Рождество в июле

— То есть как амнезия? — Мисс Бриджет охнула, падая на стул от удивления. — Очень просто. — улыбась, кивает Хайнз, закидывая ногу на ногу. — Лиам страдает алкогольной зависимостью уже много лет, возможно, Вы замечали его провалы в памяти, отсутствие аппетита и деградацию? — Мисс Бриджет кивает. — Это одни из последствий алкогольной зависимости. Лиаму стало совсем плохо недавно, и я приехал из-за заграницы, дабы пристальней следить за его состоянием. — Где же Вы раньше были?! — Мисс Бриджет вскочила с места; её руки сжались в кулаки, а на шее выступили вены — она была очень зла, настолько, что потряхивалась от наступающей ненависти. — Вы же могли помочь ему еще раньше! И все не было бы так плохо, как сейчас! Хайнз растянул губы в улыбке. И было в ней что-то кричаще-говоряще-читаемое: не говори, не трогай — опасно. Мисс Бриджет рвано выдохнула, её передернуло. По спине табуном пробежались мурашки. На удивление, гнев отступил, сменившись на смятение. Она сползла на стул, не отрывая взгляд от небесных глаз Хайнза, и глубоко вздохнула. — Иррациональный приступ закончился? — Что? — Ваш всплеск эмоций, он закончился? — А, да, а Вы… — Чудно. — Хайнз хлопнул в ладоши и встал со стула, в один шаг пересекая расстояние до кровати, присаживаясь на край. — Не переживайте, Лиаму обязательно станет легче, просто сейчас его основная проблема будет связана с памятью, поэтому я буду пристальней следить за ним. Как он проснется, я передам, что Вы заходили. Оставите свой номер? Мисс Бриджет недоуменно хлопнула глазами, наблюдая, как Хайнз поправляет выпавшее одеяло, заправляет вылезшие на лицо волосы и тепло улыбается, глядя на спящего Лиама. И было в его движениях что-то родное, родительское даже. Эфемерно летающее по комнате, словно пылинки. — Тогда… Тогда я зайду позже. — Как скажите. Мисс Бриджет медленно встала и поплелась к вешалке, собираясь. Она заметила, как Хайнз ещё раз заправил одеяло Лиама, спавшего очень не спокойно, и, закрыв открытое на проветривание окно, обратил внимание на женщину. Она будто провалилась ногами в пол, не в силах оторваться от его глаз. В нос ударила шипящая боль, а на глазах выступили слёзы. Мисс Бриджет мелко затряслась и закрыла лицо руками, шмыгая носом. Она вздрогнула, когда теплые руки аккуратно-нежно приземлились на её плечи, и разревелась ещё больше, когда они обвились по плечам за спину, прижимая к груди. Спокойный ласковый голос раздался где-то у виска: — Вы хорошо трудитесь, я Вами горжусь. Ступайте домой, Вам нужно отдохнуть. Мисс Бриджет кивнула, отстраняясь, прошептала нескладное прощанье вперемешку с благодарностью и вышла за дверь. Хайнз проводил её долгим взглядом и, развернувшись на пятках, поплелся к кровати Лиама, вновь усаживаясь на край. Хайнз долго смотрел на спящего мужчину, пребывая в раздумьях. — Какие же хорошие люди тебя окружают, Лиам.

***

— Я нихуя не помню. — с ощутимым раздражением в голосе, зашипел Лиам, залпом иссушая третью кружку с водой подряд, — Неужели не понятно?! Хайнз облокотился щекою о кулак, с интересом наблюдая за мужчиной. — Мне всё понятно, но мне нужно знать, помнишь ли хоть что-нибудь. Что угодно. Место, имя, голос, запах… — Хайнз говорил спокойно, медленно, лениво, но с интонацией очень увлеченного человека; он покачивал носком обуви, смотря прямо на Лиама, — Или может, эмоцию? Лиам допил воду, облегченно выдохнув, утолив свою жажду. Словив взгляд собеседника, он поморщился и действительно поднапрягся вспомнить хоть что-то, но голова словно была пустой. Не было в ней ни мысли, ни разума, лишь тишина. Лиам рвано выдохнул, отставляя кружку. — Я честно ничего не помню. — Он зарылся лицом в руки, тяжко вздыхая, — Я помню… Я помню тебя. Точнее, у меня такое ощущение, словно я тебя знаю. — Лиам почесал кулаки, — А ещё ощущение, будто я прямо сейчас должен тебе врезать, есть объяснения? Хайнз громко рассмеялся, задирая голову. Он качнулся на стуле и одним движением надел свисающую обувь обратно на ногу. Затем встал, поправляя пиджак и, приблизившись к Лиаму, сел напротив на корточки. Несколько долгих секунд Хайнз смотрел на Лиама испытывающим взглядом, а затем просто улыбнулся и молвил: — У нас дружеские отношения. — Неужели? — Правда. — Хайнз пожал плечами, — Просто возникло недопонимание. Я рад, что ты что-то помнишь обо мне, пусть и исключительно на подсознательном уровне, но я хочу чтобы ты знал — я тебе помогу. Помогу тебе помочь себе. — Эм… Вряд ли мы с тобой друзья… Говоришь какими-то загадками, выглядишь… — Лиам обвёл фигуру Хайнза неопределенным жестом, — странно, возможно, не знаю. И вообще, как-то странно и непонятно это всё. Хайнз кивнул головою, исподлобья глядя на Лиама. Спокойно и как-то «по-родительски». Лиам поджал губы, словно сказал что-то не то, и неловко почесал внутреннюю сторону ладони. — Всё в порядке. — с вопрошающей интонацией произнес Хайнз, но Лиам уловил четкость его фразы, утверждение. — Да… да, всё в порядке. Я в порядке. Кхм, так, какой план? — Излечить тебя от алкоголизма и помочь решить все проблемы? — М. А я алкоголик? — Лютый. — Славно. Я нихуя не помню, кроме тебя, ты помнишь. Как ты вообще собираешься мне помочь? — Хм, ну, для начала, тебе нужно увидеть свою жизнь… трезвым взглядом. — Хайнз поднялся, нависая над мужчиной. — А я что, непросыхая пил? — Можно и так сказать. — Ну, охуенно, блин. — Лиам уперся локтями в колени, роняя голову на руки и тяжко вздыхая. — Всё не так плохо, мой милый друг, у тебя же есть я. Я тебе помогу. Лиам медленно поднял голову, встречаясь взглядом с небесными глазами. Он смотрел долго. Обдумывал, пытался прислушаться к себе: всё внутренне разрывалось на двое. На то ощутимо боязное, страшимое неизвестности и ближайшего будущего. И то эфимерно родное родительское, успокаивающее. Лиам тяжело вздохнул, прикрывая глаза. — Я же могу доверить тебе себя верно? Хайнз тепло улыбнулся. Лиам заметил выступившую ямочку на его левой щеке и едва появившиеся морщинки в уголках глаз. — Безусловно. — Хорошо, тогда… за дело? Лиам протянул руку Хайнзу, и тот без колебания принял её, помогая мужчине подняться. Впереди был целый день.