того упасть на асфальт. Запястье Леона Джонни с особым удовольствием вдавливает в асфальт, заставляя того так громко крикнуть, что даже Пинки отвлекается.  Она резко разворачивается на крик, но Клинт хватает её за руку. Больно. Сильно. У Пинки в лёгких пропадает воздух. Клинт почти выворачивает запястье, но ключ прилетает ему в лицо и ударяем по носу. Пинки отпрыгивает назад. Она не помнит, что сделала, как именно это произошло — она бросила в него ключи или целенаправленно ударила. У Клинта красный след на лице. Он держится за лоб и почти скалится, но Джонни успевает встать перед Пинки. Загородить её собой.  Клинт хочет разорвать его. Но что-то ему говорит о том, что не стоит. — Скажи своему долбанному кузену, что я разобью ему лицо, когда увижу.  Пинки слышит это и прячется за спиной Джонни, касаясь холодной кожи его чёрной куртки.  Городским приходится отступить.  Джонни оборачивается к Пинки; она ловит взгляд и кивает, словно бы всё в порядке, но на самом деле, нет. Она до ужаса напугана, её колени дрожат и ей холодно. Хочется плакать. Джонни не замечает этого, но говорит: — Ты должна была пойти в машину.  Пинки качает головой. Ей нечего сказать ему. Пинки опускает взгляд, и Джонни видит это. Он знает, что она напугана. Поэтому он касается её запястья ладонью. Успокойся. Возьми себя в руки!  У Пинки бегут мурашки по спине от такого жеста. Но она слышит негромкий кашель за спиной и понимает: Паркер. Она мгновенно отпускает Джонни и подбегает к другу.  Боже.  — У тебя кровь, — с ужасом замечает Пинки.  — Да уж, — соглашается Паркер, облокачиваясь на колено. — Этот свитер можно выбрасывать.  — Купишь новый, мажорик.  Паркер хмурится, но ему больно, поэтому он решает просто промолчать и усмехается. Пинки хочет закатить глаза на фразу Джонни, но не делает этого. Потому что Паркер кашляет и медленно поднимается с асфальта. Паркер жутко потрёпанный, уставший, из носа льёт кровь, и он шмыгает носом. Пинки касается его плеча. Джонни смотрит на них молча. Выдыхает. Он хочет закурить прямо тут. Уже достаёт пачку из кармана брюк, но Паркер подходит ближе. — Спасибо за помощь. И протягивает руку. Пинки смотрит первые мгновения и не понимает, что это. Что происходит? Это сон? Она умерла? Что. Чёрт возьми. Это. Такое. Пинки почти лишается дара речи, когда Джонни Винсент пожимает руку Паркера Оджильви в ответ.