Рождество в июле

— Попробуешь этот яблочный пирог? По новому рецепту приготовила. — женщина обтёрла руки о кухонное полотенце, лучезарно улыбаясь, — Так ты идёшь? — Мам, я не люблю яблоки. — Мам, я не люблю яблоки. — прошептал Лиам. В нос ударил запах карамели, свежий утренний воздух и нелюбимые яблоки. За окном слышалось щебетание птиц, звуки мчащихся машин и разговоры прохожих. А с правой стороны, где, если Лиаму не изменяет память, находится кухня, доносилось складное мычание, напоминающее какую-то мелодию. Удивительно, но за последние несколько лет глаза Лиама после сна открылись безо всяких трудностей. Легко и свободно. Мышцы приятно тянуло, даже после долгого лежания в одной позе. А по ощущениям складывалось, будто бы Лиам действительно выспался. Чудо какое-то. — Может, я умер? — полушепотом поинтересовался мужчина в потолок. — Ха-ха-ха, если это и так, то, что я тут делаю? — басисто-мелодичным голосом раздалось с кухни. Лиам в ужасе подпрыгнул на кровати, прислонившись спиной к окну, искренне не понимающим взглядом уперевшись в незнакомца. — Вы кто?! Что Вы тут делаете?! — в немом удивлении прошелестел Лиам. — Успокойтесь, Лиам. Я не причиню Вам вреда. — неизвестный отложил кухонное полотенце, которым всё это время вытирал руки, и ухватил спинку стула рукою, — Спрашивать, конечно, уже поздно, хе-хе, но Вы позволите? — он легонько кивнул на стул, спрашивая разрешения и, получив утвердительный кивок в ответ, уселся напротив. — Вообще, не сочтите за дерзость, я взял на себя ответственность прибраться здесь. В таком свинарке вести беседу было бы, мягко говоря, неудобно, ха-ха-ха-ха. Согласитесь, выглядеть стало гораздо лучше, правда? Такой приятный антураж, мм. Кстати, в духовке стоит яблочный пирог. Вы его, конечно, не любите, но я так хотел попробовать тот, что приготовила Ваша матушка, ах, прям слюнки потекли. Так, о чём это я? Да-а, меня зовут Хейнз. Я прибыл сюда, дабы направлять страдающих и немощных на путь истинный и всё такое, ну, Вы понимаете. И вот! Я здесь! Такая досада, конечно, что Вы попали в аварию, но всё ещё можно исправить, ха-ха. Вам всего лишь нужно загладить всё то, что Вы натворили, и дело будет закрыто. Ну? Что скажете? Лиам громко ударил себя по щеке. Затем по второй. — Нет, я не умер. — констатировал тот. — Ну, Вы почти умерли, но, — начал было Хейнз, как его отрезав, перебили. — Нет! — Лиам вскочил, пройдясь по кровати, выходя ближе к двери. — Молчите! Ничего не говорите! Точнее, ещё раз: кто Вы? — Ха-ха, я — есть сущность без имени и точного определения. Но Вы можете звать меня Хейнз. — лучезарно улыбнулся мужчина, складывая руки в замок на своих скрещенных ногах. — Типо… как марка кетчупа? — Кетчупа? — в недоумении повторил мужчина. — Хм, ну, такое складное имя мне показалось весьма красивым для использования. Хейнз. Красиво же? — Хайнз… и не знаю я! Мне не важно кто ты и что ты тут делаешь, давай… давай, выметайся отсюда! — проскрипел Лиам, подходя к мужчине в слепой надежде вытолкнуть чудаковатого гостя за шкирку на улицу. Но как только рука коснулась холки пиджака, так сразу же прошла сквозь него. Тело Хайнза стало прозрачным в месте прикосновения. Мужчина поднял взгляд, улыбаясь по-детски наивно. — Вы только не волнуйтесь. — ласково начал тот, — Я абсолютно безвреден. Лиам ошарашено взглянул на него и спустя пару мгновений закричал. — А-аа-а! Монстр! Привидение! Смерть! Помогите! — кричал мужчина наперебой, сам точно не понимая кто или что перед ним. Лиам кинул первую попавшуюся вещь в подразумеваемое чудовище — картину — и ринулся к выходу. Ухватился рукой за ручку. Впопыхах отворил дверь. Ногой споткнулся о высокий порог. Кубарем покатился вниз, лицом впечатавшись в кирпич. Хайнз вышел следом, вальяжной походкой подойдя к телу Лиама. — Ай-яй-яй, ну что ты со мной не договорил, эх. — сложив руки за спину, мягко проговорил мужчина, покачивая головой.

***

Второе пробуждение можно было сравнить с благословением, не иначе. Тело словно стало ватным, как мягкая перьевая подушка, а сон лился через пальцы спокойным умиротворяющим потоком. Казалось время остановилось, давая Лиаму побольше побыть в так давно нужной гармонии с самим собой. Благодать. На периферии сознания, там, где граница с реальностью становится тонкой и хрупкой, как фарфор, Лиам уловил шепчущие звуки: — Просыпайтесь. Лиам, открывайте глаза. Ну же, проснитесь. — неумолимо шептал голос. Но Лиам не хотел просыпаться. Ему хотелось провалиться в этом податливо-родном чувстве. Стать с ним единым целым. То, что от него так неумолимо ускользало все эти годы, вдруг породнилось с ним, отчего стало страшно-приятно. Желание стать ближе всё росло и росло, и стало больше, чем сам Лиам Хэйз, он был близок к тому, чтобы найти то, что так давно искал. Но у одновременно знакомого и незнакомого голоса на желания мужчины были другие планы. Из сна Лиама вытянули одним резким рывком. Словно из приятно-тёплой водицы сунули в бурлящий кипяток. — У Вас был удивительно приятный сон. Я словно домой вернулся, ха-ха. Простите, что так внезапно всё это, но давайте поговорим. Теперь, надеюсь, без неприятностей. — мягко пробормотал Хайнз, стоило Лиаму разлепить глаза. Лиам присел на кровати, потирая заспанные глаза. По телу била дрожь под ритм быстро бьющегося сердца, на лбу выступила испарина, а глаза заслезились. По ощущениям создавалось впечатление, что мужчина в ужасе проснулся посреди ночи из-за кошмара. Вся мягкость и нежность воздушного сна улетучилась в миг, возвращая Лиама в суровую реальность, где он всё ещё погряз в долгах, натворил дел вчера ночью и перед ним сидит неизвестное нечто, зовущее себя маркой кетчупа. « И об этом», — Лиам повернул голову в сторону рассматривающего его с нескрываемым любопытством Хайнза. Тот сидел напротив с собранными в замок руками на скрещенных ногах. На лице красовалась улыбка, приятный теплый шарм исходил то ли от неё, то ли от настойчиво смотрящих на него глаз, что удивительно ярко-голубого цвета. Лиам никогда таких глаз не видел. Он представил, как кто-то вырезал безоблачный кусок неба в ясную погоду и, сформировав из них глаза, вставил их Хайнзу, настолько те были выразительными. И добрыми. Удивительным были не только глаза «нечта», но и его внешний вид в целом. Белый строгий костюм, идеально выглаженный, казалось, проведи на нем хоть тысячу раз рукой, он будет гладок и ровен. А под ним пёстрая рубашка, прямиком с гавайских островов. Такие же цветные носки… с котятами? Да, с котятами. И чёрные лакированные башмачки с жёлтыми шнурками. Лиам скептически обвёл взглядом сидящего напротив. От чёрно-седых волос до невысоких каблучков обуви. Ему искренне хотелось, чтобы в его взгляде читался весь спектр не передаваемыми им эмоциями. Эдакий котел из восхищения, удивления, призрения, страха и много чего ещё. Лиам тяжело откашлялся, облокотился спиной о стену и, спустя пару мгновений, твёрдо, насколько мог, проговорил: — Так… кто ты-Вы… ещё раз? Хайнз легко встрепенулся, словно ото сна, и, растянув и без того широкую улыбку ещё шире, прошелестел на автомате: — Я — есть сущность без имени и точного определения. — немного подумав, добавил, — Вы можете причислить меня к любому мифическому и не очень существу, к какому хотите. Ха-ха, я не обижусь. Лиам пару раз хлопнул глазами, переваривая информацию. — Так ты типа… — он неопределённо обвёл силуэт Хайнза рукою, — ангел? Или бог? — Может и так. Как хотите. — без особого интереса согласился мужчина (?), пожав плечами, — Мне, если честно, абсолютно всё равно. Это ведь неважно. — А что важно? — А-а-а, — словно ждав этого вопроса, в предвкушении протянул Хайнз, — важно то, — он остановился, слегка наклонившись вперед, указательным пальцем ткнув в лоб Лиама, — кто ты. Это есть важность всего мирского бытия. Вечный вопрос богу, небесам, людям, самому себе — кто же я? — Хайнз отстранился, вернувшись в изначальное положение, — Кто ты, Лиам Хэйз? — Пф-ф, Лиам Хэйз, очевидно. — буркнул мужчина. Хайнз уперся в него то ли задумчивым, то ли осуждающим взглядом. Лиам так и не понял. Но он буквально фибрами души уловил опасность. Стало неуютно. Стены вдруг уменьшились, насели по все стороны, и теперь не защищали, а загоняли дальше, в ловушку. Стало тихо. Словно мир замедлился, оставляя сидящих в квартире одних, на растерзании друг друга. Тихо было настолько, что Лиам отчётливо услышал стук собственного сердца. По спине противно-липко змеевидной походкой пополз пот, а ком в горле встрял настолько сильно, что, даже прокашлявшись, врятли избавишься. Хайнз смотрел долго. Испытывающе. Глаза его потемнели, словно в необычайно светлый день ударила непогода — сильный шторм или даже буря. Спустя, кажется, целую вечность, он разомкнул себя из замертвелого положения, размокая на стуле в неистово-мелодичном смехе. — Ха-ха-ха! Забавно! Это очень забавно! Так удивительно, что Вы сказали именно это, ха-ха. Лиам дёрнулся, как облитый ледяной водой. Неопределённо покачнулся вперёд и резко пнул ногой в живот Хайнзу. Тот опустил свой взгляд на красующуюся полупрозрачную дырень внутри себя и рассмеялся пуще прежнего. — Что же ты такое? — в ужасе прошептал Лиам, медленно отстраняясь. — Ой, — протянул Хайнз, качнувшись на ножках стула, — мне ещё раз повторить? — с ноткой тупого безразличия и упрёка пробурчал тот. — Нет… не надо, — неуверенно отозвался Лиам, — ты же зачем-то пришёл. Что тебе нужно? — То же, что и тебе. У нас одна цель. Только идём мы разными путями. Я пришёл, чтобы направить тебя на другую вариацию твоих жизненных событий. — просто проговорил Хайнз, медленно раскачиваясь на стуле. — Не понял. Какой такой цели? Давай не увиливай. — Ой, — снова протянул мужчина, громко стукаясь об пол ножками, падая локтями на колени в полу сгибе, — никаких увиливаний, мой милый друг, только правда и цель, цель и правда. Хайнз улыбнулся-ухмыльнулся. Глаза его блеснули красным, словно закатное солнце. Лиам тяжело вздохнул. — Слушай ты, мх, ангело-подобное существо- — Можно просто Хайнз. — приветливо поправил мужчина. — Неважно. Хайнз, вали-ка ты отсюда. Мне совершенно неинтересны твои цели или что у тебя там. Трогать я тебя не могу, так что давай как-нибудь сам, ладно? — Смелости тебе не занимать. Вы, люди, все такие недальновидные? — с глубочайшим интересом поинтересовался Хайнз, наваливаясь вперед. — Но да ладно. — он резко встал, поправляя пиджак. — Довольно слов, перейдем к делу. Хайнз выставил руку вперед над Лиамом и легко встряхнул ею. Буквально из ничего хлынул невиданный поток денег, за считанные секунды покрывший Лиама с головой. А через минуту и большую часть квартиры, буквально погребая её в зелёных купюрах. Кое-как вывалившись из горы бумаг, Лиам поравнялся с Хайнзом, в немом ошеломлении берясь за голову. — Охуеть. — протянул тот, поравнявшись с мужчиной, не то хватая себя за подбородок, то за голову, словно не зная куда деть руки, — Это ж сколько тут? — Столько, сколько нужно. Если точнее, здесь вся сумма, чтобы оплатить все долги и последствия Вашего вчерашнего буйства. — спокойно прошелестел Хайнз, встряхивая рукой, — И все эти деньги настоящие. Хайнз повернулся всем корпусом к стоящему рядом и интенсивно заламывающему самому себе пальцы Лиаму и тихонько прыснул от смеха. Ассоциация с неутолимо чего-то жаждущей собакой, ждущей команды на разрешение, ворвалась в сознание «ангела», вышибая воображаемую дверь. До того Лиам был предсказуем в своих желаниях. — Вы можете закрыть свои долги и последствия вчерашней ночи, понимаете? — как бы невзначай вставил Хайнз, поправляя на голове взявшуюся из воздуха зелёную шляпу с красно-оранжевыми перьями. — И все Ваши проблемы, как бы, закроются. Слышите, Лиам? — Да… да. А, деньги точно настоящие? — в неловком полушепоте проговорил Лиам. — Конечно. Мне нет причин ставить Вас в неудобное положение. — спрятав глаза за чёрными окулярами очков, улыбаясь в тридцать два зуба, в предвкушении томно прошептал Хайнз. — Здорово… — прошелестел Лиам, неуверенно оборачиваясь на Хайнза. Только сейчас, когда мужчина выпрямился во весь рост, внимательно следив за каждым действием Лиама, тот удивился его размерам. Около двух метров, не меньше. Лиам был невысок ростом, но, имея средние значения, он не комплексовал, даже напротив, считал себя достаточно симпатичным в данном аспекте. Но Хайнз со своим ростом вышиб воображаемую дверь «анти-низкая-самооценка». Было стойкое ощущение незащищенности. Словно Лиама в чем-то обходят, превосходят. Тот несколько минут рассматривал стоящего напротив, судорожно сцепив руки на груди. Тяжело сглотнув и сделав глубокий вдох, мужчина продолжил: — Ну, получается что это твои деньги. Хайнз улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов с ярко заостренными клыками. — Считайте, что я Вам их подарил, мой милый друг. — поочередно плавно тот провёл руками в воздухе, где сразу же, примостившись между пальцами, появилось перо, а под зависшей в воздухе рукой лист бумаги, — Можем подписать договор о передаче всей этой суммы от меня Вам, если хотите. Лиам неуверенно качнулся с пяток на носок, выпучив глаза и уставившись в руки Хайнза. — Фокусник хренов. — прохрипел мужчина, разламывая себя из позы, — Кончай свои — он обвёл руками окружность над руками и листом, скривив лицо, — шаманские танцы с бубном. Спасибо за деньги, но ты можешь идти. На пару минут в комнате воцарилась тишина. И Лиам, пусть и чувствующий себя некомфортно, словно завороженный глядел в чёрные окуляры Хайнза. Было в спрятанных за ними глазах что-то необъяснимо притягательное. Что-то родное и одновременно чужое. Лиам не мог объяснить это чувство, но он почему-то вспомнил, как мама в детстве приносила ему порезанных яблок на тарелке. «Эти в шоколадной глазури, ты такие любишь», — с трепетом шептала она. И он с благодарностью улыбался ей, поближе подсаживаясь под крыло махровово пледа. — Что ж, — громко хлопнув в ладоши, провозгласил Хайнз, вырывая Лиама из череды воспоминаний, — тогда я Вас покидаю, мой милый друг. Надеюсь, эти деньги сослужат Вам хорошую службу. Используйте их достойно. Мужчина оперся на появившуюся в руке трость и, пройдя к выходу, развернулся, снимая шляпу в поклоне. — Мы ещё встретимся, но если захотите сделать это раньше, позвоните. Я буду ждать. Не поднимая головы, Хайнз развернулся на пятках, выпрямляясь и надевая шляпу, помахал рукой и вышел прочь. Лиам не мог этого объяснить, ведь не видел лица мужчины в последние секунды, но ему казалось, словно тот улыбался в каком-то немом предвкушении. Ударив себя по щекам и моргнув пару раз, Лиам обернулся к горе денег, спугивая наваждение. За пару секунд в его глазах распростерлось счастье и ликованье. Не думая, тот прыгнул на зелёную подушку, и та приглашающе промялась под ним. Он даже не почувствовал пола, и его улыбка выросла до ушей. Радостно сделав денежного ангела и повалявшись в разные стороны, тот резко встал, направляясь к громоздкому платяному шкафу, очевидно не вписывающийся в общий маленький интерьер комнатушки, а потому упирался в потолок. Лиам судорожно стал вываливать из него небольшое количество собственных вещей, старые коробки и прочую мелочь. В какой-то момент мужчина неистово закашлялся и расчихался от поднявшихся облаков плотной пыли. Наконец, уцепившись руками за нужную вещь, Лиам кинул ее к деньгам, захватывая штаны и кофту с нижней полки. На ходу напяливая те, осматривался в поисках дополнительных сумок и рюкзаков. — Соберу денег. Уеду отсюда к чертовой матери. Сменю документы. И заживу. — хрипло шептал Лиам, сгорбившись над горой, загребая купюры в большой походный рюкзак. За пару мгновений рюкзак бы забит до верха и Лиам с трудом закрыл его, бережно придавливая, словно тесто, выпавшие купюры. Закончив, он снова ринулся к шкафу, преодолев расстояние за пару шагов. Схватив ещё один рюкзак — поменьше — тот снова принялся загребать в него деньги. Спустя пару минут, трех рюкзаков и два мешка Лиам с ужасом осознал, что все его потенциальные вещи для перевоза денег закончились. А ведь он и не собрал даже половины. Лиам тяжело и глубоко засопел на грани слёзной истерики — «Да твою ж мать!» — думал он. Трель телефонного звонка заставила мужчину буквально подпрыгнуть на месте от неожиданности. Несколько секунд таращившись на технику Лиам неспешно подошел и снял трубку. — Да? — насколько можно спокойнее прохрипел тот. — Где тебя носит, черт подери?! — криком оглушило ухо с той стороны трубки, — Ты что совсем рехнулся?! Я же тебе сказала прийти! Лиам в недоумении хлопнул глазами, пытаясь осознать, о чем речь. — Подожди-подожди. — попытался утихомирить поток ругани мужчина, — О чём ты говоришь? С той стороны беспощадно засопели, словно дикое животное. И Лиам знал — это предвещало его кару. — О том, — Кэли сделала глубокий вдох, если бы не курсы с психологом она бы давно пробила голову Лиама через телефон, — что у твоей дочери сегодня праздник. И она ждет тебя, так как ты обещал прийти. Лиам вновь хлопнул глазами. Чертыхнувшись, судорожно вцепился в календарь. — Подожди, сегодня же вторник. — Ты так напился, что потерял ход времени?! Сегодня понедельник двадцать девятого! — Как… это? Ты меня разыгрываешь. — ошарашенно уставившись в календарь, прошептал Лиам. — Судя по твоей памяти, я отвлекла тебя от очень важных дел. Перед дочерью сам будешь объясняться, я больше не буду тебя покрывать. — прошипела Кэли до зубного скрежета. Не дожидаясь ответа, сбросила трубку, оставив Лиама один на один с одинокими глухими гудками. Он не сразу положил трубку. Какая-то часть него очень хотела, чтобы сейчас перезвонили, чтобы это было неправдой. Лиам почувствовал, как связь с дочерью сломалась. И внутри него что-то тоже. С ноющим чувством в груди он медленно положил трубку, на пару секунд зависнув над держателем. К удручающему добавилось колющее непонимание, ударившее в голову наковальней. Почему прошло пять дней? Он же пил вчера? А чем закончилась вчерашняя ночь? Лиам не помнил. Склонившись над деньгами, он попытался вспомнить, но ничего кроме яркого белого света в лицо не приходило в его сознание. В дверь постучали тяжелыми ударами. — Лиам! Открой дверь! Ты там?! В голосе Лиам узнал мисс Бриджет, и колющее непонимание смешалось с бурчащим волнением. Он пересек смежную кухню с прихожей и, отперев засов, аккуратно приоткрыл дверь. Уперевшись взглядом в сложенные на груди руки, Лиам глухо сматерился и, насколько позволяли габариты его тела слиться с поверхностью двери, вышел на крыльцо, практически столкнувшись с подбородком женщины. — Кхм, доброе утро, хорошо выглядите. — Не заговаривай мне зубы, Хэйз, я знаю, что у тебя на уме! — Поверьте, что у меня на уме не знаю даже я сам… — неловко пробурчал мужчина, потирая большим пальцем ладонь. — Не увиливай! — рыкнула женщина, сокращать расстояние она не была намерена, а потому Лиам надеялся, что, брызнувшие в ходе эмоционального всплеска женщины слюни, не долетят до него, — Я не получила деньги за квартиру! И почему до тебя нельзя дозвониться?! Где твой телефон?! — Сломался. — хлопнув глазами, шепнул мужчина. Он лгал. У него не было мобильного телефона уже несколько лет. Последний закончил своё существование в одной потасовке, в каком-то обветшалом клубе, название которого мужчина уже не помнил. — А оплата квартиры?! — шикнула мисс Бриджет, одним резким ударом впихивая в руки Лиама счета и квитанции. На пару секунд Лиам выбился из физического и душевного равновесия, судорожно сгребая в руках бумаги, дабы те не упали. Он знал — оставлять мисс Бриджет без оплаты, в лучшем случае грозит ему выселением, в худшем судебными разбирательствами. Ему-то не знать, насколько эта женщина может быть противна в своей дотошности и упрямости, если ей что-то нужно. Тем более, если ей что-то не нравится. Лиам передернулся, и внезапная, пусть и не очень приятная, мысль озарила его голову. — Так, кхм, я как раз собираю деньги для оплаты. — осторожно начал тот. — Неужели? — с нотками вселенского неверия спросила женщина, расправив руки и сложив их в замок перед собой, — И где же они? Лиам выдохнул, пулей вполз через узкую дверную щель в квартиру, схватив с пола первую попавшуюся сумку, и выбравшись обратно, гордо представил её в руки женщины. Мисс Бриджет удивленно хлопнула глазами, неверяще держась за лямки вещицы. Она перевела вопрошающий взгляд на Лиама, гордо сложившего руки на талии. — Здесь сумма на несколько месяцев вперёд. И, — он сделал паузу, хлопнув в ладоши, — раз уж мы совсем разобрались, Вы можете идти по своим делам, а я по своим, да? Мисс Бриджет, не глядя на него, качнула головой, немного спустившись с крыльца, открывая сумку. — Вот и хорошо… — протянул Лиам и поспешил скрыться за дверью. Пока в спину ему не прилетело резким криком: — Лиам Хэйз! Это что ещё за шутки! — мисс Бриджет в два шага сократила расстояние между ними, возмущенно сунув под нос мужчины сумку. Лиам опустил взгляд внутрь и на пару минут застыл окаменев. — Н-но… как? — он смотрел на гору обычной белоснежной бумаги и не мог поверить своим глазам, — Они же! Ну! Это были деньги! Поверьте мне, я говорю правду! Это всё он, этот ангел! Мисс Бриджет тяжело вздохнула, на мгновения прикрывая глаза. «Только ангелов мне не хватало» — подумала она. — Послушай, Лиам. — она приблизилась, аккуратно отдавая сумку обратно, и ободряюще положив руку на плечо мужчины, — Ты устал. Я понимаю. Все эти годы алкоголя свели тебя к галлюцинациям, это нехорошо. Но не волнуйся, это поправимо, я сообщу твоему отцу об этом, и он пристроит тебя куда надо. Лицо Лиама неестественно вытянулось. Он ошарашенно уставился на женщину, крепче сжимая сумку в руках. — Нет-нет! Всё хорошо! Я не болен! — сипло прошептал мужчина, крутя головой, он был на грани истерики, — Я-я понимаю, что задолжал, но я все верну, честно! Я брошу пить и на работу устроюсь, за голову возьмусь! Не выселяйте меня… — с пустой надеждой пролепетал Лиам. Мисс Бриджет положила вторую руку на плечо Лиама, покрепче его сжимая. — Я в курсе о твоей пьяной драке в понедельник ночью. — она говорила шепотом, заглядывала в глаза и кивала, — На тебя подано несколько исков. Я больше не могу и не хочу покрывать тебя. Ты должен взять всю ответственность, понимаешь? Женщина пару минут разглядывала Лиама, он сильно побледнел, она бы не соврала, сказав, что его лицо стало белым. Он дрожал. Скромно, ещё держась, но так безнадежно. Она видела, как его глаза наполнились слезами, и каким пустым, но с крохотной долей надежды взглядом, тот смотрел на нее. Мисс Бриджет глубоко вздохнула, отпуская плечи мужчины. — Я разрешаю тебе остаться ещё на один день. Но завтра я буду ждать тебя на Центральном вокзале с чемоданами. Я отправлю тебя к отцу. Постарайся — она ухватила ладонь Лиама, крепко сжав ту, — не натворить ещё дел. После этого она забрала из другой руки мужчины бумаги и, грустно-сожалеюще посмотрев в глаза напоследок, постукивая каблуками, прошла к машине. Лиам не заметил ни её неуверенной походки, ни с первого раза заведенный автомобиль, ни ещё одного брошенного взгляда в его сторону. Он медленно развернулся, открыл дверь и вошел внутрь. Лиам сбросил сумку на пол, и та угрожающе рассыпала белесые бумаги перед его ногами. Он судорожно заморгал, оглядываясь на некогда денежную гору, не веря своим глазам. Перешагнув комнату в три шага, Лиам с грохотом упал на колени, хватая ртом воздух. Слезы обожгли лицо. Скрючившись пополам, он закричал. Протяжный душераздирающий вопль пронзил пространство. Лиам заскреб побольше бумаг, яростно сжимая их. «Не может быть! Я не верю» — кричал он, роясь в белой горе. Окончательно убедившись в отсутствии любых денег, мужчина рухнул руками наземь. А затем ещё, ещё и ещё. Так, пока сил бить уже не осталось. Протяжно завыв, он поднял голову к верху: «За что мне всё это?» — пронеслась в голове мысль. Обессиленный Лиам доплелся до ванны. Осмотрел себя в зеркале: красный и опухший, с синяками под глазами и чумазый. Отвратительно. Руки потянулись к крану, и только сейчас он заметил свои окровавленные руки. Глухо засопев, Лиам поднял рычажок и медленно направил руки под струю холодной воды. Мелкие порезы от беспощадной бумаги заныли, заскрипели и Лиам шикнул, терпя этот поток физической боли. Когда с руками было покончено, Лиам тщательно умыл лицо. Вытеревшись и кое-как перевязав руки футболкой, которую тот давно не носил, Лиам несколькими подходами скинул с кровати ненавистную бумагу и рухнул на матрас. Тело взвыло удушающей болью и усталостью, глаза разболелись, как только Лиам прикрыл их. Спать хотелось на столько, что создавалось впечатление, будто Лиам сдружился с бессонницей на несколько дней и только сейчас прилег отдохнуть. К счастью навалившаяся на всё тело усталость быстро унесла мужчину в сон, где ему ничего не приснилось.

***

Лиам проснулся вечером, как он потом посмотрел в начале пятого часа. Непрекращающаяся боль в руках силком вытащила его из сна. Выяснилось, что его всплеск в виде избиения пола впоследствии отразился на его соединительных костяшках между ладонью и предплечьем, да и самих кулаках большими вытянутыми синяками. Кое-как откопав в аптечке обезболивающую мазь, Лиам нанес её на место удара. В планах было проспать ещё как минимум до завтрашнего утра, но не евший ничего ещё с утра желудок потребовал еды. Лиам ногой отодвинул аптечку, медленно вставая с «кровати». В три шага дойдя до холодильника, тот высмотрел налитый в графине кофе, а в печке обнаружился целый яблочный пирог. Выбирать было больше не из чего: ранее замороженное мясо испортилось, а другого мужчина и не покупал. — Хоть бы пельменей тогда взял что ли… — пробубнил Лиам, разрезая пирог. Развалившись перед телевизором, уплетая последний кусок от половины пирога, Лиам ткнул на какой-то детский канал с мультиками. Сознание сразу воспроизвело образ дочери и ранее сахарный вкус яблок, стал кислым. Лиам скривил лицо и отложил изделие. Сел, уперевшись локтями в колени, и тяжело вздохнул. — Извини, Джесси, твой папа ублюдок. — засопел мужчина, припадая взглядом на неубранные горы белых листов, — Деньги были ненастоящие… — с нотками вопроса прошептал Лиам. Пару секунд прошли в томном осмыслении, пока окончательный пазл не сложился. — Деньги были не настоящие! — в гневе крикнул Лиам, резко встав, — Он солгал! Ублюдок! Лиам ринулся метаться по комнате. Он точно помнил, перед своим уходом засранец сказал, что ему можно позвонить, а значит и номер свой оставил. Несколько минут мужчина носился из угла в угл, заглядывая под бумаги в поисках чего-нибудь. Обычно номера оставляют на листах блокнота или обычных, ещё на визитках, в абсурдном варианте на рекламной брошюре. В один из моментов перебирания собственных вещей Лиам задумался: а не галлюцинация ли это была? действительно ли существует некий, зовущий себя маркой кетчупа? Лиам несколько раз оглянулся. Бумаги были вполне реальными. Неужели это он в бреду принес их сюда? В таком количестве? Да и зачем ему это только было нужно? На периферии понимания адекватного, как по волшебству на одной из небольших горок аккуратным приземлением возникла фиолетово-белая визитка. Лиам моргнул пару раз. — Чёрная магия… блять. Осторожно подойдя по ближе он легко коснулся вещицы и, убедившись, что она настоящая, всмотрелся в текст. В центре вырвиглазным ярким шрифтом было выведено: «Хайнз. Звонить сюда». И стрелочка на манер старых комедийных диснеевских мульт-сериалов, указывающая на номер. — Ублюдок. — скрипнул Лиам, на одном дыхании доходя до телефона и набирая нужный номер. Послышались методичные гудки. Лиам нетерпеливо постукивал пальцами по столешнице, впиваясь взглядом в ненавистную визитку. Внутри кипело нарастающее раздражение. Словно предчувствуя это, трубку сняли, в аккурат, когда мужчина хотел начать материться. — Слушай меня сюда, ты, ублюдок недоделанный… — с глубоким вздохом начал Лиам, но его беспощадно перебил автоответчик. — Доброго времени суток. Я сейчас не могу подойти к телефону. Если вы хотите поговорить, позвоните позднее или дождитесь, когда я Вам перезвоню. Если Вы мой милый друг — Лиам Хэйз и хотите встретиться, то приходите в парк возле синего дома на главной улице. Я буду ждать. До встречи. Слова текли слово река, обволакивая спокойствием и умиротворением. На эти пару минут вся злость словно улетучилась, а цель первоначального звонка забылась. И только после гудков Лиам вздохнул полной грудью. Повертев головой, отгоняя наваждение, он неуверенно вставил телефон обратно в держатель. — Какого чёрта это сейчас было. — риторически поинтересовался мужчина. Спугнув наваждение и выловив из памяти прозвучавшие слова места встречи, Лиам выхватил с единственного крючка у двери куртку и ринулся вперед. Город был небольшим, что позволяло в кротчайшие сроки, даже, если ты живешь на окраинах, добраться до центра. И что самое главное — пешком. Выйдя из дома, Лиам не обнаружил своей машины. «Наверное, конфисковали», — подумал он, перебегая очередной пешеходный переход. Завернув за угол, Лиам глубоко выдохнул — виднелся парк. Поутихшая ранее злоба забурлила в предвкушении, а когда на горизонте повиднелась шляпа с пестрыми перьями, она перешла в абсолют. Лиам ускорился. Подходя всё ближе и ближе, желание заехать с разворота кулаком в лицо росло, но в памяти резко всплыло окровавленное лицо. Остановившись и глубоко вздохнув пару раз, стараясь утихомирить бушующие эмоции, Лиам чертыхнулся, когда Хайнз приглашающе поманил его рукой. — Пиявка в шляпе. Тьфу. — Добрый вечер, мой друг, вид у Вас неважный. Хорошо себя чувствуете? — прикрыв книгу, прошелестел Хайнз. — Ты меня обманул! Деньги были ненастоящими! — проигнорировав мужчину, зашипел Лиам. — Хмм, правда? — удивился Хайнз, складывая ногу на ногу, — Я создал действительно реальные деньги, которые я передал Вам, чтобы Вы использовали их достойно. — он приспустил свои очки, сгибаясь по полам, заглядывая в глаза Лиама, — Вы же хотели использовать их достойно, верно? — Что за хрень? — зашипел Лиам, — Мы так не договаривались! — О-о, ну, если так подумать, то мы вообще ни о чём не договаривались, хах. — хихикнул Хайнз, — Присядете? — он указал на место рядом с собой, Лиам отрицательно кивнул, — Хорошо. Но Вы так ко мне бежали, вероятно, устали, но раз не хотите, то так уж и быть. Возвращаясь к деньгам: я создал их для Вас, чтобы Вы заплатили за все долги и разрулили всё, что натворили, а Вы решили сбежать. — он сдавленно хихикнул, облокачиваясь о спинку скамьи, — Я посмотрел, в таком случае Ваши жизненные пути были бы невероятно скучными и, я бы даже сказал, однообразными. Поэтому, я решил конфисковать у Вас эту возможность. Сейчас у Вас так много интересных развитий событий, хо-хо. Однозначно будет очень весело. — Моя жизнь тебе что, сериал ебучий?! — вцепившись в воротник Хайнза, прокричал Лиам. — Отчасти. — согласился Хайнз, спокойно отцепляя от себя руку мужчины, — И не кричите так, друг мой, привлечете ненужных гостей. Лиам глухо засопел, сматернулся и всё же отошел от Хайнза. Расхаживая туда-сюда в осмыслении всего услышанного, в какой-то момент подлетел к скамье: — Кто тебе дал право распоряжаться моей жизнью, а? — угрожающе шепнул Лиам, оперевшись рукой о спинку, — Никакого. Ты не имеешь права. Хайнз хохотнул. — Если Вы не можете ею распоряжаться, то это буду делать я. — пожав плечами, в ответ шепнул Хайнз. — Ублюдок ты. — покачав головой в немом бессилии, рухнул на скамью рядом, Лиам. Хайнз повернул к нему голову, наблюдая, как тот скрючился по полам, уперевшись локтями в колени. — Ты от меня не отстанешь? — Пока не буду удовлетворен, нет. Лиам повернул голову, взглядом надеясь прожечь в собеседнике дыру. А ещё лучше — стереть его с лица Земли. — И после чего ты будешь… удовлетворен? — После испытания. — Испытания? Да? Ну конечно, у ангелов же без этого никуда. Хайнз тепло улыбнулся. — Такие мы — ангелы, — он покрутил пальцем у виска, — с приветом. — Да, я уже понял. — кивнул Лиам, — Что за испытание? — Хм, ну, это скорее испытание, состоящее из испытаний. Оно начнётся сегодня, а закончится, хм, — Хайнз поднялся, поправляя шляпу, — никогда не праздновал Рождество. Пусть закончится в Рождество, когда пробьёт полночь. Лиам хохотнул, тоже поднимаясь с места. — Ты максимально странный чудик, но мне, видимо, больше обратиться не к кому, так что ладно. Сделаем твое «испытание» до Рождества. — Лиам улыбнулся всеми зубами, и, театрально поклонившись, поплелся домой, посмеиваясь. — А как я пойму, что я его выполнил? — опомнившись спустя пару пройденных метров, крикнул Лиам. — Погода бывает изменчива. — уклончиво ответил мужчина. Лиам неопределенно махнул рукой, словно говоря: «Там разберемся». — О-о, ты ещё не знаешь, что тебя ждет, Лиам Хэйз. — вслед шепнул Хайнз, а затем, развернувшись на пятках, плавными шагами, насвистывая неизвестную мелодию, поплелся в противоположную сторону. Лиам стоял на пешеходном переходе. Переминая в руках найденную в кармане рекламную брошюру услуг парикмахерской, он усмехнулся: — До рождества еще около пяти месяцев, успею, ха-ха. На светофоре загорелся зелёный, и Лиам хотел было шагнуть вперёд, но перед его носом что-то стукнулось. Тот присмотрелся, подумав, мало ли дождь, но нет, то был град. И через пару минут он разразился не на шутку, а за ним обвалом попадал снег. — Да блять. — прикрикнул Лиам, прячась в ближайшем магазине.